Когда вода окрасится кровью

Тут дело принципа - скинуть его будто прицеп, Куцый умом да на лицо подавно не рыцарь, надменен аки павлин или царь, Никто, боюсь, не нашел и Капли талантов, ты пуст и лишён их. DRUMMATIX - Враг Среди Нас

      Утро встретило нас палящим солнцем, и орущим в моем подсознании Кьюби, который сработал не хуже будильника. Я подскочила на месте и тут же рванула в ванну, наскоро умываясь. Саске сонно зашевелился и сильнее обхватил подушку, не реагируя на тормошения. Пришлось пинком ноги сбрасывать его с кровати и насильно запихивать в ванну, в то время как я сама зажевала одну из пищевых пилюль и начала наскоро одеваться.       Сетчатая майка легла второй кожей поверх спортивного топа, а черная олимпийка со знаком водоворота была застегнута до самых ключиц. Судя по состоянию куртки, Наруко почти не носила ее, зато мне она очень даже понравилась. Приталенные штаны, обычные, не укороченные, поэтому я не стала обматывать лодыжки бинтами, лишь обмотала обе ноги для подсумков с оружием, да застегнула поясную сумку, в которой хранился табель. Мне предстояло передать его комиссии в обмен на повязку шиноби Листа, и с чистой совестью ожидать распределения по командам.       Саске так же накинул длинные шорты и натянул обычную темную водолазку со знаком водоворота на спине, отказываясь тем самым от привычного веера на спине. Я приподняла бровь, но не сказала ничего, лишь кинула в него пищевой пилюлей, направляясь к двери и обуваясь. Завершающим штрихом стали перчатки с металлическими щитками, которые еще ожидали своих фуин печатей. Вроде бы у меня было что-то похожее, только из чакропроводящей ткани. Правда, уже не особо помню на кой они были мне нужны. Но печатки были привычным делом, а металлические щитки могли принять на себя некоторые удары.       Порхать по крышам я не начала, но держалась уже более уверенно, нежели неделю назад. Возможно хорошей практикой стали пробежки по мокрым крышам, а может дрочево с контролем дало какие-никакие плоды. Подтянуть уровень еще немного, и можно уже удариться полностью в манипуляции с Конго Фуса. Вещь полезная и привычная, не раз спасшая жизнь мне и Саске, поэтому нужно было вернуться к ним как можно быстрее. И еще заглянуть сегодня в библиотеку клана, где нужно еще найти ее, опять же, чтобы не возникало лишних вопросов.       Повязки мы получали по одному. А, так нашего товарища зовут Сакурай, неожиданно то как, ага. Я отдала свой табель, судя по которому академию я закончила с большим скрипом, однако, необходимый порог прошла. Ирука морщился, но отдал мне темно-синюю повязку с хитай-ате, и я уже повязывала ее на рукаве темной олимпийки, раздумывая о том что стоит переклепать ее на темную ткань. Учиха эту процедуру тоже прошел достаточно быстро, и после этого мы вернулись в привычный класс, где собрались все те, кто смог получить повязку. Видеть удивление в глазах других было бесценным, аж Шикамару поднял голову от парты, чтобы засвидетельствовать наше появление. Мы вновь уселись где-то в середине класса и стали дожидаться появления Хокаге.       Скорее всего опять будет скучная речь на тему всратой воли Огня и прочей шелухи жизни шиноби. Ну вот серьезно, я прожила достаточно долго, и до сих пор не поняла в чем прикол этой воли Огня, так, херня на постном масле, которая вообще никак не сможет спасти тебе жизнь в случае чего, скорее наоборот, заставит пожертвовать всем в угоду выполнения миссии. На деле же надо уметь соблюдать этот баланс, чтобы и миссию выполнить успешно, и самому не подохнуть.       Минато выглядел очень даже хорошо в своей стандартной форме шиноби и в легендарном плащике с красным пламенем. Сразу вспомнилось, как я перед началом совета Пяти Каге перешивала один из таких плащиков, закрывая иероглиф огня нашивкой Водоворота. Хорошие были времена. Правда нас с Саске чуть не объявили в розыск как особо опасных нукенинов, но это мелочи, войну-то мы выиграли и кому какая разница что мы свалили из Деревни без спроса.       