Это судьба или проклятие?

Прыгну! Прыгну. Нет, я точно прыгну! Они обязательно примут меня к себе... Я больше не буду так одинока, я смогу прыгнуть с этого проклятого моста! Вода была холодная, ноги свело. Дно, боль, быстрое течение. Не хватает воздуха, я не справляюсь, последний взмах руками. Больно, жалко, стыдно. Уже полночь, вот черт, сколько я проспала? Глубоко дыша, я жадно заглатываю очередную порцию воздуха, успокаивая себя. Это сон. Просто сон…. Ночь везде. В доме тишина и только я - не спящая сова, свернувшись клубочком, сижу в углу кровати. Холодные дрожащие пальцы потянулись к стопе, там красовался бледный шрам, который каждый раз напоминал о моем позоре. Всего однажды, совсем отчаявшись, я прыгнула. Смогла, правда та цена, которую я чуть не заплатила, была бы велика. Одиночество. Надо бы привыкнуть, пожалуй, теперь это особенно сложно, ведь нет любимой работы, которая отбирала все свободное время, заполняя пустоту внутри. И это напомнило мне о том, что как бы я не старалась, всегда буду одинока. Ночь, тишина. Я медленно ступала, чередуя одну ногу другой. Круглая спина, прищуренный взгляд. Паркет в его кухне предательски трещал, скрипел и где-то даже подвывал. Я кралась, словно на специальном секретном задании, воображая себя розовой пантерой и напевая всем известную мелодию. Вообще, тут было темно очень темно, до того момента, как Антон включил свет. Ох, меня раскрыли, и в каком виде… - Что ты делаешь в моем доме? - подняв брови, спросил он, а потом добавил: - В час ночи, в ночной рубашке и с кастрюлей! Он стоял возле выключателя с дошираком в руках и такой недоуменной мордочкой... Глаза его были усталые и немного опухшие, сам он сгорбился, но все же не сводил с меня глаз. Ох, а я сегодня притягательная! Не найдя ничего лучше, чем просто замереть на месте, я продолжала напевать «розовую пантеру», наивно полагая, что он меня не заметит. - Прикидываться статуей не прокатит. - Боковым зрением я видела, что доширак был отложен подальше. Теперь, облокотившись на дверной проем и скрестив руки на груди, он выглядел особенно... Особенно нагло. Выдох. - Борщик, вот, тебе принесла. Ибо нельзя же всю жизнь давиться Дошираком! Вы видели, как деревенские коты смотрят на сметану или коровье молоко? Глаза жадно горят, моська немого выставлена вперед, и тело выпрямляется. В общем, кот предстает во всей красе пред хозяйкой, чтобы та дала ему сметаны. Так вот, тут творилось тоже самое. Только вот Антон всем своим видом старался не подавать виду, что хочет есть. Однако, его старания были тщетны. Он сидел за столом, в руках уже была ложка, а тарелка гордо красовалась перед ним. Чай кипел, борщ поедался, мистер Доширак был доволен. Вычерпал все, до последней капли, хлебом собирая капельки. Вот милашка, просто ужас. И как такому не налить еще половник? Улыбка до ушей, глаза блестят, он склонился над тарелкой и уплетает за обе щеки. - Теперь тебе придется все рассказать по порядку. - Сидя напротив, было отчетливо видно, что бедный мистер Доширак замедлил и замешкал. Потом, зачерпнув еще ложечку, неохотно кивнул. - Так, что произошло? Взгляд из-под бровей виноватый, тревожный, но твердый. Губы побелели, а венки на руках стали заметнее. - Ты меня накорми, напои, спать уложи, а уж потом и спрашивай, Бабуля-Ягуля! - С серьезным лицом и спокойным голосом смотрел он на меня своими опухшими красными глазками. Сейчас предо мною сидел не вредный сосед Антон, а сонный и очень серьезный пятилетний мальчик, которому я, ой как, по ушам надаю! - Я тебе сейчас кастрюлю на голову надену, Иванушка, сверху ложками постучу, заклинание скажу и сделаю тебя дурачком на всю твою жизнь! В ответ только лишь улыбка, причем не усмешка, а именно улыбка. Добрая человеческая улыбка, такая, какая спасает людям жизни. Неожиданно. Это был просто удар, хотя, если подумать, то я тоже сейчас улыбаюсь, выгляжу, наверное, глупо. Странно, но я не могу представить свое лицо с улыбкой на устах. Может быть, все измениться?