В лесу будь лисой

Предупреждение: Напоминаю, данная работа содержит сцены курения, использования нецензурной лексики, применения алкоголя и запрещенных веществ. Работа предназначена для читателей старше 18 лет, а также не пропагандирует ничего. ____________ 31 октября 1996 год. Настоящее время. Площадь Гриммо, 12, Лондон, Англия. Рывок аппарации. Сириус сразу же снимает парализующие чары, поэтому повалившийся на ковер Гарри переворачивается на колени и его тошнит. Отравленный организм выворачивает наизнанку, Поттер тяжело дышит и кашляет, а Блэк смущенно отходит в сторону. «Вот уж нет!» - А ну стой, - шепчет-рычит парень, вытирает рукавом рот от рвоты и яростно пригвождает взглядом взрослого волшебника. – Стой. А сам еле поднимается с пола, ноги дрожат, он не в порядке. Адреналиновый откат ведёт за собой последствия бурного вечера. Колдуны прибывают, они шумно переговариваются между собой, косясь на Гарри. Гриффиндорец улавливает неприязненные взгляды, даже чье-то отвращение, а затем все перед ним заслоняет рыжий вихрь. - Мерлин Всемогущий! Что они сделали с мальчиком! Тебе плохо, дорогой? – полная женщина с копной огненных волос тормозит его на половине пути и обеспокоенно заглядывает в зелёные глаза, в то время как руки её заносят палочку для диагностических чар. - Не надо, я в порядке, - раздраженно отмахивается Гарри, все-таки ровно выпрямляясь и устремляясь к Сириусу, который замер неподалеку, настороженно поглядывая на парня. - Верни меня! Мне нужно туда, - от злости чуть легче: сильные эмоции кружат голову, притесняя эффект алкоголя и всего принятого. - Я этого не сделаю, - мягко отзывается Блэк, по нему видно, насколько сильно мужчина удивлён такой просьбе. - Тебе, должно быть, слишком плохо, просто не понимаешь… - Не надо мне говорить, что я понимаю, а что нет, Сириус Блэк! - выплёвывает Гарри, резким движением достает из кармана волшебную палочку и направляет ее в лицо опешившему колдуну. - Верни меня. Там остались мои друзья. - Спокойней, парень, - вскидывает руки в покорном жесте Сириус, пытаясь улыбнуться. Но у него каждая эмоция на лице написана, точно в книге, и сейчас он растерян и, куда больше, - обеспокоен. – Я не могу тебя переместить, там еще опасно, но как все из Ордена вернутся, Кингсли отчитается о состоянии магглов. Гарри, ты сейчас все равно ничего не сможешь сделать. Будь так добр, не тычь в меня палочкой, на нас уже странно смотрят… Их действительно окружают незнакомые волшебники. Периферическим зрением Поттер видит, как кольцо вокруг смыкается плотнее, люди шепчут о возможном проклятии, и кто-то всё-таки накидывает на него диагностические чары, чтобы потом пренебрежительно сплюнуть: - Да он просто пьян. И снова Сириус: - Гарри, тебе нужно успокоиться… - Как прекрасно, что все вокруг лучше знают, что мне нужно и что делать, - яростно перебивает Блэка Поттер, а щёки его покрываются нездоровыми красными пятнами. – И как жаль, что мне… вдруг… так неожиданно, внезапно и многозначительно - похуй на это. Я ухожу. Кровь в висках крутит сальто, а пульс отбивает набатом, когда Гарри прорывается сквозь толпу волшебников, бежит по тёмному узкому коридору и уже видит входную дверь, но … - Петрификус Тоталус, - незнакомый голос и знакомые ощущения деревянного тела. А сразу следом: - Мобиликорпус, - заставляет обездвиженного Поттера плавно взлететь в воздух и вернуться в гостиную. Гарри делал много дерьма и глупостей по жизни, но еще ничего из этого не заставляло его чувствовать себя настолько униженным. Тело безвольно опускается на диван, волшебники тихо переговариваются вокруг, парень чувствует их взгляды, упрямо смотря только на потолок и с такой силой сжимая челюсти, что скулы сводит. А может, последнее только кажется, ведь мышцы сейчас не подконтрольны ему. - Это уже слишком, Дедалус! - возмущается Сириус, снимая чары с Гарри и помогая ему усесться на диване. - Парень вспылил, но он не враг нам, чтобы набрасываться на него, как на какого-то пожирателя!.. - Так, по-твоему, ему надо было дать уйти, Блэк? - фыркает очень низкий старый волшебник, качая головой, возмущенно потряхивая кудрявыми бакенбардами. - Чтобы спустя пять минут Дамблдор снова отправил нас по следу мальчишки? Избавьте, пожалуйста. - Он лишь имеет в виду, что Гарри в первую очередь ребенок, и чтобы переубедить его, можно использовать слова, а не заклинания, - осуждающе отвечает Дадалусу Динглу всё та же рыжая волшебница. Она уходит из гостиной, а спустя пару мгновений возвращается с кружкой дымящегося чая и протягивает напиток притихшему юноше. - Держи, дорогой, там ромашка, она должна немного успокоить хаос этого вечера. Поттер молча обхватывает руками горячий сосуд и смотрит на плавающие в нем пучки трав. Бежать он больше не пытается, очевидно, что надо вести себя