Разговоры всегда к чему-то приводят

— Гарри! — Привет-привет. — Ты как? — В плане? Всё же хорошо. — Я про… — Ярите? О, да. Я его выслушал и сказал, что ответ дам позже. — Это всё… — Было очень внезапно, согласен. — Я могу узнать, что ты решил? — Когда сам пойму — тогда и узнаешь. Может начнём? — Так точно. Что означает твоё имя? — Гарри вроде как означает «домашний правитель». Буду честным, понятия не имею почему. — Твоё имя выбиралось не намеренно, а абсолютно случайно. — Оно мне всё ещё идёт. Танкист говорил, что я поддерживаю наш мир на плаву. — Хозяин вашего дома, пхах. — Нашего. — Очень мило с твоей стороны, но пока я не научусь осознанным сновидениям — он ваш. — Наш, потому что не будь тебя как человека придумавшего эту вселенную — ничего бы и не было. — Ты слишком уверенно это говоришь. — Потому что знаю. — Ладно-ладно. У тебя есть прозвища? — Танкист любит называть меня «Буддист чёртов», в то время как остальные обращаются по имени. В своей компании я Гарь. Говорят, что так быстрее и проще. — Как мило. — Не считая Чертового Буддиста. Такой наивный. Думает, что мне интересна религия. — Во всём есть свои плюсы. — Этому нужно обучаться, а мне знаний, пока что, достаточно. — Самоуверенно. — Скорее лениво. — Я бы не назвала тебя ленивым. — Скорее отрешенным? — Да. Именно так. — Забавно, потому что сейчас я так себя и чувствую. — Это плохо? — Скорее интересно. Удивительные ощущения. Понимать всё, отвечать складно, но разумом находиться где-то далеко. — Может ты вернёшься сюда? — Нет. Хочу продлить это состояние. — Сколько тебе лет? — Секрет. — Да ладно тебе. — Создав меня существом, что может жить вне времени и пространства всегда нужно учитывать, что возраст будет неизвестен. — Но ты то его знаешь. — Да, но какой в этом смысл. Чтобы было проще воспринимать скажу, что я одного возраста с вами, прекрасная леди. — Слишком высокопарно. — Такой уж я. — Таскэ это не понравится. — Ему не понравится если я назову тебя по-другому и, пожалуй, не буду, дабы избежать лишних проблем. — Согласна. Дальше? — Конечно. — Есть ли у тебя магическая форма? — Формы больше нет, но вот магия осталась. — Если ты ещё раз пустишь снег в кабинете — Танкист будет недоволен. — Не вопрос. — Я приму факт того, что всё исчезло. Меня больше интересует чего ты не умеешь. — Прости, но это ограничивается лишь твоей фантазией. — То есть твои возможности безграничны? — Именно. — Это звучит… — Так непрофессионально для тебя? Позволь опровергнуть твои мысли по поводу того, что я Мэри Сью. — Вперед. — Если бы я занимался чем-либо другим — такого простора бы не было, но отвечая за фантазию и воплощая её в реальность, пусть и только в нашем городке, требуется безграничный запас магических умений. К тому же — энергия ограничена. Я не смогу сделать много вещей за день. — Хватает только на пару серьёзных и десяток несерьезных? — Именно. Я не умею работать как часы. Делаю это скорее по настроению. По этой причине ты так не любишь графики выпуска работ. Мы с Камикото можем просто не появиться в нужный час. — Хотя было бы удобнее. — Не сомневаюсь, но такие вот мы. — Кто зависит от кого? — В плане? — Камикото и ты. Кто от кого зависит. — Прекрасная леди, мы полноценные члены общества, не нуждающиеся в зависимости друг от друга. Я могу прийти без него, а он может прийти без меня и это нормально. — Я не могу представить, чтобы он пришёл без тебя. — Но такое бывает. Просто ты не всегда это замечаешь. — Какой ужас. — Мы можем продолжить? — Конечно. Ты в хорошей физической форме? — А у нас она есть? — Что? — Форма физическая. — Ты знаешь, что давишь на больное? — Отлично понимаю, но мне всегда хотелось так ответить на этот вопрос. — Отвечай нормально. — Физическая форма внутри города в абсолютном порядке, не считая пару болячек в желудке от несвежей пищи, а что касается… — Тебе стоит перестать питаться сырой рыбой, я серьезно. — Пока мне комфортно — я не перестану. — Неужели она настолько вкусная? — Да. — Ты странный. — Таким уж создали. — Что это значит? — Ты знаешь, что я не умею заигрывать и «скалить клыки», так что эта фраза пряма как Лиговский проспект. Каким создали — таким я и являюсь. — Просто кажется, что тебе не очень хорошо от этого. — Выброси сомнения. Я, вроде как, только что говорил про комфорт. — Комфорт при поедании рыбы. Сырой, я напомню. — Если мне комфортно от поедания сырой рыбы, то что вообще может доставить дискомфорт? — … — Вот именно. Продолжай. — Почему все разговоры с тобой происходят вот так? Каждый раз понять