Глава 18.
8 марта 2021 г., 20:11
your mind is getting wasted but you're always getting wasted all the time getting concerned about your lonely days you're doing some more drugs getting caught in your «drug phase» <…> i'm here and you're gone i'll see you on the other side… (palaye royale — dying in a hot tub)
Непроницаемая, засасывающая тьма была наполнена бесшумными тенями, то и дело снующими из угла в угол, кривляясь в хаотичном безумии. Намечалось полнолуние, но небо за окном было затянуто такими плотными тучами, что его красоту не смогла бы оценить ни одна живая душа. Впрочем, хозяину дома было плевать на луну и на тьму. И на себя. Душевая оставалась единственным источником тусклого света, но почти перегоревшая лампочка, уныло мерцавшая под потолком, со своими обязанностями справлялась из рук вон плохо. Душ работал уже, наверное, третий час. Горячая вода закончилась ещё на первом. Данте стоял, уперевшись руками в стену, и позволял ледяным потокам творить с его окоченевшим телом всё, что им вздумается. Его зрачки были расширены до такой степени, что почти полностью затмевали радужную оболочку. Он смотрел прямо перед собой и не шевелился ровно с тех пор, как, пошатываясь, забрался в ванну и выкрутил оба крана на полную мощность. Мысли то появлялись, яркими вспышками ослепляя сознание, то исчезали вовсе, оставляя охотника в блаженном отупении. Он не знал, сколько времени это уже длится. Не конкретно «водные процедуры», а просто… это. Состояние, в которое он погрузился с болезненным отчаянием, не отдавая себе отчёта в том, что делает. Своего возвращения с острова Маллет, Данте не помнил. Когда это было — тоже. Две недели назад? Может меньше. Может больше. В агентство он точно пришёл сразу. И ограбил собственный сейф. Как именно — чёрт знает, но, скорее всего, произошло именно это. В конце концов, в человеческом мире выпивка и наркотики не бесплатны, даже если ты — легендарный охотник на демонов, который только что своими руками прикончил самого любимого человека. Очень жаль. Данте считал, что должны быть какие-то благотворительные акции ради подобных случаев. У местного барыги он купил всё. Просто всё, что было. Сделал вид, что слушает трёп про эффекты от разных веществ, который худощавый парень вёл тихо и быстро, но очевидно прогибаясь перед щедрым клиентом. Протянул деньги, буквально выдернул тёмный пакет из рук дилера и… наверное, как-то дошёл до дома. Здесь воспоминания тоже стирались, затопленные болью, шоком и отрицанием. Регенерация была хуже всего. Вела себя как мразь, потому что исправно работала. Данте ненавидел это всей душой. Но её тоже удалось переиграть. Оказалось, что старая добрая человеческая наркота пизже всего ощущается в сочетании с эссенцией заблудших душ. Мутноватый бутылёк с жидкостью из озера, которое он однажды нашёл под развалинами оккультного храма, хранился у него давно. Демоны с этой дряни просто тащились, впадая в первобытный экстаз всего лишь приближаясь к нему. Само озеро напоминало студенистый голубоватый суп. Расщеплёнными и изуродованными человеческими душами от него разило за милю. Отсюда и название. Данте в тот раз потянуло на лирику. Он набрал в бутыль немного жидкости, чтобы провести исследования, когда появится время, и, конечно же, забыл об этом на долгие годы. Сейчас охотник готов был до небес восхвалять свою рассеянность. Эссенция сработала на ура, действуя на него, как на демона, замедляя регенерацию, и, что самое ценное — лишая всех мыслей и эмоций. Напрочь. Круче, чем амнезия. Несколько дней (или всё же недель?) прошли в одичалом состоянии. В триггере, который даже не думал спадать. И без единого проблеска интеллекта. Некоторые вещи он всё же мог воспроизвести, но они были слишком незначительными, чтобы его тревожить. Он помнил лицо стройной