(За)Муж любой ценой.

***

Всего то подписать документы на фиктивный брак. Всё просто, как дважды два, но в моём случае число после знака равно было либо три, либо пять. Впрочем, особо выпендриваться не имело смыла, потому что меня уже успел настигнуть серьезный разговор с матерью. Она звонила трижды. Конечно же, ей обо всех тонкостях рассказала Гоын ещё вчера, а теперь она должна была убедиться, что её никудышная дочь сделает всё правильно. В противном случае, она взялась бы за решение проблемы самостоятельно. И если моим фальшивым мужем стал бы не Ким Тэхён, то по-любому Чон Чонгук, потому что матушка очень чётко дала мне понять суть своих намерений. «Вот получишь наследство, и хоть на голове стой!» — её слова витали где-то в воздухе даже после того, как я дала согласие Тэхёну. И я уже грызла ручку и мечтала о том времени, когда смогла бы расслабиться и наконец «постоять на голове», как передо мной положили запечатанную в блестящую подарочную упаковку коробочку. — Что это? — пробормотала я, столкнувшись с уверенно лукавым взглядом. — Мой первый подарок своей невесте. — бархатным тоном промурлыкал Тэхён, видимо думая, что я должна была растаять и как-то вести себя иначе, после этого, но я не собиралась выплясывать брачные танцы. Не в этой жизни, Ким Тэхён. — Здесь нет твоих родителей. Можешь не притворяться. — мой голос прозвучал как-то обижено, неожиданно даже для меня, а изогнутая бровь Тэхёна сообщила мне, что и он был приятно удивлён. Тем не менее, меня так и манило посмотреть содержимое раздражающей коробочки, пока я старалась выдержать зрительный контакт. — Я и не притворяюсь. — слишком уж правдоподобно соврал он, пододвигая ко мне свой подарок. — Только попробуй теперь не ответить на мой звонок. Вот опять он так делал. Поставил перед фактом, сунул под нос и исчез. И ещё его этот властный тон, от которого зубы сводило. Приятно сводило, конечно, но я же договорилась сама с собой, что не позволю себе лишних эмоций и чувств. Подарок я естественно распечатала, как только Тэхён скрылся за дверью собственного кабинета, но то что было аккуратно упаковано заставило изумиться. За блестящей упаковкой прятался новенький телефон напичканный современными прибамбасами, а мой трухлявенький, с огромной трещиной через весь экран, казался пережитком прошлого. Не скажу, что меня не удивил подарок. Я подумывала, что за оберткой кроется что-то отдающее пафосной пошлостью. Колье, например, или кольцо, но Тэхён даже здесь показал свои умения подбирать нужные ключи от замков. Мне действительно было приятно получить такой подарок, хоть я и хотела по старой доброй привычке отнекиваться. С Чонгуком я так и делала, но с Тэхёном подобный номер не прошёл бы. Брать и делать — его кредо. В общем, к вечеру я кое-как разобралась в навороченном смартфоне и даже перевела туда несколько списков и распорядок дел. Оставалось только отсидеть собрание отделов, и можно было бы наконец пойти домой и позволить себе, как минимум два часа, покиснуть в ванной с морской солью. Собрание начиналось по обычной схеме, но напряжение чувствовалось даже кожей. Всё из-за того, что на нём должны были присутствовать абсолютно все, включая команду Пак Чимина и нового руководителя Ын Джихи. Я раскладывала отчетные материалы по клиентам для каждого сотрудника нашего отдела, а Тэхён пролистывал файлы на ноутбуке, которые отсвечивали на белую доску через проектор. Честно признаться, я ждала какой нибудь подлянки с его стороны, будто он должен был как-то скомпрометировать меня, и нервничала, из-за чего постоянно перепроверяла все папки на предмет упущения. — Усмирила тигрёнка? — пискнули мне в спину, когда я как раз на месте старшего менеджера Хосока перепроверяла предназначенную ему папку. Я быстро стрельнула взглядом в сторону Тэхёна, и когда удостоверилась, что он ничего не слышит, сосредоточенно занимаясь своими делами, шикнула: — Ей, прекрати. Всё не так, как ты думаешь. — попыталась я оправдаться, а затем одернула юбку и поспешила к своему