Любимый? Похоже, уже нет...

— Ты уверен, что это сработает?  — Я был бы очень рад, если бы мой Король вдруг решил предложить мне такой вот подарочек.  — Правда?  — Да-да, хватит уже спрашивать! — рявкнул разозленный Шан Цинхуа на очередной вопрос своего друга. Этот самый друг, кстати, ворвался к нему в дом очень внезапно. Выглядел при этом Шэнь Юань достаточно жалко. Всем своим видом он буквально кричал, что их предыдущая задумка не удалась, и нужно придумать что-то другое. Взвыв, заклинатель плюхнулся на его кровать, развалившись на ней рядом с самим Цинхуа. Одежды Братца Огурца заметно помялись, волосы растрепались, а сам он заявился к нему в дом с даже — наверняка просто игра света — покрасневшими глазами. К тому же этот растяпа умудрился где-то потерять корону для волос, и ему пришлось одолжить свою. А потом потребовал совета. Первое, что пришло к Шан Цинхуа, это внешний вид Горного Лорда пика Цинцзин. И он принялся за дело. Первым делом они нашли самые красивые и изящные одежды на пике Аньдин, в складах которого, наверное, можно было найти все, что только можно. Шэнь Цинцю и сам по себе был достаточно привлекательным мужчиной, за которым толпами могли бы бегать сотни девушек, если бы вначале не холодный характер, а потом — наличие приставучего мужа. Следом ему пришла в голову идея немного накрасить Юаня: не так ярко как девушку, но заметно, чтобы подчеркнуть достоинства скул и выразительных глаз. Как писателю, Шан Цинхуа приходилось многое узнавать, а еще большее — гуглить. А так как в одном своем романе под названием "Путь Гордого Бессмертного Демона" почти в каждой строчке были описания грудастых и таких разных сестричек протагониста, то и находить новые описывающие эпитеты и методы представления читателям для них тоже нужно было. Отсутствие денег вынудило его просить помощи у своей соседки, которая одалживала ему всю косметику и даже научила некоторым полезным приемчикам, благодаря которым наносить кому-то макияж становилось полегче, да и сам парень набил руку. Спустя полчаса Цинхуа готов был завыть. Раньше он действительно считал, что Шэнь Юань очень похож на оригинального Шэнь Цзю, точнее его более добрую версию, но теперь уверенно выбросил все подобные мысли из своей головы. Его добрая соседка в обмен на свои вещи, просила парня послушать пришедшие ей в голову внезапные мысли, идеи и душевные проблемы. А еще стенания по парню, который ей ужасно нравился, но который ее не замечал. На этом моменте писатель всегда удивлялся, она ведь ни разу не пыталась заговорить с объектом своей симпатии. В чем логика? Так вот, Шэнь Юань был гораздо, гораздо хуже его соседки. Каждые несколько минут он переспрашивал, действительно эта идея хороша, и все ли идет нормально. Заплетая тонкую косу на чужой голове, Цинхуа наконец закрепил корону на голове и с гордостью посмотрел на своего «клиента». Все его старания заметно окупились, и теперь Самолет видел перед собой привлекательного мужчину, чьи глаза были слегка подведены — самой тонкой из всех возможных линией — а волосы были аккуратно уложены не как обычно, а более изящно. Не знай, Цинхуа о личности человека рядом с собой, решил бы, что перед ним красотка с пика Сяньшу, в которую запросто можно влюбиться.  — Хорошо, а теперь иди, покажись Бинхэ и успокойся, наконец! — облегченно выдохнул он и буквально вытолкнул Цинцю из своего дома. А потом дверь закрылась, и Цинхуа устало плюхнулся на кровать, мечтая о скорейшем возвращении своего мужа из похода в Демоническом Царстве.

***

Взволнованный Шэнь Юань улыбнулся и стал быстрее приближаться к дому, но немного насторожился. Всегда тихий пик Цинцзин являлся оплотом мира и спокойствия, но вот из Бамбуковой Хижины изредка доносились копошения мужа, который ждал его возвращения с очередных собраний Горных Лордов или посиделок с Самолетом. Однако сегодня дом встретил тишиной. Открыв дверь, он увидел своего мужа, зачем-то держащего в руках его веер, который он обычно всюду таскал с собой, но сегодня из-за волнений забыл. А потом супруг отложил веер на кровать, закрыв.  — Бинхэ? Все в порядке? — осторожно спросил он.  — Да, Муж. Все хорошо, — кивнул Ло Бинхэ и улыбнулся, подняв взгляд. И застыл, приоткрыв рот от шока. Что ж, примерно на такой эффект они с Шан Цинхуа и надеялись. Дабы его муж тут же забыл о своей потере интереса, вновь увлекся Шэнь Цинцю, раз уж вся проблема была в красоте. Тем временем Ло Бинхэ удивленно разглядывал своего милого Шицзуня. Глаза, что сегодня казались еще более выразительными, утягивая его в зелёный омут. Сверкающие одежды на его муже подчеркивали тонкую талию и длинные ноги, вызывая дикое желание коснуться. А еще эта маленькая коса, которая разбавляла всегда холодную ауру Шицзуня. Завороженный, Бинхэ протянул руки к Шэнь Цинцю, делая несколько шагов ближе. Но когда его глаза зацепились за одну деталь, руки дрогнули, и Ло Бинхэ сдернул с него корону, растрепав прическу. Ты! Шэнь Юань почувствовал, как пальцы начинают подрагивать от охватившего его гнева. Все старания его лучшего друга и его собственные волнения по поводу внешнего вида были уничтожены! Физически. Эмоционально. Полностью! Да в чем, Бездна его побери, дело!?! Но перед тем, как он успел открыть рот, вывалив на мужа все свои эмоции, в дверь постучались.  — Войдите, — насилу успокоив себя, пробормотал Цинцю.  — Шиди? Собрание скоро начнется, и в последний раз я обещал, что по дороге туда мы обсудим поставку музыкальных инструментов на твой пик, — выглянув из-за двери, лаконично ответил Юэ Цинъюань, тут же застывший при взгляде на Шэнь Цинцю.  — Да, конечно. Только секунду, — вздохнул Юань, скрываясь в своей комнате, дабы аккуратно собрать волосы. Тем временем потемневший лицом Ло Бинхэ обошел Главу Школы, бросив на последнего хмурый взгляд, и вышел за дверь. Когда Хозяин пика Цинцзин вернулся, в гостиной его ждал только Цинъюань, продолжавший смотреть перед собой, не моргая.  — Шисюн? Шисюн Юэ? — помахал он веером перед чужим лицом и направился в Главную Залу, совсем забыв про свой нарядный внешний вид. — Нам пора идти. А вот Юэ Цинъюань про него не забыл, следуя за своим шиди и кивая головой на все его слова.