Навстречу шторму

       — Акира? — сипло произнёс он, будто не веря в реальность происходящего. Однако парень, терпя боль, не стал повторять дважды, и вместо лишних слов сорвал свободной рукой с себя маску.        — Иштар! — крикнул он, призывая за свою спину персону. Женщина с неровными рогами мгновенно склонилась над Акечи и коснулась своей иллюзорной рукой его головы. Её длинные волосы слегка развивались, пока зеленоватый поток энергии проходил меж её пальцев к его макушке. Раны, что нанесли химеры, стали быстро затягиваться. Кровь на его руке и костюме испарялась с невиданной скоростью. Акечи почувствовал, что даже те силы, которые он потратил на эту беспощадную схватку, восстановились с удивительной скоростью. В тот момент он словно протрезвел. Его хватка на клинке быстро ослабла, когда последний голубоватый виток Иштар погас, и персона вернулась внутрь маски, что вновь возникла на чужом лице. Конечно же это был Джокер. Его Джокер. Какую бы реалистичную иллюзию этот подонок не мог создать, повторить такое он бы ни за что не смог. Откуда бы ему знать, что Акира мог обладать несколькими персонами, в конце концов.        — Джокер! — воскликнул Акечи, наконец поверив ему. Радость, замешательство и ужас перемешались в нём так, что он не сразу сообразил, что его меч до сих пор впивается в чужое плечо. Поэтому, как бы он не хотел повестись на порыв вцепиться в эти объятия, он был вынужден сначала вынуть меч. Парень быстрым движением вынул лезвие, и в ту же секунду понял, что нельзя было так делать — тут же возникла гримаса боли на чужом лице, и Джокер, оборвав свой крик на половине, упал вперёд, на его плечо. Горо сразу бросил меч на песок.        — Чёрт, чёрт, чёрт! Прости, прости! — Акечи сам не заметил, как зашёлся в извинениях, пока прижимал Акиру к себе. Этого объятия, сколь коротким оно ни было, ему хватило, чтобы хоть немного успокоиться.        — Ну надо же! Какое трогательное воссоединение! — издевался комментатор сверху, и Акечи недовольно поднял голову. — К нашему бравому бойцу прислали подкрепление, а он так неблагодарно его встретил! Видимо, жажда крови его захлестнула так, что он уже не разбирает, кто друг, а кто враг! У Акечи заскрипели бы зубы от таких комментариев, если бы в те минуты он их вообще слышал. Он ничего не сознавал, кроме бешеного стука сердца в ушах, который, казалось, разорвет ему барабанную перепонку.        –…чи, вставай, — голос Джокера казался таким далёким, что Акечи снова испугался, что это иллюзия. Однако долго эта мысль не задержалась в его голове: Акира, терпя боль, быстро поднялся на ноги и сам, держа Акечи за локти, помогал ему встать.        — А? Джокер, в чём дело? — спросил Акечи, поднимаясь вслед за ним. На лице Акиры промелькнуло такое безысходное выражение, что Акечи тут же заподозрил неладное.        — Выход закрыт, мы не сможем уйти через него, — проговорил он. — Я смог прорваться, но ворота закрылись прямо за моей спиной.        — Тогда как нам, блять, выбраться?! — взорвался Акечи. Парень напротив же обратил взгляд в центр арены. Что-то было у него на уме.        — Впереди ещё два раунда, — сказал он, и Акечи тут же упал духом. — Я был в ложе с тем ублюдком и наблюдал за тобой, пока он меня не отпустил. Видимо, чтобы продолжать это тупое шоу. Понять, кем был тот ублюдок, было не сложно. Горо почувствовал прежний прилив сил, вспомнив, как сильно он хочет надрать зад этой азиатской роже с континента. Более того, с ним был Акира, и он теперь мог быть уверен, что какое бы дерьмо не случилось, он спасёт его снова. И Акечи сам не даст его в обиду, каким бы сильным их враг не был.        — Тогда дадим им шоу, Джокер, — ухмыльнулся Акечи, поднимая с земли свой меч. — Этому гаду оно понравится до смерти. Стадион взорвался волной криков — толпа, наблюдающая за всем происходящим с экранов, желала поскорее увидеть продолжение банкета. Комментатор с задором снова заговорил:        — Вы их слышали? Этот смертоносный дуэт обещает нам незабываемое зрелище! Что ж, тогда начнём второй раунд! Когда эти слова сорвались с его языка, земля под ребятами зашевелилась. Акечи, ничего не понимая, встал в напряжённую стойку и стиснул чужую руку, готовый в любой момент отразить нападение или оттолкнуть Джокера в сторону, чтобы уберечь от удара. И как только из-под песка начали подниматься платформы, Акечи вдруг пронзила мысль:        — Джокер, исцеляй себя скорее! Твоя рана не затянется сама, если ты её не вылечишь! — напомнил он. Акира, правда, лишь прижал руку к ноющему плечу.        — Пустяк, это подождёт. Нам нужно беречь ману, Акечи. Я ещё продержусь, — заверил он его. Горо показалось это и глупым, и рациональным в то же время. Всё-таки, на кону были их жизни, и если они не будут беречь ману, то рискуют быстро умереть.        — Твоя рана не будет мешать тебе двигаться? Я не хочу, чтобы ты тормозил, как старый компьютер, — сказал Акечи. В ответ ему лишь помотали головой.        — Всё будет нормально, — пообещал Акира. И то, с какой уверенностью он это сказал, заставило Акечи наконец поверить ему. Недооценивать силы напарника было моветоном, так что если ему говорили, что всё действительно будет в порядке, то стоило разделить эту веру и идти в бой дальше. Когда платформы наконец выдвинулись полностью, то можно было заметить, что все они находятся на разной высоте. Закручиваясь вокруг одного круга в центре, они образовывали некую лестницу. Акечи сплюнул на песок — лестницы успели надоесть ему.        — Ну, чего стоите, бравые герои? Начинайте своё восхождение! И лучше поторопитесь, потому что скоро обстановка обострится, — подгонял их комментатор. Ребятам ничего не оставалось, кроме как пойти на первую платформу и начать прыжками передвигаться по этой странной лестнице.        — Наши бойцы воистину не знают усталости! Только поглядите, насколько резво они прыгают! Я бы всё отдал за то, чтобы быть таким же юным и быстрым!.. — речи развлекали толпу, диктор хорошо справлялся со своей работой, хоть Акечи и было всё равно на это. Всё, чего он хотел, это просто поскорее с этим разобраться, потому не сразу обратил внимание на то, что под ними обстановка и впрямь «обострилась». Пол, на котором они были полминуты назад, уже был усеян торчащими пиками. Свалиться на такие — и смерть придёт не торгуясь.        — Будь осторожнее, рассчитывай свои прыжки, — предупредил Акечи бегущего позади Джокера. Ему кивнули, принимая совет.        — Но каким бы интересным это зрелище не было, — заговорщески произнёс диктор, — мы пришли сюда не на соревнования по лёгкой атлетике смотреть, а на гладиаторские бои! Так пусть начнётся новая схватка! Встречайте Арахабаки, храбрецы! На следующей платформе, как только парни приземлились на неё, из дыма появились тени. Им ничего не стоило принять форму двух больших чугунных кукол с горящими, ничего не выражающими глазами.        — Малыш Берсерк, тебе стоит попридержать своих коней, — сказал диктор, предостерегая. — Ты рискуешь пострадать, если будешь нестись на них с мечом для разделки рыбы. И хоть Акечи тянуло крикнуть ему заткнуться, Акира выставил перед ним руку, говоря, что не стоит.        — Он прав. Эти тени отражают весь физический урон, поэтому оставь затею с мечом, — проговорил Джокер, вставая в боевую стойку.        — Жаль, я надеялся, что смогу покрошить их на кусочки, — отозвался Ворон.        — Если ты надеешься бороться с ними, как с химерами, то сражение будет для тебя слишком изматывающим, малыш Берсерк, — снова подал голос комментатор. — Это вам не тупые животные, у этих теней куда больше мозгов, чем вы думаете. И до тех пор, пока вы будете сохранять свою джентльменскую натуру, они будут вести бой так же цивилизованно.        — О чём ты вообще?! — крикнул Акечи.        — Не совершайте больше одного действия за свой ход, дорогие мои. Вы прекрасно знаете, как работает это, — ответил диктор. Ворону пришлось успокоиться. Хоть его мятежная натура и требовала сопротивляться правилам, которые ставил враг, подчиниться им в этом случае гарантировало им куда более реальные шансы выжить.        — Хорошо, мы примем эти условия, — ответил Акира, когда получил от Акечи молчаливый взгляд, означающий согласие. Комментатор был рад этому.        — Отлично! В награду за вашу быструю кооперацию я вознагражу вас правом пойти первыми. Не думайте слишком долго, но распорядитесь своими способностями мудро. Весь стадион взошёл в ликовании, когда экраны показали почерневшее лицо Акиры, который сорвал свою маску. Синее пламя выросло позади него в фигуру, напоминающее ещё одну женщину, но уже не Иштар. Это была Парвати — скромная тень, облачённая во всё розовое. Её руки, державшие пушистый цветок, напоминавший герберу, поднялись в просящем жесте. Однако эта персона собиралась далеко не просить пощады. Цветок выпустил сферы, переливающиеся голубым, жёлтым и розовым. Им не потребовалось и двух секунд, чтобы достигнуть груди чугунов и впитаться в них. Оба Арахабаки упали на землю и рассыпались на составные части. Акечи удивлённо сморгнул.        — Сколько ты маны потратил на это? — спросил он, оглядывая пустые котелки, что быстро растворились в тот же дым, из которого возникли. Джокер не мялся и устремился вперёд.        — Лучше потратить чуть больше и одолеть их, чем просто повергнуть на землю и убежать. Они бы нас догнали, знаешь, — ответил он, перепрыгивая на следующую платформу. Акечи с сомнением посмотрел ему вслед, но заострять внимание на этом не стал. Если он хочет сносить противников одним махом, то пускай. Следующих Арахабаки было уже четверо, и тут начались проблемы — Парвати не доставало точности, чтобы ударить психокинезисом всех разом, поэтому двое из них остались невредимы. Уцелевшие противники не стали долго думать над тем, что за атаку применить. Они не стали атаковать, напротив, весьма неуклюже провернувшись вокруг себя, они оба наложили на себя заклинание щита. Джокер уныло вздохнул. Если он сейчас атакует, то весь урон, который он нанесёт, будет отражён на него полностью. Спасало то, что Парвати могла выдержать атаки подобного типа более стойко, поэтому парень снова возвал к персоне, готовясь атаковать. Однако Акечи его остановил.        — Что ты делаешь?! — крикнул он, хватая Джокера за запястье.        — Я сниму щит, если атакую. Другим средством их не взять, — проговорил парень, по-прежнему намереваясь пожертвовать своим здоровьем. Акечи это не устраивало от слова совсем. Джокер не обращался с ним, как с дамой в беде, но всё начало сводиться именно к этому — с самого их подъёма Горо так и не атаковал ни разу, и всю работу делал Акира. Акечи не хотел, чтобы так продолжалось, не только из принципов, но и из-за тревоги за чужую жизнь.        — Может, ты забыл о том, что я умею? — сказал Акечи. Взгляд Джокера прояснел, когда до него дошло, что он имеет в виду.        — Тебе не жалко тратить столько маны на двух врагов? — спросил он, но Ворон только ухмыльнулся. Джокер, заняв оборонительную стойку, дождался ответа, который он, правда, не уверен, что расслышал правильно. «Всё для тебя» — звучало слишком приторно, чтобы Акечи смог сказать. Однако что бы он не произнёс на самом деле, его действия говорили лучше любых сладких словечек. Огромная синяя вспышка, начавшаяся между двумя чугунками, в секунду разрослась до огромного, громкого взрыва. Мегидолаон применять было очень энергозатратно, но результат часто оправдывал себя — он сметал врагов с поля боя, словно метла пауков из пыльного угла. Акира всегда жмурился. Такую яркость трудно было вынести. Когда же он почувствовал, что взрыв остыл, то открыл глаза и увидел улетающие вверх остатки чёрного дыма.        — Невероятно! — завопил комментатор, впечатлённый этим заклинанием. — У меня чуть башню не сорвало! Неплохо, малыш Берсерк! Однако, как я погляжу, у тебя это забрало немало сил. Советую больше эту штуку не использовать и приберечь её на финальный раунд.        — Засунь свои советы себе в задницу! — крикнул Акечи, не дожидаясь, пока маска возникнет на его лице.        — Я бы с радостью, да боюсь начальство не позволит. У него там целый концлагерь, — засмеялся диктор. Толпа поддержала его раскатистым смехом. — В любом случае, прыгайте дальше, мальчики! Берегитесь последнего противника в этом раунде. Следующий будет ещё более изматывающим. Конец этой лестницы был уже близко — Акечи и Акира видели последнюю платформу, после которой они могли перепрыгнуть на огромный круг. Одновременно с этим ребята заметили, насколько далеко они стали от земли — пики внизу стали меньше, ровно как и платформа, с которой они начали своё восхождение. Трудно было знать наверняка, было ли это ещё одной иллюзией, или особенностью конструкции, которая шла всё дальше и дальше вверх. В любом случае, уже было поздно задумываться об этом — они прошли уже почти весь путь. Нужно было лишь сохранять осторожность и дальше. Акечи был впереди, и хоть до Джокера было не так далеко, он иногда оглядывался, проверяя, может ли он бежать, или им стоит остановиться и взять паузу. Акира признаков слабости не подавал, или по крайней мере, он тщательно их скрывал. Однако рано или поздно любое притворство трескается, и человек сдаётся перед самим собой. Вот и у Акиры, после долгого восшествия на вершину, показался предел его сил, и парень упал на колени, судорожно дыша. Акечи заметил перемену в чужом поведении тогда, когда уже готовился переметнуться на другую платформу. Диктор объявил о падении его напарника очень помпезно:        — Наш очаровательный Многоликий упал! — и Акечи мгновенно обернулся. — Похоже, решение сохранить больше маны дорого ему обходиться.        — Джокер! — воскликнул он, быстро подбегая к Акире. — Исцели себя, чёрт возьми! Акира упёрто молчал и сдавливал своё плечо, надеясь ещё ненамного угомонить льющаяся оттуда кровь. Акечи стоял над ним, нервно шевеля больной рукой. Джокер так затирал ему про важность собственной жизни, и всё равно так беспечно относился к собственной. нервы уже не выдерживали от такого отношения.        — Послушай, — он присел рядом и крепко взял его за плечи. — Если ты себя не вылечишь, то будет хуже нам обоим. Врагу ничего не будет стоить добить тебя, а я один не справлюсь. Так что закрой базар про то, что ману нужно беречь. Какой от неё толк, если ты сдохнешь?! Акечи чуть ли не прокричал последние слова, пытаясь возвать к здравому смыслу. И на удивление, это помогло — Акира переключился на то, чтобы использовать лечащее заклинание на себя. Однако судя по зелёным завиткам, которые были гораздо меньше, чем раньше, он всё же поступился.        — Джокер, я кому сказал-        — Этого хватит, чтобы мне получшело, — произнёс Акира, но Акечи ему не верил.        — Сделай так ещё минимум два раза, и я поверю тебе, — сказал он, заслужив ещё один упёртый взгляд. Неожиданно для них обоих в дело вмешался комментатор:        — Эй, может, хватит тут этой драмы! Часики тикают, мальчики. Если вы не пойдёте вперёд, тени сами спустятся пониже, пока вы тут сопли разводите! — поднаторел диктор. Акечи злобно уставился на Акиру. Пусть он и рад был тому, что он жив, но раздражения от таких глупых выходок он не мог никуда деть.        — Ладно, — выдохнул Акира. Ладонь Иштар коснулась его макушки с почти материнской любовью, и вскоре взгляд Джокера прояснился. Дыра в его пальто никуда не делась, но вся кровь уже испарилась. Когда ребята наконец поднялись на последнюю платформу и перескочили к кругу, то ожидали увидеть тех же чугунных кукол, однако вместо них была только одна тень, как и говорил диктор. Акечи не был уверен, как описать это. Чем-то эта штука и походила на предыдущих, обилие пламени на макушке и, что удивительно, на поясе, отличали её. Ровно как и сама голова — она была вытянутой, как дыня. Нельзя было сказать точно, слепой ли этот враг, если у него не видно глаз, однако Акечи быстро списал эту мысль со счетов — на такое не стоило надеяться. Слепых теней он ещё не встречал. Горо посмотрел на Джокера, который, казалось, начал нервничать. Его поджатые губы говорили, что противник перед ними далеко не из слабого десятка.        — Каков план, лидер? — спросил Ворон, готовый к любым командам. Акира посмотрел на него, будто вид Акечи помог бы ему собраться.        — Выглядит сильным. Я попробую наложить на него сон, и если получится, то ты сможешь хорошо его потрепать, — распорядился он.        — А если нет?        — Если нет, то снизь ему атаку «Истощением». Мы получим меньше урона, если он нападёт на нас, — рассказал альтернативную тактику Акира. Акечи кивнул ему, понимая приказ, и в тайне чувствуя облегчение от того, что Акира не заставляет его защищаться, а говорит использовать его способности по назначению. Когда Арсен, возникнув пламени позади Акиры, взмахнул ногой, на врага посыпались искры игл. У них был небольшой шанс погрузить врага в сон, и к сожалению, в этот раз не получилось. К тому же, урон от этой атаки был словно слону дробина — на броне тени не появилось ни царапины. Акечи, как ему и было сказано, применил «Истощение». Они оба думали, что враг располагает исключительно огненными заклинаниями, и здесь крылся их огромный просчёт. Арсен, как и Локи, был уязвим к атаке Светом. Так что когда враг увидел, какую персону использует Акира, он повернулся вокруг своей оси, как и те чугунные куклы, и вырвал из своего пояса ярко-белые линии. Акечи даже не успел что-то крикнуть, как его пронзили стрелы чистого света. В голове помутнело, его пригвоздило к земле, и всё, что он мог сделать — это лишь краем глаза наблюдать, как на Акиру летит то же самое. Джокер тоже не смог избежать этой судьбы. Его выбор персоны привёл к такому неприятному исходу, но хотя бы он был не смертелен, что уже радовало. Акечи не представлял, насколько мощным был настоящий урон, который он смог умалить в предыдущем ходу. И тут неожиданно для них обоих на арену спустились две громовых птицы. У Акечи перехватило дыхание от возмущения.        — Эй, какого хрена?! — крикнул он, обращаясь к диктору. — Разве по правилам призывать на поле боя больше соперников, чем было изначально?!        — Это ход Мады, — ответи комментатор. — Он и делает то, что хочет в своём ходу. Если он хочет призвать к себе на помощь Гаруду, то это его право. Будь у вас двоих больше союзников, вы то же могли бы так делать, и я бы даже слова поперёк не сказал.        — Но нас только двое! — напомнил Акечи, вставая, хоть ноги до сих пор колотило от пронизывающего их напряжения. — Если ты не хочешь играть по-честному, то и мы не станем, да, Джокер?! Джокер не ответил ему — он до сих пор стоял на коленях, пытаясь восстановить дыхание. Акечи неприятно удивился: Акира никогда не показывал себя настолько слабым. Атака ведь была не такой сильной, чтобы заставить его так долго стоять на месте.        — Джокер, хватит прикидываться! Мы должны нападать, а не трепаться! — крикнул он ему, и тогда Акира наконец очнулся. Его глаза выглядели словно заколдованные, но Акечи подумал, что, наверное, неожиданная атака так выбила Акиру из колеи, что вызвала у него головокружение.        — Верно, — кивнул он и решительно встал. Он демонстрировал покорность наставлениям Акечи уже во второй раз, и об этом стоило бы задуматься, но у Горо не было времени. Нужно разобраться со врагом, и чем скорее, тем лучше.        — Значит, наш бравый дуэт решил нарушить правила? — протянул комментатор в предвкушении. — Что ж, тогда есть ли смысл в том, чтобы соблюдать их и нам? Толпа скандировала все самые отрицательные звуки, которые можно придумать: от простого, но громкого «буу» до топанья ногами.        — Вот именно! Тогда насладимся этой бойней, друзья! — подзадорил зрителей диктор. Акечи злобно цыкнул.        — Это и есть третий раунд? — спросил он, разминая руки. Меч снова жаждал ринуться в битву.        — Лишь его начало! — ответил диктор задорно.        — Ворон, ты сможешь снять тех двух гарпий? — спросил Джокер, указывая на пару, уже летящую им на встречу. Акечи залился злобным смехом.        — Ерунду спрашиваешь, — ухмыльнулся он, срывая с себя маску. Локи, явив себя в полной мере, взмахнув красным копьём, обрушивая на врагов целый град пуль — гораздо более страшное оружие, чем иголки Арсена. Обе гарпии плашмя упали на землю. На какое-то время можно было забыть о них и сконцентрироваться на их основном враге. Мада стоял поодаль, зловеще ожидая, пока противники сами к нему подойдут. Идти вдвоём в лоб на него было тупостью, поэтому Акечи предложил другой план действий:        — Заходи справа, а я пойду слева. Добьём его с разных сторон так, как сможем! — преисполнился он уверенности. Джокер дерзко ухмыльнулся ему, как делал всегда, и от этого становилось ещё чуточку лучше — хоть что-то в этом беспорядке было постоянным. Акира без лишних слов направился в одну половину «ринга», а Акечи — в другую. На пути была одна из гарпий, и Горо ничего не стоило полоснуть ей по горлу, чтобы прекратит её существование, что он и сделал — быстро и точно, словно настоящий хирург. Тень успела жалобно всхлипнуть, прежде чем превратиться в дым. Затем Акечи добежал до ног Мады. Казалось странным то, что тень не атаковала, однако парень решил, что оно и к лучшему — наверное испугалась того, что с ней сделают, вот и застыла от страха. Поэтому расходовать все восстановленные Иштар силы на убийство этого гада: Локи не переставая замахивался иллюзорным мечом, осыпая противника градом ударов. И хоть Акечи чувствовал, как его здоровье от таких манипуляций быстро падает, он был уверен, что Акира позже его всё равно исцелит, так что не стоило волноваться. Иногда Мада подавал признаки борьбы, взметая в воздух то языки пламени, то мотая руками так, что от них подымался ураган, то кидал свои светящиеся ленты, которые наровили ухватить Акечи, но парень ловко уворачивался от них. Однако чем больше Акечи бил, тем меньше обращал внимания на то, что происходит вокруг. Только когда видимость вокруг ухудшилась из-за тумана он заметил, что ни разу не слышал Акиру.        — Джокер, ты где вообще?! — крикнул он, остановив атаки, но не движения в целом. Мада, пусть и оставался неподвижен, но продолжал пытаться достать до него. Джокер не отвечал, и Акечи забеспокоился. Он ведь заметил бы, если Акиру достала какая-то из этих лент. Если, конечно… «Чёрт, он ведь не мог свалиться вниз из-за этого урагана?!» — мелькнула мысль, и Акечи вмиг оставил борьбу. Он в спешке отступил и стал бегло осматривать концы арены, которые хрен углядишь из-за тумана. И в конце концов он обнаружил то, чего боялся. Две руки в красных перчатках отчаянно держались за край. Ужас прошёлся холодными мурашками по спине. Акечи тут же ринулся к нему — кто знал, сколько Акира провисел так уже, всё-таки. Джокер рисковал сорваться вниз, если ему не протянуть руку помощи.        — Джокер! Акира! — крикнул Акечи, когда его меч упал на плитку арены, жалобно звеня. Акечи свалился на колени у самого края возвышенной платформы, хватая Джокера правой рукой как раз в тот момент, как одна из его рук соскользнула, и он больше не мог удерживаться. Акечи, несмотря на ноющее плечо, держал крепко и надёжно. Когти на его перчатках довольно сильно впивались в чужую руку. Акечи, сцепив зубы, тут же попытался потянуть его на себя, но быстро понял, что он отнюдь не в той форме, чтобы попытаться за раз вытащить взрослого парня. Акечи, как бы не пытался вытянуть Джокера обратно, терпел провал, к тому же, стороны платформы были гладкими, так что Акире не оставалось никакой возможности попытаться выкарабкаться.        — Союзник нашего храброго Малыша Берсерка находится в опасности! Посмотрим, что предпримет наш спасатель! Акечи с трудом удерживал вес Акиры. Как бы тяжело ему ни было, он понимал, что если не отпустит, из Джокера сделается фарш. В этот момент он забыл обо всех своих принципах разом. Меч оставался валяться на полу, спина была открыта — атакуй сколько влезет. Не успокаивало даже то, что Мада так же был на пределе своих возможностей, и вряд ли был способен нанести Акечи или Джокеру существенный урон. Акечи продолжал усердствовать, ставя жизнь Акиры в приоритет, ведь тот, в свою очередь, не раз вытаскивал его. Горо не делал это из чувства долга перед ним, и очень надеялся, что Акира переживёт все это, чтобы Акечи смог сказать ему все то, что лежало на сердце непосильным грузом. Перед глазами в какой-то момент вспыхнула сцена у озера, когда сам Акечи был в таком же положении. Ему совсем не хотелось думать о том, что даже то было нереальным, в любом случае, он знал, что произойди с ним нечто такое, Акира без промедления бросился бы ему на помощь. Чего только стоил его встревоженный взгляд, когда он вырвался к нему на арену, а про мгновенное исцеление Акечи вообще молчит. Да, они союзники, да, Акира лидер, и это то, что ему положено делать, но Акечи хотелось верить, что причиной всему была не только ответственность. Каждая секунда тянулась как бесконечность в таком положении. «Если бы этот придурок вылечил себя сразу же, все не дошло бы до этого! Если бы он прекратил прикрывать мне спину, подвергая себя опасности, то не оказался бы сейчас там!» — корил себя Акечи, удерживая лидера, что беспомощно смотрел на него снизу вверх.        — Не смей, — прошипел Акечи, уже наперёд зная, что ему скажут. — Закрой рот и держись крепче! Акира был необыкновенно послушен и не стал гнуть свою линию, и, возможно, это было даже к лучшему. Если бы он только попытался произнести нечто вроде «отпусти меня», то у Акечи сразу бы началась мигрень. Издав натужный стон, Акечи начал подтягивать лидера вверх. Сантиметр за сантиметром, но у него получалось, что стоило ему бешеных усилий. Мышцы в правой руке горели огнём, и Акечи оставалось лишь молиться, чтобы не порвать связки, или чтобы его локоть не треснул. Перед глазами взрывались разноцветные вспышки, но Горо