Крыша

Утром Питер ждал Баки за кухонной стойкой. Рядом с ним, источая запах корицы, дымился свежесваренный кофе. Вторую порцию он грел в руках. - Я загуглил пару рецептов - улыбнулся он выходящему из спальни соседу - никогда раньше не варил кофе. - Это кофемашина,- тот хмыкнул в ответ, забирая чашку, - гений вроде тебя разобрался бы и без рецепта. Парень прислушивался к себе - смотрел на Баки, проскользнувшего в душ, пытался разобраться, правда ли, действительно ли он испытывает что-то большее, чем… ну… чем уважение, дружеское участие, товарищеское тепло? Что там вообще положено испытывать к старшему товарищу? Он ловил себя на невольном желании распутать всклокоченные со сна волосы, думал, какова на ощупь небритая, примятая подушкой кожа. С обреченностью вспоминал собственное ликование, когда вчера ночью почувствовал, что от Баки пахнет холодом, специями и алкоголем - без чужих, таких задевающих, запахов. Хотел...примириться? Вдогонку опровергнуть абсурдное предположение ЭмДжей? Или подтвердить его? Баки появился из-за спины и, грациозно крутнувшись на месте, выдернул из рук его кружку: - Чужой всегда вкуснее - блеснул ехидной, солнечной, утренней ухмылкой, обдал его свежим и таким привычным ароматом цитрусовых и шоколада, уселся напротив - так что, как прошел вечер? Университет так меняет Мишель, что я еле узнал в этой самоуверенной дамочке нашу занозу. - Дааа, - рассеянно глядя мимо собеседника, пробормотал Пит - она хорошо, да. Наверное, вчера был один из самых теплых вечеров за все наше общение. В универе ей лучше, чем в школе. Она завела больше друзей, нашла себе бойфренда. И он, кажется, неплохой парень. Ну и профессор одобрила ей тему курсовой, над которой мы тогда вместе думали. Это прямо очень хорошо, потому что мы и волноваться уже начали... Что случилось? - Питер замолчал, заметив удивлённый взгляд пораженно молчащего Баки. - Пит? А ты сам в порядке? - тот бережно коснулся его плеча. От этого простого движения будто прошило молнией. Прикрыв глаза, можно было с лёгкостью представить себе электрические разряды, передаваемые нейронами из точки прикосновения. Как в ответ мозг, будто на экране томографа, разгорается яркими красками. Увидеть, как волна катится по его телу, прошивая мышцы и позвоночник, заставляя на доли секунды задерживать дыхание. Внутри поселилось желание склонить голову и потереться щекой о жесткую кожу на его костяшках... “Нет, не в порядке” - хотелось ответить Питеру - “кажется, мне хочется прикасаться к мужчине, с которым я живу. Хочется его обнимать, готовить ему кофе по утрам, несмешно шутить над его утренней прической. Неужели ты этого не замечаешь, Баки? Просто сегодня утром я проснулся в мире, который снова изменился до неузнаваемости. Мне снились твои губы и руки, волосы на моем лице и ехидная усмешка. Я проснулся, чуть не кончив, от контраста температур, когда Баки-из-сна накрыл металлической рукой мой пах, одновременно целуя своими одуряюще-мягкими, обветренными губами. А потом я был в душе и черт же меня дернул выбрать не то полотенце - скажи мне, почему они у тебя все одинаково белые? Ничего не в порядке, Баки, и мне придется учиться жить в этом новом мире. И я пока совсем не знаю, как это сделать”. - Да, все хорошо. А почему ты спросил? - Питер заставил себя собраться и поднял глаза на сидящего рядом мужчину… И лучше бы он этого не делал - опять окатило волной призрачных ощущений. Капельки воды блестели на гладком плече, так, что хотелось их слизать. Жесткой щетины на лице хотелось касаться, утоляя болезненный тактильный голод. От всего этого кружилась