… - Ну, все было, как всегда, - начал он печально, – Ты напилась и приползла к моему крыльцу. Вообще, впускать тебя я не хотел, но был дождь и ты бы промокла. Ну, пока я тебя затащил, промок и сам. Ну, вот. Он старался не смотреть в глаза, но поймав на себе сердито-сварливый взгляд, перестал отводить взор. - И все? - Изумлено подняла я бровь, как-то не вяжется… - Одежду я высушил феном. Не приемлю извращения, как некоторые. - Кто виноват в том, что ты, дрыщ такой, весишь пол тонны? - По нему не скажешь, но поднять его было делом не из легких, а такой слабой и беззащитной девушке - тем более. Вот и пришлось мне искромсать ему всю рубашку… Мы пошли в гостиную, пихая друг друга локтями. - Бабуля Ягуля. - Дурак! - Разве Бабушка Яга не милая? - Возмущенно вскрикнул он. - О-о-о, я не знала, что тебя тянет на женщин постарше! Лет, эдак, за сто пятьдесят! - Получи, морда дошираковская! - Я не знал, что тебе за сто пятьдесят. Ты лет на сто двадцать тянешь, отлично сохранилась! - Это был достойный ответ, вот только на этот его выпад ответить мне было нечем, поэтому я просто толкнула его, и он рухнул на диван, а я приземлилась в ближайшее кресло. - А это был комплимент, - воодушевлено, хоть и сквозь зевоту проговорил Антон. - Так ты хакер! А я думала, конюх… - На самом деле, очень хотелось спать. Уже, наверное, третий час ночи. - Ну да, правда сейчас я работаю в разработке и проектировании игр. Проще говоря, 3D дизайн игр. - Ух, ты простой клерк, а взломал систему с третьей сложностью защиты за пару минут с температурой тридцать девять и один. - Вспоминать те моменты мне было дико стыдно, я ведь считала его предателем. - Это вовсе не круто, это противозаконно. - Это был его голос или рык волка? Вроде бы голос Антона, а в нем присутствовали животные нотки. И лицо изменилось, приобрело какие-то странные напряжённые черты. - Читал Достоевского? - Идиота? - усмешка придала ему мягкость одновременно с высокомерием. - Нет, не про тебя. "Преступление и наказание". - В моём детстве из книжек я видел, разве что, технические инструкции, да книги программных языков, - его голос дрожал, - И да, я «Идиота» читал. - А ведь книги формируют сознание человека. – И точно, вот перед нами сидит программист. Скупой на чувства, острый на язык, и нет, он не идиот, но не подколоть я не могла. - Ты что читала? – он посмотрел на меня, из-за его лохматых волос виднелись голубые глаза. Когда это он успел так зарасти? - Много чего... Раньше у меня было много времени и большая библиотека. Что может быть лучше огромных стеллажей с книгами, где каждая из них расскажет тебе необыкновенную историю? Где-то трагичную, где-то смешную, а какие-то книги, открывая двери воображению, повествуют о невиданных странах и землях, которые населяют никем не изученные существа. Порой, отчаявшись найти в большом доме хоть каплю участия и доброты, я приходила в библиотеку и получала все то, что не смогли дать близкие. Я ночами засиживалась там, засыпая в прекрасном окружение старых книг. Чудесное было время... - Это был дом моей бабушки, она давно покинула нас… Бабушка не была чем-то важным в моей жизни. Я всегда приезжала к ней на лето, когда папа отправлялся на заработки. Холодная женщина, стальная леди, в свои шестьдесят она имела прекрасную статную форму и одевалась по последнему слову моды, являясь примером и объектом зависти. Ко мне же отношение было холодное. Она следила, чтобы убытки от меня не превышали моей ценности. Сказать честно, она сделала много для моего образования, как человека. И сделала все, чтобы не дать мне общаться с людьми по-человечески. Вот так, в большом особняке, но в небольшом селе я проводила свои дни за единственным позволительным мне занятием – чтением. - Так вот, он выдвигал две теории. О морали… Есть те, кто ограничивают себя моралью и те, кому можно ее приступить, но при этом они будут оправданы перед обществом «высшей». Вот и как, по вашему, можно на словах объяснить смысл толстенной книжки? - Там была героиня Соня, она стала куртизанкой ради того, чтобы накормить семью, чем явила главному герою пример преступление вышей морали. По сути, Соня была оправдана перед обществом, так как делала это не ради своих корыстных целей, а для помощи нуждающимся. - Ты хочешь сказать, что я куртизанка? - Слегка игриво, до противности игриво спросил он. - Нет! Ты не понял! Надо прочитать, чтобы понять! Не хватало еще мне с ним поругаться! Мои размышление прервал звук поворачивающееся ключа. Секунда, и дверь была открыта. На пороге стоял шатен с зелеными глазами, стильно одетый и гладко выбритый. - Дорогой, я дома! Встречай меня, ми-илы-ый! И что это?! Как я должна это понимать? ____________________________________________________________________________ Отзыв.. где ты