Была в сети в прошлой жизни

Ро вернулась домой под закат. Красиво и со спецэффектами в виде чёрных полос на щеках и разодранных костяшек. Прохожие смотрели на неё как на ненормальную, которая только что сбежала с психиатрической больницы. Не удивительно, всё-таки не так уж и много людей ходят по улицам в таком виде. Косые взгляды, отбегающие подальше прохожие. В другой ситуации Роксане было бы неприятно, но сейчас ей было абсолютно всё равно. Пусть смотрят, шепчутся за спиной, вообще делают, что хотят. Ей нет дела до людей вокруг — главное сейчас дойти до дома и лечь спать, а дальше наступит следующий день. Взойдёт солнце, раны начнут затягиваться и она сможет спокойно встать и пойти дальше. Она заходит в чужую квартиру, медленно закрывает дверь, чтобы никто не услышал, и направляется в комнату Эмили, надеясь, что блондинка решила сегодня заснуть пораньше или уже ушла. Но, видимо, сегодня был абсолютно не её день. Не успела она пройти зал с кухней, как она заметила удобно устроившуюся девушку на диване. Эмили читала книгу, медленно перелистывая страницу за страницей. Читала она быстро, как будто и не читала вовсе, а просто листала бумагу от корки до корки. Услышав шаги, она еле заметно вздрогнула, но даже не устремила свой взгляд на вошедшую. — Ты опять поздно. Холодно. Ни капли сочувствия или интереса. Будто их дружба закончилась на неприятной ноте, но им всё равно приходится жить вместе. Ро нехотя остановилась. — Прости. Форс мажор, — с дрожью ответила она. Обещала не плакать при ней больше, но сейчас еле сдерживалась. — Да, я слышала, — Эмили тяжело вздохнула и закрыла книгу, но так и не обернулась, — Слухи расходятся быстро. Это с Ваней подрался Джош? — Думаю, тебе не нужно ответа на этот вопрос, ты и так всё прекрасно знаешь. А сейчас, если ты не против, я пойду спать. Роксана уже собиралась уходить, когда вторая спрыгнула с дивана и подбежала к ней, подняв порванную в клочья руку. Больно. — Ро, что это? — она смотрела с таким трепетом и волнением. Что, неужели теперь стало интересно? Брюнетка отвела взгляд, но Эмили резким движением руки повернула её к себе, — Роксана Копалова, отвечай, что произошло! Ответа не последовало даже спустя несколько минут пустых переглядок. Блондинку уже начинало заметно трясти от злости. Какого чёрта она молчит? Ро казалось, что ещё пара секунд и эта хрупкая ручка, которая держит её запястье, сложится в кулак и прилетит прямо в лицо. И эти секунды проходят, а Эмили лишь тяжело вздыхает, закрыв глаза и, помотав головой, тянет подругу в ванную. Прикрыв дверь, она усаживает девушку на край и принимается обрабатывать руку. Никаких лишних слов, только угрюмое молчание и глубокие мысли. — Я поссорилась. Неожиданно прозвучавший голос даже слегка напугал Роксану. Она не могла понять к чему это было сказано. — Кайла узнала, что ты сейчас живёшь у меня и наехала. Мы поругались. Сильно. Она назвала меня сукой и стервой, которая ведётся на таких же идиотов, как и я сама. Ну, я, конечно, тоже погорячилась. Она так говорит, будто думает, что я каменная и ничего не чувствую. Но мне тоже неприятно… — сделала небольшую паузу, осмотрев руку Ро, — Сегодня весь день мы разбирались. Тебе могло показаться, что мы тебя избегали, но нет. Я не хотела тебя втягивать в наши разборки. Кайла итак плохо относится к тебе. Блондинка забинтовала порвавшуюся кожу, после чего подсела к подруге на ванную. Тяжело вздохнув, она посмотрела на Роксану, которая внимательно наблюдала за каждым ее действием. В её медовых глазах читалась грусть и боль, которая так и приковывала всё внимание к себе. Хотелось обнять, чмокнуть в волосы, сказать, что всё будет хорошо и дать конфетку. Как ребёнку, ей богу. Однако брюнетка сдержала себя от этого глупого желания и продолжила слушать подругу. — А до этого у меня случился инцидент с Брайном… В общем, он у нас абьюзер тот ещё. Мы с ним встречались пару лет назад, но, когда он начал качать права и замахиваться на меня, я его бросила. И позавчера, когда ты задержалась из больницы, он позвонил и попросил выйти, — Ро заметила, как Эмили сжала руки в кулаки, — Боже, я уже с ним обговорила абсолютно всё ещё в прошлые разы, а он всё никак не успокоится. Не понимаю, за что мне такое наказание. Роксана не сводила прикованных глаз. С её роста она всегда видела Эмили такой величественной, позитивной и сильной. Конечно, она лицемерит перед остальными, но она открылась перед ней — простой девушкой из России, которая переехала сюда несколько месяцев назад — показала себя настоящую. И реальная Эмили такая же ранимая, как и любой другой человек. Её многое задевает, хотя она этого не показывает. И не горит желанием, как видно по тому, что было утром. В этом они похожи. Ро не любит показывать свою слабость, точно так же, как блондинка. Кажется, что мир рухнет, если кто-нибудь увидит. Если узнает, что они тоже