О волчьем

      Чонгук быстро облизывает клыки, наблюдая за медленно жующим Юнги. Тот доел почти всё мясо, небыстро и в радость нетерпеливо ожидающему альфе. — Вкусно? — спрашивает Чонгук, взволновано впиваясь когтями в землю.       Юнги кивает и бросает взгляд в его сторону. Чонгук прислушивается к звукам снаружи пещеры, шелесту листвы, стрекоту насекомых. В пещере звуки приглушённые, немного смазанные, но всё равно различимые. Чонгук потягивается, удобнее устраиваясь на животе, глубоко вдыхает и ждёт, когда Юнги доест. У омеги блестящие глаза, изящные движения, даже когда тот просто ест, и Чонгук залипает, ощущает приятное тепло внутри, необычайную силу, будто он готов загнать несколько десятков белок или пробежать без отдыха до границы леса. — Как ты себя чувствуешь? — тихо спрашивает альфа, чувствуя лёгкое смущение. Он не знает, как лучше сформулировать свои мысли, но молчать об этом просто не в состоянии. — Нормально, — отвечает Юнги и садится на пол пещеры, потупляя взгляд.       Чонгук оглядывает его, придвигаясь ближе, сжимает зубы, пытаясь собраться. Это тяжело сделать, когда рядом находится такой прекрасный омега, у которого, судя по всему, буквально недавно закончилась течка. Чонгук прекрасно чувствует его запах, немного насыщенный, приятный, от которого внутри сжимается, притупляются мысли, обостряются инстинкты. Да и сам Юнги выглядит немного уставшим, его движения очень осторожные, и альфа не может думать о чём-то другом, нежели о течке. — Не нужно в следующий раз приносить еду. — Почему? — хмурится Чонгук, фокусируясь на маленьком омеге. А потом до него спустя секунду приходит осознание, и он цепляется за вселяющие уверенность слова — «В следующий раз». — Она ведь твоя, — отвечает Юнги и слегка жмётся к пещере, смотря на Чонгука в упор. — И я в стае не голодаю. — Я не хотел, чтобы ты чувствовал неловкость, — подскакивает альфа, моргая. — Я ведь просто… Ну… Ухаживаю за тобой. — Мне к-кажется… — Запинается Юнги и замолкает, опуская голову. — Мне хватает еды, — быстро говорит Чонгук, уверенней подходя поближе. — Я хочу доказать, что смогу обеспечить тебя необходимой едой. Что ты только захочешь.       Юнги едва слышно мычит, и альфа втягивает более близкий запах. Хочется стать ещё ближе, ощутить чужое сердцебиение, почувствовать тепло. Конечно, вряд ли омега разрешит коснуться себя, прижаться носом к загривку, и Чонгук с внезапным смущением пытается отогнать эти мысли. — Я уже это понял, — бурчит Юнги и прижимает хвост к телу. — У меня правда нет никаких злых намерений, — твёрдо говорит Чонгук и дёргает головой.       Может ему и до дрожи в лапах нравится этот неприступный маленький омега, но волк не забывает о своей сущности, прекрасно понимает, что делает. Он ведь охотник, достаточно взрослый и ответственный, который обеспечивает свою стаю. Поэтому он надеется, что омега не видит в нём ветреного волка, который просто достаточно долго играется. — Хочешь прогуляться до озера? — выпаливает альфа. — До озера, которое за холмом?       Чонгук кивает, более уверенно смотря на омегу. — Сегодня очень жарко, поэтому охладиться было бы неплохо. К тому же, можем полакомиться сладкими стеблями, которые растут у озера, — осторожно предлагает Чонгук, вспоминая о любимой зелени у озера. — А после я хочу проводить тебя до поляны.       Юнги медленно поднимается на лапы и делает несколько шагов, выразительно смотрит на Чонгука. Альфа быстро сдаёт назад, выходя из пещеры, потягивается, наслаждаясь свободой и глубоко вдыхая лесной запах. Чонгук любуется блестящей шерстью омеги, красивыми глазами, правильными изгибами. Чонгуку кажется, что рядом с ним он выглядит слишком диким со своим тёмным окрасом, яркими глазами и потрёпанной грязноватой шерстью. Но он считает, что его поступки и характер полностью перекрывают недостатки во внешнем виде. Чонгук, как и большинство волков, никогда не задумывался о своём внешнем виде, изъянах. Такие переживания у альф появляются разве что во время распалённости, наплыва ощущений, бешеного адреналина в крови: тогда, когда начинается гон.       Чонгук встряхивается, резко отгоняя неловкие мысли в сторону. Его первый гон проходил растерянно, страшно и волнительно. Совсем не ожидаемо, отвлекающе и зло, потому что альфа прекрасно помнит свою рвущуюся агрессию. Чонгук в который раз чувствует непонятную смесь чувств, которую вызывает в нём красивый омега. Омега, который сейчас смотрит бесстрашно, переминается с лапы на лапу. Который совсем недавно пережил течку, но всё равно пришёл на своё место в одиночку. — Почему ты решил прийти сюда в таком состоянии?.. — Чонгук запинается, потому что не знает как сформулировать мысли. Конечно, он не хочет давить на Юнги, в нём играет естественное желание убедиться, что всё в порядке. — В каком? — голос Юнги звучит удивлённо, и Чонгука будто прошибает: он ошибся на счёт особенного периода омег? Но почему тогда у Юнги такой вид?.. — А… Моё… моё болезненное состояние закончилось несколько дней назад. Ты об этом? — Я чувствую твой запах, — вдыхает Чонгук, кивая. Болезненное неприятно режет слух. Оно царапается, вызывает у Чонгука странные эмоции. Кажется таким неправильным по отношению к Юнги, чем-то страшным. — Чувствую сильный и обалденный аромат. — Удивительно, — тихо отвечает Юнги, и его глаза блестят, уши прижимаются к макушке, будто от неловкости. — Видимо, мы действительно настоящая пара, — счастливо протягивает Чонгук и делает несколько шагов к Юнги.