Алый рассвет

Заметка автора: в 4 серии 1 сезона Нимуэ представляется Мерлину Карой. Так что речь идет о ней, а не о возлюбленной Мордреда. Несколько месяцев спустя Об этом месте ходили страшные легенды. Люди в окрестных деревнях потчевали приезжих ужасными рассказами о том, что творится в крепости. Никто не знал, что из этого надумано, а что правда: никто не рисковал проверять. Все местные старались просто держаться подальше. Незаселенная степь, с вечно гуляющим в этих краях холодным ветром, она навевала тоску своей извечной тишиной; невольно вспоминались предупреждения, и всякий путник спешил унести отсюда ноги, подгоняя коня. Но женщину, одиноко стоявшую в этом унылом месте, видимо, ничего не пугало. Она оглядела свое кроваво-красное изорванное платье и запахнулась в синий плащ, спасаясь от холода. Ее длинные черные волосы развевались на ветру, пока она рассматривала темнеющую на фоне заката крепость. Это была тюрьма. Тюрьма для волшебников. Никому и никогда не удавалось сбежать оттуда. Людей, обвиненных в колдовстве, не казнили, а продавали в рабство; тех же, кого не удавалось подчинить, привозили в эту крепость, и больше их не видели. Извозчики, поставлявшие еду для пленников и тюремщиков, содрогались, рассказывая об ужасающей атмосфере, царящей внутри. Они слышали нечеловеческие крики, стоны, душераздирающие мольбы о помощи... Никто не знал, что делали с попавшими в тюрьму магами. Думали, что их пытали; но Утер Пендрагон, выступая недавно с балкона дворца, заявил, что никаких инструментов пыток, кроме тех, что им поставляет охотник на магов, они не используют. Аридиан. Охотника на магов и ведьм звали Аридиан. Она запомнила это имя. Женщина оторвалась от созерцания крепости и взглянула на ворона, настороженно взирающего на нее с ветки засохшего деревца. - Кар! - Спасибо, что привел меня, Андельмир, - ласково произнесла брюнетка. - Теперь я освобожу тебя. Ее голубые глаза сверкнули золотом, и вместо ворона к ногам колдуньи упал маленький, тщедушный человечек, в страхе съежившийся в клубок: - Пощадите, освободите меня, - взмолился он. - Я вам все рассказал. Я рассказал, во сколько в тюрьме обход, когда обед. Я назвал имена всех тюремщиков. Я не виноват, что там работал. Я был простым уборщиком. Освободите... - О да, - тихо промолвила ведьма. - Я тебя освобожу. Ото всех тягот этой жизни. В глазах снова полыхнул огонь, и вместо мужчины на пожухлой траве осталась лежать лишь горстка пепла. Женщина двинулась дальше. Пробраться в крепость, представившись посланницей короля, не составило никакого труда. Она сказала, что приехала проконтролировать ситуацию по поручению Утера. Ей указали на комнату охотника на ведьм, попросив подождать. Колдунья кивнула. По пути в покои охотника она расправилась с охраной - так же, как до этого расправилась с человеком по имени Андельмир. Аридиан явился очень быстро. Брюнетка бегло оглядела мужчину. Колючие рыбьи глаза, седые волосы, недобро сжатые губы... Что ж, ничего особенного. И этого человека боялись все маги королевства? - Приветствую в нашей крепости, госпожа... - Кара, - кивнула колдунья. - Я приехала по поручению короля. Ему следует доложить, как обстоят дела в тюрьме. Он слышал, что пока вы не схватили новых колдунов. Аридиан недовольно скривился. - Это так, госпожа. Но, - тут его лицо просияло, - несколько месяцев назад нам прислали очень сильного мага, схватили его далеко от города, у границы с королевством Ценреда. Его не удалось продать в рабство: слишком строптив, не желал повиноваться. Работорговцы