блондинки, мутным пятном проявлявшееся сквозь пылающую оболочку его демонической формы. Кажется, она что-то говорила, срываясь на крик, но он её не слышал. Только рычал в ответ. Ему не нравилось. Хотелось, чтобы она ушла. Вроде, там был ещё кто-то… Девушка с глазами разного цвета… Темнокожий мужчина… Это тоже не имело значения. Он просто выгнал всех, издав агрессивный рёв и, кажется, запустив в стену креслом. Больше никто не приходил. Данте был бы этому несказанно рад, если бы мог чувствовать радость, или что-нибудь ещё. Сейчас пустой бутылёк из-под эссенции валялся в холле на полу среди полупустых бутылок виски, к которым Данте даже не притрагивался с тех пор, как выпал из реальности. Эффект от демонического наркотика медленно, но верно, сходил на нет. А боль, стыд и чувство вины, до сих пор наглухо запечатанные в его сознании, постепенно прорывали себе обратный путь. Он уже знал, что забыл кого-то очень важного, и всё его естество почему-то было против возвращения воспоминаний. Повинуясь интуиции, он резко выключил воду и неуклюже выбрался из ванны. Триггер давно спал, но необходимости в одежде он всё ещё не видел. Выйдя в холл, Данте слепо пошарил по полу. Его рука наткнулась на бутылку виски. Он залпом осушил половину. Не помогло. Чувства и сознание упорно продолжали возвращаться. Он зажмурился, стараясь переключиться на что-нибудь, помимо назойливых отголосков прошлого, и продлить блаженные моменты апатии. Перед глазами упрямо возникло красивое, но неестественно бледное лицо, испещрённое синими прожилками. Глаза смотрели в никуда. Человек (Верг… Вергилий?), кем бы он ни был, был мёртв. Данте взвыл, запустил бутылку в стену и упал, сотрясаясь в рыданиях. Воспоминания ещё не полностью вернулись к нему, он даже не понимал, почему чувствует эти невыносимые страдания. Но остановиться не мог. Он помнил лицо и имя. Этого хватало, чтобы продолжать выть раненым зверем, свернувшись калачиком на пыльном полу. Данте чувствовал, что дальше, когда память будет проявляться, ему будет в тысячу раз хуже, и ничего не мог с этим поделать.***
Данте резко сел на кровати, хватая ртом воздух. Боль из сна до сих пор фантомной когтистой лапой сжимала его сердце. Он перевёл дух, невидящим взглядом уставившись в темноту, и только тогда осознал, что на него смотрят. Охотник перевёл взгляд на дверь. Вергилий подпирал плечом дверной косяк и смотрел на него тяжёлым, хмурым взглядом. Под его глазами залегли глубокие круги — последствие недосыпа, который они упрямо продолжали делить на двоих уже третью неделю. Данте вопросительно уставился на него. — Ты звал. Полудемон попытался улыбнуться. — Кошмары, ну ты знаешь… Кричу во сне… Удивительно, что пацан не проснулся, он обычно тоже прибегает. Вергилий отрицательно помотал головой, отталкиваясь от дверного проёма и подходя ближе на пару шагов. — Не так. Не голосом. Он внимательно смотрел на близнеца, как будто старался выцепить что-то в его взгляде. — В твоём зове был страх. Ты боишься, что я уйду? Данте смутился. «Если бы только страх… Спасибо, хоть всего не перечислил», подумал он. Ответить он не успел. Вергилий решительно подошёл ближе и, слегка пихнув брата, призывая его подвинуться к краю, лёг рядом. Данте замер, опасаясь спугнуть этот акт неслыханной щедрости. В последнее время они чаще лишь ссорились, не в силах выносить нарастающего напряжения между друг другом, поэтому подобное поведение было чем-то новым. Несмотря на это, сработались братья на удивление хорошо. Через какое-то время Вергилий отошёл от заданий, находя их скучными и однотипными, но всерьёз занялся рекламой, документацией и финансовой составляющей бизнеса. Дела пошли в гору. Телефон разрывался от звонков, и, так как чаще всего трубку теперь поднимал именно Вергилий, клиенты делали заказы гораздо