голова. Теперь так будет всегда? Баки неожиданно смутился, аккуратно отняв руку. Место, где она была сразу захолодило. Он помолчал, прихлебывая кофе: - Кажется, я тебя не так понял, прости, - обезоруживающе улыбнулся, пожимая плечами. - Возраст дает о себе знать. Мне показалось, ты сказал, что ЭмДжей завела бойфренда. Видимо, я неправильно понял. - Эм…. Нет, она рассказывала о парне по имени Росс… Род?.. Не помню. - задумчиво, пытаясь вынырнуть из вереницы собственных мыслей, проговорил юноша - Помнишь, я говорил, что постоянно чувствую будто песчинку в наших отношениях? Ну вот. Вчера мы разобрались. Это на самом деле такое облегчение! У меня, кажется, никогда не было никого ближе, чем она и как же круто, что не нужно её целовать, чтобы просто поговорить! То есть не подумай, что мне не нравилось, но это всё было как-то не так, а теперь - так. - А ты…? - Баки забавно нахмурился, пытаясь понять все оттенки этой новости. - Ревную? Нет, не ревную. Я рад, что мы смогли разобраться, пока ничего не испортили в отношениях между нами. Всё хорошо, Баки, правда. Странно, но хорошо, понимаешь? - Питер смотрел с полуулыбкой, не замечая, как легонько и немного нервно водит пальцами по ободку чашки в руках. Баки помолчал, внимательно изучая его. Парню явно нужно было дать пространство и время на подумать. Чуть криво улыбнувшись в ответ, он кивнул. Отхлебнул кофе, довольно жмурясь и, захватив с собой кружку, перепрыгнул через спинку дивана, устраиваясь с книгой. Питер отвлечённо подумал, что вот и пригодилось знание кириллицы - книга была на русском. Впрочем, название “Далёкая радуга” ему ни о чём не говорило. Надо будет погуглить, что ли... Он вернул себя к реальности - пока эхо их диалога ещё висело в воздухе, стоило получить ответ хотя бы на что-то. Выдохнув, решился, и продолжил: - ЭмДжей вообще как-то шутила, что нельзя быть настоящей феминисткой без друга-гея. Кажется, теперь у неё всё сложилось... Книга замерла над спинкой дивана. Питер, кажется, забыл как дышать. Глядел в окно и ждал, напряжённо прислушиваясь к каждому шороху, каждому вдоху. Горло сдавило, а тело было невесомым - будто перестанешь держаться за чашку - и поднимешься в воздух прямо на стуле. Он ждал, что Баки выглянет, прокомментирует - но тот молчал и, кажется, тоже не дышал. Тишина загустевала с неимоверной скоростью. Питер, чувствуя, как резко возвращается гравитация, освободил их обоих, снова сменив тему: - И ещё о важном. Ты сможешь прийти в Башню на выходных? Я закончил с этой штукой для сустава и можно её потестить. Кроме того, у меня после разговора с Недом появились другие наработки и, думаю, никто лучше тебя не сможет оценить, что мы запланировали… А что за книгу ты читаешь? Она на русском? - Он снова перевел взгляд в окно. С наплывающей тоской разглядывал серое небо. Сердце глухо колотилось, заполняя собой грудную клетку, горло никак не хотела отпускать неловкость. - Конечно приду, Пит. Я ведь обещал на прошлых выходных, - глухо донеслось с дивана. - О. Это круто. Спасибо. - С глубоким выдохом Питер спрыгнул со стула, натягивая на лицо жизнерадостную улыбку и стараясь не смотреть в сторону Баки. Он знал, что не будет легко - они ведь не в дамском романе. Конечно, он знал. Но он ведь мог надеяться? *** Баки лежал на диване с закрытыми глазами. Слышал, как хлопнула, закрываясь за Питером, дверь, как звякнули двери лифта - и всё так же держал над собой книгу, боясь пошевелиться. Мячик обёрнутого шуткой признания, которые Баки обычно ловил и аккуратно возвращал обратно, не обижая, но и не принимая, в этот раз пролетел мимо и звонко