В логове врага

      Из громкоговорителей вырвался мелодичный звук, оторвавший Екатерину от изучения доски с расписанием. Механический голос объявил имя студента и потребовал его явиться в кабинет директора. Девушка еще раз взглянула на своего сопровождающего, который разговаривал с комендантом общежития, затем вернула взгляд к занимательным данным.       Пока Пейн разбирался с ее поселением, она изучала список дисциплин, преподаваемые в стенах академии. Иногда сбоку появлялись другие студенты, самых разных возрастов и национальностей. Определенной планки для обучения в этом заведении не было — даже если тебе пять лет, ты можешь оказаться счастливчиком, получившим билет в хорошую жизнь. Главный критерий — таланты. Как Екатерина поняла, Мадара отбирал самых лучших, пытался отыскать неограненные бриллианты, юные дарования, из которых можно сотворить настоящий шедевр. Таковым сама Громова не являлась в отличие от сестры, поэтому не прекращала оглядываться по сторонам в поисках подвоха. Почему ее так просто взяли? Неужели одного разговора хватило, чтобы принять серьезное решение? А если она шпион?       — Всё готово, — из размышлений ее выдернул подошедший Пейн, на ладони которого обнаружился ключ, прикрепленный к пропуску на ленте. — Но предлагаю вначале пообедать. Ты с утра еще ничего не ела.       Такую заботу девушка восприняла глубоким молчанием. Она покорно двинулась за мужчиной, вновь попадая в центр всеобщего внимания, потянувшегося за ними точно морозный, ядовитый шлейф. Видимо здесь не принято ходить с учителями или быть их обузой. И опять же, зачем Пейн вообще возится с ней? С чего вдруг пробило на патронаж?       Вопросов с каждой минутой становилось всё больше и больше, как и тревог за младшую сестру. Тот факт, что Настю куда-то забрали, не мог не волновать. Однако и страхи свои она не могла показывать остальным — нельзя, чтобы потенциальный враг увидел ее настоящую, полную слабостей и эмоций.       Отмахнувшись от назойливых мыслей, Катя вернулась к обследованию своего нового дома. В плане интерьера здание разительно отличалось от того, где она проходила тестирование. Внутри чувствовалась современность, подстроенная под нужды молодежи. Теплые яркие цвета в палитре желтого и зеленого, множество помещений для простого отдыха. По дороге в столовую девушка успела увидеть комнату отдыха, библиотеку. На заднем дворе общежития, недалеко от леса, отстроили площадку для занятий на свежем воздухе.       Решение интересное и в то же время странное, учитывая расписание, которое она успела изучить — времени на обычный отдых у студентов практически не было, с утра и до позднего вечера они только и делали, что занимались. Учеба, тренировки. Время для приема пищи. Водные процедуры. Отбой. Если немного углубиться в происходящее, понять его работу, становится понятно, что это настоящий лагерь — тюрьма, где всё расписано по минутам. Детям дали шанс изменить свою жизнь, однако и требуют с них полной отдачи этому делу.       Или работай, или возвращайся обратно — в никуда.       Вскоре Катя ощутила манящий запах еды, отчего в желудке жалобно заурчало. Действительно, не ела она уже третий день, поэтому сейчас готова проглотить целого быка.       Как только они прошли в столовую, Пейн сразу повел подопечную к месту раздачи. Разнообразие еды поражало. Девушка следовала за своим сопровождающим и пораженно разглядывала лотки с аппетитными деликатесами, лакомствами. За стойкой ходили улыбающиеся девушки, радушно обслуживая студентов. Сама Катя вначале растерялась, когда ее спросили, что она будет. Первая же попытка ответить закончилась невнятным бормотанием, поэтому Пейн четко и без лишней воды сделал заказ, дабы не терять лишнее время.       Себе он взял только чай, с которым направился в самый конец столовой. Следуя за мужчиной, Громова сталкивалась с озадаченными, заинтересованными, а порой и презрительными взглядами студентов. Компания Пейна привлекала излишнее внимание, в котором она совершенно не нуждалась. Но приходилось терпеть и ждать момента, когда ее спутник наконец свалит в закат.       