Когда вода окрасится кровью

Человек в огне, оставшийся в живых, да. Кровавая луна поднимается, рулоны славы. У меня нет денег, Небеса знают. Поверьте, они придут, Они придут. DOROTHY - Get Up

      Выходные пролетели как одно мгновение. Вместо спаррингов, мы пытались повысить выносливость тела, а в свободное время я тренировала контроль, под ехидные комментарии Девятихвостого. Под вечер субботы мне это надоело, и я прям на полу нарисовала печать фуин, прежде чем скользнуть в подсознание. Рыжая морда довольно скалилась, видимо думал что довел меня. Эх, как же ты ошибаешься. После шуточек Курамушки меня подобным капаньем на мозг не пронять.       — Давай обмен: я расшатаю печать и ты получишь доступ к моим ощущением, и таким образом можешь чувствовать окружающий мир. А ты максимально расширишь мне каналы, но не повредишь их. Думаю одного-двух хвостов будет за глаза. — складываю руки на груди. Сенсоры ничего не засекут, зря я что ли с самого утра обустраивала каждый угол этой квартиры, чтобы она могла стать моим логовом.       — А если захвачу сознание? — Девятихвостый подпирает своей огромной лапой довольно оскалившуюся морду, на что я приподнимаю бровь. А то ты не знаешь что такое Узумаки.       — Фуин не позволит. Как только ты возьмешь контроль над телом, тебя закинет обратно в клетку, да еще и шерсть подпалит знатно так. Раны будешь зализывать до второго пришествия Джуби.       — Ты не нравишься мне, Узумаки. — я на это лишь закатила глаза. — Но я согласен сотрудничать, если ты освободишь меня, как своего Биджу.       — А вот этот момент надо еще уточнять, я не знаю по какому принципу создавались Хвостатые здесь. Если вы созданы из ничего и являетесь воплощением чакры, то скорее всего ты погибнешь после того, как освободишься, и тут я ничем помочь не могу. — задумчиво чешу щеку. — Хагоромо Ооцуцуки, ответь на зов своей блудной дочери, если не боишься, что я тебе рожу набью, если не появишься.       — Ты как всегда тактична, Наруто. — усталый голос Отшельника эхом проносится по залу, чуть отражаясь от стен. — Я не знаю, как были созданы Биджу этого мира, моего духа нет здесь, а Индра с Ашурой не рождались в этом мире.       — То есть, ты хочешь сказать что нас закинуло в те тела, которые изначально не имеют сил и ты ничем не можешь нам помочь?       — Увы, это выше меня, Наруто. — старик растворяется в воздухе, чтобы избежать дальнейших расспросов.       — Короче, ты подумай, надо ли оно тебе, или же просто найти тебе нормального джинчурики. У тебя еще года три-четыре на раздумья, потом я планирую сдохнуть уже наконец, да отправиться в Чистый Мир.       Не дожидаясь внятного ответа от Кьюби, принимаюсь за печать. Ослабить здесь, перетянуть там, вот эту линию вообще оборвать и вуаля, он может хоть моими глазами смотреть. Правда глазоньки у меня краснеть будут, да с вертикальным зрачком, но это так, побочное. Глазоньки красные я и так врубать умею, не хуже Учихи. Если удастся вернуть единение чакры, то я вообще могу весьма эффектно пугать народ вертикальными зрачками и красным шаринганом. Зрелище весьма завораживающее, и зачастую последнее, что видят противники. Узор мангекё и вовсе весьма забавно накладывался на вертикальный зрачок, приводя в праведный ужас противников. Ляпота.       Я вернулась в реальность, и уже хотела рассказать Саске о новых проблемах, как все тело стала наполнять чужая и колючая чакра, кипящей лавой проходясь по нервам. Я уже забыла, насколько неприятны эти ощущения. Первый хвост сформировался достаточно быстро, и чакроканалы даже выдерживали подобный напор. Видимо Кьюби тоже почувствовал это, поэтому резко выпустил второй хвост, и я буквально почувствовала, как до предела натянулись тонкие стеночки проходов. Еще добавить? А если каналы порву? Давление увеличилось, и меня выгнуло от боли, когда стенки начали расползаться, а фуин под ногами ярко засиял, полностью отрезая негативную чакру от очага. Вот и повеселились.       Учиха молча потащил меня на кровать, и оставил отдыхать, утыкаясь обратно в свитки. Ближайшие сутки мне предстояло увальнем лежать и регенерировать, благо чакру я смогу использовать уже завтра днем. Главное не переусердствовать… сказала себе я, и свалилась от чакроистощения, стоило начать резать листики Фуутоном. Саске на это закатил глаза и отвесил мне хорошую такую затрещину, и чуть подуспокоившись, нажал пару точек, что меня вырубило аж до утра понедельника.       