не смогли сломить его, и в итоге было решено отправить его сюда. Я писал о нем в отчете королю. Он еще жив. Женщина недоверчиво прищурила глаза, на что охотник авторитетно закивал: - Да, госпожа Кара, представьте себе: никак не подохнет. Остальные мучились максимум месяц, один наглец продержался полтора месяца, а этот жив. До сих пор. - Хотелось бы на него взглянуть, - протянула колдунья, и мужчина с готовностью указал на дверь: - Пойдемте, госпожа. Он повел ее в противоположное крыло замка. Обстановка в корне отличалась от той, которую она успела увидеть. В отличие от жилых помещений, где обитали тюремщики, коридоры с камерами узников выглядели ужасающе. Ободранные серые стены, покрытые плесенью, грязные полы со следами испражнений, насквозь провонявший зловониями и нечистотами воздух... Женщина увидела по пути беззастенчиво снующих туда-сюда ободранных крыс и черных пауков, рассматривающих ее своими мерзкими глазками-бусинками. Солнечный свет почти не проникал через узкие окошки, вдобавок заколоченные решетками. Все камеры были пусты. В самой дальней, однако, еще теплилась жизнь. - Вот, - Аридиан открыл камеру и с гордостью ткнул пальцем внутрь, - наш последний выживший экземпляр. И то, полагаю, скоро сдохнет. Пора открывать новый сезон охоты. Колдунья протиснулась внутрь, не слушая разглагольствования мужчины, и с интересом уставилась на заключенного. Это был худой юноша, грязный, в лохмотьях, заросший и больше похожий на зверя, чем на человека. Он лежал в углу, свернувшись клубком, подтянув колени к груди. Колдунья подошла ближе. Иссиня-черные отросшие волосы почти полностью скрывали лицо, но она смогла разглядеть резко выступающие скулы и потрескавшиеся губы. Брюнетка невольно отшатнулась при виде сардонической улыбки на его лице и мертвенной бледности. Юноша лежал, не шевелясь, словно не услышав прихода двух людей. Его поза кричала о муке и молила о сострадании. Аридиан, недовольный оттого, что единственный узник не проявляет признаков жизни, пнул исхудавшее тело ногой. Но напрасно; парень даже не пошевелился. - И что же причиняет ему такую боль? - ровным голосом спросила Кара. - Это, - охотник брезгливо протянул руку и коснулся кандалов пленника, украшенных вставкой из странных желтых камней и причудливой резьбой. Кое-где были начертаны руны. - Глаз феникса, магические руны и заклинания, - гордо произнес Аридиан. - Все, чтобы ослабить волшебника. Колдунья кивнула. Она невольно засомневалась в своем плане. Не таким она рассчитывала увидеть великого волшебника, которого хотела задействовать в своем плане. Помимо магии, терзающей его, тюремщики не гнушались побоями, отчетливо виднеющимися на его теле. Ошейник не давал ему бороться, ответить, защищаясь собственной магией. Ошейник был позолоченным – она не ошиблась, он очень силен. И это доказывал тот факт, что он все еще жив. Вопрос в том, сколько он протянет? Быть может, ему пора на тот свет, и она зря пришла? В таком случае лучше остаться неузнанной. - Разбудите его, - приказала женщина. – Я хочу, чтобы он очнулся. - Это будет нелегко, - покачал головой Аридиан. - Мне все равно, как вы это сделаете. Выполняйте. Полный ушат воды был вылит на пленника; на его спине появились еще два рубца от кнута, но умирающий маг остался безвольно лежать на полу, не реагируя ни на что. Охотник на ведьм поджал губы. - Схожу за огнем. Это лучший метод. Колдунья проводила его взглядом. Он ошибался: огонь не поможет. Если человек, о котором говорили легенды, решил умереть, его ничто не остановит. Она перевела