Мосты округа Оранж

Элио проснулся от сильного стука дождя по крыше — за окном ливень стоял стеной. Подойдя к окну, он не заметил лужу на полу и наступил прямо в неё. — Ну конечно, — пробормотал он, закрывая створки и долго всматриваясь в качающийся на ветру кипарис. Он думал о себе и о своем месте в этом мире. Из раздумий его вывел голос Эминема: тот с кем-то бурно спорил на первом этаже. Надев халат, Элио спустился в гостиную. — У меня хорошие новости! — Эм расплылся в улыбке. — Мы летим на Корфу. Пока Элио пытался сообразить, где это, Эм пояснил: — Это остров в Греции. — Ты думаешь, там тебя не узнают? — На этом острове — вряд ли, — усмехнулся рэпер. — Сложно поверить, но там почти нет интернета. Собирайся, вылет через пять часов! — бросил он, уже взбегая по лестнице. У Элио было много вопросов, но то ли от бессилия, то ли от неловкости за недавний поцелуй, он просто тяжело вздохнул. Ему хотелось бросить вожжи и позволить жизни идти своим чередом. — Выпью-ка я лучше кофе, — прошептал он. Но на дисплее кофемашины высветилось: «Нет зёрен». — Ну конечно! — воскликнул он, всплеснув руками.

Спустя 17 часов.