ни в коем случае не позволял себе и секундной слабости, что могла стоить Джокеру жизни. В момент, когда Акечи уже был максимально близок к тому, чтобы вытащить Акиру хотя бы по локоть, его настигла очередная неудача. Мада, хоть и стоял на месте и не наносил открытых атак, пока Акечи удерживал своего лидера на волоске от смерти, все-таки заскучал. Тряхнув руками, он вновь вызвал ураган, который застал Акечи врасплох, заставив Горо пошатнуться вперед и упасть на грудь, что выбило из него весь дух. Чтобы окончательно не свалиться в пропасть вслед за Акирой, он сделал последнее, что было в его силах — вонзил свои когти в бетон, предварительно пройдясь ими по поверхности, высекая искры. Плечо опасно хрустнуло, намекая на то, что еще хотя бы одно неаккуратное движение, и придется совсем туго. Весь прогресс был утерян. Рука Джокера вновь соскользнула, и чтобы и дальше его удерживать Акечи пришлось самостоятельно пододвинуться к краю так, что теперь он едва ли не по пояс свисал вниз.        — Блядство, — прохрипел он на выдохе.        — Акечи! — подал встревоженный Акира голос впервые за все время. — Ты можешь-        — Заткнись! — прокричал Акечи, зажмуриваясь. Вместе с весом Акиры он едва ли был способен на большее — воздуха не хватало, иначе он сразу бы начал вычитывать Акиру за подобные глупости. — Еще немного…        — Итак, наш храбрый оказался перед весьма сложным выбором! Его товарищу грозит верная смерть, если он отпустит его, но, с другой стороны, если нет, то смерть примет в свои объятия их двоих! Какую же судьбу изебрет наш Малыш Берсерк для своего горячо любимого напарника?        — Акечи, пожалуйста… ты же скоро сорвешься! — умолял Джокер, а Акечи на это капризно закрыл глаза, уперто представляя, будто он не слышит, лишь бы не смотреть в эти чёрные глаза, полные переживаний и скорби. — Со мной все будет в порядке, пусти…        — Только попробуй умереть, Акира, и я тебе никогда этого не прощу! Я единственный, от чьей руки ты можешь умереть, понятно тебе?! — Акечи выдернул когти из бетона, хватая Джокера левой рукой тоже. Его равновесие здорово пошатнулось, и собственное падение начиная с этой секунды было лишь вопросом времени, так как не было ни единой опоры, но Горо было просто необходимо схватить Акиру покрепче ценой всего, что у него было, даже если этим была его жалкая жизнь. Его глаза ясно говорили: я вытяну тебя, чего бы мне это не стоило. И он снова начал подымать его вверх, ощущая, как все мышцы напрягаются. Вена на шее опасно вздулась, а плечи вновь захрустели. Акечи заметил на горизонте приближающуюся фигуру. Стадион поражённо ахнул, а в голове детектива загорелись красные лампочки. К ним на полной скорости наближалась вторая гарпия, целая и невредимая. «Не успел прикончить ее?!» — в шоке подумал Акечи, которому оставалось лишь беспомощно наблюдать за агрессивными взмахами крыльев.        — Нет! Нет, Акира! — гарпия спикировала вниз, сбавляя скорость, а затем, будто бы появишився из ниоткуда, налетела в место их единения. Ее дикий визг и лоптящий взмах крыльями заставил Акечи пораженно ахнуть, но сразу за тем он понял — его руки больше никого не держат. — Акира! АКИРА! Акечи схватил руками воздух. Проклятая птица, врезавшись в их руки, заставила Акечи ослабить хватку, и Акира сорвался.        — Нет! — Акечи, впившись в край платформы своими ногтями смотрел, как Джокер летит вниз, прямо на торчащие заострённые пики. Слезы сами собрались в уголках глаз и сорвались следом за Акирой, что уже пропал с поля зрения. Именно в этот момент толпа предательски замолчала, а мир будто застал на этой секунде, и Акечи услышал звук падения. Слышал, как пики пронзили плоть. Не смог.