взгляд на мага, лежащего ничком. Должен быть способ пробиться в его сознание, поговорить с ним. А разговаривать с магом нужно на языке магии. Она стянула перчатки, опускаясь на колени и кладя одну руку на лоб юноши. Кара закрыла глаза и произнесла сложное заклинание. Она была жрицей Древней Религии: у нее все должно было получиться. Она сильна, она сумеет достучаться до него, она… Она не сразу поняла, что заклинание сработало. Глаза женщины ничего не различали в кромешной тьме, так что пришлось произнести заклинание для создания светового шара, но оно… не действовало. Глаза привыкли к темноте, а в конце туннеля забрезжил свет. Внезапно колдунья поняла, что она не в туннеле: она находилась на открытом пространстве. Но вокруг было темно, ни лучика солнца, ни сияния луны, а слабый свет впереди освещал лишь огромный округлый валун, на котором, скрючившись, поджав под себя ноги, сидел мальчик – и выглядел он вовсе не таким ободранным, как в реальности, в темнице. Пусть выражение лица его и было несчастным, но одет он был прилично, а волосы не успели отрасти до самых плеч. Вероятно, так он выглядел до похищения. Колдунья, спотыкаясь на выбоинах и ямах, испещривших дорогу, кое-как доковыляла до камня, на котором сидел маг, и положила руку ему на плечо. Юноша вздрогнул всем телом, резко сбросил ее руку и обернулся, вскакивая со своего места. Он недоуменно огляделся, пытаясь понять, как она сюда попала. - Здравствуй, Мерлин, - спокойно произнесла женщина, подняв руки вверх и пытаясь дать понять, что она не представляет для него опасности. - Кто вы? – испуганно спросил волшебник. – Как вы сюда попали? Его взгляд был затравленным, как у дикого зверька, попавшего в лапы охотничьих собак и понимавшего, что пощады от них не дождешься. Краем глаза Кара заметила, что свет, освещавший его худую фигуру, стал меркнуть. - Я такая же, как ты. Я пришла, чтобы освободить тебя. Он недоверчиво улыбнулся. Вернее, попытался улыбнуться. Кривая гримаса исказила его совсем еще мальчишеское лицо. Колдунья подняла брови. - Ты сомневаешься? - Никто не может меня освободить. - Поэтому ты решил умереть? Он опустил голову. - Я больше не выдержу. Помощи ждать неоткуда. - Я тебе помогу. - Кто вы? – повторил маг вопрос, заданный ранее. - Меня зовут Нимуэ, - проговорила колдунья, открывая свое настоящее имя. – Я жрица Древней Религии. - Что это значит? - Это значит, что я владею магией, как и ты. - Покажите, - потребовал Мерлин. Она покачала головой. - Здесь можешь колдовать только ты. Ведь это твое сознание. Словно впервые поняв это, юноша огляделся по сторонам и поежился от вида мрачной пустыни, окружающей его. Тьма и не думала отступать. - Могу поспорить, раньше здесь цвели деревья и текли ручейки. Цветы окружали твой дом – маленький, но уютный, в котором жили люди, которых ты любишь. А теперь это лишь пустыня. Хочешь, чтобы сюда вернулась жизнь? – Нимуэ пристально посмотрела на мага. - Я не понимаю… - Все очень просто, Мерлин. Они пытались тебя сломить. Им удалось убрать природу, твою отраду, им удалось убить твою жизнерадостность, удалось подавить твою магию. Мы в твоем сознании – раньше это было место, где тебе было хорошо. Сейчас это лишь место, где ты можешь спрятаться. Но оглянись по сторонам. Это место больше не подходит для укрытия. По дороге невозможно идти, и она никуда не ведет, а ты сидишь на холодном камне, не зная, куда деться, если пойдет дождь, - Нимуэ подняла глаза на небо, на котором действительно собирались грозовые тучи. Мерлин сглотнул. - Вы пришли, чтобы убить