Эпизод I: "Снейп и приворотная любовь: несовместимые понятия?"

Весна в Хогвартсе снова вступала в свои законные владения, распространяя нежные, лёгкие на ветру прикосновения по мрачной атмосфере школы. Она, словно волшебная фея, прилетела из тёплых стран сменить зимнюю, морозную стужу на приветливое пение маленьких птиц и появление голубого неба сквозь серую череду не сменяющихся однообразных облаков. На просторах Хогвартса вовсю пролетал тысяча девятьсот семьдесят шестой год, выдавшийся весьма студёными, просто ледяными каникулами на Рождество и более холодной весной, чем обычно бывало в предыдущие времена. Тогда уже в середине апреля солнышко постепенно пригревало морозную землю, из которой всегда начинали открывать свои маленькие зелёные головки первоцветы. Однако весенняя погода начинала разворачиваться во всей красе только в свой последний, более тёплый, месяц — май. Май был необходим природе, чтобы до конца раскрыть зелёный вихрь на кронах деревьев и раскатать молодой, свежий ковёр из пробивающихся жёлтых, красных цветков и молодой травки, что мягко укрывала последние участки чёрной земли. Май был нужен и самим студентам школы, которые постепенно уже задумывались о предстоящих экзаменах и подготовке к ним. Расквитавшись с ещё одним занятием по зельеварению, пятикурсники живо начали складывать свои вещи в школьные сумки и поочерёдно ставить на место чёрные котлы. В них ещё недавно кипела какая-то странная фиолетовая жидкость, что распространяла свой пьянящий аромат по всему классу профессора Слизнорта. — И не забудьте, когда вам нужно прийти ко мне на консультации. Иначе не видать вам хороших оценок за экзамен! — строго проклокотал Гораций, наблюдая за тем, как гриффиндорцы и слизеринцы аккуратно ставили маленькие флаконы с недавно приготовленным зельем на стол к преподавателю. — Профессор, а разве не нужно усилить его действие ещё одним компонентом, который… — начал было Снейп, вновь показывая наполовину исправленный и дополненный многочисленными заметками учебник по зельеварению. — Мерлинова борода! Мистер Снейп… Северус, по-моему, ещё на предыдущих уроках я пояснял всем, что нельзя усилить данное зелье таким компонентом, который вы предлагаете! Корень асфоделя предназначен для приготовления совершенно другого зелья. Он даже взаимодействует не со всеми ингредиентами. А вы предлагаете усилить действие сегодняшней жидкости данным корнем? — недоумевал Слизнорт, даже не глядя на исписанную книгу в руках молодого юноши. — Простите, сэр, я не хотел в чём-то вас упрекнуть, — ответил Снейп, снова проиграв в словесном батле со своим преподавателем. — Идите отдыхайте и готовьтесь лучше к предстоящему экзамену. И да, мистер Снейп, прекратите добавлять свои замечания в учебник. Это школьное имущество, а не ваше. Если хотите внести какие-то поправки, то попрошу делать их на отдельных листах, а не здесь, — строго произнёс Гораций, правой рукой указывая на чуть потрёпанный «Расширенный курс зельеварения». — Хорошо, сэр, — обиженно отозвался Северус, медленно направляясь к выходу из класса. Снейп, проходя мимо тёмных коридоров, совершенно не заметил собравшуюся компашку из четырёх, так ненавистных Северусу, человек возле огромных витражных окон, вид из которых выходил на площадку школьного двора. На его территорию обычно стекались многие студенты, чтобы немного развеяться после учёбы или просто обсудить какой-нибудь проект по предмету, что необходимо было выполнить точно в срок. Как всегда, они не сочли нужным оставить в покое забитого, угрюмого юношу, что постоянно копался в разнообразных книгах, ища в них только самую полезную информацию, что могла бы пригодиться ему в будущем как для карьеры, так и просто для самозащиты. Большинство студентов его не понимало или вообще не воспринимало как равного, но, во всяком случае, среди слизеринского окружения находились люди, что поддерживали и даже немного поощряли его познания в магии, особенно в тёмных искусствах. Как-никак, а пятый курс уже подходил к концу, и Северусу оставалось лишь снова окунуться с головой в мир повторения и подготовки, который отнимал достаточно сил. Однако, если, конечно, немного постараться и приложить максимум усидчивости и своих умений, можно было сдать все экзамены на «превосходно» или хотя бы на «выше ожидаемого». Та самая компашка, которую Снейп благополучно