месту напротив Тэхёна. Не хватало мне ещё наставлений Хосока для полного комплекта руководителей моей жизнью. Складывалось ощущение, что он видел меня насквозь, с учетом моего умения замаскировать собственные желания и мысли. Кабинет постепенно наполнялся сотрудниками, а Хосок поджимал губы и щурился, метая свой задумчивый взгляд то на Тэхёна, то на меня. Он определенно что-то просчитывал, но я уже не обращала на него внимания, потому что рядом со мной уселся Чимин. — Привет. Замечательно выглядишь. — ласково заговорил он, показывая мне свою обворожительную улыбку. Пухлые губы изящно изогнулись полумесяцем, а щёлочки глаз практически скрыли зрачки, и я поймала себя на мысли, что Пак вполне симпатичный парень и мне стоило с ним встретится намного раньше. По крайней мере, второе впечатление о нем, в ресторане, было совершенно другим, нежели первое, когда Чимин был участником комиссии по приему новых сотрудников. И вполне возможно, наши с ним отношения могли бы шагнуть далеко за грань простых знакомых. На такое приветствие Тэхён среагировал первым. Его глаза вонзились сначала в Чимина, а затем и в меня, но я сделала вид, будто не заметила и, улыбаясь, ответила Чимину взаимностью. — Мы так и не успели в прошлый раз пообщаться, — Чимин бросил короткий взгляд на Тэхёна, который теперь не отрывался от нас, а затем повернулся ко мне полностью и продолжил, совершенно не смущаясь пронзительных глаз — Ты не против сегодня сходить куда-нибудь перекусить? В принципе, что-то подобное должно было случиться рано или поздно. И я прекрасно понимала, что соглашаться было бы немного неуместным, но почему-то мне очень захотелось озвучить положительный ответ. Не для ушей Чимина, конечно же. — Я думаю, было бы… Один очень настырный ботинок больно пихнул меня под столом, и я осеклась. — Нора, сегодня у нас важная встреча вечером. — добавилось громом к тычку, и мне пришлось наигранно выдохнуть с сожалением и пожать плечами. Естественно, Чимин понимающе улыбнулся и похлопал меня по руке, в которой я держала ручку наготове, а я успела прочесть неодобрение даже к этому в глазах Тэхёна. Неужто настолько собственник? Впрочем, моя злорадная ухмылка быстренько слетела, когда предпоследней перед исполнительным директором в зал вошла мадам Джиха и втиснулась рядом с Тэхёном, заставив пересесть Хосока. Я до хруста сжала ручку, а Хосок недовольно что-то пробубнил, но одно я расслышала очень чётко. — Что? — скривилась Джиха, видимо тоже заслышав ласковое прозвище «Капибара», но судя по её скукоженному выражению лица, ни черта она не поняла. — Ничего, ничего. Говорю, присаживайтесь. — съязвил Хосок, и тут же сморщился в отвращении, когда Джиха потеряла интерес к нему и обрела его к Тэхёну. Она мягко положила ему ладонь на плечо и что-то мило пролепетала, поправляя ворот пиджака и смахивая придуманные пылинки, а ручка в моём кулаке хрустнула во второй раз. Мне вообще очень захотелось рассказать ей, кто такая капибара и показать фотографию этого лошади подобного грызуна с обрубленной мордой и глупыми глазами, с которым очень удачно провёл параллели Хосок. Но моя решимость улетучилась, когда я увидела, как Тэхён в такой же мягкой манере ей улыбался и что-то отвечал, совсем не слышно для меня. Омерзительное чувство безысходности зачесалось в груди, и я насупилась. Джиха, будто специально, невзначай касалась то руки Тэхёна, то его колена своим, отчего он немного отодвигался. Её насмешливые глаза то и дело говорили мне, чтобы я знала себе место, и это дико бесило. Нет, я не ревновала, просто… Просто меня бесила она. Всё собрание я не сводила с них глаз и даже пропустила мимо ушей обращение Чимина. А вот когда наконец он до меня достучался, пришла очередь Тэхёна наблюдать и бездействовать. Чимин рассказывал какие-то шуточки про своих клиентов, пока остальные что-то бурно обсуждали, а я тихо хихикала, поджав под стул ноги, чтобы ботинки Тэхёна их больше не пихали, потому что пару раз я всё же почувствовала попытки привлечь внимание.

