Ты мне нужна...

      Казалось бы, обычный день легиона, ничего сверхъестественного. Зимний вечер, вылазок за стены не будет до весны, ведь почти невозможно сражаться в такую погоду. Зимнее время совсем не подходит для подобного: плохая видимость, трудности с использованием приводов, а также лютый холод. Когда на земле лежал снег, а температура не превышала нуля градусов, жизнь и расписание легионеров было простым. Тренировки, готовка, дежурства, уборка и ещё множество разных обязанностей входило в жизнь рядовых развед-отряда.       Зимним вечером, сразу после ужина, на выходе из базы можно было наблюдать привычное «шоу». Эрен кричит на Микасу, видимо из очередного проявления заботы. Это уже стало определённого рода рутиной. Многие даже не могли представить хотя бы день без этих разборок. Сказать честно, любой бы многое отдал, лишь бы за ним так ухаживали и оберегали. В этой ситуации можно было обоих понять. Эрен хотел чувствовать себя мужчиной. Смелым и храбрым. Как в книгах, которые он читал, ему хотелось быть героем, но из-за вечной заботы девушки все воспринимали его мальчиком. А что касалось Микасы: она нуждалась в заботе о ком-то, ей было важно понимать, что она может быть для кого-то нужной, хоть для кого-то… —Зачем полезла?! Опять? Да отстань ты от меня наконец, сколько можно, — Чуть ли не с пеной у рта кричал Эрен, — Ты мне не мамочка, да ты мне даже не сестра, так, сводная. Не нужна мне твоя забота, поняла?! — кричал Эрен в порыве гнева. Ему не нравилась это гиперопека, да, возможно, он нуждался в заботе, но не настолько сильной, даже назойливой. — «Я ведь не дитя малое! »       Для него это унизительно, когда его защищает девушка. Он мечтал спасти мир, быть героем! А за ним слюнки подтирают… Многие посмеиваются при виде того, как Микаса вновь спасает Эрена, мол смотрите какой слабак. Он не так хотел, он хотел быть тем, кто спасает, а не кого спасают. Став солдатом и «надеждой человечества», он хотел быть тем, на кого ровняются, на кого смотрят с восхищением, а не вот это всё… Эгоистично? Да, возможно, но у него возраст и характер такой, прими он это как данность, то не был бы собой.       Все в немом шоке смотрели на происходящие, Эрен, конечно, часто психовал, но на такой крик ещё ни разу не срывался. Вероятно, эмоции в нём накопились, обида заволокла глаза и разум пеленой. Если бы «зрители» знали, что в данном порывы гнева, Эрен не остановится лишь на крике. Он сделал то, чего нельзя прощать: он поднял на неё руку. Да, у солдата нет пола, но всё же, Микаса-девушка, к тому же его подруга. —Ты меня уже достала, — Закончил свой монолог Эрен и изо всех сил толкнул Микасу. Будь это тренировка или рукопашный бой, она бы, естественно, устояла на ногах, вторая по силе, после капитана Леви, как-никак. Она в данную минуту она была не готова к удару, даже не могла представить, что Эрен дойдёт до такого. Девушка потеряла равновесие и приземлилась на пол. Она ещё не совсем осознало, что конкретно произошло, — «Он меня толкнул?..» — так и не укладывалось в её голове. Он сразу пошёл к выходу из комнаты, открыл дверь и, со всей злости хлопнув, ей удалился.       Каждый присутствующий невольно напрягся. Атмосфера была настолько напряжённой, что становилось не по себе. Да, Эрен импульсивен, он часто кричит и буянит, но с Жаном, и то в шутку, а сейчас взял и толкнул Микасу. В комнате стояла гробовая тишина, пока, спустя несколько секунд, капрал Леви не прервал её. —Акерман, в мой кабинет, живо, — Произнёс капитан и, не дожидаясь подчинённой, отправился в вышеуказанное место.       Жан, будто бы опомнившись, подбежал к сидящей на полу Микасе, прячущей полное боли лицо в алом шарфе, и подал ей руку, помогая подняться. Азиатка его не замечала, она будто отключилась от реальности, Кирштайн понял это и, взяв её за предплечья с двух сторон, сам поднял её и поставил на ноги. Девушка, не сказав ни слова, отправилась к капитану.       После недолгого молчания все отправились по своим делам, не особо придавая этому какого-либо значения. Каждый обдумывал случившееся, даже осуждал Эрена. Следующие несколько дней весь легион будет гудеть от сплетен, насчёт этого инцидента. Люди всё 10 раз переврут, добавляя в рассказ подробности. Каждый понимал, что даже после этого Микаса не перестанет его оберегать, но всё же затаили дыхание в ожидании развязки этой ссоры. Все уже привыкли к такому, но всё же злились на Эрена за его хамское отношение к подруге.

