20
19 февраля 2022 г., 22:29
Антон просыпается с жуткой головной болью, стараясь не обращать на это внимание. Вчерашние мысли о суициде не кажутся бредом и на утро. Антон намерен свести счёты с жизнью. Он должен всё хорошенько обдумать. Ему нужно довести всё до логического конца, чтобы было не так сложно умирать. Тоше нужно завершить все свои дела на земле. Но он по-прежнему не знал, что делать с матерью. Просить ли у неё прощение или нет? Если честно, Антон и сам не знал за что хочет просить прощение, ведь это же не он выгнал из дома сломленного подростка и бросил на произвол судьбы. Антон знал лишь, что нужно попросить прощение. За всё плохое и хорошее. А об отце он даже не знает, что думать. С ним все сложно, но обязательно нужно решить проблему.
Как раз об этом Антон собирался подумать в душе, стоя под тёплыми струями воды. Он направился в ванную комнату, вовсе не подозревая, что в это время на кухне, Арсений заботливо готовит завтрак, делая вид, что вчера ничего не случилось. Может это и к лучшему. Антон хочет на это надеяться.
Арсений включил расслабляющую музыку на фоне и сел за стол, ожидая Антона. Сегодня он понял, что подросток почти ничего и не знает о нем. Они слишком были увлечены своими проблемами, а точнее проблемами подростка, что какие-то сухие факты из жизни друг друга были им не нужны. Эту ситуацию нужно было срочно исправлять, ведь если он хочет, чтобы его соулмейт открылся и доверился ему, Арсений должен сам сделать шаг навстречу.
Мужчина знает, что у них всё будет хорошо, по-другому и быть не может.
— Доброе утро, — Антон заходит на кухню и садится за стол. Арсений замечает его болезненный вид, но решает промолчать, боясь, что Антон от него убежит и не захочет разговаривать, поэтому, натянув дружелюбную улыбку на лицо, говорит:
— Доброе утро, Антош, — он ставит перед Антоном тарелку с блинчиками и чашку кофе. — Поешь, пожалуйста, — просит он, и искренне радуется, когда Антон всё же берет в руки блинчик и откусывает маленький кусочек.
— Очень вкусно, спасибо, — благодарит подросток, чувствуя, что его сейчас вывернет. Нет, блинчики были действительно очень вкусные, просто желудок решил отомстить хозяину за все издевательства.
— Рад, что тебе понравилось, — Арсений последовал примеру Антона и тоже приступил к завтраку. — Антош, я сейчас на работу, хочешь, тебя подвезу?
— Нет, — отрезал он.
— Почему?
— Я люблю идти до школы пешком, — ответил Антон, не поднимая взгляда.
— Как знаешь, — Арсений расстроился, но он не будет давить на него.
— Арс, почему ты никогда не говорил кем работаешь? — неожиданно даже для себя, спросил Антон.
— Ты и не спрашивал. Я работаю в офисе, в этом нет ничего необычного, — пожимая плечами, ответил мужчина, не отрываясь от завтрака.
Антон съел один блинчик и выпил кофе, но Арсений и этим был доволен. Конечно, последний понимал, что после вчерашнего, блины для желудка подростка могут оказаться слишком тяжёлой пищей, и Арсений хотел сварить кашу, вот только в доме не оказалось ни одной крупы, но он обязательно исправит это сегодня.
— Так, а теперь давай быстро собирайся и иди в школу, иначе опоздаешь, — складывая грязную посуду в раковину, приказал Попов.
— Слушаюсь! — по-солдатски ответил Антон, стараясь сдержать смех.
— Ты чудо какое-то! — в ответ заявил Арсений, подходя к Антону и нежно целует его кончик носа. Подросток довольно улыбнулся, наслаждаясь моментом. После Арсений переключился на мягкие искусанные губы Тоши. — А теперь точно беги в школу! — воскликнул мужчина, разрывая поцелуй.
Антон уже хотел было идти собираться, но тут же вспомнил про своё ночное желание.
— Арс… — начал Антон, растягивая гласную.
— Что? — Арсений развернулся к нему.