умнее, если не хочешь получить очередное заклятие меж лопаток. В какой-то момент даже Блэк устанет расколдовывать его, и тогда унижение будет длиться долго. Волшебники, коих набралось уже с десяток, понемногу переключают внимание с Поттера, обсуждая рейд и залечивая несерьезные травмы. - Мне правда надо вернуться, - тихо говорит Гарри Сириусу, надеясь на его расположение. - Там же Итан и Терри, мои единственные близкие люди. Я должен помочь, тем более, это я навлёк на них всё это… - На месте работают члены Ордена Феникса, наверняка и авроры министерства уже прибыли. Они очень сильные колдуны, тебе там попросту нечего делать, Гарри. Будешь только мешать, - Сириусу неприятно это говорить, он хмурится, мешкает, но все-таки сжимает ладонь Поттера своими большими грубыми руками. - Но если с ними что-то случилось? Я должен быть там, я и так уже раз бросил их, исчезнув, и вот снова… Он глядит на Блэка потерянными глазами, полными тоски, толком не обращая внимания на то, что говорит и зачем. В голове до сих пор не укладывалось, в какой момент вечер, да и вся его жизнь, пошли по пизде. - Кингсли главный за рейд, он вернется и расскажет. Подожди немного, Гарри. Аппарировать всегда успеем, но не сделать хуже – надо постараться. - Где мы сейчас? – нетерпеливо спрашивает парень, мысленно уже представляя, как отвлекает Сириуса, а сам сбегает… только куда бежать? Откуда? - На площади Гриммо, в Лондоне. Фамильный особняк Блэков, но я разрешил устроить здесь штаб-квартиру Ордена Феникса. Странно, конечно, видеть в отчем доме столько посторонних людей постоянно… - Лондон, - стонет Гарри, закрывая глаза и не слушая его дальше. На такси до дома Косгроувов он будет добираться больше часа, и то если пробок нет, а когда их вообще не было? Аппарация бы так облегчила ему жизнь! «Надо будет научиться как можно скорее, только бы… всё было в порядке». - Что с Малфоем? - помедлив, спрашивает Гарри. - А? - к беспокойству серых глаз добавляется непонимание. - Я был там с Малфоем, однокурсник из Хогвартса. Но его забрали… те волшебники в масках. - Ты дружишь с отпрыском Малфоев?! - повышает голос Блэк, не веря своим ушам. - Прости? - хмурится Поттер, не понимая вспышку подобного удивления. - Не мне тебе указывать, с кем общаться, - быстро исправился Сириус, помня острую реакцию парня пятью минутами ранее, - но будь с ним осторожнее, Гарри. Его отец из Ближнего круга пожирателей смерти, он всей душой верен Тёмному Лорду, значит, от сына будет требовать того же. Для чистокровных семья – превыше всего, пацан не предаст их заветы. Опасная компания для тебя, учитывая время, в которое живём. - Ну, знаешь, он, вроде, не пытается меня убить, - хмыкает Гарри, чуть улыбаясь. - Точнее, может и пытался, но то было за дело. - Твои родители погибли, доверившись не тому человеку, - жёстко говорит Блэк, вмиг стирая следы улыбки с лица Поттера, - в военное время цена предательства другая, да и на кону стоит больше, прошу, будь осторожнее. - Я всегда осторожен, - механически отвечает Гарри, не задумываясь. Брови Сириуса хмурятся, и даже его доверчивые глаза не верят ни на грамм. - Тогда что ты там делал? Почему сбежал из Хогвартса? Поттер отворачивается, не собираясь объяснять. Забота волшебника подкупала, но он никто для Гарри, посторонний, о котором почти ничего не известно. Так с чего бы парню перед ним отчитываться или тем более – чувствовать вину? «Докатились. Совсем размяк, Гарри Джеймс». Блэк молчит, не вытягивая слов, но напряжение висит в воздухе. Поттер невольно переводит взгляд на колени, туда, где мозолистые, исчерченные шрамами руки мужчины до сих пор чуть сжимают его собственную ладонь в попытке поддержать. Гарри раздраженно выдыхает сквозь зубы. «Когда всё успело стать таким сложным?» - Там же мой дом, там, а не в Хогвартсе, - все-таки отвечает парень, понизив голос до хрипа. - Рядом с ними. Нет, замок, конечно, потрясающий, и магия – это просто нечто! Но… У меня есть своя жизнь. Я сам ее выбрал, понимаешь? Я выбрал этих людей, то, чем занимаюсь, пускай это и… кхм сомнительное дело, это – мой осознанный выбор. А последние дни все вокруг за меня что-то решают, говорят, как себя вести, каким надо стать. Это невыносимо, понимаешь? Потому что мне-то – не надо! - Гарри отбрасывает ладонь Сириуса и сжимает руками потрёпанную ткань штанов. - Мне хотелось просто выдохнуть. Я скучаю по своей простой жизни, когда от меня ничего не ждали. - Мне жаль, Гарри, - отзывается Сириус настолько искренне, что Поттер поднимает на него удивленный взгляд. - Но никогда ведь не знаешь, где найдешь, пока не попробуешь. Мир магии – огромен, это и твой мир тоже. Глупо отворачиваться от него. Хотя я понимаю, на тебя, должно быть, сильно давят. Дамблдор… - Дамблдор, - уныло кивает парень. - Сейчас тяжелое время для