Осмотрев свой обед, девушка проглотила скопившуюся во рту слюну. Палочки она отложила в сторону, решив не изменять исконно русским корням. Мужчина пригубил зеленый чай с ромашкой и стал внимательно разглядывать свою подопечную. Спустя некоторое время уголки губ дрогнули, что осталось незамеченным.       — С завтрашнего дня начнется твое обучение, — на том же русском проговорил. Зажевав лист салата, Катя сконцентрировалась на его кончике носа, на подсознательном уровне давая себе установку не смотреть в глаза. — Проведенный тест был не больше чем формальность. Наш психолог таким образом хочет проверить стрессоустойчивость претендентов.       Женская бровь вздрогнула в иронии. Пейн мысленно согласился с подобной глупостью, которой занимается Изуна. Только угроза жизни способна выявить, как человек поведет себя в стрессовой ситуации и есть ли у него стержень внутри. Когда-то подобное практиковалось в академии, и сам Пейн с бывшими однокурсниками прошел через сущий ад, прежде чем они достигли того, что имеют. Многие не выдержали нагрузок, сдались — в одно время и он чуть не отказался от борьбы, умоляя быстрой и безболезненной смерти. Жизнь в академии никогда не была сказкой, это сейчас детям упростили жизнь, разнообразили ее, подарили больше свободы, снизив уровень жестокости и смертности. А раньше всего этого не было: из них делали солдат, послушных псов, с которыми никогда не церемонились. Слабых списывали — сильных загоняли на тренировках до изнеможения, полного бессилия.       С годами терпеть стало проще, но даже не силой воли Пейн пережил эту главу своей жизни. Не верой в собственные силы он дышал, не ради целей Мадары вставал каждое утро, чтобы вновь ступить на адскую тропу к бытию убийцы. Однажды он встретил девушку, ту единственную, без которой не прожил бы и дня в этом аду. Ее поддержка превратилась в опору, а улыбка и нежность оказались самой бесценной наградой, которую только мог получить сирота.Вместе они смогли пройти этот сложный путь, который затем разошелся в разные стороны…       — Нагато.       Все размышления осыпались точно пепел, когда по ушам резануло своим же именем. Глаза опасно сузились. Мужчина сделал глоток остывшего чая и металлическим голосом проговорил:       — Больше не смей называть меня этим именем, Екатерина. Это ясно?       — Более чем… — нервно сглотнула она и поспешила затолкать рот рисом, чтобы случайно не брякнуть очередную глупость. Оглядевшись, мужчина остановил взгляд на столике возле окна и мысленно улыбнулся. Столько лет прошло, а он по-прежнему представляет их компанию, вспоминает, как они смеялись над очередным проколом Обито — и как он млел от ее близости.       Пейн моргнул и на секунду ему померещилось, что перед ним сидит его возлюбленная. В следующий миг это наваждение исчезло, и он снова увидел Катю, подопечную, над которой зачем-то решил взять шефство. «Я сделаю из нее элитного бойца, дай мне время», — заявил он директору, когда тот выразил сомнения насчет старшей сестры. В тот момент Пейн не совсем здраво соображал, да и сейчас не очень-то понимает, с какого дуба рухнул, чтобы заделаться в няньки к новенькой. Видимо так он решил восполнить недостаток утраченного прошлого, занять себя чем-то другим, нежели постоянными миссиями, однообразие которых уже в печенке у него сидит. Неожиданно захотелось бросить всё и завести нормальную семью.       — Как я уже говорил, наша академия готовит элитные кадры, которые затем получают шанс попасть в разные структуры. Будь то правительство какой-либо страны, преступные картели, либо спецслужбы, — пояснил он и одним глотком допил терпкий чай. В это время Катя заканчивала со вторым блюдом, всё поглядывая на обсыпанный пудрой кексик. Сладкое она не любит, лучше апельсин съест, а вот Настя бы с удовольствием слопала все сладости этого заведения. Жаль только, что ее сейчас здесь нет. — Наша система обучения включает в себя множество дисциплин, направленных на всестороннее развитие учеников. Есть те, которые обязаны изучать все без исключения, остальные же зависят от группы, в которую ты попадешь. Всего их три.       Пейн загнул первый палец, показывая, что сейчас его стоит слушать предельно внимательно.       — Первая — диверсионно-разведывательная. Это самая обширная и перспективная из всех. Ты, Екатерина, определена именно туда, — девушка вытащила из кармана пиджака свой пропуск, на котором была отпечатана ее фотография, личные данные и большая красная буква А. У некоторых студентов она видела другие буквы — В и С. Когда Пейн прикладывал пропуск в лифте, на табло высветилась именно ее буква. — Командиром этого подразделения и твоим непосредственным начальником являюсь я.       На услышанное девушка ответила молчанием. Пейн сразу расценил это как желание узнать о структуре их академии, вот только в действительности всё было в точности да наоборот — ей уже давно известно, как построено обучение в этих стенах. Хотя, готовилась она к самому худшему.       — Вторая группа — контрразведка. Они занимаются защитой академии и предотвращают любую угрозу срыва наших миссий. Видишь того человека?       Катя повернула головуи, проследив за рукой Пейна, обратила взор на брюнета, с которым она столкнулась еще вчера. Именно он стал ее первой и последней жертвой до того, как она потеряла сознание.       — Я его вырубила на складе, — с неким превосходством ответила, однако в следующий миг весь запал испарился, когда мужчина продолжил. И на секунду Кате показалось, что он насмехается над ней.       — Это командир второй группы и твой учитель по стрельбе. И да, он еще точит на тебя зуб. Поэтому будь осторожна.       — Есть шанс пострадать? — Пейн кивнул, откидываясь на спинку стула. — Тогда может просветишь, чего мне стоит бояться помимо уязвленного командира?       Поджав губы и сложив руки на груди, мужчина с минуту буравил взглядом спину лучшего друга, затем неслышно хмыкнул.       — Третья группа — наши ученые, — без толики заинтересованности продолжил, что сразу приняли за ответ: упрощать ей жизнь никто не собирается. — Туда как раз и попала твоя сестра… И я ей не завидую.       Тут зеленые глаза полыхнули беспокойством, и маска невозмутимости треснула, обнажая истинную суть вещей.       — Почему? — едва смогла сохранить свой голос ровным, сдерживая мелкую дрожь.       — Сасори но Акасуна, — пояснил командир. — Дам один единственный совет: не связывайся с этим человеком. Он будет пострашнее нашего директора. Если попадешь в поле его зрения, считай, ты труп.       Катя громко сглотнула, по пересохшему горлу потекли ее страхи за глупого ежика. Сердце пропустило несколько ощутимых ударов, и в голову закралась мысль о том, что не стоило Настю втягивать во всё это.       — А моя сестра?       — Пока она ему… интересна, — вдруг Пейн прервался и в довольно озадаченных чувствах уставился на выход. Девушка сразу посмотрела в ту сторону. Не прошло и секунды, как к ним подбежала сама Настя, лучащаяся необузданным энтузиазмом и желанием разобрать это местечко на кирпичи, чтобы узнать все его секреты.       На стол рухнула увесистая пачка документов, часть которых выпала, пока она бежала сюда сломя голову. Следом за ней шел Сасори и поднимал растерянные бумаги. Сузившиеся в угрозе глаза навели на самые худшие подозрения, поэтому Пейн стал готовить речь в защиту ребенка. Студенты же оказались в еще большем ступоре, быстро сменившийся любопытством.       — У них такая шикарная лаборатория, — протараторила Настя и тут же схватила оставшийся кексик, — ты знала, что они даже исследования в области нейробиологии проводят. А какое оборудование… Да я о таком только мечтать могла!       Пейн изумленно хлопнул глазами и в немом шоке уставился на подошедшего к ним Акасуну. Увидеть его в компании новенькой было чем-то сравни упавшей на небе звезды. К тому же главный ученый академии никогда не покидает свою лабораторию раньше полуночи. А тут внезапно почтил их своим присутствием…       — Если ты сейчас не замолчишь, то больше никогда ее не увидишь, — Сасори попытался осадить новую ученицу, однако та его будто не услышала. Переполненная всевозможными эмоциями, воодушевленная, она присела рядом с сестрой и стала рассказывать ей об увиденном. Мужчине же оставалось только вздохнуть и молча отправиться к стойке раздачи еды — может хоть это занятие на время заткнет Настю. Стоит успокоительное ей назначить, а то работать с ней невозможно в таком состоянии.       