пропустил из-за своей задумчивости и погружённости в осмысление ещё одного способа варки зелья, уже вовсю наблюдала за своей будущей жертвой. Он поначалу не замечал, как они вслед ему кричали различные гадости в виде забавных шуток. Эти насмешки жутко раздражали Северуса и злили: он не мог ответить этим четырём нахалам-гриффиндорцам, возомнившим себя какими-то Мародёрами. Их число всегда было постоянным, как, впрочем, и состав, остававшийся неизменным до ликвидации этой компашки в тысяча девятьсот семьдесят восьмом году: Джеймс Поттер — Сохатый, Сириус Блэк — Бродяга, Ремус Люпин — Лунатик и Питер Петтигрю — Хвост, получившие такие неординарные прозвища ещё на первом курсе. — Эй, Снейп, — снова донеслось с их стороны, только уже от Джеймса Поттера, — смотри, как бы голова не лопнула, а то ведь заколебёмся твои мозги по колбочкам собирать! И снова этот противный смех от «честных и смелых» гриффиндорцев в адрес несчастного юноши, который спасался только тем, что погружался в мир знаний и учился на особом факультете, последователи которого занимали практически всегда одну и ту же позицию на стороне зла, не более. — Сев! Сев! — окликнула его рыжеволосая девчушка, бегущая за ним с самого класса зельеварения. — Подожди меня! — Лили? Ой, прости, я просто погрузился в свои мысли… и… вот… В общем, пойдём к нашему дереву? — запинался Северус при виде своей единственной подруги с Гриффиндора, как и последней любви на всю оставшуюся жизнь. — Конечно! Я за этим к тебе и бежала, — улыбнулась Эванс, снова беря за руку слизеринца. Северус оглянулся в сторону Мародёров, которые, заметив этот взгляд, начали усердно пародировать его лопающуюся голову. Любознательность и серьёзность Снейпа стали одним из тех магнитов, которые притянули эту хулиганистую четвёрку. Молодой Снейп ускорил шаг, уводя с собой подругу детства подальше от всех грязных оскорблений Мародёрского главаря. Ему стало жутко неприятно и даже неловко перед Лили. Он снова повесил черноволосую голову, на которой его гладкие волосы скрывали лицо юноши, словно непроглядный, тёмный занавес. — Эй, Сев! Не обращай внимания на них. Они подурачатся, да отстанут, — утешала Эванс угрюмого друга. — Лили, мы с тобой учимся уже на пятом курсе, а этим полудуркам только издевательства подавай. Неужели это и есть хвалёный Гриффиндор, «славный тем, что учатся там храбрецы, сердца их отваги и силы полны, к тому ж благородны они»? — негодовал Северус, саркастически пропев отрывок из песни Распределяющей шляпы. Лили не сразу ответила. Лишь после того, как она со слизеринцем уселась под их любимым деревом у Чёрного озера, она продолжила разговор. — Да они так шутят, они не со зла, — продолжала настаивать на своём гриффиндорка. — Как только закончишь Хогвартс, получишь диплом, ваши дороги разойдутся. — Не знаю. Мне кажется, они будут преследовать меня даже во сне, — огрызнулся Северус, доставая любимые книги из школьной сумки. — Сев, успокойся. Давай лучше займёмся с тобой теорией по зельеварению, — предложила Лили. — Я как раз уже достал книги. Пометки будешь делать? — поинтересовался Снейп. — Да, я только… Вот засада! — разочаровалась гриффиндорка. — Я забыла наш с тобой огромный блокнот для записей. — Ничего страшного. Ты же можешь на других листах всё записать, а потом переписать или просто вставить их туда. — Педантичность — моё второе имя, как и у тебя. Нужен блокнот. Давай я за ним сбегаю. Подождёшь меня? — спросила Лили. — Конечно, что за вопрос! — чуть улыбнулся Северус, протягивая руки подруге, чтобы та спокойно встала с земли. — Я мигом, — бросила она вслед, на всех парах убегая в замок. Северус тяжело вздохнул, смотря вдаль убывающей фигуре Эванс, и спустя несколько минут, как Лили исчезла с горизонта, принялся снова читать учебник по расширенному курсу зелий. Строчка за строчкой, страница за страницей, Снейп вновь вчитывался в небольшие рецепты и инструкции к ним, как обычно, что-то добавляя и конспектируя на полях. «Это нужно проверить путём добавления трёх, а не двух, веточек мяты и двух, вместо одного, соцветий валерианы. Мяту не шинковать, а кидать целыми листьями, а валериану — измельчить до состояния порошка.» Обложившись старыми и весьма полезными книгами, Снейп черпал из них информацию и старался тут же запоминать, чтобы это сразу откладывалось в голове на будущие времена. Он словно