***

— Что ты делаешь? — рычал Тэхён, когда позвал меня в свой кабинет, уже после собрания. Он мерил шагами паркет вдоль и поперёк, засунув руки в карманы. Отчего-то я злорадствовала. Может мне хотелось поиграть у него на нервах и отомстить за расчетливость, да и все поступки в целом, или же просто восстановить справедливость и ткнуть носом в последствия, о которых директор Ким явно не подозревал. Притворяться невестой было оговорено только в присутствии его родственников. Неужели он думал, что это коснётся и работы? — Ты хоть понимаешь, что он хочет от тебя? Речь однозначно шла о Чимине и моих с ним перешёптываний на протяжении всего собрания, но меня такая реакция Тэхёна только забавляла. Если это воплощение ревности, то так тому и быть. Теперь я чувствовала какую-то безнаказанность. Уволить он меня точно не мог, поэтому я сложила руки на груди и фыркнула. — И чего же? Тэхён остановился напротив и шагнул мне навстречу, а я сглотнула, мигом растеряв свою уверенность, когда он пересёк черту выставленного мною невидимого барьера. — Ты действительно не понимаешь? — его брови сдвинулись к носу, а тон стал ниже и тяжелее, придавив меня к полу. Так он точно напоминал свирепого тигра. — Если он выведает хоть что-то про мой новый проект… Дальше я даже не слушала, потому что разочарование оглушило обухом прямо по затылку. Признаться, я рассчитывала на немного иные причины Тэхёновой злости, за что и на себя злилась. То ли мне хотелось, чтобы он действительно ревновал, то ли стало противно, что я на это рассчитывала, но, определенно, не очень приятное чувство глубоко поселилось внутри и кололось как прицепившийся сухой репей. С другой стороны, переживания Тэхёна были вполне ясны. О новом проекте с известной личностью знали даже не все сотрудники, в число которых я конечно же не входила, поэтому я понимающе кивала на все его указания держать язык за зубами, даже если бы меня стали пытать. Но разве была такая пытка, которая оказалась бы страшней самого Тэхёна? В этом я убедилась как раз на встрече, о которой Тэхён и говорил. В моей пытке участвовал далеко не он один. На званом деловом ужине присутствовал его отец, господин Ын с Джихой и ещё какие-то люди. Зато теперь Тэхён был послушным лапочкой. Подкладывал мне в тарелку мяса, поправлял салфетку на моих коленях и убирал волосы, если они съезжали на лицо. Меня начинало тошнить от мнимой заботы, но недовольное лицо «мисс всея Корея» оказалось освежающей мятной конфетой, после которой однозначно становилось легче. Отец же Тэхёна, кажется, не обращал на меня никакого внимания, только холодно поприветствовал в начале ужина. А вот господин Ын, судя по тому, как облизывал губы и вызывающе блестящими глазами изучал меня, был бы не против занять место моего мучителя Кима. На тыльной стороне моей ладони всё ещё ощущался его липкий поцелуй, и у меня не было другого выхода, кроме как жаться поближе к Тэхёну, чтобы спастись от похотливых глаз. — Всё в порядке? — ласково шепнули мне на ухо, а я упустила момент, когда Тэхён приобнял меня и практически приклеился губами. Горячее дыхание оставило россыпь пупырышек на шее, и я сглотнула. — Нет, не в порядке, — процедила я, сквозь натянутую улыбку, которую уже пол часа стойко показывала господину Ыну и его великолепной дочурке, а вот господин Ким старательно избегал взглядов, рассуждая на какие-то политические темы с остальными. Мне было неловко, жарко, а ещё страшно. Я определенно побаивалась отца Тэхёна и скрывать это от «женишка» я не собиралась. — Я чувствую себя уткой, которую сейчас зажарят прямо на этом столе. Тэхён хохотнул и в который раз поправил мне волосы, а после прижался губами к виску. — Не бойся. Я не позволю тебе навредить… никому. Сердце ёкнуло и запнулось, а я уставилась в огромные омуты-глаза. Я не понимала, как одним лишь словом Тэхён умел оторвать от реальности и заставить утонуть на дне собственных зрачков, но я очутилась именно там, в глубине. Длинные пальцы очертили щёку и подбородок, а потом опустились к руке и обхватили мою ладонь. — Просто всегда держи мою руку, если страшно, и всё будет хорошо, договорились? Я кивала, и недоумевала, почему доверяла его