Гимназические годы

В вихре контрольных и тестов даже день рождения Джерри промелькнул, как одно мгновение. Мама по традиции напекла пирожков с рыбой и с клюквенным вареньем – это был один из немногих дней в году, когда она вынимала варенье из кладовки – и Джерри впервые смог сам чем-то угостить на большой перемене друзей и приятелей. К последним теперь относилась и Тильда Квинсли, которая – теперь уже это было очевидно – окончательно покинула свиту «куклы» и приветливо здоровалась со всеми, кого прежде притворялась, что не замечала, или замечала только для того, чтобы осыпать градом насмешек. Даже удивительно было, как лебезящая подпевала «куклы» оказалась нормальной в общем-то девчонкой – ну, чересчур много болтающей о духах, румянах и нарядах, так ведь многие девчонки такие. Благодаря своему увлечению она начала чаще общаться с Нелли – то и дело подходила и спрашивала: – Нелли, послушай, это платье не броско смотрится? Или: – Нелли, милочка, какого цвета мне лучше выбрать ленты? Вообще Джерри было не слишком приятно, что Тильда воспринимает его подругу как какую-то куклу-автомат, только и созданную для того, чтобы давать ответы об одежде и шитье, но сама Нелли не обижалась. – Мне лишний раз поупражняться в ремесле всегда полезно, – пожимала она плечами. – Когда вырасту, надеюсь, у меня будет много клиентов, и далеко не все же будут моими задушевными подругами. – Тильда нос задирать перестала, и на том спасибо, – соглашался Чарли. – Не хочет с нами дружить – её дело. Вот с кем Тильда действительно сдружилась, так это со Сьюзен. Сначала Джерри думал, что они просто помогают друг дружке с уроками – у Тильды нередко случались нелады с письменными заданиями, а у Сьюзен оставались её вечные проблемы с устными ответами, – однако быстро стало заметно, что болтают они далеко не только об учёбе, в школу и из школы постоянно ходят вместе, и их не раз уже видели играющими в крикет или вышивающими вместе на выходных. Между тем и на уроках, и тем более на переменах всё чаще заходила речь о предстоящей летней поездке. «Кукла» и оставшаяся её свита просто не умолкали, составляя для себя подробную программу развлечений (по мнению Джерри, на то, чтобы воплотить в жизнь всё, что они там запланировали, не хватило бы и года). Лоренс Торингтон с друзьями (он больше всего дружил с двумя мальчиками на год старше – почему он при этом приглашал на каждый праздник всех до единого собственных одноклассников, для Джерри оставалось загадкой) азартно обсуждал, как они будут ходить вокруг Уэльбира на лодке под парусом. Чарли и Эдгар – для Чарли, как выяснилось, родители сумели скопить заветные двадцать гиней взноса – старались в присутствии Джерри и Нелли не поднимать всей этой темы, но и они, Джерри знал, уже предвкушали всестороннее исследование уэльбирских кондитерских лавок. Нелли, со своими вечными В и С, о поездке даже и не мечтала, но держалась так бодро, как только могла – Джерри про себя прямо восхищался, он бы так не сумел. Эдгар порой сочувственно говорил ей: – Эх, жалко так, что тебя с нами на Уэльбире не будет. – Да ну, Уэльбир! – смеялась она. – Переоценивают его. Вас там, директор говорил, поселят в пансионе на море – а я у самой набережной и так живу, без всяких плаваний за тридевять земель. Сам Джерри был достаточно уверен в том, что отправится в путешествие, но лишний раз старался этой уверенности не показывать – его останавливал какой-то въедливый суеверный страх, будто до того, как объявят результаты экзаменов, от которых теперь зависели его каникулы, об этих результатах не стоило даже и думать, точно это могло их спугнуть. В начале лета на школьных дверях вывесили списки малоимущих учеников, которым предстояло соперничать друг с другом за десять бесплатных поездок. Обычно Джерри было бы неловко вновь увидеть, какая пропасть разделяет его и большую часть класса, но сейчас он даже почувствовал некоторую гордость: благодаря этим бумажкам все будут знать, что он едет на Уэльбир исключительно потому, что заслужил это отличной учёбой! Проверив список за третий класс, он убедился, что там значились всего пять фамилий – Эммери, Динхэм, Эрнскотт, Хейли и перечёркнутая фамилия Перри. Джерри перевёл дух: Лили Эммери, не видавшая по алгебре и геометрии оценок выше В, ему не соперница, родители Чарли в последний момент собрали взнос, так что остаются только он да Сьюзен. Значит, правду говорила миссис Динхэм – у них с мужем с деньгами всё не так радужно, как можно было бы подумать при взгляде на их особняк с кариатидами... Он старался не смотреть на фамилию Нелли, пытаясь успокоить болезненно коловшую душу совесть тем, что Нелли и без него не стоило бы надеяться на удачу. – Ну вот видишь! – радостно воскликнул Эдгар, вышедший на крыльцо и заметивший, как Джерри изучает список. – Ты же всех тут переплюнешь, чего тебе волноваться? – Ну, ещё же неизвестно, – уклончиво сказал Джерри. – Мало ли что, всякое бывает на экзаменах. – Ой, да брось ты. Будто мы тебя не знаем! С твоими оценками вообще смешно дёргаться. Того же мнения придерживались и мама с папой – так как директор лично говорил со всеми, чьи дети подали заявления о бедности, они знали о планировавшемся путешествии (Джерри на самом деле предпочёл бы сохранять тайну, пока его поездка окончательно бы не подтвердилась). – Я уж в тебе не сомневаюсь, – гордо сказал папа, когда в тот же день Джерри рассказал о появившихся списках. – Хорошее место Уэльбир, да... Бывал я там в юности. Зелень, цветы, не то что наш пустырь. Мама, как всегда, была настроена более скептически. – А если ураган или акулы? Джерри, ты же никогда в море не выходил, кроме как на баркасе – вдруг тебя морская болезнь замучает? – встревоженно заговорила она. – И кормить вас там на Уэльбире этом будут неизвестно чем. Что, если ты от тамошних фруктов закашляешь или сыпью покроешься? А спать-то ты хоть ложиться будешь вовремя? Вас, может там, до ночи на какие-нибудь пикники таскать будут... – Черил, да ладно тебе, – усмехнулся папа. – Жизни парень научится, – это был его любимый аргумент в спорах о воспитании Джерри. – «Жизни»! А если их корабль в шторм попадёт? – Ну, в шторм и тут попасть можно, коли до убежища добежать не успеешь. Неужто ты не хочешь, чтобы Джерри на Уэльбир поехал, бесплатно-то? – Хочу-то хочу... Волнуюсь я, – призналась мама, обняв Джерри за плечи. – Сейчас он под присмотром, а когда один окажется, что с ним будет? – Ну мам... – смущённо начал он. Впрочем, и папа не сдавался: – Я и вовсе в десять лет на Уэльбир впервые поехал, и ничего. А со мной мистер Джеллис ехал, – так звали рыбака, у которого папа в детстве подрабатывал, – так он не то что эти леди и джентльмены из гимназии, он и отлупить мог. Вроде бы это маму убедило – но, когда Джерри ложился спать, он всё-таки услышал, как она в соседней комнате задумчиво говорила: – Ох, если бы не заломили они такую цену за поездку, я бы попросилась с ними отправиться... Джерри-то, бедненький, ни разу от нас не уезжал, каково-то ему будет одному? Отец что-то тихо, успокаивающе растолковывал ей в ответ, и под звук его голоса Джерри заснул, улыбаясь про себя тому, как мама до сих пор переживает за него даже после почти года учёбы в гимназии.