Навстречу шторму

Кража сокровища Асаоки была назначена на следующий день. Рюджи, по традиции, написал открытку, но так как физически передать её без всяких подозрений было невозможно, Футаба взялась за цифровое распространение — в девять утра сайт избирательной кампании Асаоки пострадал от DoS атаки: единственной рабочей кнопкой было лого фантомных воров и прикрепленная к нему открытка. Акечи и Акира до того времени готовились к битве, уже скорее морально, так как все необходимые инструменты были при них. Недостатка в оружии не было, ровно как и склянках для пополнения здоровья или маны. Вечер был проведён, преимущественно, в молчаливой игре в шахматы и редкой пустой болтовне. Было плохо то, что они до сих пор не поняли, как именно бороться с иллюзиями. Одно было ясно — чтобы их разрушить, нужно нейтрализовать того китайца. Он не был неуязвим к физическому урону, это было очевидно, так что на крайний случай Акечи мог снова воспользоваться мечом. Во дворец они отправились вечером, после того, как услышали пожелания удачи от остальных воров. Для Акиры это было впервые — прежде он никогда не шёл за сокровищем дуэтом, однако иного он не мог позволить. Это по-прежнему было делом чрезвычайной секретности, и Шидо не разрешал вмешиваться посторонним. Следовало сказать «спасибо» за то, что он позволил Хару ошиваться здесь. Тем не менее, таковы было их положение. Всё, что им оставалось — это просто действовать по ситуации и пытаться не умереть в процессе. Голубое сияние стеклянной трубы-лифта гипнотизировало, пение птиц и юность розовых кустов очаровывали, но ребятам было не до местных красот. Всё вокруг пульсировало опасностью — Акира буквально чувствовал тревогу этого дворца, будто он был живым. Это было не впервые, поэтому парень не питал сожаления к испуганному месту. Путь к Пантеону будто зарос заново, и более того, колючки вокруг тропинки стали ещё острее и больше, чем были до этого. Акечи не думал с ними возиться грубой силой меча — вместо этого он воспользовался кольцом с огненным заклинанием, которое ему дал Акира. Сжечь лозы было самым эффективным, в конце концов. Но что было удивительнее буйных растений, так это возвышение самого Пантеона — едва парни прошли тропинкой к ступенькам, как узрели, что этот храм резко вытянулся и начал становиться всё выше и выше. Двери несколько раз провернулись вокруг всей оси этого цилиндра, а с ними вверх заворачивалась и лестница. В конце концов этот бесконечный рост остановился — у самого потолка этого аквариума верхушка храма замерла. Акечи удрученно вздохнул. — У него что, какой-то фетиш на длинные лестницы? — сказал он, злобно глядя на подъём. Джокер внимательно посмотрел вверх, и даже сквозь маску было видно, что он щурился. Ворон обратил на это подозрительное поведение почти сразу. — Что такое? — Мне кажется, вроде, там над дверьми была статуя с выпяченными руками, — задумчиво протянул Акира. — Я мог бы зацепиться за неё крюком, и… — Погоди, твой крюк был всё это время с собой?! — вспылил Акечи. — Мы могли не решать ту тупую головоломку со статуями? — Это было необходимо. Ты представляешь, как нам бы пришлось спускаться? — ответили ему. — К тому же, я не видел, за что можно было бы ухватиться. — Но эта статуя довольно высоко. Ты уверен, что дотянешься? — Верь в меня, — попросил Акира и, вытащив из сумки свой абордажный крюк, направил его вверх. Когда он выстрелил, второй рукой парень снял с себя маску и призвал Иштар. Её ветер помог крюку долететь до цели и прочно осесть между мраморных рук. Акечи презрительно фыркнул. — Бой ещё не начался, а ты уже потратил ману. — Лучше её, чем силы, которые мы можем пустить в сражение, — ответил Джокер. С этим Ворон не мог спорить. Мысль о том, как именно они вдвоём преодолеют этот подъём на крюке, к Акечи пришла лишь после того, как Акира крепко обхватил его за талию и, приказав крепко держаться, нажал на кнопку, сматывающую тросс. Они оба взмыли в воздух быстрее, чем могли подумать. У Горо немного закружилась голова от такого резкого подъёма, но этот эффект не был долгим — он исчез почти сразу, как Джокер его отпустил. Двери Пантеона открылись с большим трудом — парням пришлось их толкать вместе, чтобы зайти внутрь. И как только ребята смогли это сделать, то увидели, что обстановка помрачнела с их последнего визита — комната была погружена во тьму, исчезли подношения в виде фруктов; но что важнее, пол был залит водой, которая не вытекала за пределы зала. Она