И надо же, действительно начал залечивать про волю Огня по лучшим заветам Третьего Хокаге. Цунаде в этом плане была более прогрессивной, делая упор на рациональность и инстинкт выживания, и за ней шли более охотно, нежели за Хирузеном, который втирал какую-то идеологическую дичь, не до конца понятную даже старым шиноби. А вот и про кодекс чести, который не работал в 80% случаях. Конечно, в нашей профессии есть место благородству, но это все касалось лишь взаимоотношений с заказчиком и напарником по миссии. Остальное же было шелухой, которую восторженные детишки хавали за милую душу и именно поэтому погибали, тупо следуя правилам.       Было откровенно скучно, поэтому я, подперев лицо рукой смотрела в окно, интуитивно отыскивая АНБУ, что в данный момент охраняли Хокаге. Интереса ради раскинула Сеть, насколько позволял радиус. Итачи снова на дереве, Шисуи чуть правее окна, о, Орочимару на крыше, Генма в углу классной комнаты, прямо за спиной Хокаге. Удобненько. Наверное, стоит поблагодарить Кьюби, который все же согласился худо бедно сотрудничать, тем самым обостряя сенсорику. Наруко и так была достаточно чувствительной девочкой, просто никогда не пользовалась врожденными способностями, а зря, жизнь бы себе упростила неплохо.       Наконец, длинная и бесполезная речь закончилась. Ученики выглядели весьма воодушевленными, а я сдержала раздраженный вздох. Если Какаши будет нашим наставником, нам и так ждать его до второго пришествия, а так можно было бы пойти позавтракать, пока он там растележится. Вот уж действительно, страсть к опозданиям походу передавалась половым путем.       Но вопреки моим ожиданиям, Хокаге не покинул комнату, а остался на распределение. Как будто он и так не знает, кто в какой команде, или хотел посмотреть на реакцию детей? Ну, мерзотненько, да. Без удивления выслушала состав команды номер семь и даже бровью не повела, услышав имя Хатаке Какаши в качестве наставника. Минато чуть дернулся, стоило услышать имя Узумаки Наруто, но не показывал своего недовольства. Что, думал меня завалили, и в седьмую команду попал кто-то из учеников Араты? Хрен тебе. Опа, а вот это уже интересно!       Копирующий появился на оконной раме даже раньше положенного, чем безмерно удивил меня и Саске. Не захотел позориться перед сенсеем, или заранее получил нагоняй чтобы не опаздывал? Ах, жалость какая, я надеялась надеть ведро с водой ему на голову, за то, что он вечно опаздывает. Удивительно, но Минато пристально следил за моей реакцией, а я следила за ним чуть прищуренным взглядом. Неужели так задело, что я полностью сменила имя, отрицая принадлежность к клану Намикадзе? Так погоди, я тебя могу поразить своими идеальными манерами и знанием субординации. Тебе просто придется подождать до раздачи первых миссий.       Какаши повел нас на крышу, где мы встали прямо напротив не особо довольного жизнью наставника. Хатаке выглядел крайне уставшим и по всей видимости вообще не хотел находится здесь. Значит нормального обучения ждать смысла не имело и Райтон придется осваивать самостоятельно. Благо у меня под боком был хороший источник знаний и создатель техники Кирин. Сакурай явно нервничал, и хотел подойти ближе к Учихе, но тот так злобно сверкнул шаринганом в его сторону, что он аж шуганулся, вставая рядом со мной. Интересно, по мальчикам значит наш розоволосый?       — … что я люблю вас не касается, что не люблю тоже. — выхватила я из потока фраз. Как же было просто в прошлый раз! Шисуи и так знал что мы из себя представляем, так как проработал с нами целый месяц перед тем, как мы официально встали под его руководство. Нынешняя методика обучения меня не устраивала. — Теперь ваша очередь.       — Меня зовут Харуно Сакурай, что я люблю… — он покосился в сторону Саске, но брюнет вновь сверкнул шаринганом, от чего парень сделал шаг назад, а Какаши неодобрительно смотрел на подобное запугивание. — люблю родителей, друзей и Деревню. Не люблю тех, кто легкомысленно ко всему относится, — красноречивый взгляд в мою сторону я встретила равнодушным взглядом и приподнятой бровью. — Моя цель стать хорошим шиноби.       — Лучше уж ирьенином, шиноби и так много, а толковых медиков мало. — складываю руки на груди, смотря прямо в глаза Хатаке (глаз, если быть точнее, похоже в этом мире у него тоже был шаринган). — Меня зовут Узумаки Наруто. В этом мире мало того что я люблю, уважаю клан, ненавижу слабых и бесполезных людей, моя цель вас не касается, все равно в ее достижении мне может помочь только Саске.       — Учиха Саске. Мало что люблю, ненавижу почти все. Моя цель, помогать Наруто во всех ее начинаниях. — Саске явно копировал мою позу, так же выжидающе смотря на наставника.       Естественно, нас ждали завтра в семь часов утра, на седьмом полигоне. Слишком много числа семь, аж противненько становится. Не тратя время на лишние расшаркивания, он свалил с крыши Шуншином, а я повернулась к Сакураю, отдавая браслет что ранее носил Учиха, пока не была установлена печать на теле.       — Завтра будет проверка на то, как хорошо мы можем работать в команде. Обязательно позавтракай, нам предстоит несколько часов доказывать ему что мы не три идиота и можем работать как единое целое, если потребуется. — Сакурай смотрел на мои губы, что не шевелились, но он прекрасно слышал мой голос. — Мы с Саске сработанная двойка, поэтому завтра поможем тебе с координацией. — хватаю его за руку, удостоверившись что наблюдателей нет и ставлю печать Молчания. — все, что было сказано, ты не сможешь передать третьим лицам. Встретимся завтра в 6:30, принеси с собой удобный браслет и я сделаю индивидуальное средство связи.       — Но…       — Делай так, как говорят, и все будут в плюсе. — тут же прервал его брюнет, продолжая светить своими фонариками.       Я развернулась к выходу с крыши, на прощание махнув рукой. Сакурай не дурак (надеюсь), даже в таком возрасте наша Сакура была способна оценить всю выгоду в сложившейся ситуации и понять, как ее использовать. Знаний у нее было маловато, но острый ум и хороший контроль окупал многое. Будь Сакура конченой дурой, в ученицы к Цунаде она бы не попала. Остается надеяться на то, что его влюбленность менее разрушительна чем у молодой Сакуры во времена академии (иначе Саске его точно зашаринганит, он у нас не по мальчикам от слова совсем) и мы сможем относительно спокойно работать до тех пор, пока не станем чуунинами.       Минато стоял у выхода, подпирая своей спиной один из столбов навеса над главным входом. Стоило мне спуститься с лестницы, он перевел все свое внимание на меня, встречаясь с равнодушным взглядом. Понятия не имею, зачем он здесь, но лично мне надо к Араю, и чем быстрее я закончу регистрацию своего фуин, тем быстрее смогу приступить к посторонним заказам, ведь одной этой разработки хватит для стойкой позиции подмастерья. А если учесть, что у меня есть клоны, то моя работоспособность повышалась в разы.       У меня язык не поворачивался назвать местного Намикадзе отцом. Я настолько привыкла к серым и мертвым глазам отца, что видеть живые синие омуты было слишком непривычно. Да и этот человек был мне никем, чтобы называть его этим теплым словом “отец”. Я уже собиралась пройти мимо него, как меня остановил холодный приказной тон:       — Твои брат, сестра и мать ждут тебя на обед. Будь добра на нем появиться. — жаль в этом мире у меня не было эмпатии и было сложно понять, какие эмоции испытывает Минато.       — Прошу простить меня, Хокаге-сама, но я должна присутствовать в главном доме клана Узумаки и я не могу оспаривать решения главы семьи.       — Это приказ. — меня передернуло от тона Наимкадзе и я с презрением посмотрела на него.       — Я еще не передавала документы на регистрацию шиноби, поэтому формально я все еще гражданская и должна подчиняться главе своей семьи или клана. Глава клана Узумаки сказал мне быть у него, значит я иду. — не было желания разговаривать с ним и дальше, поэтому я последовала к выходу из академии, запрыгивая на крышу.       Клон на пару с Саске пошел проходить регистрацию, я же направилась в клановый квартал, чувствуя, что Минато наступает мне на пятки, но не желает идти рядом со мной. Я останавливаюсь на воротах, отмечаюсь о прибытии и следую к дому главы, откуда меня должны были проводить в главный зал для совещаний. Понятия не имею где он находился, но не это меня волновало сейчас, а то, что Минато продолжал следовать за мной. Решил узнать, зачем меня вызвал Арай?       