За горизонт

       Энди закутался получше в куртку и устало глянул куда-то вдаль. Потом достал из кармана компас и уставился на стрелку. Вроде как, правильно идут. Строго на северо-запад, без отклонений куда-то в сторону. Стоит признать, им обоим нужен отдых. Да, деревня, по словам Вилла, находилась близко, но чтобы не отклоняться от курса и дойти как можно быстрее, приходилось частенько подниматься на холмы. Даже обычно разговорчивый и живой Бертис помалкивал и уныло шёл рядом с эндерменом. Энди лишь вздохнул и постарался подстроиться под темп друга. Всë-таки порой скелетон не успевал за ним. Минус длинных конечностей. — Глянь-ка, Энди. Там впереди, — внезапно подал голос Бертис и вскинул бледную руку, указывая туда, где между деревьев эндермен разглядел деревянное строение. — О. Неужели, дошли? — Выходит, что так.        Друзья действительно подошли к деревне. Крошечное село состояло в основном из десятка уже знакомых землянок и маленьких домиков. Где-то в середине деревушки были хаотично разбросаны хозяйственные постройки. Между строений то и дело сновали люди. Ближе всех к друзьям оказался мальчик лет семи, что-то увлечённо рассматривающий в высокой траве.        Друзья подошли к ребенку. — Привет, — дружелюбно улыбнулся ему Бертис.        Мальчик обернулся. — Привет! — весело ответил ребёнок, но осëкся, едва заметив позади Бертиса Энди. Он тут же издал странный испуганный полуписк и зажал глаза ладошками. — Ты чего? — удивлëнно глянул на него Бертис. — Не оборачивайся, а то там эндермен, нельзя смотреть, а то утащит… — Чего? — не понял скелетон и обернулся на не менее ошарашенного таким заявлением товарища. — Это Энди, мой друг. Он не причинит тебе зла. — Точно-точно? — недоверчиво поинтересовался мальчик. — Точно-точно, честное слово, — усмехнулся Бертис. — Ну ладно, — мальчик спокойно убрал руки. — А вы откуда тут? Я вас двоих не помню… — Мы издалека. Ищем одного человека. Харрис. Он здесь живëт? — поинтересовался Энди. — Да! Дядя Харрис рассказывает очень интересные сказки! Вы пришли послушать? Пойдёмте, я покажу, где он! — и мальчик сорвался с места и рванул куда-то вглубь деревушки. Подросткам ничего не оставалось, как побежать за ним.        Несмотря на то, что во время бега мало что можно успеть разглядеть, Энди успевал выхватывать взглядом людей, которые при одном только его появлении прятали глаза. Буквально все. Без исключения. Да и было видно, что все односельчане готовы вмиг затыкать друзей вилами до смерти, лишь только они дадут повод. Энди всё никак не мог понять, почему его здесь так боятся. Проклятия же нет… Да и на Бертиса такой реакции не было, разве что взгляды недоверчивые. Может, это потому, что у скелетона при себе лука нет?        Мальчик привел друзей к небольшой землянке. Строение было аккуратным образом обставлено хлипким забором, рядом в загоне грустно мычала корова, глядя на гостей недоумëнным взглядом. — Он здесь живёт. Постучитесь, он выйдет! А мне пора, а то мама будет ругать! — отчеканил мальчик и тут же сбежал со двора. — Что ж, раз так, то давай попробуем, — пробормотал Бертис и постучался. Энди же про себя отметил, что так сильно долбить по двери не стоило, а то вон какая хрупкая, мало ли… Из дома показалось морщинистое лицо мужчины в возрасте. — Хм гхм. Здравствуйте. Что-то я вас, ребятня, не помню. Вы чьих будете? — Мы не отсюда. Мы в пути, — ответил Энди. — Ну, заходите, раз в пути. — Вы ведь — Харрис? — нетерпеливо спросил Бертис. — Он самый, — улыбнулся мужчина. — А мы Вас ищем! Мы тут по вопросу одному, — начал Энди. — Ну, заходите, раз вопросы.        Сидя за столом Харриса, подростки наконец сумели начать столь желанный для них обоих разговор: — Нам рассказали, что Вы что-то знаете о Вольхе. Том мужчине, который снял проклятие, — сказал Энди. — Конечно знаю! Местные не верят моим рассказам, считают их байками да выдумками, а зря! Ведь проклятие возвращается! Даже когда на нас начали нападать, они не стали больше прислушиваться к моим словам! — На вас нападают? — удивился Бертис. — Да. Разные мобы. Они словно стали агрессивнее, чем в прошлый раз… Ведут себя не так, как раньше… А эндермены теперь нас словно специально преследуют! — Теперь понятно, почему на меня все Ваши односельчане так пялились… — пробормотал Энди. — Да, к сожалению, доверие к мобам пропало. Бертис-то ладно, он не воспламенился на солнышке, вот все и поняли, что на нем проклятия нету. А с тобой как проверить? Никак. Вот им ничего и не ясно. — Так что же насчет Вольхи? — поднял бровь Бертис. — А вот это отдельная история. Я тогда ещё молодой был. Лет двадцать. Жил в деревушке на самом-самом Севере. Вечный снег, вечный холод, все дела… Так вот Вольха из этой же деревеньки был родом. Как-то год у нас голодный был. Рыбная ловля не шла совсем, если хоть пару рыбин трески поймал бы за день — считай, пируешь. Народ дурной был, суеверный. Обвинили мать Вольхи во всëм. Давно слухи ходили, мол, колдунья да ведьма она. Вот и решили, что народ голодает по вине этой женщины. А на Севере с таким — разговор короткий. Сходили мужики к тайге поближе, дрова собрали. Сколотили сарай малюсенький, женщину ту закинули в него да и подожгли… Не помогло это, правда, тогда от голода… А Вольха подростком был. Как вы, может, по возрасту. Его-то не тронули тогда, может, нашли доказательства, что матери он не помогал в колдовстве, может, пожалели, может, доказали невиновность его матери каким-то образом. Не знаю. Но зол Вольха тогда был до жути. Он как мог тогда мужиков отговаривал от такого страшного дела, строить не давал, дерево водою пытался облить. Безрезультатно. Сожжена мать. Вот тогда он и вскричал, что мать его невиновной была, а теперь ему противно находиться рядом с убийцами невинных. И поклялся, что отныне уйдëт бродить по свету, на юг пойдëт, к джунглям, и будет сражаться с несправедливостью по пути. И ушёл в тот же день. С тех пор не слышал я о нём. Со временем, перебрался я в тайгу, вот сюда. Лишь через несколько лет вновь услышал о Вольхе. Как раз тогда, когда он проклятье снял да без вести пропал. Видать, вернулся в родные земли и решил помочь. Я сразу понял, кто это. Сдержал своë слово парень. Вот только больше о нём совсем ничего не слышно. Хоть бы не сгинул, жалко. Возможно, он вернется к храму, как только услышит о проклятии. Если ещё жив, конечно. — Вы не могли бы сказать, где находится храм? Мы туда направляемся, — глянул на Харриса Энди. — Я вас туда сам проведу! Что ни говори, а я живее вас обоих вместе взятых буду! Вот только чай допью.        Харрис действительно собрал кое-какие вещи и куда-то повёл подростков. Энди лишь оставалось как можно больше стараний приложить для того, чтобы запомнить дорогу. Сосны, ели, холмы, горы… Снег кое-где… Да-да, уже снег. Класс. Похоже, друзьям не помешает закалка. Куртки уже не удерживают тепла совершенно. Сосны. Ели. Сосны. И ели. И снова дурацкие сосны. И снова не менее дурацкие ели. Дошли!