всех, пока еще закулисье, но мы на пороге открытой войны. Боюсь, все действия директора оправданы, Гарри, не держи на него зла. Ты должен стать сильнее как можно скорее, потому что в стороне остаться не получится ни у кого. Война затронет и мир магглов, и твоих друзей. - Так что насчет Малфоя? Его похитили? – чувство вины за слизеринца отравленным шипом гложет изнутри. Сириус бросает на Поттера осторожный взгляд, медля с ответом. - Я отправлю Дамблдору патронуса, предупрежу его. - Патро… чего? - Защитные чары, очень светлая магия. Можно использовать и для связи. Но, скорее всего, младшему Малфою ничего не грозит в этой компании. На твоем месте я бы не переживал, а подумал… не от него ли пожиратели узнали, где ты находишься. Блэк отходит, а Гарри с тоской глядит в сторону темного коридора: мысль сбежать так и не оставила его. Но гриффиндорец не шевелится. Слишком много дел он наворотил за день и, пускай, вина пока только начинает ворочаться в нем, парень уверен, что дальше станет хуже. Пока же… слишком много неясного. В предательство Малфоя Гарри верить не хотел, вспоминая неподдельный страх слизеринца, когда нагрянули пожиратели. Тошнота снова подкатывает к горлу, а тяжесть льется по телу тягучей лавой. Поттер раздраженно выдыхает, осматривая комнату и устроившихся поблизости людей. Сириуса рядом не оказалось, поэтому юноша подзывает уже знакомую рыжую даму. Она, по крайней мере, кажется, неплохо к нему относится. - Мисс? Не могли бы вы… Женщина радушно улыбается, отходит от такого же рыжего мужчины и приближается к гриффиндорцу. - Миссис, дорогой. Миссис Уизли. - О… - Гарри осеняет, когда он, наконец, вспоминает, где уже видел такую огненную шевелюру. - Рон Уизли, должно быть, ваш сын? Мы учимся вместе на Гриффиндоре. - Всё верно, - сияет женщина, опускаясь рядом с Гарри на диван. Но стоило оценить, что парень так и не притронулся к чаю, как улыбка её померкла. - Он упоминал тебя в письмах. Ты что-то хотел? - Кхм… да. Не в привычке Гарри ломаться и ходить вокруг да около. Юноша никогда не находил страшным показаться беспардонным или в плохом свете, потому что… он такой и есть. Поэтому быстро выпаливает: - Мне чертовски нехорошо. А вечер еще не планирует заканчиваться. Я не разбираюсь в магии, но, может, вы знаете какое-нибудь заклинание, которое поможет мне продержаться? Как я понимаю, именно вы … кхм убрали за мной, - скомкано добавляет Поттер, смущенно поглядев на то место, куда они с Сириусом аппарировали. Ему не стыдно, но он никогда бы не попросил кого-либо убирать за собой или заботиться. И от того, что женщина… мать Рона, Господи, сама это делала, парню становилось максимально неловко. – Спасибо, кстати. И еще… извините? «Понятия не имею, что говорить в таких случаях. Провал какой-то». - Не бери в голову, дорогуша, - легко отмахивается миссис Уизли, улыбаясь. – Главное, что ты в порядке и не пострадал в результате нападения пожирателей. Боюсь, что подходящих заклинаний нет, но на кухне наверняка найдутся нужные зелья, которые облегчат тебе жизнь. Подожди здесь. Но прежде, чем она успевает вернуться, в гостиную аппарирует Альбус Дамблдор. Он собран, твёрд, а черты лица старика выглядят непривычно жёсткими. Гарри мысленно стонет, понимая, что если ему сейчас плохо, то в ближайшее время станет во сто крат хуже. Но в то же время он поспешно вскакивает с дивана и подлетает к директору настолько быстро, насколько это возможно в его физическом состоянии. - Профессор! - выпаливает он сходу. - Что с магглами? Дамблдор пристально осматривает его с головы до ног, и голубые глаза за очками-половинками недобро сверкают, недовольные увиденным. - Плохо выглядишь, Гарри. «Да потому что я в говно». - Да я в порядке, профессор. Как Итан и Терри? - Присядь пока, мне надо поговорить с другими членами Ордена… - Что с ними?! - уже не сдерживаясь, кричит Гарри. На них оборачиваются другие волшебники, смотря на юношу с полнейшим негодованием, в гостиную врывается растерянный Сириус, но Поттеру плевать. Он трёт ладонями лицо, даже не пытаясь успокоиться. – Да скажите мне уже хоть что-то! Я итак сижу, как последний идиот, когда должен быть там… Дамблдор устало делает щелчок пальцами, и слова более не вырываются изо рта гриффиндорца. Тот шевелит губами, точно выброшенная на берег рыба, но не в силах издать ни звука. «Заклятие молчания? Он может колдовать даже без палочки?» – потрясённо осознаёт Поттер, взирая снизу вверх на старика. - Прости, но, кажется, это был единственный способ успокоить. Твои друзья в полном порядке. Боже. Гарри и не представлял, как сильно он желал услышать именно эти слова. Как ждал только их. Он выдыхает, облизывает пересохшие губы и умоляюще смотрит на директора. - Только без крика, хорошо? Я слишком устал, - просто и честно отзывается профессор