пользовался большим ковшом для разливки сладкого компота в стеклянные стаканы, когда зачитывался многочисленными справочниками и томами. Они были не только по травологии, зельеварению и, соответственно, астрономии. Нередко Северус штудировал труды тех сильных волшебников Античности и Средневековья, которые изучали также магию во всех её аспектах, начиная с различного рода разрешённых практик и заканчивая изучением тёмных искусств в области чёрной магии. Внезапно тишина и спокойствие мрачного студента были грубо прерваны смешками и выкриками со стороны того же нахального главаря Мародёров, что снова нашёл к чему прикопаться, а главное — к кому. Северус тут же насторожился, делая своеобразные закладки в книгах в виде перьев и клочков пергамента. Снейп немедленно вытащил свою волшебную палочку и, встав на ноги, направил её на Мародёров. — Уууууу! Смотрите-ка, кто тут у нас читает книги! Давно не виделись, ботаник! — рассмеялся в голос Люпин, вставая рядом с Блэком и Петтигрю. — Не пора бы тебе от них отвлечься, а? Засранец! — Не-не-не, здесь надо по-другому! Экспеллиармус! — выкрикнул Джеймс, и из рук Снейпа выпал волшебный атрибут. — Левикорпус! И вот уже слизеринец висит вниз головой. — Давай, Джеймс! Задай жару! — крикнул Сириус и начал хлопать в ладоши. — Джеймс! Джеймс! Джеймс! Джеймс! — подключились остальные Мародёры. Спектакль продолжался бы, наверное, до бесконечности, если в этот момент не вмешалась бы их сокурсница и соратница по факультету. — Прекратите! Что вы делаете? Джеймс! — не выдержала рыжеволосая девушка и встала на сторону беззащитного юноши. — Прекратите! — Но это же так забавно! Лили, ты сама посмотри на этого голодранца! Кого ты защищаешь? Этого урода с грязными подштанниками?! — свирепствовал Поттер, продолжая всё выше подвешивать своего недруга. — Остановись, Джеймс, прошу тебя, не надо, — взмолилась Эванс, становясь впереди Снейпа и идя наперерез Мародёрам. Внезапно слизеринца охватила весьма яростная вспышка гнева: его лучшая подруга разболтала придуманное им самим заклинание подвешивания человека, что считался врагом. Он просто ещё не знал, что она не совершала такого дурного и довольно предательского поступка, как мог предположить Северус. Слова вырвались сами собой, а реакция на них была весьма неординарной и, наверное, понятной для самой Лили. — Я не нуждаюсь в твоей помощи, поганая грязнокровка! — заорал Снейп, внутренне обливаясь потоками гнева и злости к любимой девушке. — Вот видишь, Лили, он считает тебя недостойной своего общества, — ответил девушке Блэк. — И это я не говорю уже о защите и поддержке. Обиженная до глубины души Эванс, с полными от слёз зелёными глазами, обернулась на подвешенного Снейпа, которого Мародёры уже решились отпустить. Она чуть не выронила их общий блокнот по зельям, так как была в буквальном смысле ошеломлена сказанным. И ладно, если это действительно бросил бы слизеринец чистокровного происхождения, такой как староста этого факультета, Люциус Малфой. Но она никак не могла ожидать такого от своего друга детства, с которым вместе поступала в Хогвартс и училась добрые пять лет. Четверо обидчиков уже разошлись по своим делам и нашли для себя более полезное занятие, чем снова марать руки об «этого бедного придурка», как выразился Петтигрю при своих товарищах, выказывая им свою приверженность и одобрение. Полностью униженный и опозоренный, Северус кое-как поднялся с земли и гневно уставился на Эванс, забыв даже про свою палочку, что лежала где-то неподалёку от него. — Как ты посмела рассказать моему врагу об этом заклинании? Ты поклялась мне в неразглашении! — крикнул Снейп, несколько раз топнув правой ногой. — Я ничего ему не говорила, к твоему сведению! Дурак! — кричала, в свою очередь, Лили. — А как ты посмел меня назвать грязнокровкой?! Всё, Северус, с этого момента я порываю с тобой все отношения. Больше я не буду с тобой заниматься. Ты мне противен! Оскорбляй кого угодно и когда угодно, но не меня! — Лили, я… — Не смей больше произносить моё имя! Мы больше не друзья! У нас с тобой никогда ничего не получится! Прощай! — крикнула Лили вся в слезах, что крупным градом скатывались по щекам на одежду девушки. — Прости меня, я ничего не знал! Лили, подожди! — попытался остановить её Снейп, но было поздно: она быстро убегала в замок, выбросив тот самый блокнот по зельям.