Пока Сасори пытался определиться с обедом для ученицы, Пейн въедливо всматривался в сестер и пытливо вслушивался в каждое брошенное ими слово. Внутри опять зашевелился червячок непонятного ощущения. На миг ему показалось, что девушки немного похожи на одного человека. Та же линия губ, такой же вздернутый нос. Да даже национальность идентична… Или он просто накручивает себя, страдая из-за добровольного одиночества и невозможности обернуть время вспять?       Вскоре к ним вернулся Акасуна с подносом еды, и тогда Пейн предложил Кате сопроводить ее до комнаты. Как и предполагалось, мальчики и девочки жили отдельно друг от друга — в противоположных концах здания. Первый этаж был отведен под самое младшее поколение детей, поэтому и дисциплина здесь соблюдалась намного строже остальных. Катя проживала на третьем уровне, где обитали студенты, уже заканчивающие свое обучение. Выше находился уровень учителей.       Только оказавшись на своем, девушку охватило искреннее восхищение на грани замешательства. Она медленно ступала по паркету, выполненному в бежево-шоколадную полоску, и не могла поверить не просто в увиденное, а в мысль, что это и есть общежитие для простых сирот. Ее этаж разительно отличался от всех, что она мельком видела до этого. Поднимаясь по лестнице, Катя отметила довольно живое разнообразие на уровне с маленькими детками. Стены там были расписаны яркими мотивами, везде стояли зеленые растения в горшках. Садик — так она подумала, когда увидела несущуюся на них детвору. На следующем уровне атмосфера слегка изменилась, она стала более молодежной, но не броской. Вся яркость, пестрота вытеснилась бежевыми тонами, которые разбавляли приклеенные к стенам плакаты.       Когда Катя добралась до своего этажа (1), то внезапно окунулась в совершенно иной мир, пронизанный мыслью, что с этого момента ребячество заканчивается и начинается взрослая жизнь. Отсутствие окон компенсировалось искусственным освещением. Стены, потолок были выполнены в коричневых, шоколадных цветах, ничего светлого и теплого. Будто бы дизайнер хотел напомнить детям, что отныне им должно смотреть на жизнь совершенно другим взглядом. Более взрослым.       — Завтра в пять утра состоится тренировка, поэтому советую не опаздывать, — ровный голос мужчины нарушил молчание, которое они хранили вплоть до последнего шага. Девушка осмотрела дверь, возле которой они остановились, затем незаметно оглянулась на соседнюю комнату, откуда вышли две студентки. Одна из них оказалась блондинкой с длинными волосами, повязанными в высокий хвост на затылке. Левую сторону лица закрывала челка. Поверх формы был накинут белый халат, и обнаруженная на пропуске буква С сразу дало понять, что эта девушка находится в одной группе с Настей.       — Пейн-сама? — удивленно хмыкнула блондинка, стоило ей выглянуть из-за своей спутницы. Последняя сразу обернулась, и на миг Катя лишилась всякого ощущения реальности, перестав даже вдыхать прохладный воздух. — Вы уже вернулись с миссии?       Мужчина в ответ лишь кивнул, что сразу отразилось непонятной радостью в голубых глазах незнакомки. Попрощавшись с подругой и учителем, она поспешно развернулась и чуть ли не бегом понеслась к лестнице. Как только ее топот притих, вторая девушка подошла к ним, сложила руки перед собой и почтенно поклонилась.       — Учитель.       Катя вздрогнула, когда брюнетка обратила на нее взгляд своих медовых глаз. Сердце отчего-то забилось сильнее, и внутри распалилось сильное, невыносимое желание узнать хотя бы имя этого ангела. За свою тяжелую жизнь Громова повстречала многих людей, но впервые она видела человека такой невиданной красоты. Ее кожа казалась идеально ровным фарфором, что отсвечивал завораживающим блеском, который создавал искусственный холодный свет. Тонкие розовые губы, острые скулы и холодные глаза, похожие на два янтарных камушка, придавали сходство с неживой куклой. Лицо этой девушки не выражало никаких эмоций, каждое ее плавное, мягкое движение было отточено до идеального. Приколотая к волосам заколка с большим белым цветком придавала еще больше обманчивой невинности образу ангела. Хрупкая, миниатюрная, эта девушка казалась образчиком святой божественности, которой так не хватает человечеству. Но и обманываться на ее счет не стоило — в личину ангела закрался далеко не мирный человек.       — Катя, познакомься, — Пейн указал на девушку, заставляя ту выпрямиться и принять покорный вид. — Это моя лучшая ученица и напарница по совместительству.       — Конан Хаюми, — закончила та и поклонилась в знак приветствия. Катя вначале растерялась от такой официальности, но затем быстро взяла себя в руки. Сложив руки по швам, она ответила таким же низким поклоном, исподлобья встречаясь взглядом с брюнеткой.       — Екатерина Громова, новая студентка в вашей группе. Приятно познакомиться.       После услышанного Конан выпрямилась и с налетом растерянности уставилась на своего напарника. На мгновение ее непроницаемая маска пошла глубокими трещинами, и Катя смогла увидеть простого человека, способного испытывать эмоции.       — Опять рус…       — Что-то не так? — мужчина в предупреждающем жесте сузил глаза, и Конан сразу мотнула головой, отказываясь от своих же слов. Добившись покорности, он посмотрел на подопечную, которая, очевидно, станет его ярким пятном на репутации. — Тогда я тебя оставляю. И еще раз: не забудь про тренировку. За любое нарушение дисциплины поступит наказание. Я, как твой командир, буду требовать с тебя по максимуму, поэтому постарайся, Екатерина.       С этими словами он прошел мимо Конан, безмолвно приказывая следовать за ним. Громова же проводила их взглядом до поворота и только тогда позволила себе отпустить всё напряжение. На какое-то время она может успокоиться.       Пройдя в свою комнату, девушка оценивающе пробежалась глазами по небольшому, но довольно уютному помещению. Из мебели здесь обнаружилась заправленная кровать, у противоположной стены располагался письменный стол, куда она и подошла в первую очередь. Катя взяла в руки черную папку и раскрыла ее. Внутри находилось приветственное шаблонное письмо, ее расписание и свод правил. К последнему она проявила больше внимания, поскольку хотела наконец понять, сколько же ей даровано свободы — и сможет ли она спокойно общаться с сестрой.       Первое же предложение вселило немного уверенности. Студенты последнего курса вправе покидать стены академии, если получат разрешение от своего командира.       Внимательно изучив каждое правило, задерживаясь на некоторых абзацах и по несколько раз их перечитывая, Катя опустила руку с буклетом. Взгляд задумчиво перевели к окну, откуда открывался вид на густой лиственный лес. Ограничений оказалось не так много, в основном они касались дисциплины и обязанностей. С сестрой она могла контактировать, если только на это не наложат ограничение, к сети интернет и телефону у нее имелся полный доступ — и тут сразу возникало множество вопросов, главным из которых был один: почему такой низкий уровень контроля за преступниками? Неужели они считают, что вживленный чип поможет предотвратить ту же утечку информации или нежелательные для академии встречи? Да и побег всегда возможен, особенно когда у тебя сестра гений. Если потребуется, она вытащит чип и нейтрализует любую защиту. Для нее это плевое дело, даже в какой-то степени забава, которую она с радостью провернет.       Может они только создают видимость свободы?       Девушка незаметно осмотрела каждый угол комнаты, пытаясь отыскать хоть одно доказательство самой очевидной мысли. Вскоре она оставила эту затею и подошла к платяному шкафу. Если ее догадка и верна, проверить это невозможно. И даже лучше с Настей не обсуждать — нельзя хоть чем-то себя скомпрометировать. Пусть руководство и дальше думает, что они обыкновенные преступницы.       — Ну и что скажешь о старшей сестре?       Протерев красные от усталости глаза, Изуна крутанулся на своем кресле и посмотрел на старшего брата. Мадара, сложив руки на груди, чинно восседал на краю стола. Другие рабочие места были заняты наблюдателями, которые неотрывно следили за экранами. Каждый такой транслировал картинки со скрытых камер видеонаблюдения, расставленных по всему периметру академии. Классы, столовая, библиотека — даже душевые с туалетами оказались в зоне наблюдения. Директор требовал полного контроля за передвижением своих студентов, и слепые зоны не дозволялись… Кроме лабораторий, где полноправным хозяином был Сасори. Свою вотчину он запретил просматривать.       — Интересный экземпляр, — ответил Изуна, раскрывая дело новой студентки. Помимо собранной информации о ее прошлой жизни, внутри лежал пройденный тест, результаты которого не могли не удивить. — По тем данным, что удалось собрать нашим специалистам, сестры долгое время были разлучены. Младшая проходила лечение в психиатрической больнице.       — Причина? — уточнил Мадара, на что пожали плечами.       — Пару лет назад больница сгорела, и все данные о пациентах пропали. О ранних годах ничего не известно.       Старший Учиха нахмурился, но задавать очевидные вопросы не стал. Раз его подчиненные не смогли ничего разыскать о детстве Анастасии, значит кто-то специально скрыл или уничтожил эти данные.       — Тогда проведи с ней пару сеансов, мне нужно знать, кто она такая и насколько благонадежна, — заявил он, смотря брату прямо в глаза. В их деле нельзя ориентироваться только на таланты детей. Если у Насти имеются проблемы с психикой, в свое время это может привести к серьезным последствиям. Но Сасори так за нее ухватился, видимо действительно интересный экземпляр. — Так что насчет старшей?       Изуна смочил пересохшие губы и вернулся к теме их разговора:       — О детстве второй известно немного. Еще в младенчестве Катю удочерила семья из Японии. Отец был военным. По подтвержденным данным страдал приступами неконтролируемой агрессии, избивал свою жену и детей. Через год он и вся семья были найдены мертвыми, а девочка пропала, — промелькнувшее любопытство в глазах старшего брата заставило Изуну покивать. — Вот именно. После этого в ее истории идет провал.       — И тебя что-то смущает? — Мадара кивнул на результаты теста, который не переставали мять в руках.       — Если Катя и правда скиталась по трущобам, значит она могла попасть в какую-нибудь преступную группировку. По наблюдениям того же Пейна, ее стиль боя не похож на уличный, кто-то обучал девушку. И полученные результаты смутили меня… — Изуна громко сглотнул и, приставив палец к носу, с минуту пытался подобрать нужные слова, привести свои хаотичные мысли в порядок. Мадара послушно ждал, разглядывая экран компьютера. На нем была выведена картинка с комнаты Екатерины. Изучив каждый уголок своей спальни, теперь девушка сидела на кровати и рассматривала выданные документы. Мужчина в какой раз поймал себя на мысли, что она ему напоминает одну бывшую ученицу, которая когда-то подавала большие надежды…       Чертов Пейн со своими заморочками, — рыкнул он, надавливая на веки. Затем уже более осознанный взгляд вернулся к Изуне, но перед внутренним взором по-прежнему бледнел образ главной ошибки его прошлого.       — Я долгое время изучал психологию преступников, — наконец произнес Изуна, что сразу вернуло Мадару в реальность. Мысли о горьком прошлом на время отступили. — Особое внимание уделял организованной преступности. Так вот, — младший оторвался от спинки кресла и с горящими от возбуждения глазами сложил ладони вместе. — Мне кажется, что Катя когда-то работала на одну из таких. Ее ход мыслей не похож на обычный… он не присущ убийце или простой воровке. Она умело держит лицо, не показывает своих эмоций. В тесте отметила то, чем бы не стал заниматься человек, вышедший из трущоб. Я бы голову на отсечение дал, что Катя входила в одну из группировок якудза…       Мадара скептически вздернул бровью.       — Якудза? Но они не отпускают своих людей.       — Может сбежала, когда нашла свою сестру? — предположил Изуна, выступая замешательством на лице брата. Старший Учиха снова глянул на экран. Предположение имеет место быть, и его вполне можно проверить.       — Сеансы с Анастасией, — напомнил он и вытащил из кармана телефон. Оставив комнату наблюдения, Мадара открыл книгу контактов. Взгляд сразу упал на имя «Пейн», однако в последний момент он передумал и нажал на другое имя. Этому человеку он больше доверяет, нежели любителю русских девочек. — Обито, для тебя есть одно задание. Нужно, чтобы ты навестил наших друзей из токийского отделения якудза… Да, дорогой мой братец, именно сегодня. Нужно разузнать у них об одном человечке. Ее досье перешлю. До связи.       Отключившись, мужчина сразу отправил дело Екатерины своему двоюродному брату. Раз в этом деле может быть замешана якудза, значит ценность девчонки возрастет в несколько раз. Но если она окажется не той, за кого себя выдает, я и тебя Пейн прирежу.