— А можно завести котёнка? Я очень сильно хочу котёнка! Ну, пожалуйста! — Антон сделал глазки, как у щенка и чуть тише добавил: — Хочу, чтобы пушистое рыжее солнышко бегало по дому. — Арсений замер в ступоре, обдумывая услышанное.
— Хорошо, — согласился он. Арсений сделает все, лишь бы его соулмейту стало лучше. Антону нужны положительные эмоции.
Арсений настолько старается для Антона, что последний иногда чувствует себя неблагодарной сукой.
— Спасибо! — Антон поцеловал мужчину в щеку и убежал.
Кажется, мы помирились, — с такой мыслью Антон вышел из подъезда, вставляя наушники в уши.
Погода совершенно не соответствовала настроению юноши. Небо затянуло грозными серыми тучами, а в душе Антона нтона пели птички и летали бабочки.
Анорексичные бабочки.
В наушниках заиграла весёлая музыка. Антон думал, что в его плейлисте давно нет таких песен… Немного разбежавшись, он прыгнул в небольшую лужицу, брызги разлетелись в разные стороны, и он довольно улыбнулся. Ему не много надо для счастья.
Но вот, споткнувшись, Антон чуть ли не падает на землю, но его кто-то вовремя хватает за локоть. Наушники выпадают из ушей. Тоша пытается восстановить дыхание: он успел немного испугаться. Всё-таки не очень хотелось встретиться лицом с мокрым асфальтом.
Антон оборачивается, чтобы посмотреть на своего спасителя и теряет дар речи.
— Антон… — он видит перед собой отца, который всё ещё держит его за руку. Антон вырывает руку из цепкой хватки.
Он нарушил моё личное пространство.
Юноша ненавидел, когда так грубо нарушали его личное пространство. И совершенно плевать, что ещё минуту назад он мог принести в жертву асфальту своё прекрасное личико. Совершенно плевать. Факт остаётся фактом.
Он схватил меня за руку. Этот человек, из-за которого я проводил бессонные ночи в слезах, нарушил моё пространство. Ненавижу.
Андрей стоял неподвижно, боясь спугнуть сына.
— Что тебе надо? — как же грубо Антон, но сейчас ему плевать на грубость.
— Я хочу поговорить, — Андрей взял себя в руки.
— А я нет! — заявил Антон и быстрым шагом направился в школу.
— Это я тебе написал вчера, сохрани мой номер. Если хочешь поговорить — напиши! — услышал подросток сзади, но не стал поворачиваться. Он обязательно удалит этот номер и забудет сегодняшнюю встречу, как страшный сон.
— Всё будет хорошо! — Антон пытался успокоиться. Всё тело трясло, как при ознобе.
Подросток не заметил, как добрался до школы и быстрой походкой вошёл в класс, оставляя после себя мокрые следы. И садясь на своё место, Антон сжимает кулаки сильнее, оставляя на ладонях белые следы-полумесяцы. Он пришёл к звонку, поэтому, как только достал тетрадь и ручку, начался урок.
— Привет, — тихо говорит Дима, чей голос выводит Антона из ступора. Он забыл поздороваться с другом.
Эх, Антош, как не стыдно…
— Привет, — быстро тараторит в ответ Антон, замечаю на себе грозный взгляд учительницы.
— Всё в порядке? — обеспокоенно спрашивает Дима, и это раздражает Антона.
Кажется, твоя маска трещит по швам.
Смотри не проебись, — шепчет подсознание и Антон хмуриться ещё больше.
— Всё в порядке, — кивает он в ответ, пытаясь натянуть на себя подобие улыбки.
— Шастун, что-то ты сегодня много разговариваешь! — воскликнула учительница, выходя из себя. «Старая маразматичка» — так ее называл Антон, была помешана на своем предмете, готовая горло перегрызть тому, кто нарушит её покой. «Математика — царица наук», — для нее это святые слова. Антон еще не видел таких людей. Она помешена на своей работе, и, кажется, свихнулась с ней.
На скучном уроке алгебры Антон погружается в самокопание и не замечает никаких криков. Он растворился в этом пространстве, будто его уже и нет.