***

      Леви только что заварил свой любимый чай, на так и не смог сделать даже глотка, он ни о чём не думал, смотрел в сторону двери кабинета в ожидании. Его почему-то не на шутку волновала эта ситуация. Послышался стук в дверь, после чего обращение. — Войдите, — Леви знал, кто пришёл. Он безразлично взял чашку чая и поднёс к губам, Микаса тут же вошла и отдала честь. Мужчина поставил чашку на стол, так и не сделав глоток. — Вы хотели со мной о чём-то поговорить, сэр? — Сказала девушка, встав около, только что закрытой ей же, двери. Она прекрасно знала, о чём ей сейчас будет говорить капитан. Это не первый случай его лекций по поводу Эрена. В каждом таком случае он постоянно говорил про её нездоровую опеку над Йегером. Призывал к самоуважению, но всё проходило в пустую, мимо ушей. Сейчас же он точно достучится до неё. До этой глупой Акерман, которая не жалеет себя. Обязательно достучится, это было последней каплей. Ладно крики, ругань, но руки распускать Леви ему не позволит. —Да, хотел, — Он сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями, затем продолжил, — И долго ты собираешься это терпеть? Ваши ежедневные ссоры у меня уже в печёнках сидят, — «Вот дурёха! Совсем у неё чувства собственного достоинства нет… И ведь побежит мириться, забудет и сама ещё прощения просить будет, мол сама довела.» — Из-за чего, хоть, на этот раз? — только сейчас он поднял на неё глаза, перед ним стояла девушка, на которой лица не было. Она смотрела куда-то в пол, пустым взглядом. —Я попросила его надеть шапку, сэр, — Тихо проговорила девушка. Они часто ссорились, даже очень, по пустякам, но такого абсурда на памяти Леви нет. Слишком уж сильно Йегер разозлился, даже для себя. —Серьёзно??! Он так взбесился из-за шапки? Аккерман, завязывай ты с этими порывами помочь, не нужны они ему. Ты так себя скоро в могилу загонишь! — Раздражённо произнёс капитан. Его ужасно раздражало то, как она постоянно с этим пацаном сюсюкается, как кидается на рожон, лишь бы Йегер не пострадал. —Я не перестану о нём заботиться, сэр, вы же знаете, что он для меня значит, мы самые близкие друг для друга люди, — Сказала девушка, сдерживая эмоции. Это чувство, когда горло сжимает, а глаза горят от наворачивающихся слёз. Было видно, как она тщетно старается успокоиться, как ритмично дышит, пытаясь утихомирить сердцебиение. — Мда, а он так не считает, не будь дурой Акерман, имей хоть малость достоинства, — Сказал Леви с ироничной ухмылкой, которую умело скрыл, отпив ароматного чая. Вскоре же понял, что задел самое больное, и вернул лицу прежний безразличный вид. — Перестаньте, сэр, — Прошептала девушка, закутывая нос в кроваво красный шарф, который, почему то, терпеть не мог Леви. Кулаки были сжаты настолько сильно, что костяшки побелели, а желание убить этого чистоплюя росло с каждой секундой. Он знал куда нужно надавить, чтобы вывести её из себя, он умеет делать больно. — «Почему этот кусок ткани, подаренный этим недо-титаном, настолько важен этой дурёхе?» — Думал капитан, пока из раздумий его не вытянул вопрос. — Позволите идти, сэр? — Ей срочно нужно было остаться наедине с собой, слёзы предательски катились из глаз, а ком в горле не давал нормально дышать. Подступала истерика, а Микаса категорически не хотела показаться перед кем-либо в таком состоянии. — Позволяю, — Проговорил он и, перед тем, как брюнетка почти покинула его кабинет, сказал, — Забудь его, просто посмотри, как он будет справляться без тебя. Пусть немного поживёт сам по себе и тогда научится тебя ценить. Не иди мириться, ничего ведь не изменится. Попробуй взять себя в руки и сделай паузу. Так, совет, — Микаса с минуту помолчала, и казалось, что наконец решила прислушаться к словам начальника. — Я постараюсь… — Она бесшумно ретировалась, было видно, как её потряхивает. Девушка покинула кабинет уже как 5 минут, а Леви всё ещё смотрел на закрытую дверь, где недавно стояла она.