и, дождавшись кивка, ведет пальцами перед губами студента. Снова ни палочки, ни вспышки заклятия, ни мановения магии, что Гарри обычно неплохо ощущал, наблюдая колдовство: ничего. Однако Поттер снова может говорить. - Спасибо, - шепчет, и жгучий стыд все-таки заливает с головой, вынуждая буквально тонуть в нем. - Я могу отправиться к ним? - В этом нет необходимости. Всем магглам была скорректирована память, они помнят вечер до нападения, но ничего о волшебстве, пожирателях, убийствах… обо всём, что знать не следуют. Твои друзья считают, что ты и юный мистер Малфой попрощались и ушли ближе к концу вечеринки. - Но как же те, кто пострадал. Как скрыть такое? И… Кто-то… у… убит? - боясь ответа, всё же спрашивает парень. - Это уже наша забота. Как я понимаю, тебя волновали только двое друзей. Гарри растерянно прикусывает губу, морщась от укола совести. Но, в общем-то, так и есть. Дамблдор понимает его без слов, и по морщинистому бледному лицу на миг скользит разочарование, однако Поттер делает вид, что не замечает этого. - А что с Малфоем? - невпопад спрашивает он. Внезапно пространство гостиной словно бы расширяется. Шкафы, диваны и кресла плавно отлетают к стенам, а по центру комнаты устанавливается огромный круглый стол с множеством удобных стульев рядом. - Спасибо, Артур, так куда лучше, - улыбается ему Дамблдор, одобрительно поглядывая на вереницу появившихся чашек с горячим кофе. Он усаживается первым. Гарри, не смотря на уже громкие возмущенные возгласы некоторых членов Ордена, тут же занимает стул рядом, твердо желая получить ответы на все свои вопросы. После, их примеру следуют и другие волшебники, с интересом прислушиваясь к разговору. - Я связался с Люциусом Малфоем, его сын дома и в безопасности, - задумчиво отвечает профессор, проведя ладонью над своей кружкой и превращая кофе в какао. - Обстоятельства случившегося и наказание за грубейшее нарушение школьных правил мы обсудим позднее. Думаю, сейчас… каждому из нас есть чем заняться. - Сэр, это только моя вина, я попросил Драко помочь. - Отчислен он не будет, можешь не переживать. - О… А… я, сэр? Дамблдор смотрит на него долго и внимательно, лавируя между желанием накричать, невозможностью высказать всё и вселенской усталостью. - Почему ты сбежал, Гарри? Чего хотел добиться? - Я, правда, планировал вернуться в Хогвартс! – искренне отвечает юноша. - Я помню… наш уговор, сэр. Лишь хотел навестить своих друзей, я… скучаю по ним… И замолкает, не зная, что тут добавить. Очередной проёб в длинном списке проёбов Гарри Джеймса. И снова страдают невинные люди, которым просто не повезло оказаться рядом… А взгляд Дамблдора смягчается. Видимо, он действительно опасался, что Поттер решит, как в старые добрые времена, исчезнуть с радаров. - Это была ужасающая глупость, мальчик. Ты подверг свою жизнь сильной опасности. А еще жизни тех, кто теперь защищает тебя, - он обводит взглядом всех присутствующих в комнате, - и невинных магглов. Запомни, Гарри, что ты распоряжаешься не только своей судьбой. Многие люди вокруг связаны с тобой, в таком случае твои поступки влияют и на них. Пожалуйста, думай об этом впредь. Гарри уныло кивает, потупив взгляд, а директор продолжает: - Однако, есть ошибки, которые не исправить. Шесть магглов мертвы и еще десяти требуется медицинская помощь. Парень потрясенно смотрит на Дамблдора огромными от ужаса глазами. - Они… из-за меня, Боже… - Нет, - жёстко говорит профессор, и губы его вытягиваются в тонкую линию, а взгляд твердеет. – Они мертвы из-за тех, кто произнес заклятие, Гарри. Это Пожиратели смерти. Ты никого не убивал, понятно? Ты хороший парень, который просто запутался. Твоя проблема – глупость и безответственность, ты не убийца. - Но… - Поттер отчаянно, до крови, кусает губы, даже не замечая этого. Взгляд его замирает на собственных пальцах, напряженно вцепившихся в край стола. И каким бы храбрым не был гриффиндорец, сейчас он боялся встретиться с глазами директора. - Все они были бы живы и здоровы, если бы я не пришел. Боже… Чёрт… Шесть человек! И все с саутсайда, наверняка, я даже знаю их… знал… Блять!