Карта памяти

Антон смотрел на лежащего в отключке робота, когда его голову посетила мысль. Дима, когда объяснял, как пользоваться MoC-браслетом, упомянул, что это своего рода искусственный интеллект. С его помощью люди могут наверстать упущенное. Нужно лишь настроить. MoC-браслет может хранить в себе огромное количество информации, помогать в поиске чего-либо, исключая возможность утечки информации. Это сейчас и нужно было Шастуну. Ему нужен был хоть кто-то, кто не хранил бы за его спиной тайны. «Что-то на подобии Алисы или Сири в далеком и бородатом две тысячи девятнадцатом году. Только они были не такие умные», – вспомнил Шаст и включил прибор. Следующие два часа он провел в изучении возможностей приспособления, то и дело, пролистывая перед собой голографические странички поисковика. В глазах отражались все новые и новые картинки, видеоролики с объяснением процесса настройки. Наконец оставалось лишь дать имя, на которое откликался бы ИИ его браслета. Что-то на подобии пароля. Взгляд зеленых глаз опустился на робо-Арса. Шатен грустно улыбнулся, поняв, как хочет назвать этот ИИ. – Цыганка. – Ввод данных по кириллице невозможен. Используйте символы латинского алфавита, – донесся механический голос из браслета, на что парень лишь закатил глаза и гулко выдохнул. – Хрен с тобой. Ввод имени ИИ. Gypsy. – Искусственный интеллект удачно переименован. Хотите начать работу с Gypsy? – Да, – с уверенностью в голосе ответил Антон. Стены комнаты озарились золотистым светом, а перед глазами появилась голографическая голова. От неожиданности зеленоглазого передернуло. – Соотнеси расположение нынешних городов и расположение городов сто пятьдесят лет назад. – Поправка. В настоящее время существует лишь один город, – эти слова застали Антона врасплох. – Желаете соотнести расположение? – Да.

***

– Анализ завершен. Желаете открыть данные? – спустя минут пятнадцать монотонно констатировал голос. Антона бросило в холод от волнения. – Открывай, – перед его лицом всплыло два окна с картами, одна из которых была нынешней. На глазах у Шастуна картинки наложились одна на другую. – В настоящее время Город расположен на месте Новосибирска, – парня вновь передернуло от волнения. – Город? А где название? – У этого места нет названия, так как в нем нет нужды. Это единственное место, пригодное для жизни людей. – Выведи численность населения. – Численность населения составляет один миллион двести тысяч тридцать один человек. Роботы не учитываются. – Население планеты. – Население планеты составляет один миллион двести тысяч тридцать один человек. Роботы не учитываются. – Больше нет выживших? – потрясённый услышанным, Шастун чуть было не осел на пол. – Почему? – Массовое отключение криокамер привело к раннему пробуждению людей. Их организмы не выдерживали еще загрязненной атмосферы, что отразилось на продолжительности их жизней. Средняя продолжительность жизни составляла пять лет от отключения криокамер. – Но робот сказал, что люди начали пробуждаться лишь тридцать лет назад. Как такое возможно? И если все было загрязнено, почему камеры отключили?! Это же бесчеловечно! – не унимался Антон. Перед его глазами один за другим появлялись все новые и новые фотографии, на которых люди загибались в попытках прокашляться, кто-то хватался за горло от недостатка воздуха. Все эти кадры вводили зеленоглазого в дикий ужас. – У роботов нет понятия человечности. Их радикальные меры помогли выжить этому миру. Тридцать лет назад от заморозки начали пробуждаться те, чьи камеры решили оставить. Их перевезли в Город, расселив по новым домам. К каждой семье приставили андроида, что б помочь освоиться в новом мире. Могу я еще чем-то помочь? – Да, – шатен затаил дыхание, кинув взволнованный взгляд на робота.– Выведи мне все, что известно об Арсении Попове, начиная с две тысячи девятнадцатого года.

