О волчьем

      Юнги замирает у дерева, осторожно выглядывает. На поляне пусто, только вдалеке слышится волчий негромкий вой. Юнги медленно проходит несколько шагов, а после срывается на бег. Он быстро оглядывается по сторонам, пока не достигает конца поляны и ныряет в кусты. В грудной клетке сжимается и горит, и он останавливается, переводя дыхание. Несколько минут назад он буквально отбился от Сяо, своего друга, стараясь его отвлечь и дать понять, что он хочет остаться один. Конечно, белого и любопытного волчонка он любит, они вместе проводят много времени, буквально с самого детства, но сейчас в свои проблемы посвящать его он не хочет. Он и сам толком не понимает, что ему делать.       Омега обходит колючие кусты и вслушивается в звуки. Он не чует опасность, поэтому начинает идти чуть увереннее. Вскоре виднеется его пещера, её вход залит светом, примятая рядом трава пышная. Юнги раньше был бы не прочь на ней понежиться, погреться под нечасто пробивающимся сквозь листву солнцем. Но сейчас от волнения и непонимания неприятно сжимается в животе: этого альфы, Чонгука, нет. Ни рядом с пещерой, ни в зарослях. Юнги отряхивается и входит внутрь пещеры, пытаясь не смотреть на клочки шерсти на земле. В своём убежище он глубоко вдыхает, чувствуя остатки сильного запаха. Боже, он и правда позволил почти незнакомцу, чужаку, войти сюда. Его ревниво оберегаемое укрытие так просто впитало в себя крепкий чужой запах, молодой ещё, но для омеги этого достаточно, чтобы фыркнуть. Юнги прислушивается к шелесту листвы опускает глаза, на пол пещеры, и слегка вздрагивает. На жухлой примятой траве заметны крупные капли крови, местами высохшие разводы. У омеги в голове так некстати проносятся воспоминания о ранах молодого альфы. Чонгука.       Юнги обходит кровь, крутит головой в поисках чего-то, что могло бы отвлечь и как-то успокоить. Омега садится на траву, прижимаясь боком к стене. Ему всё ещё немного волнительно, непонятно. Не только из-за того, что вчера бегающего к нему альфу потрепали до крови. Волнение придаёт и тот факт, что где-то рядом может бродить тот агрессивный волк. Юнги не может бросить это место, потому что на родной поляне не будет такого покоя, как здесь, уединения. Юнги вовсе не отшельник, на которого собственная стая не обращает внимания, просто понимания всё ещё недостаточно. Даже от родителей, которые в последнее время вместе с остальными заняты проблемами стаи. Юнги вовсе не эгоист, он уважает свою семью, но в силу характера нуждается в свободе.       Омега любит это место, то, которое нашёл в одиночку уже давно. А сейчас здесь не так тепло и безопасно. Омега чувствует страх, сейчас все его чувства обострены. Юнги снова натыкается глазами на кровь, сжимает челюсти. Либо этот альфа настолько сильно ранен, что не может прийти, либо ему действительно надоело бегать сюда просто так, без какой-либо отдачи, приносить еду и подарки. Особенно после того как его чуть не загрызли здесь. Ну, Юнги не считает, что тот серый волк мог бы загрызть Чонгука. Чёрный альфа крупнее, явно сильнее. Юнги ощутил это, когда тот зажал его тут, в пещере, у стенки. От него ещё пахло кровью, от тела шёл жар, глаза ярко горели. В тот момент омега впервые за их «встречи» по-настоящему испугался, почувствовал себя загнанным в угол. Он ослабил бдительность, будучи поражённым дракой, заглушил инстинкты. И пожалел тут же, как только чужой горячий нос втянул воздух рядом с шеей, и из приоткрытой пасти блеснули слегка окровавленные клыки. Если бы альфа попробовал поставить метку — Юнги бы выцарапал ему глаза. Определённо. Но Чонгук не тронул, только преградил выход на длительное время, не спуская глаз с омеги.       А сейчас прошли сутки, его рядом нет, и Юнги издаёт короткий рык, борясь с желанием выбежать из пещеры. Он не переживает, совсем не переживает. И вовсе не ждёт этого альфу.

***

      Чонгук стискивает зубы, обходя Хонджуна. Его сейчас до дрожи раздражает буквально всё, особенно — усмехающаяся морда альфы. — Так тебя действительно потрепали на чужой территории? — Кто это сказал? — резко спрашивает Чонгук, останавливаясь. — Да так, слухи. Ты частенько бегаешь куда-то, таскаешь с собой всякую мелочь, возвращаешься довольным, — протягивает Хонджун и подходит ближе, — немного нетипично для тебя, да? Значит, где-то вдалеке тебя и прижали. — Ты следишь за мной? — хмыкает Чонгук и вцепляется когтями в землю. — Просто ты на глаза попадаешься, — отвечает альфа и склоняет голову, — всего-то. Надеюсь, ты понимаешь, чем могут грозить твои похождения.       Чонгук бы ответил жёстко, колко, но не может — Хонджун по главенству в стае третий, идёт после Намджуна. К нему прислушиваются, его даже уважают. Он главный по охоте, разведчик да и вообще сильный альфа. Чонгук не имеет права открыто агрессировать. Он понимает опасения альфы и его догадки, но сердце это осознавать не стремится. Это дело самого Чонгука, и посвящать в него кого-то ещё из стаи он не хочет. Только не в этой ситуации. — Мои дела не нарушат безопасность стаи. Это всё, что я могу тебе сказать.       Чонгук отворачивается и идёт к лесу. Из-за ноющих ран он не смог покинуть свою поляну раньше, пришлось отлежаться и зализать шкуру. Но сейчас в теле снова сила и желание увидеть омегу. Он не знает, ждёт ли его Юнги после того, что случилось. Чонгук ведь не сделал ему ничего плохого, сдержал обещание — проводил до поляны. Конечно, пришлось его и обнюхать, и потереться о мягкую шерсть. Из-за инстинктов и любопытства, а ещё из-за нежности и трепета. Чонгук в тот момент представлял, будто пришёл на свою территорию, домой, после тяжёлой охоты, весь в крови и ранах, с прекрасной добычей. А Юнги его встретил, дал насладиться своим запахом и теплом и успокоиться. Конечно, ничего такого не было, да и Чонгук, наверное, напугал омегу. Ведь Юнги шёл к своей стае не рядом с ним, не поворачивался к нему спиной и тут же отходил, едва альфа равнялся с ним. — Чёрт возьми, — выдыхает Чонгук, останавливаясь на границе с лесом. Он в последний раз оборачивается, скользит взглядом по своей поляне. Многие заняты обсуждением вечерней охоты, волчата играют рядом с пещерами. Чонгук замечает вожака вместе с Намджуном и отводит взгляд. Сейчас несколько волков разбрелись по периметру, кто-то ушёл на водоём, кто-то — в лес.       Альфа выдыхает и продолжает идти. Раны беспокоят не так сильно, сытый организм наполнен силой, и вскоре волк срывается на бег. Он не знает, будет ли омега в своей пещере после недавних событий. Может, опомнится и поймёт, что сейчас для него там совсем небезопасно. Чонгук безусловно хочет, чтобы Юнги был в защите, но в то же время понимает, что его затопит грусть, если омега больше не придёт. Очень сложно думать об этом, особенно когда не знаешь, что делать и как поступать.