… Он заслоняет ладонями лицо, а тело его начинает бить беспорядочная дрожь. Гарри тонет, в чёрной непроглядной пучине, не в силах дышать. Жар и темнота – вот единственное, что окружает юношу, пока не появляется Сириус и не убирает руки парня от красного лица. Поттер не слышит, как тот чертыхается сквозь зубы, как кричит: - Молли! У него температура, он весь горит. Принеси зелья! И еще успокоительное… Гарри даже не сопротивляется, когда его рот насильно раскрывают, вливая флакон за флаконом. Первое, на чем он в состоянии сфокусироваться спустя долгие минуты – перепуганный взгляд серых глаз Блэка. - Давай, приятель, дыши, вот так… - Уйди, не надо, - вяло отталкивает его Гарри. - Я заслужил и побольше дерьма, я сам то еще дерьмо. - Не смей так говорить, - злится Блэк, намереваясь переубедить нестабильного парня, но тут его прерывает Дамблдор, все еще сидящий рядом. И стоит сильнейшему волшебнику заговорить, как все прочие перешептывания за столом смолкают, точно по действию Силенцио. - Послушай меня хорошенько, мальчик, я скажу это лишь раз. Не ты мучал и убивал тех людей. Не ты поднимал палочку на невиновных и беззащитных. И не тебе нести эту ответственность. Да, ты поступил крайне глупо и необдуманно, подвергнув свою жизнь, жизнь Малфоя и других людей вокруг опасности, но не ты причина этой опасности, Гарри. А Пожиратели смерти и Волдеморт. - Но зачем… зачем им делать это? Зачем убивать незнакомцев… «Зачем вообще убивать?» Дамблдор только качает головой, а притихшая миссис Уизли приносит новые зелья. *** 2 ноября 1996 год. Настоящее время. Замок Хогвартс, Шотландия, Великобритания. Гарри вертится ужом, через раз забывая вдыхать и выдыхать. Должно быть, ему надо отмахиваться волшебной палочкой: ставить защитные чары, контратаковать, делать хоть что-то из того, что вдалбливает в него Грозный Глаз, а не крутить перед ним акробатические этюды, пытаясь миновать удары заклятий. Но уже после второго Экспеллиармуса Поттер понял, что катастрофически не успевает вспоминать нужные слова и какие пасы руками им соответствуют. Один Протего гриффиндорца даже сработал, а для другого он второпях сделал движение палочкой не по часовой стрелке, а против, из-за чего собственный щит ударил его, отбросив к стене толчком в живот. - Ты нашел идеального соперника – себя самого, только такая дуэль публике на потеху, - смеется Аластор Грюм, мановением палочки отрывая недовольного Поттера от хлама в углу и возвращая его на середину класса. К слову, в углу Гарри нравилось больше. Да, падать на полки болезненно, но менее, чем приближаться к преподавателю ЗОТИ. - Соберись, Поттер! Итак, как ты будешь противостоять заклятию Депульсо? – спрашивает, и сам тут же выбрасывает синий луч в сторону гриффиндорца. Гарри кидается в сторону, но чары успевают зацепить его бок. - Да Господи, что это вообще за занятия такие! – в сердцах кричит парень: получить отталкивающее заклятие в область печени оказывается сродни мощному пинку ногой. Будучи реалистом, Поттер и так понимал, как тяжело по жизни приходится его органу, поэтому добивать его магией совсем не хотелось. - Я далек от системы образования, но, по-моему, это непедагогично, сэр! - Я педагог из школы магии, будешь использовать магию – тогда и поговорим! - Не бегай я, а стой с палочкой наперевес - помер бы ещё пять минут назад! – шипит Гарри, опускаясь на четвереньки, прижимая руку к боку. Прекрасно, теперь к ране на плече, ноющей голове и потянутой ноге добавилась огненная резь в животе. Они с Дамблдором вернулись в Хогвартс уже ночью, а практически весь день воскресенья Поттер отсыпался в кровати, заливаясь зельем Сна без сновидений - в попытке игнорировать весь мрак внутри себя и поглощающее чувство вины. Раз за день он дошел до Большого зала спросить у слизеринцев насчет Малфоя, и те неохотно рассказали, что Драко не вернулся в школу, никто не видел его с утра субботы, а по словам декана змей, студент дома из-за семейных обстоятельств. Ответ Гарри напряг, но главное, что блондин жив-здоров. Раз у Снейпа и Дамблдора нет опасений за его состояние, то и у гриффиндорца быть не должно… Всё остальное время до понедельника Гарри провел за пологом своей кровати, благо, никто не беспокоил. Зато уже на утро учебного дня… Какой-то младшекурсник передал ему записку от профессора ЗОТИ, где было написано, что у того окно после первого урока, поэтому Поттер должен явиться к нему в кабинет для дополнительных занятий. Это не первая встреча с Грозным Глазом, поэтому ложных надежд юноша не питал, но вот сейчас, сидя на полу учебного класса без живого места не теле, он понимал, что это еще одно наказание от директора. Разумеется, помимо снятых двухсот баллов: по сотни с Гриффиндора и Слизерина, а также пары месяцев отработок у Макгонагалл. - Да-да, побольше хуйни, пожалуйста, а то мне ее катастрофически не хватает, - шепчет Гарри так тихо, чтоб просто стало полегче, но Аластор Грюм всё слышит. - Ну, раз уже болтаешь, значит, отдохнул, - хмыкает бывший аврор и посылает в гриффиндорца сразу два заклятия разом. - Импедимента! Инкарцеро! - Депульсо! – недолго думая, машинально повторяет Поттер недавно услышанное, и отталкивающие чары врезаются прямиком в летящее заклинание помех, отбивая его к стене. - Ди… диффиндо! Режущее заклятие вылетает с запозданием, поэтому часть веревок успевают опутать ноги Гарри, но парень тут же избавляется и от них. - Конфундус! – не медлит дольше необходимого Грюм. - Ох… черт! То есть… Флипендо! – не