***
Арсений едет на работу, вспоминая, как ещё совсем недавно проводил холодный вечера за книгой, а теперь заботиться о зеленоглазом чуде. Как же быстро он меня поменял мою жизнь… Кстати, светильник в комнате всё ещё горит каждую ночь. Этот небольшой огонёк в мрачной темноте дарит Арсению спокойствие. Страх не отступает от мужчины и ведет жесточайшую борьбу за существование. Мужчина очень сожалеет, что вчера вечером чуть не сорвался на Антона. Ведь ещё недавно Сергей точно так же вытаскивал его из депрессии, пытаясь хорошенько не набить графское личико. Через пару минут Арсений остановился около нужного здания и вышел из машины. Над остальным он подумает в теплом кабинете. — Здравствуйте, Арсений, — поздоровалась девушка с очень милой внешностью, но как бы она не старалась, у неё ничего не получится. Мужчина хоть и кажется героем-любовником, но это только внешне, на самом деле Арсений верный человек.***
Раньше Антон вставал на весы утром и вечером, чтобы следить за весом. Сейчас это не играет большой роли. Ему нравится чувство контроля. Контроль его завораживает, одурманивает разум и заставляет подчиняться себе. Хотелось курить. Антон посмотрел на часы. Пятнадцать минут до конца урока, но он не будет курить в школе, Тоша всё ещё поддерживает статус примерного ученика. Вот только примерные ученики не курят и не ругаются матом, да, Антош? — сознание издевалось над ним в открытую. Впрочем, как и всегда. Когда-нибудь это точно сыграет с ним злую шутку. Когда-нибудь… За всем этим потоком мыслей, Антон понимает, что не сможет сегодня ночью уснуть, и даже будет плакать. Печально и больно, но ничего не поделать. Приходится терпеть.А он, отвергнутый, — сказать короче — Впал в скорбь и грусть, потом в недоеданье, Потом в бессонницу, потом в бессилье, Потом в рассеянность и, шаг за шагом, — В безумие, в котором ныне бредит, Всех нас печаля.
Еще чуть-чуть и я точно свихнусь, — ухмыляется Антон. — С отцом я сегодня уже встретился, пожалуй, осталось только к матери заглянуть… Антон надевает наушники и включает музыку на полную громкость. Собьёт машина? Ну и пусть! Он только рад умереть. Все хорошие мальчики попадают в ад, ему не место в раю. Он размахивается и бьёт со всей силы по маленькому камешку, который в свою очередь отлетает на дальнее расстояние. Рука в одном из карманов куртки нащупывает… Лезвие? Антон думал, что Арсений уже давно отобрал у него все лезвия, но нет. Сейчас он крутит в руках холодную сталь и в его сердце никак не отзывается на это, будто он видит эту вещицу в первый раз. Антон убирает его обратно и бредёт по знакомым улицам. Как же я давно тут не был! Это, наверное, к лучшему. Хорошо, что Арсений об этом не знает. И сейчас подросток понял, что никогда не будет скучать по этому району, по этой улице, по этой квартире. Слишком большой боли напоминают ему эти стены. Холодный воздух сильным порывом дуем Антону в лицо, и тот хмурится, пытаясь укрыться от него. Кажется, скоро пойдет дождь, — думает Антон, смотря на тяжёлые серые тучи над своей головой. Ветер путает светлые волосы на макушке, создавая беспорядок. Антон пытается привести волосы в порядок, но всё тщетно: они лишь сильнее путаются. Зайдя в подъезд, подросток быстро поднимает по ступенькам вверх, перешагивая сразу через две ступеньки. Куда он спешит? Антон и сам не знает, лишь убеждён в том, что ему нужно понять что-то для себя. Будет ли Майя рада видеть его? Нет. Выставит ли она его за дверь во второй раз? Возможно. Пару минут, и вот Антон уже стоит у до боли знакомой двери, не решаясь зайти в квартиру. Тоша дергает за ручку двери и та поддаётся, запуская подростка внутри. Открытая дверь — плохой знак. В квартире темно, пусто, одиноко и тихо, а ещё в воздухе витает запах дешёвого алкоголя и сигарет. Антон с омерзением