меня? - Я уже сказала, что хочу помочь тебе. - Тогда убейте меня раньше, чем это сделают они! - О нет, Мерлин, - Нимуэ обошла его и вздохнула. – Ты ведь не хочешь сказать, что сдался? Возможно, ты этого не знаешь, но им так и не удалось тебя сломить. - Откуда вы знаете? - Тут еще есть свет, - улыбнулась жрица, и она была права: пусть тучами заволокло все небо, но люди все еще видели друг друга. Мир не исчез в кромешной тьме. Она взяла волшебника за руку, которую он сначала хотел отдернуть, но подавил в себе рефлекс. - Пойдем со мной, - ласково сказала Нимуэ. – Я тебя вытащу. Он не ответил согласием, но колдунья ощутила резкий толчок в грудь, и спустя секунду она, открыв глаза, снова стояла на полу на коленях, прижимая к себе обмякшее тело мага. Он открыл глаза мгновением позже и поднял голову, разглядывая женщину и моргая от света, бившего в глаза. По сравнению с миром в его сознании тусклый свет темницы казался ему вызывающе ярким. - Госпожа Кара, - раздался голос охотника на ведьм, и Нимуэ поспешно поднялась, отряхивая плащ от пыли. Аридиан выглядел донельзя самодовольным; в одной руке у него была зажата раскаленная докрасна кочерга. Он видел, что пленник в сознании, но, тем не менее, злобно усмехнувшись, нагнулся к юноше, готовясь схватить его свободной рукой. Беспомощный, безоружный, едва пришедший в себя, Мерлин резко отшатнулся, но неумолимая рука мучителя уже сжала его горло. - Сейчас ты у меня попляшешь, ведьмовское отродье! Неожиданно кочерга вырвалась у него из руки и повисла в воздухе. Аридиан удивленно воззрился на пленника, но волшебник смотрел не менее изумленно. Мужчина круто обернулся. Нимуэ предупреждающе вытянула руку. - И ты тоже, - потрясенно прошептал охотник на ведьм. – Ты такая же тварь… Жрица в ответ неуловимо сверкнула глазами, и раскаленное железо, подчиняясь ее магии, вонзилось в тело ее врага, пронзив его насквозь. Крик мужчины эхом разнесся по темнице. Хрипя, истекая кровью, Аридиан повалился на бок, рядом со своим пленником. Колдунья наклонилась к самому его уху, зная, что иначе он ее не услышит: - Я бы попросила передать Утеру привет от Нимуэ, но ты не успеешь. - Нимуэ… - глаза охотника на ведьм с трудом сфокусировались на лице ведьмы, и по ужасу на его лице Мерлин понял, что это имя имеет для него огромный смысл. Не довольствуясь медленной смертью, жрица вынула короткий кинжал и одним ударом оборвала жизнь человека, причинившего столько зла ее собратьям. Мерлин, все еще не в состоянии вымолвить хоть слово, молча смотрел на пятно крови, расползавшееся на полу его камеры. Он не мог встать, не мог пошевелиться, не мог осознать того, что все, все закончилось, что человека, приходившего каждый день, чтобы раз за разом пытать его, медленно убивая его магию, больше нет… Теплые руки Нимуэ накрыли его ладони. - Я обещала, что освобожу тебя. Я сдержу свое слово – твоя магия вернется. Хочешь? Она водила пальцем по позолоченному ошейнику, сковывающему его магию. Мерлин поднял на нее взгляд. В нем медленно, но верно просыпалась жажда жизни, которую его палачи не смогли убить – и очень медленно он осознавал, как же хочет снова вдохнуть воздуха полной грудью, как же хочет коснуться своей магии – и он кивнул. Нимуэ загадочно улыбнулась. - Сначала приведем тебя в порядок, а затем договоримся об условиях. Волшебник вновь напрягся. Она сказала «об условиях»? - Не бойся, - бросила колдунья, заметив его колебания. – Ничего особенного. Ты сам, я уверена, этого хочешь. - Чего? – хрипло спросил Мерлин. - Мести, - просто ответила Нимуэ.