словам. Мне просто хотелось ему верить. В очередной раз, хотелось положиться на мужчину, который обещал мужские поступки. Защита. Спокойствие. Доверие. Разве не этого хотят все женщины? Помимо любви, конечно. Несмотря на неожиданно окутавшее меня это самое спокойствие, в горло совершенно ничего не лезло, кроме вина, которое постоянно подливал официант. Тэхён несколько раз одергивал меня, чтобы я хоть что-нибудь съела и перестала пить, но его очень скоро отвлекли, затянув в обсуждение юридических проблем. Мне развязали руки, если так можно было сказать, и я уже порядком окосела после восьмого бокала и перестала обращать внимание на семейку Ын. Хотя периодически замечала, как Джиха поедала моего жениха ничуть не невинным взглядом. Она закусывала губу и строила щенячьи глазки, если он вдруг невзначай обращал на неё внимание, а мне приходилось заливать в рот вино, чтобы не дай Бог чего-нибудь не ляпнуть. — Кстати, Тэхён, расскажи о своих успехах в фирме? — заговорил какой-то пузатый дядька с проплешинами у висков, и я оторвалась от Джихи и перевела на него глаза, только потому что услышала знакомое имя. — Да какие у него могут быть успехи? — усмехнулся будующий свёкор, смеряя Тэхёна высокомерным взглядом, — Мал ещё, чтобы хвастаться. Тэхён медленно закипал, пока представители старшего поколения посмеивались. Он ничего не ответил, лишь натянул неловкую улыбку, но его ноздри заметно для меня раздулись, а кулаки на коленях сжали салфетку. Очевидно же, отношения отца и сына оставляли желать лучшего, и я, будто подталкиваемая чувствительным порывом, накрыла его кулак ладонью. Наверное, мне бы тоже хотелось подобной поддержки, когда меня точно так же упрекала мать. По её мнению, я настолько бестолкова и несамостоятельна, что по всем прогнозам должна была закончить жизнь в какой-нибудь сточной канаве в нищете и голоде. Естественно, если бы не её наставления. Смотреть на проекцию собственных семейных отношений в исполнении семейства Ким почему-то становилось невыносимо больно. Если бы меня облили грязью прилюдно, я бы стерпела, но давать в обиду человека, который усердно работал, недоедал и недосыпал, было выше моих сил. И я уже себя еле сдерживала, когда «любящий» папочка принялся нахваливать дочь своего компаньона и говорить, что мечтал бы о такой невестке. Вот то, что меня не ставили даже на соседний уровень с Джихой, ничуть не обижало, но когда господин Ким намекнул на никчемность своего сына, я опустошила, наверное, одиннадцатый бокал и собиралась уже взорваться, вместе со стеклом, которое должно было, по моим нескромным расчетам, звонко рассыпаться у меня в руке, когда я опустила бы его на стол. — Ты завтра будешь об этом жалеть. — приятно шепнули, ткнувшись носом в ухо, и мягко отобрали страдальческий бокал. Тэхён будто прочитал мои мысли, сорвав стоп-кран. Его улыбка казалась завораживающей, и я ненадолго подвисла, рассматривая её. — Не буду. — постаралась я противиться хлынувшему в груди теплу и высвободила свою руку, дуясь от раздражения. Не нужно было меня останавливать, потому что тот поток, который я собиралась выплеснуть очень чётко пояснил бы позицию никчёмных детей. — Неужели? Какую-то странную игру затеял тигр-Тэхён, потому что хитрые кошачьи глаза блеснули чем-то искушающим. И я не смогла этому противиться, без стеснения изучая лицо напротив. — Я говорил, что ты милашка? Либо я перепила, либо меня заколдовали, потому как я не могла оторваться от чертовски сексуальных острых скул и подбородка. Зато губы Тэхёна казались безумно мягкими, и я планировала их потрогать. Когда представится случай, конечно же. — Пф, — притворно хохотнула я, отворачиваясь и ругая себя за несдержанность. По-любому же заметил, куда я пялилась. — Не выдумывай, я не умею быть милой. — Поспорим? — заломленная бровь и откровенная провокация. Тэхён слишком очевидно пытался спрятать беззлобную ухмылку, а я нахмурилась, возвращая к нему взгляд. Он всегда был таким? Таким необычным…