живые, а не бесчувственные машины. Если услышит хоть единый всхлип. Брюнетка перекинула взгляд с подруги на свою забинтованную руку, а после тяжело вздохнула, будто пыталась собраться с силами. — Что он сказал? — Всё как обычно. Хотел, чтобы мы снова сошлись. Брайн был ещё одной причиной того, что я решила закадрить Джоша. Это единственный парень, которого он боится. Вернее, боялся. После того, как они повздорили с твоим парнем и их обыграла Эшли, он вообще озверел. Сказал, что не хочет больше ничего слышать про Джоша, что он больше ему не угроза и он будет драться с ним, если потребуется. — Прям рыцарь, — недовольно фыркнув сказала Ро, — И как ты от него отделалась? — Никак, — по голосу можно было понять, что девушка уже устала от ситуации с бывшим, — Если бы мама не приехала в этот момент, то он бы меня не отпустил. Даже не знаю, что с ним делать дальше. Ладно, забудь, это потом. Теперь твоя очередь. Объясни мне, что случилось с тобой. — У нас с Ваней тоже произошёл серьёзный разговор. Я… Я рассталась с ним. — Ро почувствовала, как взгляд девушки упал на неё, оставляя неприятный ожог, — Я поняла, что больше так не могу. Не могу находиться рядом с ним. Чувствовать его прикосновения на себе. Чувствовать его рядом с собой. Мы пробыли вместе слишком долго, чтобы я скрывала от него такое чисто из жалости. Но даже несмотря на это, я чувствую себя ужасно. Как бы, это я его бросила, и не удивительно, что ему больно, но по мне это ударило почти также, как по нему. И я не понимаю, ведь это я была инициатором. Я уже давно себя готовила к этому. Так какого чёрта мне так хреново? Она была готова скатиться с края ванной на пол, сесть, прижав ноги к себе, и уткнуться головой в коленки, царапая саму себя за плечи. Не для того, чтобы заплакать или закричать. Чтобы хоть как-то почувствовать себя живой, заглушить моральную боль физической. Потому что она не знает другого способа. И не знает, сколько это продлится. Она вообще сейчас ничего не знает, а неизвестность — это самое страшное. Страшно думать о будущем, ведь ты не можешь предугадать, что тебя ждёт. Страшно смотреть в темноту, ведь мы не видим что там, в кромешной тьме. Страшно не иметь ни малейшего представления о том, что ожидает тебя буквально завтра, ведь после того, что произошло сегодня, ты сделал крутой поворот, после которого больше не управляешь своей жизнью. Ты можешь лишь плыть по течению, не имея ни малейшей возможности что-то изменить. Она была готова упасть. И точно сделала бы это, если бы не Эмили, которая заметила, как та напряглась, и приобняла подругу за плечи, положив её голову себе на грудь. — Не волнуйся, всё пройдёт, — осторожно прикоснулась губами к виску. — Когда пройдёт? Я не понимаю, почему мне так больно?! — Ро старалась держаться изо всех сил, однако, голос продолжал предательски дрожать. И, к глубочайшему сожалению, она ничего не могла с этим поделать. — Ты до этого никого не бросала? — последовал кивок головой — Тогда ясно. Тебе больно, потому что вы провели столько времени вместе. Привязалась к нему. Привыкла, что он всегда рядом, что вы как одно целое. Страшно отпустить воспоминания, которые копились изо дня в день и которыми ты так дорожила. Я тоже боялась бросить Брайна. Каким бы абьюзером он не был, сначала наши отношения были идеальными. Мы были буквально лучшей парой школы. Мне было страшно представить, что мы больше не будем обниматься в коридорах, что никто больше не будет называть нас Ромео и Джульеттой или Эдвардом и Беллой. И было так страшно сделать шаг. Но знаешь, — она сделала лёгкую паузу и наклонила голову так, чтобы заглянуть Роксане прямо в глаза, — Это было самое лучшее решение в моей жизни. Когда я сказала ему это, мне тоже было нереально больно. Но буквально через пару дней я почувствовала такое облегчение. И у тебя будет также, солнышко. Всё будет хорошо. Эмили прижала её ещё сильнее и Ро почувствовала как волосы стали медленно намокать. И в этот момент она поняла, как ей повезло завести такую подругу. Настоящий друг — это не тот, кто выйдет с тобой погулять или выпить на тусовке, танцуя после этого на столе полуголыми, а тот, кто будет рядом в тяжёлый момент. Кто прочувствует всю твою боль на себе, будет страдать вместе с тобой и заходить во всякое дерьмо только ради тебя. Вроде бы говорят, что лучшая дружба начинается с мысли «вот стерва»? Что же, видимо, в этом случае сработало именно это. И в этот момент Роксана была нереально счастлива, что именно эта высокая блондинка подошла к ней в первый учебный день, защитив от своего же бывшего. — А сколько вы были с ним вместе? — Пол года. — Крепкий орешек, ещё долго продержался, — с истерическим смешком сказала Ро, за что получила заслуженный подзатыльник. — Какая же ты сучка, — рассмеялась Эмили, а после, вытерев слёзы, вновь прильнула к подруге и сжала её в крепких объятиях, — Моя сучка.