задумываясь, машет палочкой Поттер, посылая отталкивающие чары навстречу заклятию дезориентации, отбивая желтый луч к окну. - Интересный подход! – со смехом комментирует учитель, отправляя невербальный красный поток искр. - Большинство волшебников ограничивается щитовым «Протего» для своей защиты, универсальные чары. Ты же отбиваешь мои заклинания другими боевыми заклятиями, точно мячи - теннисной ракеткой. Можно узнать, почему? Но Гарри не спешит с ответом: он отмахивается от слепящих ярких искр, что липнут к коже, а затем взрываются, оставляя после себя неглубокие, однако болезненные ранки. В то время как его волшебная палочка уже катится по полу. - Более жалкое зрелище трудно представить, - ворчит Грозный Глаз, щелчком пальцев снимая искристые чары. Поттер прижимает руку к носу, утирая подрагивающими от напряжения пальцами кровь, и с ненавистью смотрит на преподавателя. «Ещё и стоит весь такой важный, как хуй бумажный, вот же…». Невозмутимый Грюм возвышается над ним, пренебрежительно разглядывая Поттера, точно букашку на стекле перед собой. - Ладно, выносливость у тебя неплохая, но вот с реакцией беда. Медленно, Поттер. Но если еще и твоей физической подготовкой заниматься… Мерлин, да Дамблдор столько денег не найдет, чтоб отплатить. В квиддич не играешь? - Нет. - А стоит начать. Попробуй хотя бы, я не говорю, что тебя возьмут в команду – она укомплектована, но любительски играть с другими студентами было бы полезно. - Да мне это не особо интересно, сэр, - почти честно отвечает Гарри. Честнее: «в гробу я видел весь спорт, мне с этой учебой и постоянными занятиями времени дышать не хватает, а тут на тебе: давай, Гарри, еще тренируйся в квиддич! Типа так я мало где облажался, дайте мне еще в спорте». Но парень смог благоразумно прикусить язык, хваля себя за выдержку. - Я выгляжу так, будто меня волнуют твои интересы, Поттер? – искренне удивляется Грозный Глаз. - Я говорю о пробелах, что вижу и о решении. Ты не думай, а делай. - Я не… - Позиция охотника, там в большей степени развиваются нужные тебе навыки: реакция, умение быстро приспосабливаться к новым условиям, маневренность, выносливость из-за высокого темпа игры… Несомненно. Найди себе приятелей и тренируйся в роли охотника. У тебя есть друзья? Гарри только потрясенно глазами моргает, не поспевая за широтой мысли профессора. - Неважно, в Хогвартсе полно любителей квиддича, а ты – местная знаменитость, компанию для игры найдешь на раз-два. - При всем уважении, сэр, я не буду… - Стоп, пацан. Ты, видимо, кое-чего не понимаешь. Я тебе не нянька. Я тренировал авроров, но на школьников не подписывался. Делаю одолжение не тебе, а Дамблдору. Он сказал, какой результат нужен, я работаю - это я могу. Хочешь ты, не хочешь, свои слёзы, сопли и прочее – давай ему на плечо, не мне. Говорю – ты делаешь. И если я говорю прыгать, ты… - Спрашиваю, как высоко, - хмыкает Гарри со злой усмешкой на губах. – Я понял, понятливый. - Вот и молодец. Ну что, хватит тебе языком попусту чесать? Попробуй-ка им также заклятия выплевывать. И понеслось по кругу. *** 3 ноября 1996 год. Настоящее время. Замок Хогвартс, Шотландия, Великобритания. Гарри направлялся в теплицы на гербологию, но не дошел. Груда серых валунов на склоне, ведущем к черному озеру, показалась ему куда более привлекательным местом. По крайней мере, под стать настроению: хотелось побыть одному и успокоиться, а не копаться в горшках с землей, да подрезать усы саженцам. Обычно Поттер старался не поддаваться упадническим настроениям, но сегодняшнее утро стало последней каплей, что не просто переворачивает заполнившуюся чашку, но и разъёбывает ее вдребезги при падении. Получасом ранее парень спокойно пил какао за завтраком, когда внимание его привлекла совиная почта. Точнее, резонанс, что она вызвала: Большой зал непривычно оживился, а Гарри разом попал под прицел не одного десятка глаз. Гадая, в чем же он умудрился проебаться на этот раз, парень покосился на Гермиону, что сидела напротив. Он искал поддержки, а нашел смущенный, быстро отведенный взгляд. Пальцы девушки теребили только что принесенную газету. - Гермиона? – все-таки спрашивает Поттер, напрягаясь от нехорошего предчувствия. Гриффиндорка сочувственно хмурится, закусывает губу и переворачивает в сторону Гарри газету. Жирным черным шрифтом на передовой странице красуется «ЕЖЕДНЕВНЫЙ ПРОРОК», а чуть ниже: «Гарри Поттер: мальчик-который-выжил пришел, чтобы победить или умереть? См. стр. 2-4». И вишенкой на торте огромная фотография самого Гарри… движущаяся! На ней Поттер крупным планом смотрит скучающим взглядом перед собой, затем поджимает губы и переводит взгляд на учебник, лежащий подле него, принимаясь беспорядочно листать страницы. И так по кругу, как в заевшей видеопленке: кидает взгляд, пялится