***

Спустя две недели… — Ребят, есть у меня одна идея, как можно нам повеселиться, — начал Поттер, сидя на своей кровати со скрещенными ногами. — Ну-ка, просвети нас, — заинтересовался Люпин, подсаживаясь ближе к другу. — Идея состоит в том, чтобы создать особое зелье… — Стой-стой! Эксперт по такому делу находится немного в другом направлении. Это тебе нужно в подземелья, — широко улыбнулся Питер, прерывая Джеймса на самом интересном месте. — Не в том суть. Нам не нужен ни Слизнорт, ни тем более тот придурковатый Нюниус. Мы справимся сами в два счёта, — хлопнул в ладоши Поттер, вставая со своего места. — Ладно, что ты предлагаешь? Какое зелье? — подхватил Блэк и с упоением стал наблюдать за вдохновлённым Поттером. — Так вот, можно создать особое зелье, что поможет и нам, и Нюниусу поразвлечься, — продолжал Джеймс, — не без использования магии, конечно. — Слушай, друг, не томи! — простонал Люпин, дожидаясь полного ответа от Джеймса. — Выкладывай уже! Интересно всё-таки! — Короче, приворотное зелье, от которого наш оборванец не сможет отвертеться, — ухмыльнулся гриффиндорец. — Неплохо-неплохо, да… — протянул Блэк, серьёзно задумавшись над предложением. — А ты уверен, что это вообще сработает и что наш Нюниус не распознает твой план прежде, чем ты сможешь его осуществить? — Кстати, да, он же повёрнутый на этом зельеварении. Его даже Слизнорт не может остановить, — поддержал Сириуса Люпин. — Я уверен на все сто процентов. Только осталось приготовить его и использовать одну не совсем приемлемую, магическую практику, но сработает ещё как, — прищурил глаз Джеймс. — Так, я не совсем понял: то есть, ты хочешь напоить его приворотным зельем и вызвать у него любовь к какому-то определённому человеку? — не понял Петтигрю. — Не совсем, — ответил Поттер, ближе собирая вокруг себя друзей, чтобы их не смогли подслушать. — Я же не зря указал в качестве одного побочного продукта магию, верно? — И? — не выдержал Блэк и ещё ближе подошёл к Поттеру. — Всё делаем по рецепту, указанному в пятитомнике французского зельевара Ферранта Броссара, что, конечно, редко использовался другими волшебниками, но всегда приводил к положительному результату, — практически шептал Поттер, смотря в глаза своим друзьям. — Далее мы усиливаем эффект с помощью особого, сложного заклинания «индигнус магика плацитус амор». — Мгновенная магия прикосновений к живому человеку? Из будущего? — уставился широко распахнутыми глазами Люпин. — Ты точно знаешь, что и как делать? На секунду мародёрский глава усомнился в своём решении. Он быстро обдумывал сказанное им друзьям по факультету. Но блеск в глазах и безудержная смелость, что сидели в каждом из начинающих гриффиндорских львят, дали о себе знать в самый подходящий момент. — Да, — твёрдо ответил Джеймс, с озорством сверкая глазами. — Тогда мы в деле, — произнёс Питер, первым протягивая руку. — Кто «за»? — Все! — крикнули разом четверо парней, дружно пожимая друг другу руки. — Тогда за дело. Сначала идём в библиотеку, за рецептом, а дальше за основными ингредиентами, — добавил Джеймс. — Но где мы будем его варить, оставаясь при этом незамеченными? И как мы используем такую сильную магию? — спросил Блэк, снова задумавшись над авантюрой Поттера. — Мы что-нибудь придумаем, а пока — штурмуем пятитомник Броссара, — улыбнулся Джеймс, направляясь вместе с остальными к мадам Пинс.