доходила им до щиколоток, только и всего. Ходить по такому полу было совсем не трудно, но всё-таки, это напрягало. И напрягало не зря — вскоре из тени огромной статуи бога-императора вышел человек в синей совиной маске. Даже в такой темноте, каким-то образом, золотая подводка на её глазах светилась. — Вы пришли, — сказал мужчина с акцентом, который парни знали слишком хорошо, чтобы спутать с чем-либо ещё. — Наконец появился? — язвительно сказал Акечи, оглядывая их мучителя с головы до ног: поверх камзола, который был под цвет маски, плотно сидел темный плащ; ярко-красные запонки на рукавах таинственно сияли. В руках он держал какой-то посох, который, в отличии от цацок, никак не сверкал. Ничего зловещего в его прикиде не видно, и это было… странно. — Я Чжэн И, — представился он наконец. — Перейду сразу к делу — я не намерен дать вам пройти дальше. Асаока-сан сделал для меня слишком много, чтобы я позволил ему стать другим. Его искажённые желания держат его на плаву, и если вы заберёте их, то мне тоже придёт конец. — Если думаешь выдавить из нас жалость после того, что сделал, то можешь считать себя королём идиотов, — выплюнул Ворон, напрягаясь. — Мы не дадим этой чертовщине существовать дальше. — Я и не думал о жалости, — ответил Чжэн И. — Я лишь хотел предупредить, что если вы ступите ещё на один шаг к этой статуе, то я пойду на вас со всем, что у меня есть. — Опять пустишь свои жалкие иллюзии? — Нет, — помотал головой китаец. — То было лишь малой толикой моей мощи. Если вы не хотите испытать больше, то отступите, пока не поздно. Ворон обменялся с Джокером взглядами. Если уж они пошли на это, то они дойдут до конца, во что бы то ни стало — это решение было обоюдным с самого начала. Акира молча шагнул вперёд, и Акечи пошёл за ним. Чжэн И мрачно усмехнулся. — Хорошо, тогда, — он сделал паузу. Его неприметный посох вдруг озарился ярким жёлтым светом, который напоминал… Ох, чёрт! — Умрите! — крикнул он. Акира, схватив Акечи, быстро призвал Иштар и создал очередной поток ветра, которым перенёс их к недалёкому выступу на стене. Чутьё его не подвело — вода и молнии, которые очевидно были внутри этого посоха, сочетались слишком хорошо для их противника. И пусть его персона обладала врождённым иммунитетом к электрическим атакам, Акечи таким похвастаться не мог. Его легко могло ударить током так, что он перестал бы двигаться. — Пронесло, — вздохнул Джокер, отпуская Ворона. Акечи небрежно фыркнул. — И это весь твой план, идиот? — крикнул он их врагу. Чжэн И немного посмотрел на них, не говоря и слова. — Это лишь для того, чтобы припугнуть, — ответил он хвастливо. — Он раскрыл свою предполагаемую слабость, Джокер, — сказал Акечи. — Помнишь, твои напарники были уязвимы к атакам, противоположным их? Помнится, Череп больше всего страдал от ветряных атак. Попробуй ударить этого ублюдка ветром, — посоветовал он. Акира не стал спорить, и воззвал к Иштар снова. Однако хлесткий порыв ветра, созданный ветром, никак не сказался на совиной маске. Акечи ошибся. — Видимо, его слабость не в ветре, — сказал Акира. — Попробуем что-нибудь другое. — Как насчёт метнуть в него склянку с той жёлтой жижей, чтобы дезориентировать его? — предложил напарник. Джокер кивнул ему. — Я спущусь вниз, — произнёс он, глядя на воду, которая ещё пульсировала жёлтыми разрядами, пусть уже и не так сильно. — Электричество на меня не подействует из-за Иштар. Будь здесь. Даже сквозь маску было видно, насколько Акечи хотел запротестовать. Он не был намерен отпускать Джокера одного, но из-за этого тупого электричества ничего не сделать. Если он спустится с ним, то рискует стать бесполезным — парень прекрасно знал, насколько ток может сковать движения. — Ладно, — выдохнул он. — Но если что-то пойдёт не так, прыгай сюда обратно. Целительство не моя специальность, но так и быть, я подлечу тебя, если будет нужно. — Спасибо, Ворон, — кивнул парень, а затем спрыгнул с безопасного выступа. Наэлектризованная вода, как он и думал, никак на него не повлияла — подобный трюк не сработал бы в реальности, но благо, это был Метаверс. То, что Чжэн И не нападал на них всё это время намекало на его джентльменскую натуру. Пусть он и был на стороне врага, он продолжал сохранять достоинство, и Акира захотел проявить то же самое, хоть и не был обязан. — Раз вы закончили, то я продолжу, — сказал противник, а затем ткнул посохом в воду. Образовавшееся вокруг него сияние было знакомо Акире — Концентрация. Видимо, следующая