оглядывается вокруг. Не такой была их квартира, когда Антон был ещё совсем ребенком. О тех немногочисленных светлых моментах, Антон вспоминает с грустью. Подросток проходит глубже в квартиру и никого не находит, тогда он решает пройти на кухню и находит там Майю. Она сидит за столом, на котором стоит лишь полупустая бутылка водки. Стакан, который женщина держала в руке полминуты назад, и солёный огурец, одиноко лежащий на маленьком блюдце. Женщина поднимает затуманенный взгляд на сына и не верит своим глазам, решая, что это глюк от большого количества выпитого алкоголя. — Чего пришел? — грубо спрашивает Майя. Эти слова пронзают сердце Антона, и он жалеет, что вообще сюда пришел. Руки невольно тянуться к шрамам на руке, сильно сжимая нежную кожу, а по телу пробегают мурашки. На что он надеялся? Антон отворачивается и устремляет взгляд в окно, за которым начался дождь. Его капли не сильно стучали по стеклу, скатываясь по нему и образуя тем самым мокрые дорожки. На душе скребут кошки, а на глазах выступает непрошенная влага. Антон поднимает голову вверх, чтобы слёзы ненароком не скатились по впалой бледной щеке. Становится очень больно. Не такой он помнит свою заботливую мамочку, которая не чаяла души в своём сыне. Когда это была в жизни Антона, сейчас же все счастливые моменты канули в прошлое. Этого уже никогда не будет, и от этого становится еще больнее. Он поворачивается лицом к Майе и ужасается: её лицо изменилось до неузнаваемости. — Забирай свои вещи и иди куда хочешь. Мне такой сын не нужен. Воспоминая лезут в голову в неподходящий момент. Антону было очень больно тогда, ему и сейчас очень больно. Как она могла так легко выгнать собственного сына? — Антон опускает голову вниз, смотря на свои ноги. — Наверное, я действительно никчемный сын, сука! — Ты так и будешь молчать? — спросила Майя. — Помолчать мог бы и в другом месте, от неё сильно несло перегаром, поэтому Антон поморщился. — Да ты действительно ничего не понимаешь? — Тоша сорвался на крик. — Ты даже не вспоминала обо мне всё это время! Я настолько тебе безразличен? А ты этого ещё не понял, глупыш? — коварно шептало подсознание. Его внутренние демоны берут над Антоном контроль. Тоша не знает, как с ними справляться. — Тихо! — кричит он, чем пугает женщину. Последняя поднимает на Антона удивлённый взгляд. Подросток теряет контроль над собой, это может сыграть с ним злую шутку. За окном сильные порыв ветра гнет ветки деревьев к земле, грозясь сломать их пополам. — Если я тебе настолько безразличен, так зачем рожала! Зачем, скажи? Почему не сделала аборт? — спрашивает Антон и сам пугается своих слов. А он ведь до этого момента и не думал об этом. — Всем бы было легче сейчас… — чуть тише произносит он и замолкает. Мне нужно просто исчезнуть. Таким как я нет места в этой жизни. Я лишний. Я ошибка природы, просто злая её шутка, которую она решила сыграть со мной, обрекая на вечные страдания. Уже никогда не будет лучше. Мне лучше убить себя, исчезнуть с Земли. — Прощай, — кидает Антон напоследок и убегает из квартиры, оставляя женщину наедине. На улице и правда холодно, тоскливо и сыро. Хочется закрыться дома с любимым человеком и сидеть с ним в крепких объятиях, укутавшись пледом. И в этот момент Антону звонит Арс. — Алло, — отвечает Антон на звонок. Голос до ужаса не узнаваемый, хриплый. — Котик, что с тобой? — в трубке слышится обеспокоенный голос Арсения, и у Антона на душе расцветают розы. Он переживает за меня. Розы с острыми шипами больно впиваются в легкие и по ним стекают капельки крови. Нельзя давать себе ложные надежды. У тебя нет будущего… — Всё хорошо, Арс, тебе не о чем беспокоиться. Я скоро буду дома. Увидимся! — весело пролепетал он, завершая вызов. — Ты безумец, Антон! — прошептал себе мальчик с глазами ребёнка.