***

Девушка медленно раскрыла входную дверь, стараясь не привлечь к себе лишнего внимания. Она прошлялась по всяким неизвестным ночным клубам чуть ли не до двух часов ночи, и сейчас была не в самом трезвом состоянии, так что как-то не очень хотелось наткнуться на Ханну, которая сто процентов начнёт расспрашивать где она была, будет называть её чужим для неё именем, потому что до сих пор не может вдолбить себе в голову, что она не тот человек, которого она каждый день ждёт дома. Она абсолютно другая, и как бы Эндрю не пытался вбить ей это в голову, она никак не может это нормально воспринять. Наверное, чувствует свою вину в случившемся. В принципе, это и есть её вина. Но дабы не вызвать очередную волну истерик, она лучше промолчит. Девушка быстро разувается, стараясь не уронить ничего с полок — между прочим успешно — и на цыпочках идёт к лестнице. Осталось совсем немного. Просто дойти до комнаты, упасть на кровать и вырубиться до следующего дня. На большее у неё сил не хватит. Однако её надеждам было не суждено сбыться. Свет в зале включился именно в тот момент, когда она проходила мимо него, и девушка сразу поняла, что попалась и пора задействовать второе дыхание для длительного разговора с женщиной. — Обычно ты не срываешься так быстро после нашей терапии, Кейси, — послышался до боли знакомый мужской голос, от которого внутри девушки всё сжалось. Какого чёрта он делает тут в такое время? — Что произошло на этот раз? Кейси повернулась к источнику звука и подошла к мужчине, присев рядом с ним на диван. Эндрю было тридцать девять, но он всё ещё выглядел на двадцать, как будто застыл во времени. Прямо как Ханна. Два динозавра с внешностью подростков. Как у них это вышло — не понятно. У мужчины были рыжие, вьющиеся волосы до ключиц и серёжка в крыле носа. Больше он ничем не выделялся. Однако что-то в нём одновременно притягивало и отталкивало. Конкретно Кейси чувствовала в нём угрозу. Он был одним из немногих, из-за которых она могла исчезнуть, испариться, как-будто никогда и не было, а она этого ни капли не хотела. — Для начала ответьте, что Вы тут делаете в такое время и где Ханна? — Я пришёл по её просьбе. Она не могла больше дожидаться тебя — вызвали по работе — поэтому она попросила меня встретить тебя, — мужчина внимательно посмотрел в серые глаза. — А теперь расскажи мне, где ты пропадала всю ночь и что случилось сегодня? — А Вам не обязательно это знать, — девушка поднялась с дивана, поправив волосы и споткнувшись об свою же ногу, — Донимайте этими вопросами её, а не меня. Вы уже оба меня достали. Оставьте меня в покое, я уже давным давно всё Вам рассказала. До свидания, надеюсь выход найдёте сами. Уж извините, у меня нет ни сил, ни желания провожать Вас до самой двери. Кейси скривила учтивое лицо — хотя это было больше похоже на оскал — и шатаясь поплелась наверх, собираясь наконец-таки добраться до своей цели. Она остановилась уже на половине пути. Обернувшись, девушка вновь подошла к Эндрю и, достав из кармана помятое письмо, протянула его мужчине. — Не смейте его вскрывать. Я хочу, чтобы Вы отдали его Эш, если со мной что нибудь случится. Не говоря больше ни слова, Кейси вновь направилась в комнату. Ей была нужна мягкая кровать. И как можно скорее.