атака будет магической, и от неё будет достаточно больно. Акира недолго думал над тем, что ему делать — вариантов было не так много. Всё-таки, если он сменит персону, то рискует словить шок из-за воды. Атака ветром была блокирована. Оставалось либо идти в лобовую с ножом, либо стрелять. И так как парень не знал, какие фокусы может выкинуть Чжэн И, он предпочёл атаковать издалека. Три пули, которые он всадил в него, не принесли ни хорошего, ни плохого — они не отскакивали от тела, но и много урона не нанесли. Чжэн И хмыкнул, радуясь, что соперник потратил свой ход на такую бессмыслицу. Когда настал его черёд атаковать, он использовал не молнии, а… Мегидо. Мегидо было слабее своих старших заклинаний, но совсем не менее опасным. Джокер помнил, сколько раз он был на волосок от смерти, когда боролся с Мотом в гробнице Футабы, и этот орущий гроб, помимо постоянного призыва ламий насылал на него эти лучи смерти. Акира болезненно закряхтел, получив этот болезненный опыт снова. Всё здоровье у него не забрали, но всё-таки, Чжэн И его хорошо потрепал за одну-то атаку. Стоило придумать, как сделать так же. «Рюджи был бы здесь очень полезен, » — горько подумал Джокер. Его невосприимчивость к электричеству и сильные физические атаки могли бы перевернуть ход сражения. Но Иштар могла только в магию и лечение. Возможно, это было самым безвыходным положением, в которое Акира когда-либо попадал: помощи от других воров не могло быть, а этот гад Чжэн И плевал на его атаки ветром. Оставалось только бить его ножом — то был долгий вариант, но что ещё оставалось. Джокер потратил свой ход на то, чтобы окружить себя зелёным сиянием. После этого он почувствовал, что его тело стало куда ловчее, чем прежде. Мимо Ворона это не прошло. Он захотел использовать «Истощение» в ту же секунду, но затем, увидев, как далеко Чжэн И всё-таки стоял, разуверился — сможет ли дотянуться до него. Ему пришлось приберечь ману. — Джокер! — крикнул он напарнику, пока противник снова концентрировался. — Я попробую найти, как убрать отсюда воду, чтобы спуститься. Акира не стал спрашивать его, как он это сделает — должно быть, Акечи что-то увидел или вспомнил, раз такая возможность была. Он просто кивнул ему, после чего, даже не провожая взглядом, увидел, как быстро он взбирается на другие выступы в зале. Парень вздохнул с неким облегчением — помощь была близко. Нужно просто подержать этого фокусника немного. Джокер сжал кинжал покрепче, надеясь на скорую подмогу.

***

Акечи с самого начала не собирался сидеть на месте и смотреть, как Джокер решает ситуацию сам. Такими темпами он бы расправился с этим фокусником очень нескоро, и ждать всё это время Ворон был просто не намерен. В его поле зрения попал таинственный свет, который слегка освещал статую Асаоки с другой стороны. Когда Акечи присмотрелся, то увидел некий проем, находящийся довольно высоко. К нему так же вела сеть таких же выступов, на одном из которых сидел Акечи. Вероятно, это вело в какую-то другую комнату. И тогда парень вспомнил — ещё когда они вошли сюда впервые, то увидели на полу сливные решетки. Вероятно, этот гад закрыл их, чтобы дать воде наполнить комнату. Если у Акечи выйдет открыть их, то вода уйдёт, и он сможет прийти Джокеру на подмогу. И что-то подсказывало ему, что у него выйдет это сделать, если он попадет в ту комнату. К несчастью, у Горо не было абордажного крюка — Джокер забрал его с собой. Да и если был бы, то ничего бы это не изменило — в такой темноте он видел, куда цепляться. Свет от призыва персоны мог осветить ему путь буквально на пару метров, только и всего. Ему этого хватило, чтобы без оступок допрыгать через эти выступы ко входу в ту комнату. На деле же это было длинным коридором, пол которого испускал этот странный свет. В самом его конце была дверь, которая выглядела очень тяжёлой. — Чёрт, — цыкнул Акечи, перейдя на бег. Что-то внутри торопило его поскорее открыть эту дверь. Сделать это было трудно — сколько бы парень не наваливался на неё, ничего не выходило. Дверь не сдвигалась ни на миллиметр, несмотря на все его усилия. Поняв, наконец, что он потеряет больше сил и времени, если продолжит, Акечи стал искать другие пути. Первую минуту ему было трудно найти второй вариант — из-за головокружения после долгого бега голова не хотела работать, как надо. Однако в конце концов, его внимание зацепила одна деталь. Парень проверил правую стену, подняся к ней руку — странный свет с пола встретил препятствие