охотнее, покупаясь на серьёзный деловой тон. Но вот их отношения стремительно портились, по крайней мере так это выглядело с точки зрения стороннего наблюдателя. Данте вёл себя импульсивнее, чем обычно. Вергилий становился всё раздражительнее. Неро всерьёз начинал подумывать об отдельном жилье, отчаявшись привыкнуть к вечным крикам и ругани, нередко перераставшим в самое настоящее членовредительство. На вопросы в стиле "Как вы можете так жить?" Данте, мрачно оттиравший пятна крови от линолиума, ответить не смог. Вергилий, подошедший к брату исключительно ради того, чтобы пинком ноги опрокинуть ведро с водой, тоже к диалогу расположен не был. Конечно же, после этого они снова подрались. При всём этом, полудемоны прекрасно понимали в чём корень их проблемы. И ненавидеть друг друга было глупо. Они и не ненавидели. Просто выплёскивали энергию как умели. Искали альтернативу. Обоих устраивало всё, или почти всё. А пацану было просто не понять. Они полежали так несколько минут. Вергилий смотрел в потолок. Данте смотрел на него. — Ты пялишься, — с недовольством в голосе сообщил Вергилий спустя некоторое время. — Ну знаешь, тяжело смотреть на губы, которые не можешь… — Данте. — Да иди ты на хрен, Джил. Чё припёрся вообще? Кошмары свои я уже досмотрел. Всё, развлечения закончились. Думаешь, я без тебя не усну? Вергилий повернул голову. — Не уснёшь. И я тоже. И мы оба это прекрасно знаем. Охотник внезапно разозлился ещё сильнее. — То есть вот так, да? Выспаться захотелось? А там, глядишь, и ещё месяцок протянем… Вергилий резко приподнялся, поддался вперёд и заткнул его глубоким требовательным поцелуем. Данте опешил, и на автомате начал было отвечать, в исступлении прижимаясь ближе. Но в следующую секунду резко оттолкнул его от себя и быстро вскочил с кровати. — Вон, — упавшим голосом проговорил он, переводя дыхание и указывая на дверь. Близнец выглядел ошарашенным, но молча продолжал полулежать на кровати, недоумевающе глядя на брата. — Ты не слышал? Уёбывай! — Данте чуть не сорвался на крик, забыв об опасениях разбудить Неро. Повисла гнетущая тишина. Охотник всё ещё держал руку вытянутой по направлению к двери. — Данте… — Что, «Данте»?! Это нормально, по-твоему? Ты нахуя нарушаешь свои же правила? Поиграть со мной захотелось? Снова? Ты меня для этого целый месяц изводил? — Данте. — Голос Вергилия стал твёрже. Он приподнялся и сел на край кровати, оказываясь ближе к близнецу. — Что?! — Я хочу остаться. — Да пожалуйста, скатертью дорож… Погоди, что ты сказал? Злость как рукой сняло. Данте не сомневался, что расслышал правильно, но не мог в это поверить. — Я хочу остаться, — повторил Вергилий уже громче, — здесь… неважно где. С тобой и Неро. Я хотел сказать тебе об этом утром, но ты позвал сейчас, и я не мог не откликнуться. Повисла гнетущая пауза. — Но если ты настаиваешь, я уйду, — продолжал он, увидев, что брат не торопится отвечать. Он поднялся с кровати и, обогнув Данте, выскользнул за дверь. Охотник пару секунд не шевелился. Потом тихо выругался и вылетел вслед за близнецом. — Стой! Вергилий, уже заносивший катану для того, чтобы открыть портал, оглянулся. — Да! Чёрт, да, конечно! Ты можешь остаться! Близнец криво, болезненно улыбнулся, уловив отчаяние, буквально сквозившее в голосе Данте. Убрал Ямато в ножны. И, как ни в чём ни бывало, спокойным шагом направился обратно в спальню. Уже около двери он остановился и кинул через плечо: — Ты идёшь? Раз ситуация изменилась, нам многое нужно наверстать… Данте захлебнулся воздухом. — Верг. Ты в курсе, что ты сука эгоистичная? — выдал он, всё же торопясь последовать за братом. Вергилий закрыл за ними дверь и тяжело вздохнул, как делал всегда, стоило близнецу сказать что-нибудь неимоверно глупое. — Как ты до сих пор не поймешь, Данте? Я не хотел тебя ранить… потому