***

— Лили, постой! — крикнул Северус, догоняя девушку в полутёмном коридоре. — Лили! — Я, по-моему, ясно дала понять, что мы больше не друзья. Или тебе действительно нужно по двести раз это объяснять? — закричала Эванс, выставляя вперёд лишь руки с волшебной палочкой. — Прости меня, я был не прав. Я не знал тогда, что ты не говорила Джеймсу о заклинании. Я… я… — Да, Джеймс прав в одном: ты — полный придурок. И зачем я только связалась с тобой, — упрекнула она Северуса, демонстративно поворачиваясь к нему спиной и уходя как можно быстрее от него. — Забудь меня! Навсегда!

***

Не один час ушёл у гриффиндорских ребят, чтобы приготовить весьма действенное средство в точности, как описывалось у Ферранта. Это было достаточно сложное, наверное, даже одно из самых опасных приворотных зелий, которым когда-либо пользовались в разные времена. Но Мародёров это совершенно не волновало: им хотелось приключений, причём необычных, увеселительных над книжным заучкой, что проводил всё своё свободное время в библиотеке. Северус никогда не упускал ни единой возможности, чтобы сделать какую-то пометку или практически за день «проглотить» многостраничную книгу, которая для них могла показаться скучной и довольно неинтересной. Когда другие студенты наслаждались неделями, свободными от занятий и практик, Снейп тут же взваливал на себя дополнительную нагрузку, лишь бы создать что-то новое, лишь бы удивить преподавателей, лишь бы выделиться и получить хоть какую-то популярность среди своих товарищей по факультету. Для него это было настолько важно, словно от таких решений и сложной, порой неподъёмной работы познания закрытых для него знаний, зависели его жизнь и дальнейшая судьба в магическом мире. Одни, видя скрытый потенциал в далеко не глупом, молчаливом юноше, тихо завидовали и, наверное, даже старались насолить ему, только бы у него ничего не вышло. Другие, что смотрели на него свысока и с презрением, открыто ненавидели и за его происхождение, и за бедность его семьи, и за оборванный вид, что Северус порой являл перед остальными студентами. «Жалкий тип» — говорили они. «Оборванец, а ещё с чистокровными на Слизерине» — кидали они вслед ему. «С мозгами или без, ему всё равно не пробиться и не найти место в волшебном мире» — кричали они. Единственным утешением для юного Снейпа стало чтение объёмных произведений, что считались научными трудами и довольно часто вращались в сфере магической науки. Этого многие не могли понять, как и сами Мародёры, что решили вновь выставить Снейпа полнейшим идиотом перед всеми. — Ну, что там у тебя, Джеймс? Как дела? — не удержался от очередного вопроса Питер, что стоял на шухере возле заброшенной комнаты, где готовилось нечто в бурлящем котле. — Питти, погоди, ещё минут десять, и всё будет готово, — отозвался деловитым голосом Поттер, пытаясь запомнить основные слова для особого эффекта этого зелья. — Слушай, Джеймс, а что это нам даст? — поинтересовался Ремус, вновь и вновь заглядывая в котел. — Когда зелье будет готово, мы все вместе должны произнести вот это заклинание. Оно усилит действие примерно на целых три дня, — ответил глава компании, злобно оскалившись. — И Северус будет влюблён в какую-то одну из наших красоток? — спросил Блэк, довольно потирая руки. — Или в красавца. Но суть в другом — в привлечении второй половинки для Нюниуса из будущего. Это самое главное, — улыбнулся Поттер, снова помешивая алую жидкость с приторным запахом боярышника. — Из будущего… Хм… Я бы на это посмотрел, — подключился к разговору Ремус, оглядываясь на Петтигрю. — А Питер будет