Со мной вежливо раскланялись, и я ответила тем же, недружелюбно косясь в сторону Хокаге. Конечно, регистрация его не касалась, но если он изъявит желание, то глава клана не в праве отказать ему в этой просьбе, и вот это уже было говнищем полным, ибо я не хотела видеть эту сутулую собаку на наших дебатах. Я женщина психованная, могу и на мат перейти отстаивая свою точку зрения, где я точно была права.       К моему большому сожалению, Хокаге действительно захотел посмотреть, чем же мы будем заниматься, поэтому пошел вместе со мной и сопровождающим в зал заседаний, что находился в отдельном от всех остальных построек здании. В моем мире на этом месте были лишь руины, которые после уборки мусора стали обширным садом. Здесь же - одноэтажное здание с купольной крышей и скорее всего, не одним и не двумя подземными этажами. Нас проводили до большой круглой комнаты, напоминающей мне зал совещаний Суны, разве что обстановка отличалась, да постных рож Советников видно не было. Впрочем, изобретатели клана Узумаки смотрели на меня не менее неодобрительно, но явно были заинтересованы моей идеей.       — Итак, Узумаки Наруто, Арай-сама сказал что ты смогла усовершенствовать Говорилку и сегодня покажешь нам свои выкладки. — пожилой мужчина с неким удовольствием наблюдал за тем, как я достаю малюсенький свиток из нательного хранилища, что после активации открыл перед ними огромный рулон портянки, длины которой хватило чтобы полностью покрыть тяжелый прямоугольный стол из чакропроводящей древесины.       — Начнем по порядку, — я обошла стол, вставая у начала свитка и изобретатели обступили меня плотным кругом, смотря в свиток из-за моей спины. — Основная проблема Говорилки была в ее ограниченном радиусе и узко направленном действии, что делало ее удобной во время переговоров в одной или соседних комнатах и приходилось находиться максимально близко друг к другу. Это начальная вязь, которая была изобретена около пятидесяти лет назад и почти не используется, ввиду выше озвученных ограничений. — мужчины с важным видом кивали, и я передвинула палец на следующую печать в которой было изменено всего пару линий. — Вот эта модернизированная печать наносится на любой предмет посредством выжигания фуин и образует связь, завязанную на создателя, то есть создатель без печати может связаться с человеком, носящим эту вещь. Личной привязки она не имеет, и радиус у нее небольшой, всего один километр.       Учтиво жду, пока господа экзаменаторы прочитают все сноски, прежде чем переместить к следующей печати, которые мы использовали во времена нашей Четвертой мировой.       — Этот тип печати уже персональный и требует физического контакта. Лучше всего применять их как серьги, сама серьга закрепляется на ухе, для связи нужно зажать в руках бумагу. Выдаете на весь отряд, если он рассредоточен, площадь покрытия достаточно большая, хватит на всю страну Огня, но за ее пределами скорее всего действовать не будет, надо проверять на практике. Суть такая, каждый из отряда оставляет отпечаток чакры на этом листке, и когда надо связаться с кем-то, то зажимает листок в руке, подавая туда свою чакру и говорит послание вслух. За счет отпечатков чакры его слышат все, на ком есть печать. Если убрать вот этот узел, то слышать его будут вообще все, не только тот, у кого есть печать. — я немного видоизменила ее по сравнению с теми, что мы носили во время войны, ибо тот вариант вообще был сырым и состряпан на коленке, а как только у меня появилось время, я довела технику до ума. Пользовались ей достаточно часто, и она шла на второе ухо, чтобы не терять связь со штабом.       — И наконец, последняя, не имеющая ограничений по радиусу, но требующая под собой штаб связистов. Вот эта печать монолитная и отвечает за связь с главной установкой фуин в штабе, вне зависимости от того, где именно он находится, вот эта рассчитана на личную привязку через вливания чакры. Суть проста, подаешь чакру на чакропроводящую серьгу, за счет этого она подается на бумагу и связывает тебя со штабом, не обязательно говорить информацию вслух, можно просто настроиться на канал и передать мысленно. Таким образом, у нас двухсторонняя связь. Третья печать это передатчик, который позволяет штабу перенаправить сообщение одного шиноби к другому. Ничего сложного, но шиноби должен носить эту серьгу, иначе штаб не сможет перенаправить сообщение к нему. — в комнате стояла оглушающая тишина, и я отхлебнула воду из предложенного стакана.       — А теперь к штабу. Печати-передатчики и принимающая печать наносится на одну и ту же ткань, желательно с одной и той же партии, либо обработанную одним и тем же способом. Ткань должна быть чакропроводящей. Можно использовать и чакропроводящий металл, но придется налаживать торговые отношения с Аме, поэтому решать только вам, на чем именно оно будет построено. Вот главная печать отвечающая за всеобщую связь, что-то вроде вышки, за счет которой резонируют все сигналы. Так как каждая индивидуальная печать оснащена своим преемником, в случае крушения штаба связь все равно будет работать, но на весьма ограниченной площади. Четыре тысячи километров, не больше, может даже меньше, нужно проводить тесты с разными материалами, я брала за основу лишь чакропроводящую ткань. Вот эти печати отвечают за гибкость самой связи и перенаправление одного канала связи на другой. Высоко мастерства не требует, с этой работой справится любой шиноби обученный фуин техникам на уровне подмастерья клана. Вот эти восемь стабилизаторы, позволяющие подключать к этой сети огромное количество шиноби, если добавить их вдвое больше, то можно связать шиноби по всему миру. Пока работает главная печать, все побочные печати, что носят шиноби не ограничены по дальности, но требуют большего вливания чакры.       Перевожу дух, и обхожу стол, вставая напротив экзаменационной комиссии. Шестнадцать архаичных печатей и руки опускаются на свиток, от чего все нарисованные на нем фуин разгораются серым светом, показывая, что все печати составлены верно и находятся в рабочем состоянии. Арай пораженно вздыхает, вновь пробегаясь по светящимся печатям, не находя в них ни одной ошибки.       — Этого достаточно, чтобы считать меня полноправным и достойным членом клана Узумаки? — и улыбаемся, добродушно так, еще ножкой пошаркать осталось.       Начались бурные обсуждения в ходе которых меня закидывали вопросами, на которые я без запинки отвечала, а порой и использовала бумагу, чтобы нарисовать символы от начала до конца, доказывая правильность своих суждений. Минато в дебатах не участвовал, но странно поглядывал на меня, когда я, без стеснения, переходила на крик вперемешку с матерной бранью, споря с каким-нибудь упертым мастером. Не много ни мало, мы потратили более трех часов, чтобы обсудить все детали и меня с гордостью вписали в регистрационную книгу Узумаки, как создателя Системы Вооружения.       Довольно потягиваюсь и беззаботно закидываю руки за голову. Мы даже успели оформить заказ на поставку чакропроводящего металла из Дождя, а я имела наглость влезть в список заказов для местных кузнецов, в частном порядке попросив себе два необычных украшения. Моих медицинский навыков хватит на то, чтобы вновь проколоть нам языки, а уж нанести фуин для очагов чакры и вовсе было плевой задачей. Не знаю, есть ли в этом мире Нагато и Яхико, но технику я у них позаимствовала, что поделать.       Минато вновь позвал меня на обед, но я покачала головой, направляясь к выходу из квартала, под непонимающий взгляд Четвертого.       — Куда ты, Нарук… Наруто?       — Домой. — беззаботно отвечаю я, не убирая сомкнутых рук с затылка.       — Но наш дом в другой стороне. — для верности он показывает на двухэтажный домик Хокаге, что долгое время был моим домом в другом мире, но в этом оставался лишь зданием с незнакомыми людьми.       — Ваш дом, Хокаге-сама. — поправляю его. — Моя квартира находится близ клана Нара.       — Но…       — Мне была выдана протекция клана Узумаки и я подала заявку на отдельное жилье, поэтому не буду больше мешать вашей семейной идиллии. — обрываю я дальнейшую дискуссию, продолжая путь к выходу из квартала. — Всего доброго, Хокаге-сама.       Стоит выйти за пределы барьера, я тут же запрыгиваю на крышу, стараясь как можно быстрее слинять от этого места, оставляя Минато стоять посреди улицы, определенно не знающего что сказать на счет поведения дочери. Оружие Конохи начинает качать свои права. Ни Данзо, ни Старейшинам, ни самому Минато это не понравится, так что в ближайшее время стоит ожидать повышенного контроля за моей персоной.