что планировал оставить снова. Теперь всё по-другому. Моё место здесь. А, следовательно — рядом с тобой. — У тебя какие-то ненормальные понятия о том, как кого-то не ранить, надо сказать, — пробурчал охотник, припечатывая брата спиной к двери. — Хочу предупредить тебя, что ты попал. Причём крупно. Я тебя щас до смерти затрахаю. Данте напустил на себя наисерьёзнейший вид, но глаза вчистую выдавали его веселье. Внутри Вергилия всё сжалось от этого привычного и родного сочетания грубости с нетерпеливой нежностью. Он положил руки на плечи близнеца и серьёзно посмотрел ему в глаза. — Так мы друг друга убить ещё не пытались. Я в предвкушении.***
Неро настороженно прислушался. Он уже несколько минут лежал в темноте, разбуженный звуками перепалки из соседней комнаты. Зачем этим двоим потребовалось спорить посреди ночи он не понимал, но искренне надеялся, что на этот раз обойдётся без кровопролития, к которому близнецы, как он уже успел выяснить, питали нездоровую слабость. Всё стихло, но парень не особо доверял тишине. Внезапно раздался глухой удар в стену и чей-то задушенный стон. Неро приподнялся на локтях, напрягая слух. Стон повторился. Он закатил глаза, прикидывая, стоит ли вмешиваться в чужой конфликт, или лучше оставить всё как есть — сами разберутся. К звукам примешались новые. Охотник недоумённо уставился на дверь. Вот теперь на драку это точно не было похоже. Неро ощутил, как лицо заливает краска, и, закрыв его рукой, упал обратно на кровать. Его живое воображение в данный момент совсем не помогало. Он выругался и начал шарить по тумбочке, сетуя на слишком тонкие стены агентства. — Вконец больные, — поражённо прошептал парень, судорожно надевая наушники и включая первую попавшуюся песню. Думать о том, что происходит в комнате напротив, совершенно не хотелось. Он иррационально чувствовал себя неловко, как будто специально залез в подробности чужой личной жизни. Сознание услужливо подкинуло фразу из сборника сказаний о потомках Спарды, которая совсем непрозрачно намекала на существование между Данте и Вергилием, мягко говоря, не братских отношений. Бодрая мелодия напрочь заглушала все звуки извне, и парень уже успел выдохнуть, но тут демоническое чутье уловило отголоски чего-то нового. Животного возбуждения, которое было отнюдь не его. Что-то подобное он уже ощущал на охоте, когда у демонов близился сезон размножения, а он случайно оказался в эпицентре их «гнезда». Данте тогда от души ржал над тем, как красный как рак Неро вылетел из заброшки, злобно сжимая меч и отборно матерясь. — Ты это, поосторожнее, пацан… Сам ведь частично демон, — сгибаясь пополам от приступа хохота выдавил тогда охотник. — Они ведь и забыть могут, что ты их убивать пришёл. Заинтересуются, и будет у тебя в коллекции нехилый такой ксенофильский опыт. Сейчас Неро было абсолютно не до смеха. Мало того, что его не прельщала участь быть невольным «свидетелем» соития собственного отца с его родным братом, так он ещё и не мог абстрагироваться и не воспринимать потоки энергии, которые так и норовили залезть в его сознание. Парень полежал ещё несколько минут, честно стараясь поставить мысленный блок, но не преуспел в этом занятии. Он в сердцах выругался, сорвал наушники и поспешно оделся. На всякий случай закинул Алую Королеву на спину, поспешно прикрутил протез, и ловко выпрыгнул в окно. Спустя некоторое время он уже резво бежал по крыше по направлению к мастерской Нико, на ходу придумывая оправдание своей внезапной ночной прогулки.***