ударился о стену, оставшись на его поле. Он даже мысленно спрятал руки в рукава, опасаясь подойти слишком близко, дотронуться. До этого утра ещё казалось, что у него есть время. Пару месяцев, пока Мишель будет приходить в гости по средам, пробовать его стряпню, толкая Питера острыми локтями. Надеялся, что они смогут вместе отпраздновать Рождество, а дальше… Впрочем, о том, что будет дальше он не очень думал. Он так и жил с самого Щелчка Старка: плыл по течению, принимая то, что жизнь подкидывала, не планируя ничего на будущее. И, нужно сказать, он отнюдь не жаловался. Теперь Питер сказал, что он гей. Баки опустил руку, закрывая лицо книгой. С другой стороны - парень ведь ничего не сказал кто был причиной этого открытия. Вон он недавно вернулся из Филадельфии, а там этот его друг, Нед, они ведь много общаются... Баки даже хмыкнул: может и впрямь дело в когнитивном искажении и не стоит всё принимать на свой счёт? Внутренний голос к таким аргументам относился скептично. Ладно, стоит подождать и посмотреть, что будет. И с шумным выдохом он скинул ноги со спинки дивана, планируя все же, для разнообразия, появиться сегодня на работе. В итоге, день выдался суматошным. Или, вполне возможно, Баки сам сделал его таким. Утром заскочил в офис, потом, в обед, проведал ветеранский центр, где давненько не был… К пяти снова вернулся в офис дописывать отчёты и тренировочные планы. Домой пришел поздно, когда свет в комнате Питера уже не горел. *** Следующим утром Питер снова дожидался Баки на кухне. Ну как дожидался - спешно запихивал в рот сэндвич, стараясь не очень вымазаться в помидорном соке, второй рукой листая что-то в смартфоне. На противоположном от него краю стола ждала своего хозяина вторая кружка кофе с аккуратной шапкой молочной пенки. Баки постарался незаметно проскользнуть в душ. - О, Бки, пфифет! - титаническим усилием откушенный кусок удалось проглотить. - Привет, Пит. - Баки пытался пятерней прочесать спутанные волосы и, не давая снова разлиться молчанию, напомнил, - ты вчера говорил, что закончил с апдейтом для протеза… Я все ещё нужен в лаборатории завтра? - Да!!! - Питер аж подскочил на стуле. - Я тебя потому и ждал - надо же попросить Пятницу пропуск. И пора будет устанавливать контроллер, а это значит, что придётся разобрать пластины и совсем залезть внутрь. Вот я и.. Ну значит… ой! - телефон в руке, а следом и часы на запястье завибрировали, передавая звонок. - Это Хэппи. Он сегодня меня везёт, - он чуть смутился. - Я… Увидимся вечером? - уже от дверей с надеждой спросил он. - Скорее всего, завтра - мне придется задержаться, если хочу свободные выходные. - А как же баланс работы и личной жизни, сон по расписанию? - Питер ехидно разулыбался, глядя из-под челки. - То для младшего состава, - Баки развернулся возле стойки, мазнул взглядом и опять провалился в блестящие карие глаза, словленный взглядом, будто в ловушку. От этой встречи смешливые искорки замерли, и разгорелись чем-то иным - не страстью, нет, скорее теплотой и какой-то отчаянной надеждой. Питер облизнул губы, все еще удерживая ручку двери. Баки сделал шаг к нему, другой. На руке у юноши опять завибрировал браслет. Он чуть потерянно вздрогнул. Достал из кармана телефон и перевел взгляд на Баки. Тот уже стоял рядом, тепло и слегка насмешливо улыбаясь. Не отводя глаз, положил руку на плечо, слегка сжимая его: - Не волнуйся, я справлюсь. Мы справимся. Питер как-то совсем по детски счастливо улыбнулся, вздохнул и, наклонив голову, потерся щекой о костяшки руки на своём плече. И сбежал. Он видел горечь в глазах Баки. Значит, не всё потеряно.