участвовать? — Естественно. Пит, на минутку, — тихо окрикнул его Блэк. — Ты заклинание знаешь? — Так, в книге же всё написано. Конечно, — ответил Петтигрю, принюхиваясь к необычному аромату. — Уже готово? — Да, — всё также уверенно шикнул Джеймс и выключил небольшой язычок огня под чёрным котелком. — Ну, что ж, теперь самое сложное. Четверо умельцев, по-другому их не назовёшь, встали в ровный квадрат по всем четырём сторонам света и достаточно монотонно и громко начали произносить волшебные слова. Они должны были стать катализатором приворотной любви из будущего для Снейпа. Хорошо, что они не попались ещё на первых этапах работы, когда воровали необходимые ингредиенты прямо из-под носа профессора Слизнорта, что по необыкновенной случайности задремал, сидя в своей лаборатории. — Ну, получилось? — прошептал Сириус, открывая один глаз. — Прошло мало времени, чтобы это понять, — ответил Джеймс. — Подождём ещё… э-э-э… семь минут, и тогда можно проверять. Вдруг где-то вдалеке послышался какой-то странный шорох, словно полчища крыс притаились за углом и готовились к нападению из-за своей тёмной засады. Друзьям стало как-то не по себе. — Питер, ты стоял на страже. Никого не было? — обеспокоенно спросил Блэк, смотря в сторону приближающегося звука. — Никого, — струхнул Петтигрю. — Вряд ли это кто-то из преподавателей. Сюда никто не заходит, — прокомментировал Люпин и вытащил волшебную палочку из школьной мантии. Неожиданно звук оборвался, и наступила тревожная тишина, пробирая четверых друзей до дрожи. — Гляньте-ка! Чья-то тень, — еле слышно отозвался Джеймс, также выставляя палочку вперёд. Тень непрерывно росла, пока не превратилась в небольшую фигуру человека, что направлялась прямо к ним. — Кто ты? Отзовись! — начал Поттер, выходя перед своими друзьями вперёд, пытаясь показать своё бесстрашие. — Ой! Я прошу прощения, Джеймс, — начал знакомый голос студента, — не хотела вам помешать. А, кстати, что вы делаете? Мародёры мгновенно переглянулись и решились окружить «предателя» со всех сторон. — А ты чего здесь делаешь? — властным голосом произнёс Блэк, заходя новоявленной жертве за спину. — Шпионишь за нами? — Нет! Эй, ребята! Это же я, Лили! — громко вскрикнула Эванс, опуская капюшон голубой ветровки. — Упс! Поправочка! — заметил Поттер. — Так тебе сразу надо было это сказать. Ты чего здесь? — Я искала тебя, Джеймс. Мы же договорились встретиться в библиотеке полчаса назад, — тихо проговорила девушка, оглядываясь по сторонам на незнакомое место. — Ай, да! Прости… Мы тут немного закопались, — ответил Поттер, глуповато улыбаясь теперь уже своей девушке. — Ничего… А что вы готовите? Почему такой приторный запах… малины? земляники? Что это? — спросила Эванс, указывая на котёл. — Э-э-э, да так, эксперимент, — постарался выразиться Питер и тут же поджал губы в попытке не сказать чего-то лишнего. — Может, расскажете? — не унималась Лили, заглядывая в котёл, в котором жидкость зелья покрылась какими-то чёрными пятнами. — Ребята, оно готово к использованию, — ответил Блэк, удивлённо всматриваясь в книгу и в котёл. — Лили, ты хотела узнать, что это. Тогда слушай, — тихо начал Джеймс и быстро начал вводить её в курс дела. — Только поклянись, что ты никому об этом плане не расскажешь, — заметил Люпин, как только Поттер окончил говорить. — Естественно. Я не только никому не скажу, я даже знаю, как сделать так, чтобы это зелье Северус выпил без всякого насилия, — заверила Мародёров Эванс, чуть улыбаясь своим соратникам по факультету. — Идёт, тогда выкладывай, — начал Блэк, присаживаясь вместе с остальными на каменный, холодный пол.