В захламлённом полуподвальном помещении сегодня было шумно. Неро ошарашено остановился на пороге, оглядывая, нетипичную для мастерской, атмосферу домашнего праздника. Триш нетвёрдо сидела на пыльном диване, в одной руке держа стакан с виски, другой — лениво перебирая волосы Мэри, голова которой лежала на у неё на коленях. Девушки мило ворковали вполголоса, не замечая никого вокруг. Сама хозяйка мастерской о чём-то оживлённо болтала с Ви, то и дело прикладываясь к бутылке пива и заливисто хохоча. Демонолог таинственно улыбался и кивал. В его руках была бутылочка чёрного лака, который он аккуратно наносил на ногти. Точно такой же лак красовался на ногтях Нико. Оценив количество пустых бутылок, Неро сделал вывод, что компания сидит так уже несколько часов. Он улыбнулся и покачал головой, подходя ближе и падая на диван рядом с Триш. — Ого, братан, какими судьбами? — Нико наконец заметила его и повернулась, поднимая руку в приветствии. — А у нас тут это… девичник. Девушка пьяно хихикнула, обводя глазами всех собравшихся. — Ага, я вижу. Ви, ты тоже его часть или тебя заставили? Настроение Неро резко улучшилось. Хотя бы потому что он не видел демонолога уже непозволительно давно — ровно с тех пор, как Вергилий переехал в агентство. Парень подозревал, что Ви не хочет лишний раз пересекаться с братом Данте, и не мог его в этом винить. Правда, почему он настойчиво избегал встречи и с Неро тоже, оставалось загадкой. К его удивлению, улыбка Ви померкла, и, вместо того, чтобы ответить на шутку, юноша лишь сухо кивнул. Повисла неловкая тишина. Нико уловила напряжение, и хлопнула в ладоши, отвлекая внимание на себя. — Значит так, пиво ты знаешь где, открывалка — тоже. Чувствуй себя как дома! Это, Ви, чё там про адскую сталь? Где, говоришь, можно найти? Неро, в недоумении поднялся и отошёл к холодильнику. Остаток ночи протянулся в ленивом ничегонеделаньи. Он перекинулся парой слов с Мэри. Потом в их диалог включилась Триш. Но всё это время парень не мог заставить себя перестать украдкой наблюдать за демонологом, который, как будто, вообще забыл о его присутствии. — В общем… Мундус — классный был дядька, надо было продолжать на него работать. — А? Ага… Триш звонко рассмеялась. — Так, всё понятно. Ты меня совсем не слушаешь. — Она посерьёзнела. — Что-то случилось? Точнее, не так. Учитывая направление твоего взгляда… У вас что-то случилось? Неро смутился и посмотрел в пол, обдумывая ответ. — Честно: я не знаю. — Он перешёл на доверительный шёпот, пользуясь тем, что Ви был отвлечён разговором с Нико. — Старый добрый игнор, абсолютно без причин. В разговор вклинилась Мэри, слегка приподнявшись с колен демонессы, и смерив охотника внимательным взглядом разноцветных глаз. — А как насчёт старого доброго диалога? Помогает иногда, знаешь ли… — Блин, да чего вы пристали, — Неро начал злиться, — разберёмся как-нибудь. Триш примирительно подняла обе руки вверх и кивнула. — Не заводись. Просто дружеское участие. Я надеюсь, что разбёретесь… Не хотелось бы, чтобы вы друг друга упустили. От её слов парень ощутил невероятное тепло, и окончательно расслабился. Он постоянно забывал о мудрости, которая не вязалась с молодой внешностью демонессы. В его голове мелькнула абсурдная мысль, что разговоры с ней можно сравнить с разговорами с бабулей, которая всегда даёт дельные советы. От этого нелепого сравнения Неро стало смешно, он улыбнулся. Ночь подходила к концу. Нико начала зевать и в своей обычной непосредственной манере намекнула гостям, что пора расходиться, потому что «йоу, посидели душевно, но людям свойственно хотеть спать, а места тут… явно не всем хватит». Леди великодушно предложила довезти Ви до дома, причём в её голосе больше слышалось желание похвастаться стареньким, но мощным джипом, которым они с Триш обзавелись совсем недавно. Демонолог предложение принял, и, попрощавшись с хозяйкой, выскользнул за дверь под предлогом необходимости подышать свежим воздухом. — Только за рулём буду я. Мэри сузила глаза и неодобрительно посмотрела на девушку. — Это ещё почему? — Потому что у меня регенерация, а