В академию брюнет пошел один, я все продолжала лежать в кровати, и планировала весь день посвятить контролю над чакрой, чтобы выйти на уверенный уровень генина. Конечно, ускоренная программа вообще не нравилась моему телу, но что поделать, выбора у меня особо не было, поэтому я продолжала эти мазохисткие истязания, уповая на то, что осталось подождать всего три-четыре годика и я стану уверенно себя чувствовать. Вообще, тело было очень даже неплохим, это просто я зажралась.       Контроль шел плохо. Может это была особенность тела Нару, а может, я просто не до конца восстановилась и плохо чувствовала собственное тело. Самой эффективной техникой по увеличению контроля были Нити чакры и хождение по поверхностям. Но так как Нити чакры все же требовали какого-никакого мастерства, я просто ходила босиком по стенам, потолку, прыгала со стены на стену, ради интереса пробовала стоять на поверхности воды в ванне, замочила домашние штаны, перематерилась, обтерлась полотенцем, и пошла дальше ходить по стенам, гоняя лист бумаги по всему телу. Это требовало предельной концентрации, и громко хлопнувшая дверь заставила меня упасть с потолка прямо на бренное тело шаринганистого.       Он поворчал, но потуги мои оценил, и после душа на одну тушу ходящую по стенам стало больше. Легко перекусив, мы спустя время отправились на полигон, немного размяться да повисеть вниз башкой с деревьев. Попытка ходить по воде с треском провалилась, поэтому домой мы возвращались мокрые и злые. Отвратительно ощущение, ты вроде и всесильный, прошел две войны, выбирался из таких передряг, куда остальные боялись соваться, спас достаточно много миров от Джуби и на тебе, даже по воде ходить не можешь.       Мне все еще не хватало скорости реакции тела, но к утяжелителям я уже привыкла, и заменила их на новые. Где именно Учиха откопал специальные настраиваемые утяжелители я решила не спрашивать, однако вечером я тренировалась с новым снаряжением и с повышенным весом. Пройдет еще много времени, пока я не стану уверена в своих силах хоть немного. В конечном итоге, генинам с миссиями D ранга давался 1-2 выходных в неделю, которые я могла проводить в плане Жаб, увеличивая тем самым время тренировок.       Систему переговоров было решено отложить до моего официального становления генином, поэтому в четверг, после получения повязки и оформления всех документов мне предстояло наведаться в клановый квартал со всеми своими выкладками, поэтому во вторник было решено подготовить все полагающиеся бумаги, чистовики, естественно. Какая-то часть была готова ранее, каких-то частей еще не хватало для полноты картины, но в принципе у меня есть время. Да никто меня и не торопил. Торопила я сама себя, ведь от этого зависел мой дополнительный заработок, который был о-о-очень приятным бонусом в прошлой жизни на первых порах.       Утро вторника встретило нас проливным дождем, поэтому я достала из загашников синий плащ со странным рисунком, сделанным явно рукой самой Наруко. Разве что не хватало окантовки из меха, и я была бы копией Менмы. Правда я не особо помнила узоры на его одежде и какой она вообще была. Мне вообще не запомнилось ничего кроме плаща, специфических перчаток и черных волос. Саске одобрительно хмыкнул, накидывая на голову капюшон.       Мы вышли заранее. На воде мы все еще держались неуверенно, поэтому мокрые крыши казались вполне себе препятствием на пути в академию. Как же это бесило, кто бы знал. Приходилось вкладывать немало усилий чтобы не соскользнуть вниз и не покалечиться, однако, мы чуть не опоздали на занятия, хоть и вышли с запасом. Вломились в класс через окно, буквально за минуту до начала теста, чем перепугали пару особо впечатлительных детей. Не привлекая лишнего внимания стянули плащи, и устроились где-то посередине. Ирука покачал головой и рассадил нас на разные парты, пытаясь исключить возможность списывания.       Я и не собиралась напрягаться, написав ровно столько, сколько нужно для прохождения теста, а дальше все решал его величество карандаш. Ино неодобрительно косилась на меня, но с любопытством поглядывала в листок, который я даже не пыталась спрятать. Несмотря на свое членство в фан-клубе Саске, она относилась скорее нейтрально, чем враждебно. Ну хоть у кого-то мозг работает. Да и особого фанатизма я у нее не заметила.       Тесты были дико легкими, и мне даже немного сгрустнулось. В среднем, за четыре минуты я решала проходной минимум, еще десять, ну максимум пятнадцать минут на игры рандома с помощью карандаша, а оставшиеся сорок минут я спала, уткнувшись мордой в лист, благо волосы высохли. Закончили мы далеко за полдень, и я чувствовала себя уставшей только потому, что почти не спала ночью, и эти урывки сна общего настроя не поднимали. Мне предстояло еще поработать по приходу домой, максимально доступным языком объясняя вязь фуин.       