в учебник, взгляд… На нем развязанный гриффиндорский галстук (который Гарри так и не научился завязывать, но иногда кое-как натягивал), мантия на плечах, а на голове – точно настоящее воронье гнездо из растрепанных непослушных волос. Парень аккуратно отставляет чашку с какао в сторону и морщится, напрягая извилины, пытаясь понять, где, когда, а главное – кем сделано фото. Учебник по чарам, значит, он на занятии профессора Флитвика, но Заклинания посещают почти все шестикурсники, в аудитории всегда набивается огромное количество студентов, кто угодно мог… - Дай сюда, - мрачный Гарри через стол выхватывает из рук Гермионы газету и раскрывает ее на второй странице. Гриффиндорка благоразумно молчит, хотя сама еще не читала. А внутри Гарри разворачивается пустая пропасть непонимания и сюрреализма. О нем пишут в газетах? Что за бред? «Все мы знаем о роковой хэллоуинской ночи 1981 года, памятной падением Тёмного Лорда и становлением нового героя Британии: Гарри Джеймса Поттера. Будучи ребенком года от роду, невероятный мальчик смог выжить после смертельного проклятия, а также избавить мир от Сами-Знаете-Кого на последующие четырнадцать лет. Слышали ли Вы, дорогие читатели, хоть что-то о нашем Герое после этого? Вот и я, Ваша покорная слуга, спецкор Рита Скитер, нет. Мы с нетерпением ждали зачисления юного Поттера в Хогвартс в 1991 году, однако этого не произошло, а директор Дамблдор, в свое время, отказался комментировать ситуацию. Все больше вопросов, тайн, покрытых мраком: что же случилось с Национальным героем? Жив ли мальчик вообще? Где прошло его детство? Может, сильные мира сего скрывали Поттера от общественности, делая из ребенка супероружие? Каким же стал Гарри?! Готовы, мои читатели? Потому что все карты розданы, а ответы, наконец, получены! Над волшебным миром висит угроза развязывания Второй Магической Войны, и подобно неразрывной связи заката дня и воцарения ночи, возрождение Темного Лорда повлекло за собой и возвращение Золотого Мальчика! Всё, как и положено: шумно, броско и необычно. Герой появляется в окружении Альбуса Дамблдора, волшебника, что не нуждается в представлении и пояснениях, и своего крестного отца Сириуса Блэка на пороге школы Хогвартс в октябре этого года. Могло ли для кого-то являться неожиданностью зачисление юного Поттера на факультет Гриффиндор? Едва ли. Где ещё учиться бравому герою, протеже сильнейшего колдуна современности, Надежде Британии на возвращение к мирному укладу жизни…» - Господи Боже… - газета выпадает из рук Гарри, но он продолжает смотреть на нее немигающим взглядом, полным отвращения. - Это шутка? Соседи по столу с любопытством и улыбками следят за каждым его движением, легкомысленно поглощая свой завтрак, но не спеша с ответом. Поттер сглатывает, сжимает кулаки и поднимает глаза на Грейнджер. - Гермиона, что происходит? Это чья-то шутка, да? Он затравленно озирается по сторонам: аналогичная газета у каждого третьего в руках, за столами всех факультетов, даже у преподавателей… И снова огромные глаза гриффиндорки, которая неохотно отвечает: - Ежедневный Пророк – самый крупный орган СМИ волшебного мира Великобритании, в нем отображается официальная точка зрения Министерства Магии, которому газета подконтрольна. То есть… это не розыгрыш. Я еще не читала, ничего не могу сказать, но, судя по твоему лицу… мне жаль, Гарри. - Я… заберу это, ладно? – уточняет он, не смотря больше на девушку. Неловко скомкав газету, парень запихивает её в учебную сумку и поспешно поднимается из-за стола. - Гарри, погоди! – расстроенно кричит Грейнджер вслед удаляющейся спине, но за однокурсником не идет. Должно быть, спустя какое-то время она отправилась на гербологию. А Гарри укрылся за валунами на берегу Чёрного озера, немного свернув с дороги, ведущей к теплицам. Первым делом он сел на промерзлую землю, прижавшись спиной к холодным камням, и выдохнул. Дрожь тут же пробрала не по погоде одетое тело, в сотый раз напомнив Поттеру выучить согревающие чары, но сейчас – терпеть. Парень засовывает руку в сумку, вынимает на дневной свет дурацкую измятую газету и бросает ее перед собой. Затем шарит пальцами среди учебников, пергамента и с облегчением находит початую пачку парламента - маленький подарок для себя, который раздобыл прежде, чем вернуться в закрытую школу. Или тюрьму, ей Богу. Он закуривает, становится легче и чуть теплее. Поттер разглаживает на земле передовицу, пялясь на собственное лицо, теперь исчерченное изломами страницы. Пальцы подрагивают от раздражения, был бы он сейчас в Лондоне – разорвал бы сигарету в клочья, растоптал и с толикой облегчения закурил другую, благо, табак продавался на каждом шагу. Но сейчас он не мог позволить себе такой роскоши. Вероятно, стоит попросить Сириуса прислать пару блоков… Кстати, о