***

— Северус! — напряжённо обмолвилась Эванс, коротко позвав своего бывшего друга. — Лили? — недоумённо отозвался Снейп, улыбаясь ей весело и непринуждённо. — Я хочу с тобой поговорить, — виновато произнесла девушка. Она слегка прикоснулась к заветному пузырьку с приготовленным зельем сквозь школьную мантию. — Конечно! Что случилось? — отозвался Снейп. Он вновь попытался взять девушку за руку, но всё оказалось тщетно. — Сев, давай не здесь, — прошептала Лили, отводя слизеринца в сторону к одной из каменных колонн коридора. — Может… Хогсмид? — Давай! — выкрикнул радостный юноша, накидывая на плечо потрёпанную школьную сумку. Эванс незаметно для Северуса подмигнула стоявшим позади Мародёрам, что прятались за статуей животрепещущего коня на металлической, огромной подставке. Взявшись, наконец-то, за руки оба студента направились, по плану гриффиндорки, в «Три метлы», чтобы выпить прохладного сливочного пива и многое обсудить с того самого момента, как они расстались…

***

— Лили, я понимаю свою ошибку перед тобой. Прости меня, мне очень сложно было в последние недели, а тебя не было рядом, — виновато произнёс Снейп и сделал ещё один глоток весьма вкусного и приятного напитка. — Пойми, Сев, мы можем быть друг другу кем угодно, но только не возлюбленными. Мой ответ — нет, — высказалась девушка, также немного отпивая из прозрачного стакана жидкость янтарного цвета. Спустя некоторое время Блэк вместе с Люпином тоже зашли посидеть немного в баре, чтобы чуть охладиться и снова отправиться готовиться к приближающимся экзаменам. На долю секунды Северус отвернулся от рыжеволосой гриффиндорки и косо посмотрел на двух своих недругов, что делали вид, будто им не интересно, с кем он сидит и что тут делает. В этот момент Лили мгновенно откупорила маленький пузырёк, выливая половину его содержимого внутрь стакана Снейпа, и тут же села обратно на своё место, словно ничего не произошло. — Сев, давай выпьем за… да просто за дружбу, — предложила Лили, поднимая свой стакан. — Я не против, — печально откликнулся Снейп, слегка чокнувшись с Эванс. Краем глаза девушка заметила, как Блэк и Люпин жестом руки показывали ей, что пора уходить. Она прикрылась руками и подмигнула им, намереваясь быстро покинуть бар. — Мне нужно готовиться. Я, наверное, пойду, — улыбнулась рыжеволосая хулиганка, вставая со своего места. — Тебя проводить? — Нет, я сама, — ответила она, уходя из его поля зрения.

***

Спустя полчаса… Снейп сидел на своей кровати, не понимая, что же с ним происходит: его то в жар бросало, то в холод, а то и вовсе он ощущал жуткое возбуждение внизу живота, а оттуда по всему телу. Северус сжался до положения эмбриона, чтобы хоть как-то заглушить сладкую боль во всём теле. Неожиданный стук в комнату вырвал его из тумана действия приворотного зелья. — Северус, как ты? — зазвучал мелодичный голос старосты факультета. — Тебе плохо? — Люц, это ты? — прохрипел Снейп, пытаясь обернуться в сторону Малфоя. — Конечно, я, милый. Что с тобой? Люциус осторожно присел на край кровати и ласково прикоснулся к лицу своего любимчика, не до конца понимая, что случилось с его милым помощником по учёбе. — Всё нормально… просто устал, — приглушённо ответил Снейп, стараясь не смотреть на старосту сквозь черноту радужек своих глаз. — Если тебе что-то потребуется, только скажи, — прошептал Люциус, находя сжатые губы худощавого возлюбленного и накрывая их своими мягкими и довольно тёплыми. — Никто не смеет обижать моего котёнка. — Я знаю, — прохрипел Снейп, немного успокаиваясь, чтобы дать понять Малфою, что с ним всё в порядке. — Ладно, у нас общий сбор старост, а ты пока отдохни. Я к тебе вечером зайду, — промурлыкал Люциус, снова поцеловав Снейпа в прохладный лоб, что медленно покрывался мелкими каплями пота. — Буду ждать, — как можно спокойнее ответил Северус, перевернувшись на другой бок.

***

Снова этот навязчивый стук в дверь комнаты, и незнакомый голос, к которому так и тянуло несчастного Снейпа, чтобы насладиться им вдоволь. Северус кое-как слез с кровати, чтобы если не попытаться открыть, то хотя бы проломить эту чёртову дверь, и выгнать оттуда такого манящего к себе незнакомца, что настырно бил кулаком в деревяшку. — Ну, и зачем долбить так сильно? — спросил Снейп, всматриваясь в подтянутую фигуру какого-то юноши. — Ну, привет, мой ненаглядный, — ответил незнакомец, переместившийся из будущего к прошлому своего врага. — Ты даже не представляешь, как я о тебе мечтал…