значит я уже несколько часов как трезвая, — демонесса откровенно веселилась, — а ты, солнышко моё, человек, в котором три литра пива. Она потрепала Леди по голове, игнорируя её недовольный возглас, вопросительно посмотрела на Неро и кивнула на дверь. Парень тяжело вздохнул и вышел на улицу. Солнце уже показалось из-за горизонта. Город медленно, но верно просыпался. — Хэй… — слова упорно застревали в горле, охотник не знал как начать разговор. — Давненько тебя не было видно. Ви упорно смотрел вдаль, поигрывая тростью, не глядя на охотника. — Я был занят. Повисла тишина. — И это типа всё? Ты трубку не брал. Некоторое время назад демонолог осознал пользу связи в человеческом мире и, не без помощи Нико, установил в замке простенький стационарный телефон, позаимствованный из коллекции Данте. Неро, обрадованный этим фактом, однако, быстро понял, что лично для него этот факт не несёт никаких перемен. На звонки Ви упорно не отвечал. — Об этом, — демонолог наконец удостоил охотника нечитаемым взглядом, — я бы хотел, чтобы ты перестал так часто звонить, Неро. Это… отвлекает. Парень потерял дар речи, сражённый холодным тоном. В его сознании начала подниматься волна обиды, которую он всеми силами старался удержать. — Кроме того, — продолжал Ви, — вскоре у нас в любом случае не получится проводить много времени вместе. Я уезжаю в Европу. Недавно там обнаружились большие скопления демонов. Это аномально. Местные охотники не справляются, я хочу выяснить, что это такое, помочь… — Я могу поехать с тобой! — Почти выкрикнул Неро. — Без обид, Ви, но ты куда больше исследователь, чем воин. Вдвоём будет гораздо легче. Демонолог молча покачал головой и хотел было возразить, но охотник его опередил. — У меня такое впечатление, что ты просто бежишь. И почему то кажется, что от меня. Я… что-то не так сделал, да? В тот раз? Мы можем попробовать ещё раз, просто скажи, что именно было плохо? Чёрт возьми, ты мне нравишься! Очень сильно. Я не хочу вот так по-тупому потерять то, что у нас есть… точнее может быть. Ты ведь тоже это чувствуешь? Выдав всё это на одних эмоциях, и даже умудрившись не покраснеть, Неро гордился собой. Он вглядывался в красивое лицо, стараясь вычленить хотя бы какой-то намёк на взаимность, но оно оставалось непроницаемым. Демонолог снова отвернулся. — Я не могу позволить себе чувствовать что-то подобное. Не сейчас. Прости, Неро. Со стороны послышались шумные голоса. В дверях показались Мэри и Триш. Демонесса подошла ближе и хлопнула оцепеневшего Неро по плечу. — Тебя может тоже подвезти? Мы сегодня добрые. Охотник медленно покачал головой, делая шаг назад, и не отрывая взгляда от Ви. — Спасибо, Триш. Мне лучше прогуляться… Есть о чём подумать. С этими словами он кивнул демонологу, издали помахал Мэри, уже успевшей устроиться на пассажирском сидении, и двинулся по направлению к агентству, избегая дальнейших вопросов. Триш внимательно посмотрела на юношу и покачала головой. — Пойдём уже, разбиватель мальчишеских сердец… А ещё говорят, что девушки любят драму.***
Данте лежал, распластавшись на брате, как большой кот, и лениво выводил пальцем узоры на его груди. Разве что не мурлыкал. Точнее, хотя бы не вслух. Вергилий, прикрыв глаза, молчаливо наслаждался этими незамысловатыми ласками. Полосы на его спине неприятно жгли, стремительно зарастая, но даже это ощущалось хорошо. Они не сомкнули глаз ни разу за эту ночь. Очередная кровать была безнадёжно сломана. Данте подумал, что пришла пора отказаться от этого предмета человеческой роскоши, и оставить один надёжный матрац. Он сладко зевнул и заглянул в безмятежное лицо близнеца. - Уже выдохся? – Вкрадчиво поинтересовался он. Вергилий приоткрыл один глаз. - Ты животное, Данте. Охотник легонько боднул его головой под подбородок. - Вообще-то во мне говорит