Блэке. Затянувшись, Гарри перелистывает страницу и ведёт пальцем по ровным строчкам. «…в окружении Альбуса Дамблдора, волшебника, что не нуждается в представлении и пояснениях, и своего крестного отца Сириуса Блэка на пороге школы Хогвартс в октябре…» - Какого хуя?... - он растерянно взъерошивает волосы и зачарованно сыплет пепел на черные буквы статьи. «Либо это какая-то ошибка, либо все вокруг в очередной раз знают что-то, чего не знаю я». В любом случае, Гарри хотел бы сначала получить комментарий от самого Блэка, а уже потом делать выводы. Но въедливый тёмный червячок откуда-то из глубины шепчет о том, что люди вокруг врут ему, прямо в лицо. В очередной раз. «Только смысл лгать кому-то вроде меня? – тут же отзывается знакомый внутренний голос, - с меня и взять-то нечего». Парень начинает подрагивать от холода, но упрямо не кутается в мантию, решая, что пусть лучше будет холодно, будет хуже, будет больнее. Вдыхает больше дыма и принимается читать. «Хотите неожиданностей, дорогие мои? Распишитесь! Мистер Поттер не только вырос среди магглов, воспитывался ими, но и все шестнадцать лет своей жизни не знал ничего о магическом мире! Мои источники в Хогвартсе, пожелавшие остаться анонимными, в унисон заявляют, цитирую: «Да он сам узнал, что волшебник только в этом октябре, вот буквально сейчас…», « До этого в жизни не колдовал», «… палочки в руках не держал, о чем вы! Если это Герой из моих детских сказок, то, кажется, я вырос». Лично у меня много вопросов к г-ну Альбусу Дамблдору. Небезразличные студенты рассказывают, что теперь директор взял шефство над Гарри Поттером, самостоятельно обучает, а также назначил ему тренировки с членами Ордена Феникса (подробнее об организации читай стр. 7-8). Пытаясь что? Слепить за короткий срок так необходимое нам всем оружие для борьбы с Сами-Знаете-Кем? Сделать всё то, что должен был делать последние пятнадцать лет? Ну что ж, лучше поздно, чем никогда, господин директор. Но при всём при этом, готов ли юный Поттер встать на защиту чужого для него мира? А если да, то в состоянии ли он хоть что-то показать, умея меньше одиннадцатилетних детей? И главное: такой ли Надежды заслужило всё Британское сообщество и мы с Вами, дорогие читатели? Героями не становятся без жертв. Так и мистер Поттер: трагично лишился обоих родителей, оставшись сиротой, был брошен среди магглов в неведении о собственной природе, не зная мира магии…» - Эй, Национальный герой! Все читаешь о себе? - Что?...- тихо, пока до Гарри доходит. Он отодвигает газету, отбрасывает потухшую сигарету, трёт холодное лицо руками, пропахшими табаком, и только потом оглядывается по сторонам. Небольшая группа студентов: все из Хаффлпаффа, стоят неподалеку с неприятными улыбками. Должно быть, они тоже шли в теплицы, но порядочно опаздывали на первый урок. - Может, дашь автограф? – насмешливо кричит парнишка с тёплым желто-черным шарфом. Мысленно Гарри всё еще слишком далеко отсюда, поэтому позволяет заполнить свободный разум сиюминутным эмоциям: всепожирающей, поглощающей злости. Он вскакивает на ноги и соревнуется с поднявшимся ветром в ответ, во все горло: - А может, тоже хочешь сфотографировать? Так вперед, мудак, рискни! – фак не производит впечатления на застывших студентов. Один из них крутит пальцем у виска, вызывая смех приятелей, и Поттеру срывает голову. Он резко выхватывает волшебную палочку и твёрдой рукой направляет ее на группу студентов. Подходящего заклятия, как назло, в голове не вертится. Поэтому, даже не целясь, Гарри отправляет Инсендио прямиком в середину компании. Ученики успевают отпрыгнуть в стороны, и подгоняемый злостью столп огня лишь опаляет две мантии. - Ты псих, Поттер! - орет парнишка из Хаффлпаффа, но друзья что-то шепчут ему, и компания быстро удаляется к теплицам. Наверняка сейчас еще и декану доложат. Как нестабилен их… Герой. Безумная дрожащая улыбка скользит по лицу Гарри. Он вертит волшебную палочку в руках, точно впервые разглядев в ней что-то. Облегчение. Злость выплескивается, эмоции отступают, улетая вместе с порывом магии. Это было… приятно. Что-то тёмное, глубоко запрятанное внутри гриффиндорца, шевелится, поднимая голову и травя своим сладким ядом. Ветер усиливается и несёт газету с её растрепанными страницами к самой кромке чёрной глади озера. А Гарри, недолго думая, ведёт палочкой на ближайший валун и дрожащим голосом шепчет: - Бомбарда… максима. Большие камни в половину человеческого роста разлетается на крошечные кусочки, часть из них отлетает и в самого Поттера, царапая очки. Поднявшаяся пыль и каменная крошка быстро оседают, но не приносят за собой ожидаемого. Никакого облегчения, разрядки или удовлетворения. Гарри не чувствует ровным счетом ничего и переводит задумчивый взгляд на холм, туда, где скрылись хаффлпаффцы.