— Мы будем жить здесь? — спросил Элио, глядя на старый трехэтажный дом начала XX века. Здание стояло вдали от цивилизации, у самого моря, в кольце густого леса. К одному входу вела дорожка из старой плитки со стороны чащи, а другой выходил на террасу у воды. На фоне обветшалых стен ярко выделялись зеленые деревянные ставни. — Пойдем внутрь, — Эм толкнул дверь. Интерьер был под стать фасаду: высокие четырехметровые потолки, пошарпанные стены и протертые ковры — следы былого величия. В центре возвышалась массивная деревянная лестница. — Выбирай любую комнату! — крикнул Эм, поднимаясь наверх. Элио молча разглядывал лепнину на потолке и окна, знавшие лучшие времена. Он поднялся на второй этаж и открыл дверь в спальню, откуда открывался удивительный вид на Ионическое море. — Какая красота... — прошептал Элио, приоткрыв рот.Комната была заставлена старой мебелью: простая железная кровать, письменный стол со стулом и тяжелый деревянный шкаф, дверцы которого сильно скрипели. — Нравится? — спросил Эм, заходя в комнату. — Очень! — ответил Элио, повернувшись к нему. — Но почему ты выбрал именно этот дом? — Он отрезан от общества, здесь нас никто не потревожит. Хочу быть просто Маршаллом, а ты чтобы был просто Элио. Таким, какой есть. Без лишней суеты и напыщенности. И, — Эм огляделся, — в этом доме есть всё, что нам нужно. — И то верно, — подметил Элио, присаживаясь на кровать, которая тут же отозвалась скрипом. — Вечереет, — Эм засмотрелся на закат, видневшийся из окна. — Приготовим поесть? Элио пожал плечами, и они спустились на первый этаж. Кухня была просторной. В центре стоял массивный деревянный стол, а над ним — лампа, которая то и дело моргала. — Надеюсь, это не замыкание, — сказал Элио, наблюдая, как плафон покачивается от ветра из открытого окна. На кухне также был огромный камин, в котором, по всей видимости, готовили еще сто лет назад. — Я, пожалуй, за газовую плиту, — усмехнулся Элио, глядя, как Маршалл изучает старинную кладку. — Что будем готовить? — добавил он, открывая холодильник. — Не знаю. Может, пасту? — Идеально! Кроме неё я всё равно ничего не умею, — с азартом заявил Элио, вытаскивая продукты. — На, потри сыр, — он протянул кусок Эму. — На чём? — удивился тот. — На своём прессе! — воскликнул Элио и тут же рассмеялся: — На тёрке, конечно! В следующий раз попроси того, кто забивал нам холодильник, купить уже тертый. Эм, не слушая его подначек, принялся греметь посудой в поисках тёрки. Спустя полчаса они уже сидели на террасе и с аппетитом ели пасту, запивая её «Мондоро». — Боже, жизнь прекрасна, — пробубнил Элио с набитым ртом. Эм покачал головой, соглашаясь, а потом неожиданно спросил: — А что тебе во мне нравится? Элио прищурился. — Всё, — ответил он не задумываясь. — Я серьезно… — Я тоже. — Прямо всё? — удивленно переспросил Эм. — Пока да, — спокойно ответил Элио, прикрыв глаза. Эм, задумавшись, облокотился на спинку стула. Между ними повисла тишина. — И всё же я не понимаю, — снова заговорил Эминем. — Можно поподробнее? — Я думаю, ты добрый, — парировал Элио, согревая ладонями бокал и глядя в небо. — Честный, красивый... Кстати, я это уже говорил. — Мне кажется, я не совсем спокойный... понимаешь? — Эм пристально посмотрел на него. — Нет, — тот качнул головой. — Я... нервный. Часто бешусь из-за всякой фигни... — Все мы такие, — пожав плечами, резюмировал Элио и пригубил шампанское. — Нас такими делает жизнь. — Твоя правда, — согласился Эм, снова откидываясь на стуле. — Думаю, из нас получится хорошая пара, — добавил он через минуту, глядя на море. — Думаешь? — усмехнулся Элио. — Я серьезно... — Я тоже. Но ты ведь никогда не выйдешь с парнем на публику? Тишину, снова воцарившуюся на террасе, лишь спустя несколько минут прервал Эм. — Не выйду, — тихо ответил он, глядя в пол. — И не потому, что стесняюсь. Просто моя сфера и мои слушатели к этому не готовы. — Понимаю, — спокойно отозвался Элио. — Тогда зачем всё это? — он указал на дом. — Чтобы хоть чуть-чуть пожить той жизнью, о которой я мечтал. — А об успехе в рэпе ты не мечтал? — Мечтал. — Итого — две мечты? Эм тяжело вздохнул. — Разве нельзя жить двумя жизнями параллельно? — А можно ли?.. — серьезно спросил Элио, глядя, как Эм допивает шампанское и ставит пустую бутылку на пол. — Тоже веришь в эту примету? — улыбнулся Элио. — Не верю, — усмехнулся Эм. — Просто не хочу проверять. На мгновение напряжение между ними спало. — Я не могу и не хочу отказываться от карьеры, потому что она стоила мне всей моей гребаной жизни. С другой стороны, — Эм сделал глоток прямо из бокала, — я считаю, что личная жизнь никого не касается. То, что я делаю дома и кого люблю — только мое и ничье больше. Разве ты сам хочешь публичности? — Не хочу, — быстро ответил Элио. — Но я хочу, чтобы меня не стеснялись, и не хочу стесняться сам. Я и так чувствую себя неуютно… — Почему? Из-за денег? — спросил Эм. — И из-за денег тоже. И из-за понимания, что я будто не равен тебе... — Перестань... — перебил его Эм, жестом показывая, что не хочет этого слушать. — Мне просто тоже хочется состояться в жизни. Не хочу быть «тупой домохозяйкой». — Понимаю. Чем бы ты хотел заниматься? — Я даже не знаю... — задумался Элио. — Искусством? — Понятие растяжимое, — Эм улыбнулся и встал. Поцеловав Элио в макушку, он шепнул: — Мне срочно надо отойти, а ты пока подумай, что тебя вдохновляет. Он скрылся в доме. Элио, глядя на море сквозь бокал с остатками шампанского, прищурился, будто пытаясь найти там ответ. — И правда, чем бы я мог заниматься? — прошептал он. В голову почти сразу пришел ответ: «Может, модой?». — Только не это, — эмоционально бросил он сам себе, отгоняя эту мысль. — Ну, придумал? — улыбнувшись, спросил Эм, возвращаясь за стол. Элио в ответ лишь покачал головой. — Не торопись, — добавил Маршалл, подливая себе шампанского. — Искупаемся?! — вдруг предложил Элио с горящими глазами. — Сейчас?.. — не успел договорить Эм, как Элио, сорвав через голову майку, уже бежал по старым каменным ступеням к воде. Маршалл бросился за ним, на ходу скидывая кроссовки и одежду. — Боже! Я думал, оно теплее! — воскликнул рэпер, едва зайдя в воду. — Я тоже, — рассмеявшись, отозвался Элио, уходя в заплыв к горизонту. Через пару минут Эм нагнал его. — Наперегонки? — предложил он с азартом. — Давай! — крикнул Элио и нырнул. Они соревновались отчаянно, будто это были Олимпийские игры, а на кону стояло их будущее. — Я больше не могу, — выдохнул Маршалл, переворачиваясь на спину и глядя в ночное небо. Через мгновение к нему подплыл Элио и шепнул на ухо: — Я выиграл. — Согласен! — воскликнул Эм. Он притянул Элио к себе и поцеловал. Они слились в поцелуе под бледным светом луны. — Ты весь дрожишь, — заметил Эм, убирая мокрые волосы с лица парня. — Ты тоже, — улыбнулся тот. — Ты думаешь о том же, о чем и я? — Если ты о том, что в доме нет кондиционера, — Элио обернулся на темный силуэт здания, — то да! — Да! — рассмеялся Эм, снова ныряя. — Но там есть газ и камин! Они помогут нам согреться. — А дрова для камина мы где возьмем? — дрожа от холода, но не переставая улыбаться, спросил Элио. Эм, смеясь, покачал головой и снова вовлек его в поцелуй.