В среду погода лучше не стала, но в этот раз мы вышли еще раньше, поэтому казусов с опозданиями не случилось. Была парочка устных зачетов, на которые я тоже отвечала спустя рукава. Лишь необходимый минимум, написанный в учебнике. Экзаменаторы, скрипя зубами, ставили мне зачет, явно желая завалить меня в этом году и показать всем, какое же я ничтожество. Ну, не на ту напали, чем меньше я вас вижу, тем вам же лучше.       Стихийных техник с нас не спрашивали, зато погнали по всем академическим и максимально бесполезным. Надзор был так себе, все равно большинство клановых, и забудут об этих плюшках как о страшном сне, стоит только получить повязку. Остальные же будут нарабатывать техники с опытом, что-то совершенствуя, что-то убирая из арсенала вообще. Я без проблем создала теневого клона, которого внешне было не отличить от иллюзорного, также успешно сделала хенге Джирайи и со спокойной совестью (и зачетами в кармане) отправилась на тренировочный полигон.       Навесов не предусматривалось, поэтому сражаться мы должны были под этой стеной дождя. Дети жались под крышу, стараясь не промокнуть раньше времени, а мы с Саске тупо пялились на это небольшой кружок и думали, как бы не выдать ничего лишнего. У меня то алиби есть, а вот что придумал Учиха оставалось для меня загадкой.       — Скажу что подсматривал за Итачи с Шисуи и старался их копировать. Они постоянно устраивают спарринги на клановых полигонах. — брюнет повел плечом, глубже натягивая капюшон на голову, от чего создавался весьма нахохленный образ. — А ты что удумала?       — Если кто спросит, меня учили Жабы, остальным все равно не было дела до моего воспитания. — наконец, появляется преподаватель (о, здравствуй Мизуки!), оповещая о начале последнего экзамена на генина.       Сакура была противником неприятным, но не смертельным. Тем более, обучение у Цунаде она еще не проходила, поэтому и зверской силе появиться не от куда. Во времена академии она била прямо, словно перед ней была открыта методичка, и мне становилось крайне печально от этого зрелища. А нам еще в одной команде работать, ужас-то какой. Я лишь уклонялась, даже не ударяя в ответ, ждала момента, пока она откроется, чтобы одним ударом все завершить, и возможность представилась, когда толстолобая разозлилась и начала атаковать еще прямее, чем было до этого. Глупо то как.       Удар в солнышко не заставил себя долго ждать, а контрольный по основанию шеи и вовсе вырубил противника. Я чуть подхватила ее, чтобы она не грохнулась в грязь и не замарала платье, иначе крику потом не оберешься. Будто я нашу Сакуру не помню. Мизуки удивленно провозгласил о моей победе, во всеуслышание сказав что зачет я прошла. А так как я сдала абсолютно все, то повязочка с обязательный идентификационным номером уже завтра будет дожидаться меня, под хмурый взгляд Минато.       И тут до меня наконец дошла одна простая истина, которую я пропустила мимо ушей и глаз, когда решила полностью сконцентрироваться на себе, игнорируя весь окружающий мир. И эта истина заключалась в том, что наша Сакура - парень. Пусть пока что маленького роста, в странном наряде, и с личиком еще более миловидным, нежели у Наруко, но все же парень. Однако.       Саске фыркнул на мой явно джентльменский поступок, но комментировать никак не стал, и сам помня насколько тяжелой была рука у Харуно, и насколько наша прекрасная ирьенин была злопамятна. Оставалось уповать на то что Сакура (как же блин его звали, все прослушала) окажется более мягким на нрав. Каких-то извращенных соревнований по скорости не было и как только круг учеников закончился, нас погнали обратно в академию, где в индивидуальном порядке оглашались результаты.       Моя фамилия была чуть выше, чем фамилия Саске, поэтому из нашей двойки я пошла первая, слушая долгие расшаркивания Ируки:       — Бал за тест средний, чуть выше проходного, техники и устные экзамены сданы без проблем, спарринг также без особых умений. В целом, поздравляю со званием генина, но сомневаюсь, что ты сможешь стать чуунином, Намикадзе-сан.       — Узумаки. — поправляю я его, а Умино только тяжело вздыхает.       — То, что тебя приняли под крыло клана не дает тебе права зазнаваться, Наруко.       — Наруто. Это мое официальное имя, что значится во всех документах и которое стоит в моем выпускном табеле. — для верности я помахала бумажкой перед лицом учителя. — Не Намикадзе Наруко, ее не существует больше. Узумаки Наруто.       — Как тебе будет угодно. Но новое имя не поможет тебе стать чуунином. — он устало прикрывает глаза и машет мне рукой, показывая что я могу быть свободна.       — Людям свойственно ошибаться. — Умино ничего не отвечает на мой дерзкий выпад, и я наконец покидаю душную комнатку, чувствуя, как у меня чутка пригорает от подобного.       У Наруко был прекрасный потенциал, если бы она взялась за голову. Место в АНБУ было бы обеспечено точно, даже без помощи Хокаге. Ей все это было просто не нужно, но это не значит, что она была бездарем.       Саске помахал своим табелем с отличием (которым можно было подтереться после получения повязки генина) и мы двинули домой, отдыхать и приводить дом в порядок. По приходу я направилась сразу на кухню, разогревая в сковороде остатки вчерашнего риса, а брюнет принялся убирать раскиданные вещи. Мы почти не говорили, думая каждый о своем. Конечно, самое грустное было то, что в своем мире в этом возрасте мы с легкостью выполняли миссии В ранга, а Хокаге была в восторге от нашей двойки. А примерно в это время был официально получен ранг чуунина, потом и кровью, потраченными нервами и временем, но получен раньше всех остальных из нашего выпуска. Это было огромным достижение в наших кругах, которым мы по настоящему гордились.       — Пошли в Ичираку, — вдруг говорит Саске, выключая плиту. — что-то хреново на душе.       — Тогда уж в квартал красных фонарей. — попыталась пошутить я, но вышло откровенно херово.       Мы все же собрались в Ичираку, распугав своими постными рожами и так малое количество посетителей. Сецуна неодобрительно косился на нас, но даже не поздоровался, с громким стуком ставя чашку на стол и расплачиваясь за еду. Теучи неодобрительно глянул на Намикадзе, но и слова против не сказал. Говнюк мой братец, каких поискать. И как же больно ломается гордыня подобных мудаков. Прям жду не дождусь.       Ели молча, каждый погруженный в себя. Мне предстояла гора работы по возвращению, Саске снова сядет медитировать, пытаясь раскачать резерв чтобы можно было спокойно пользоваться техниками Катона. Сейчас вновь придется полагаться на мой Фуутон, которого почти не было. Конечно, через план Жаб я буду максимально увеличивать время тренировок, но подтянуть нужно было все и сразу, а времени мне катастрофически не хватало, и как с этим жить, я слабо представляла.       На обратном пути мы заглянули в магазин за помидорами для Саске и парой плиток шоколада для меня. Взгляд сам собой упал на пастилу, и вот я уже расплачиваясь за покупки, прижимая сладость из Суны к груди, гася эмоции и не давая им выхода. Шаринганистый, несмотря на все протесты, все же взял меня за руку и повел в сторону дома, будто бы я была дитем маленьким.       Работа помогала отвлечься и не думать, не вспоминать про день Шоколада, что давно уже прошел. Старая, забытая традиция. Слишком много времени прошло с тех пор, как я получала пастилу из Суны в подарок. Слишком много.       Шлепнула себя по щекам, заставляя сосредоточиться на работе, и с головой ушла в написание очередной печати, старательно выводя каждый контур и каждую ниточку вязи, а по окончанию подробно описывала, почему эта линия идет сюда, почему я добавила конкретно в это место конкретно этот узел и почему завязала один переход на другой. Плечи ныли, за окном смеркалось, но я лишь включила настольную лампу, продолжая усердствовать над свитком, что буду презентовать завтра на общем собрании фуин-мастеров в клане. Кушины там, скорее всего, не будет, так как она занималась более мелкими делами, которые почти не требовали вливания чакры.       Школы фуин в этом мире не было, так же, как и нужды в ней. Клан Узумаки жив, и вполне охотно берет себе способных подмастерья, или дает персональные уроки каллиграфии и начальных символов. Должен же клан получать хоть какую-то прибыль, помимо заказов от самой Деревни и других стран. Да и школа весьма затратна по финансам, лучше уж нанять себе учителя, который доступно объяснит непонятное тебе место в индивидуальном порядке.       Устало тру глаза, смотря на законченную работу, привычно просвечиваю ее на наличие ошибок в самой печати и откидываюсь на кресло, благополучно переворачиваясь и оказываясь на полу. Саске издает тихий смешок, но тут же затыкается под моим недовольным взглядом. Поднявшись с пола, я вновь смотрю на свиток, будто пытаюсь его загипнотизировать. Так, лучше я встану завтра на час раньше и проверю все, чем пропущу ошибку сейчас.       Приняв душ и переодевшись в свободную футболку с шортами залезаю под одеяло, окукливаясь до наступления утра. Бабочка из меня, конечно, не выйдет, но вот генин как раз. Апельсиновая пастила отдавала легкой горечью и кажется, даже была чуть солоновата. Саске, видя мое состояние просто молча гладил меня по голове до тех самых пор, пока я не уснула.