не могу. — Мы оба любим отвлекаться. — Но начинаешь это ты. — Это первый раз, когда ты говоришь, что против этого. — Я не против. Просто это странно. — Такие уж мы. — Как заговорил. Ладно, продолжаем. Твоя эстетика. — Тёмные волосы, фиолетовые глаза, дым от палочек… — Они воняют. — Зависит от твоего восприятия запаха и не более. — … — Да? — Они воняют. — Не опускай глаза. Просто твоё восприятие отличается от моего. Это нормально. — Ладно-ладно. Ещё что-то есть? — Наверное альбинизм. — Прости, но… — Мне очень нравится разнообразие людей, но альбиносы просто своровали часть моей души. — Хорошо. Принимаю ответ. У тебя есть лучший друг? — Саша и Ярите. Стоит ли мне что-то рассказывать о них? — Ты определился. — В каком плане? — Назвав Ярите лучшим другом. Оговорка. — Неужто по Фрейду? — Именно. — Это была не оговорка. Даже если я соглашусь на романтические отношения — всё будет таким же, как и раньше, за исключением увеличения совместного времяпрепровождения. — Не только это обычно приходит. — Я осознаю желания Ярите и даже могу под них подстроиться в случае чего. — Так говоришь словно уже согласен начать с ним отношения. — Я всё ещё думаю над этим. — Узнаю ли я в конце интервью? — Не факт. — Что ты думаешь о Ярите и Саше? — Ярите так мило удивляется, когда начинает видеть. Каждый раз для него это как маленькое приключение. Надо будет ему как-нибудь сообщить, что это с каждым разом усиливает другие его чувства, но потом. У Саши чудесный голос. Почему она его скрывает? — Я не могу сказать. — Ярите рассказала. — Я рассказала ему про то, что она зашила рот и потеряла голос когда-то очень давно. Причины — нет. Это было бы низко. — Саша пообещала, что и мне когда-нибудь раскроется. — Ты сказал, что у неё прекрасный голос ни разу не слышав? — Потому что уверен в этом. Не имеет значения ни тембр, ни звучание, ни картавость, ни шепелявость. Ничего не имеет значения пока я люблю её. Как друга, предотвращая дальнейшие расспросы. Это как глаза Ярите. Я уверен, что они прекрасны, не смотря на белизну, покрывшую их. Ты знаешь какого цвета у него глаза? — Он родился слепым. — Значит они всегда были белыми как свежий снег. Красота. — Ты любишь людей? — Они замечательные. — Такой милый. — Ты тоже замечательная, к слову. — Обойдемся без лести и продолжим. — Ни капли вранья, но как хочешь, прекрасная леди. — В какие моменты ты чувствуешь себя счастливым? — Всегда. — Это не ответ. — Я воспринимаю всё с позитивной точки зрения, не нуждаясь в негативе. Он проходит сквозь меня, не оставляя ничего после. Так что всегда. — Это не ответ. — Меня не трогают даже землетрясения, если ты об этом. — … — Если этому суждено случиться, то так тому и быть. Значит это хороший исход. — … — Хах, не молчи. Между прочим — это грубо. — Я просто удивлена. Даже землетрясения не вызывают грусти? — Даже зная по какой причине это происходит. Мы не будем затрагивать столь сложную для нас тему самоубийства, поэтому я просто повторю. Если случилось — то значит, что так нужно было. — Но… — Ты уверена, что хочешь продолжать? — Ты впервые просишь меня остановить дискуссию. — Потому что мне лень. — Ты издеваешься? — Ничуть. Следующий вопрос? — Ладно. Какой твой самый большой секрет? — Возраст. — И всё? — А что мне ещё скрывать? А есть ли в этом смысл? — Ты слишком прост в этом плане. — Каким создали. — Есть кто-то ближе друзей? — Оу, ты имеешь ввиду романтического партнёра? — Именно. — Хм. Сложный вопрос. — Ты всё ещё не решил? — Милая леди, если бы это было так просто. — Ты выбираешь вариант, который не разобьёт ему сердце? — Ой, что ты, нет конечно. Он взрослый человек и в случае чего спокойно примет отказ. Мы слишком хорошо друг друга знаем, чтобы переживать по этому поводу. — Ты слишком спокоен. — Потому что уверен. — Если ты всегда во всём уверен, то почему сейчас… — Потому что моя уверенность в других сильнее, чем уверенность в себя. — Что ты имеешь ввиду? — Наверно это звучало грубо. Перефразирую. Моя уверенность в том, что люди поступят как я сказал — сильнее, чем то, что я поступлю так, как сказал. — Всё равно не понимаю. — Я могу очень легко передумать, а другие — нет. Это может доставить ему немало проблем. — Так бы сразу. — Слишком сложно для тебя? — Скорее тавтологично. — Я не Танкист, который пять минут думает прежде чем ответить. Мне проще выпалить вслепую надеясь, что собеседник поймёт. — У меня всё. Можешь звать Хиро. — Я обязательно сообщу как решу, что делать с чувствами Ярите. — Пожалуйста! — Не бойся. Мне же нечего скрывать.