***

За окном светало. На бетонные стены зданий падали первые лучи солнца. Свет заливался в окна, окрашивая стены в теплые цвета. Антон сидел на кровати, листая новостные сводки. На глаза попался материал, заставивший мурашки пробежать по коже обладателя зеленых глаз. – Молодой дизайнер и актер Арсений Попов решил вернуться в Омск после вынужденного пробуждения, – вслух прочитал Антон, почувствовав, как от прочитанного внутри что-то треснуло. – Нет, нет, нет, – тараторил себе под нос парень, судорожно пролистывая страницу за страницей, – ну давай же. Ты же не умер. Да найдись же! Хоть что-нибудь... Зеленоглазого переполняли эмоции. Он боялся увидеть заметку о смерти любимого человека. Но лучше это, чем неизвестность. Однако ничего больше не высвечивалось. Голографические страницы были заполнены статьями об ухудшающемся состоянии планеты, бунтарскими материалами против роботов, разоблачительными статьями о заговоре роботов, списками погибших. Но нигде больше не упоминался Арсений попов. От негодования Шастун швырнул MoC куда-то в угол кровати, обхватив руками колени. Экран устройства потух, а после резко включился, что заставило Антона отвлечься от настигнувших его мыслей. Над кроватью развернулась полоса газеты, покрывая все вокруг золотистым свечением. Пробежав глазами по строкам, Шаст ужаснулся, вытаращив глаза на фотографию, с которой на него смотрел Арсений. Его тело было понатыкано трубками, местами покрыто металлическими пластинами. Он скалился в пугающей улыбке на фоне разбитой криокамеры. – Попов изменил свой имидж, или путь из актера в киборги...– еле слышно прочитал Шастун заголовок материала. Руки сжались в кулаки, от чего ногти впивались в ладони. Шатен не верил своим глазам. Его трясло, бросало в холод. Дрожащей рукой он пролистнул еще пару подобных материалов, с каждого на него смотрели обезумевшие голубые глаза. В них больше не было того тепла, не было той заботы и любви. Не было счастья. А лишь злость, ненависть, безумие, от которых становилось не по себе. В этот момент Антон почувствовал, что его мир рухнул окончательно. Дрожащими от волнения руками, Шастун листал материал за материалом. За последние часы, что он провел в поисках правды, зеленоглазый открыл себе всю грязь мира, в котором ему пришлось проснуться. Он с ужасом читал истории людей о том, как они встречали родных и близких, ставших смесью робота и человека. В них не оставалось ничего человеческого, не было даже той логики, присущей андроидам. Лишь животное желание убивать. – Цыганка, – перед его лицом на фоне газетных полос вылезло лицо. – Да, Антон. Чем могу помочь? – Почему ты не сказала про этих монстров? – Они не относятся к населению. Киборги подобны зомби из ваших комиксов и фильмов. Всего лишь животные. – А где они... Обитают? – Их можно встретить в любом разрушенном и заброшенном месте. Киборги пытаются жить жизнью, которой они жили до катастрофы. Но при контакте с обычными людьми становятся агрессивными и опасными. Одно время киборги массово разбивали сохранившиеся криокамеры и утаскивали людей. Поэтому их не впускают в Город, – без каких-либо эмоций констатировал ИИ. Антона же чуть ли наружу не выворачивало от омерзения. – Чтоб оградить выживших от угрозы, власти приняли решение полностью пресечь с ними какой-либо контакт. Создались отдельные средства связи, устройства и приборы. Киборги же используют устарелые сайты и программы. – Спасибо, Цыганка, – лицо исчезло, оставляя Антона наедине с мыслями. В его голове крутилась назойливая идея. Поддавшись ей, Шастун залез в шкаф. Он был готов поклясться, что видел в горе своих старых вещей телефон. И если повезет, он будет еще рабочим. Зеленоглазый срочно хотел обновить ленту инстаграма.