не один десяток лет воздержания и целомудрия. Поимей совесть. – Он растянул губы в похабной улыбке. – Можешь и не только её, конечно… Брат вздохнул и повёл глазами, пряча ответную ухмылку. - Если хочешь знать, я держался ровно столько же. Близнец недоверчиво уставился на него. - Не могу поверить, что, наблюдая снующее каждый день перед твоим носом ходячее доказательство коварной измены, ты можешь про неё забывать! И, да, я буду припоминать об этом до конца твоих дней. Вергилий прервал его тираду, переместив руку и молча, со знанием дела, ущипнув брата за задницу. Данте ошалело посмотрел на него. - Сделал что?! Это сейчас было полнейшей капитуляцией! Признаком абсолютного отсутствия аргументов! С этими словами он сгрёб брата в охапку и в следующую минуту они с хриплыми вздохами катались по кровати, подобно играющим щенкам. Это было наполовину борьбой, наполовину приступом страсти. Их руки хаотично шарили по телам друг друга, вырывая из приоткрытых губ тихие стоны. Длинные волосы Вергилия разметались по плечам так заманчиво, что Данте то и дело норовил намотать их на руку и с силой потянуть. Один раз он в этом преуспел, за что получил гневный взгляд и болезненный укус в плечо. Наконец Вергилий впился губами в пульсирующую жилку на шее брата. Данте изогнулся, впечатываясь всем телом в тело близнеца и в предвкушении чувствуя ногой недвусмысленную выпуклость, скрытую простынёй. Сгорая от острой необходимости что-нибудь с этим сделать, он завёл руки Вергилия за голову, прижимая их, и несколько раз потёрся о его промежность, наслаждаясь ответными стонами, а затем нырнул вниз. Он сразу взял всю длину, не тратя времени на прелюдии и не церемонясь. Вергилий вскрикнул и свёл ноги, одновременно хватая брата за волосы. Данте закашлялся, но продолжал с усиленным рвением, чувствуя тягучее болезненное удовольствие. Полудемон знал, что, несмотря на то, как это выглядит со стороны, сейчас он полностью контролирует Вергилия, и может делать буквально всё, что захочет. От этого осознания сносило крышу. Даже не притрагиваясь к себе, он чувствовал, как растёт его собственное возбуждение. Внизу громко хлопнула входная дверь. Данте выпустил член изо рта и приподнялся, прислушиваясь. - Кто… Вергилий разжал руки, убирая их с головы брата и, переводя дыхание, открыл глаза. - Неро. Охотник прислушался по-настоящему. - Да. Неро. За дверью послышались шаги. Остановились. Дверь сотрясла пара ударов кулаком. - Экранные заклинания! Господи! Не одни тут живёте! Данте прыснул, мгновенно теряя всё возбуждение, и уткнулся лбом в грудь Вергилия. - Джил, мы монстры какие-то. Пацан ведь… Чёрт, он же нашей крови. Всё чувствует. Пиздец. Он поднялся, игнорируя тихое недовольное рычание, и огляделся в поисках штанов. - Надо поговорить. У него может быть культурный шок. И не смотри на меня так – парень всё же человек, воспитывался в цивилизованном… ну ладно, почти цивилизованном обществе. Для него инцест – это как-то слишком. - Мне до сих пор сложно понять, зачем люди придумывают себе столько ограничений. И почему их вообще волнует, кто с кем спит и каким образом. – Вергилий тоже поднялся с кровати и облачился в халат. – Эти вещи касаются только нас. Но если ты видишь необходимость в объяснениях – не буду тебя останавливать. В конце концов, Неро – часть семьи. Он направился к двери, по пути захватив полотенце. - Ничего не забыл? – Данте потянулся к нему, хищно улыбаясь. Вергилий отзеркалил улыбку и сократил расстояние, соединяя их губы. - Джил…, - выдохнул брат, отстраняясь. – Я рад, что ты принял это решение. Ну, жить со мной в горе и в радости, пока смерть не разлучит нас. Снова. Всё такое. Полудемон кивнул и повернулся, выходя из спальни. - Я тоже. Главное не пожалей потом, что позволил. - Не пожалею, - прошептал Данте в пустоту.