***

То, что я действительно перепила, я поняла, когда не смогла самостоятельно вылезти из машины Тэхёна, уже около своего дома. Он откровенно издевался надо мной, забавляясь, а я злилась и топала ногами, в надежде усмирить его игривое настроение. Он вёл меня по лестнице до самой двери, и скорее всего, со стороны мои фырканья выглядели бесконечно глупыми, но я была твёрдо убеждена, что заставлю таким образом Тэхёна успокоиться. — Тебе нельзя пить. — хохотал Тэхён, придерживая меня за талию и подсказывая, где ступеньки, — Я говорил тебе это ещё в университете, и ты ничуть не изменилась. Я собиралась надавать ему подзатыльников, чтобы не был таким самоуверенным и не указывал мне, что делать, но конечности совершенно не слушались. У них была собственная, свободная от моего разума жизнь. — Почему это мне нельзя пить? Тебе можно, а мне нельзя? — язык предательски заплетался, и я уже пожалела, что вообще села в машину к Тэхёну, потому что до этого я чувствовала себя намного лучше. Трезвее, что ли. — Потому что ты становишься невыносимо милой. Тихий голос, без смеха, без ехидства настиг меня как раз у двери, когда я пыталась ввести новый пароль, совершенно не заботясь о том, что кто-то, кто стоял непозволительно близко и крепко сжимал в больших ладонях талию, мог его запомнить. И я замерла, нажав последнюю цифру собственного номера телефона на циферблате кодового замка, и медленно повернулась к Тэхёну. — Не говори так… — так же тихо ответила я, стискивая зубы. Тэхён не имел права так поступать со мной. Не имел права соблазнять, потому что больше и так было некуда, и я должна была пресечь его игры. — Почему? — Просто не говори, и всё! — наверное слишком резко ответила я и одернула его руки, шагая в квартиру, но ловкие длинные пальцы перехватили запястье и развернули, уперев меня спиной в стену собственной квартиры. Замок тихо пиликнул, когда дверь по инерции закрылась, а я не двигалась и не дышала, рассматривая мягкие губы. — Уходи, — выдавила я через силу, но слишком хрипло и неуверенно, — Уходи, иначе я… — Иначе, что? Тэхён дернул носом с вызовом и коснулся им моего, а я коротко и резко выдохнула, не сдержавшись. Потому что уже больше часа душила в себе противоречивые чувства. И сейчас уже был момент невозврата, когда я намеренно позволила себе подумать о том, чего следовало бы избегать как минимум ещё полтора месяца. — Ты трусиха, Нора. Никогда не сделаешь того, чего действительно хочешь. Черт! Черт! Черт! Которая по счёту провокация? Я сбилась, но конкретно эта, явилась спусковым крючком давно заряженного пистолета, потому что появилось оправдание. Появилась причина, по которой я могла доказать обратное. Могла, и доказала. Губы Тэхёна тронула, наверняка, самодовольная улыбка, когда я прижалась к ним своими, но я не позволила ему долго наслаждаться победой, потому что слишком развязно толкнула язык меж зубов, заставляя его отвечать и брать, пока это позволено. Тэхён не был дураком. Никогда им не был, и мне было плевать, что стала жертвой умелой манипуляции, потому что, как и сказал Тэхён, я действительно этого хотела. А мешала мне лишь трусость. Очевидно же. Холодные пальцы медленно вытаскивали, заправленные в юбку края блузки и обжигали кожу прикосновениями костяшек. Я откинула голову назад и прогнулась в спине, когда сумасшедшие губы принялись целовать шею и ключицы, а пуговицы сдавали позиции под мужским натиском одна за другой. Мне обязательно потом нужно было поблагодарить Гоын за то, что заставила купить кружевное бельё, а ещё за то, что заставила надеть его сегодня. И пока я зачем-то это обдумывала, сладкие губы сомкнули затвердевший сосок и стон я сдержать не смогла. — Ещё раз, и я сойду с ума. Я не узнавала голоса Тэхёна, но мне определенно нравилось, что его тон изменился. Одна только мысль, что от возбуждения его грудной рокот заставлял меня пропустить пару разрядов вдоль позвоночника, приводила в эстетический экстаз. И я, ожидаемо, не удержалась и пропустила ещё один стон, а затем и третий и четвёртый, после того, как пала последняя преграда трикотажной юбки и когда самые идеальные в мире пальцы нырнули под кромку чёрного кружева и стали выписывать не менее замысловатые петли. Внутри всё трепетало и отзывалось на ласку, а я ловила с искушающих губ рваные выдохи и дикий рокот. Тигр мурчал. Ласково, нежно, слишком сексуально, чтобы не позволить ему безумств.