как и должно, создав тень. Точно так же он сделал и с левой, и тогда он увидел, что подобного не происходит, будто бы этой стены не должно быть здесь. Будто бы это… — Иллюзия? — заключил он, и засмеялся. Этот совиный фокусник забыл озаботиться о реалистичности этой стены — может, торопился? В любом случае, это было неважно, потому как Акечи сразу ударил по ней ногой, и мираж распался, словно неровно выстроенные кубики. Парень посмотрел то, что скрывалось за фальшивкой: ещё один коридор, который, на этот раз, уходил куда-то в другую сторону. У Горо не оставалось выбора, кроме как пойти дальше. Если это приведет его к рычагу, или чему-то подобному, что сможет открыть слив, то он обязан дойти. Однако едва он дошел до первого поворота, то оказался в ловушке: с двух сторон из пола выросли тени, воплотившиеся в виде пары морских звёзд-циклопов. Пойманного в этот «бутерброд», Акечи сразу обожгли. Ворон злобно сжал ужаленное огнем плечо. Он не был намерен трепаться с такими слабаками, и потому лишь что-то пробурчав, рассёк их пополам клинком. Враги с жалким писком вернулись в тот дым, из которого появились. — Не тратьте моё время, — буркнул он, пробираясь дальше. Использовать лечащее заклинание сейчас он не хотел, не настолько же сильно его ранили. «Это подождёт. Джокеру нужна помощь, так что соберись» — повторял он про себя, пробираясь дальше по коридору. Ещё несколько раз он угодил в стычки с тенями, и каждый раз стремился убрать их поскорее, лишь бы уже дойти до конца. Его упорство было вознаграждено через несколько минут, когда он достиг арки в комнату, в которой стоял странный цилиндр. Множество странных надписей на латыни, которые Акечи не понимал, и не хотел — не время было. Оглядевшись, он заметил дверь, которую не мог открыть ранее. И неудивительно, что не мог — она была закрыта с этой стороны. Похоже, ему удалось обойти её. Однако помимо этой двери и цилиндра в комнате не было ничего. Видимо, нужно было сделать что-то с цилиндром, но что именно — Акечи догадался лишь через несколько секунд, когда осмотрел основание цилиндра. Чем бы это устройство ни было, оно не должно было торчать вот так — пустота между стыками в полу говорила об этом. Горо попытался задвинуть цилиндр обратно в пол — он и давил ногой, и вставал на него, и ругался, но всё было вбестолку, ровно как и с дверью. — Успокойся, Ворон, — проговорил он сам себе. — Что бы Джокер сказал, будь он здесь? Может, эта фраза и звучала глупо, но она толкнула его на размышления. Что бы действительно сказал, вернее, сделал Джокер? Наверное, посчитал это каким-то пазлом, как с ключом к тому сейфу. Акечи внимательно посмотрел на цилиндр. Тарабарщина из букв, вероятно, должна была складываться в какую-то фразу, для которой здесь была вертикальная полоска. Эта полоска вела к низу устройства. Тут действительно нужен был логический подход. Парень посчитал клеточки в вертикальной полосе — двенадцать. Какая-то крылатая фраза, наверное. Но что за фраза на латыни здесь должна быть? Акечи не занимался подобным, и это было неимоверно трудно для него. — Не паникуй, тут должна быть подсказка, — успокоил он себя, а затем подумал: учитывая природу этого дворца и его владельца, что здесь может быть написано? Асаока стремится к господству, своих врагов он видит как развлечение, а ещё подсознательно коллекционирует всех окружающих его женщин и мужчин, как красивые статуэтки на полку. Внезапно на ум пришло, пожалуй, одно из единственных латинских выражений, которое Акечи знал. «Пришёл, увидел, победил» — это подходило Асаоке больше, чем кому-либо. Осталось лишь вспомнить, как оно будет на латинском. Горо помнил два слова из трёх — vidi и vici, из-за английского «video» и «victory». Оставалось лишь подобрать, как будет «пришёл». На поиски букв ушло ещё пару минут, но в конце концов у Акечи вышло. Когда Veni улеглось с остальными словами, вертикальная полоса загорелась жёлтым, и цилиндр быстро ушёл в пол. Комната то же быстро осветилась. Задвижка на двери щёлкнула — проход был открыт. Акечи не преминул воспользоваться этим и быстро выбежал наружу. Ему не терпелось увидеть, возымело ли его действие какой-то эффект. И он не ошибся на этот раз — весь мрак спал, в зале стало светлее, а слив открылся и пропустил всю воду вниз. Теперь Акечи мог спуститься и помочь Акире. Однако когда парень спрыгнул вниз, то заметил, что дела стали хуже — к китайцу присоединился сам владелец этого места. В виде ожившей статуи. Дерьмо.