За горизонт

       Первое, что услышал Энди, когда поднял голову из воды — отборный мат Бертиса, после чего скелетон вытянул эндермена на берег озера. Через пару секунд вокруг Энди пару раз обернулся плед, и Бертис стал яростно вытирать с кожи и одежды друга лишнюю влагу. Энди хотел что-то сказать, но из горла вырвалось лишь невнятное сипение, почти сразу же перешедшее в жалкий хрип. Тут же на эндермена прикрикнули и сказали помолчать и перестать травмировать себя ещё сильнее, чем уже есть. Энди не мог не согласиться. Кожу всё ещё жгло, боль была просто адская. Наконец, подросток не выдержал и лег на землю. Эти муки сделали своë дело. Энди прикрыл глаза и просто провалился в сон, не обращая внимания ни на колкую траву, ни на жжение, ни на крики Бертиса, которые уже расплылись в ушах и превратились в непонятную для мозга кашу. Ох, ему просто надо поспать… Он так давно не спал ночью…        Энди проснулся, а на улице всё ещё было темно. Его одежда однако уже была полностью высохшей, сам он лежал под таким же сухим пледом. Откуда-то сбоку веяло теплом. Энди глянул туда. Там спиной к нему сидел Бертис. Рядом горел небольшой костёр, а сам скелетон в свою очередь чем-то с аппетитом хрустел. — Бертис? — слабо произнёс Энди. Голос вернулся к нему, но всë ещё не был прежним. Сильно дрожал, был тише, эндермен немного хрипел. Скелетон немного вздрогнул и обернулся, тут же опомнившись и прикрыв глаза рукой: — Энди! Наконец-то ты очнулся! — радостно проговорил улыбающийся Бертис, кинувшись обнимать друга. — Да брось, Берт, — улыбнулся Энди, обняв скелетона и радуясь, что кожа практически не даёт о себе знать. — Ну, сколько я спал? Часа два-три? — Вообще-то четыре дня… — опустил голову Бертис. — Сколько?! — в шоке выдохнул Энди. А для него прошло совсем ничего! — Ты уснул и даже не думал просыпаться, сколько я ни пытался тебя разбудить… Сначала ты просто лежал и спал в одной позе, потом начал ворочаться с боку на бок и даже бредить! В конце концов я сдался и перестал пытаться растормошить тебя. Решил, что это у тебя что-то вроде защитной реакции организма или типо того… — неуверенно проговорил Бертис. — Я очень боялся, что… Ну, ты… — Да, я понял, — ответил Энди. — Не волнуйся, сейчас я чувствую себя гораздо лучше. Даже ничего не болит. Ну, может если только совсем чуть-чуть.        После этих слов Бертис заметно оживился и вновь уселся рядом с костром. — Садись со мной, тут что-то холодновато по ночам, как выяснилось. Зато душно. Ты голоден, наверное, сейчас достану перекусить, — отозвался скелетон и полез в сумку.        Уже жуя бутерброд, Энди окончательно пришёл в себя. Бертис уже вовсю спал под деревом и, видимо, смотрел уж десятый сон минимум. Это не стало для Энди чем-то из ряда вон выходящим. Под глазами Бертиса были синяки, словно тот нормально не высыпался в течение нескольких дней подряд. Скорее всего, так и было.        Энди откинулся на траву и уставился на небо. Костëр уже потихоньку догорал, остатки дров мирно потрескивали, а где-то на востоке уже показались первые солнечные лучи. Завидев их, Энди с опаской обернулся на мирно посапывающего Бертиса, но как только до эндермена дошло, что другу ничего не угрожает, и листва дерева должна будет надëжно защищать скелетона от палящего солнца, он расслабился и вновь растянулся на траве.        Бертис проспал вплоть до полудня и проснулся из-за кошмарной жары. Несмотря на то, что он лежал в тени, ему всё равно жутко пекло. Подумав и поразмышляв, они с Энди решили пойти дальше сейчас, не дожидаясь ночи. Они и так потеряли уйму времени, пора бы уже и вернуться к пути. Откровенно говоря, дальнейший поход превратился для обоих подростков в сущий ад, в особенности конечно, для Бертиса. Энди понятия не имел, как защитить друга от палящего солнца. Несмотря на ужасную жару, бедняга Берт просто вынужден был оставаться в куртке. Голову он прикрывал курткой Энди, а руки должен был вечно держать в карманах. Всё это было страшно неудобным, но Бертис предпочëл бы такой вариант, чем тупо сгореть по собственной же дурости. Уже под вечер вдруг Энди сумел выцепить взглядом деревню. Туда-то ребята и направились. На окраине села им повстречался крипер — мальчишка лет десяти. — Хей, привет! — улыбнулся Бертис. Он бы помахал рукой, но в его случае это было чревато неприятными последствиями. — Здравствуйте, — несколько неуверенно проговорил крипер, отведя взгляд в сторону, едва только заметив рядом с Бертисом Энди. — Послушай, а что за поселение? Мы просто издалека. Тут возможно будет остаться переночевать? — Ну… Вам-то да, — так же неуверенно продолжил мальчик. — А вот Вашему спутнику сомневаюсь. Здесь стали бояться эндерменов после случая недельной давности. Извините, но Вам правда не стоит попадаться на глаза моим односельчанам. Для Вашей же безопасности, — виновато и с неким страхом проговорил крипер, обращаясь на этот раз уже к Энди. — Ничего, дружок, я всё понял, — чуть улыбнулся в свою очередь эндермен, но тут его любопытство всё-таки взяло верх. — А что за случай? — Пришли к нам разбойники с запада… Вперемешку с монстрами. Они забрали всё ценное и убили нескольких человек… А их предводителем как раз был эндермен. Он собственными руками задушил человека, так у него на лице улыбка была, ни один мускул не дрогнул… Мне кажется, он совсем-совсем не знал жалости… Теперь все наши боятся эндерменов и даже ненавидят их… — Ужасно… — выдохнул Бертис. — Не поспоришь… В любом случае, не бойся меня, пожалуйста. Конкретно я не причиню тебе ни капли зла, — постарался успокоить мальчика ошарашенный Энди. — Следующая деревня далеко отсюда, аж в пустыне. Она побольше нашей. Разбойники, когда уходили, ушли в другую сторону, не в ту. Попробуйте пойти туда. Идти нужно на юг, — посоветовал крипер. — Спасибо за помощь, нам как раз в ту сторону. Надеемся, у вас тут всё будет хорошо, — ответил Бертис. — Спасибо. Удачи вам в пути, куда бы вы не шли, — улыбнулся крипер, после чего махнул на прощание рукой и убежал в деревню. — Выходит, на деревни кто-то нападает? — задумчиво произнёс Энди. — Видимо, да, и что-то мне не хочется встречаться с ним после такого рассказа, — пробормотал Бертис. — Признаться, полностью с тобой солидарен…

***

       Окно на втором этаже не очень большого дома на одной из улиц в Березняках бесшумно открылось. Фигура крепкого по телосложению подростка высунулась из него и вцепилась руками в ветку яблони, растущей буквально под окнами. После этого трюка парню ничего не стоило спуститься на землю. Оскар со спокойной душой отпустил ветку и вытащил из кармана сигарету, идя прочь от родного дома к окраине деревни, погруженной в ночь. Он не раз проворачивал такой вот побег, всегда возвращаясь через пару часов. Сегодня он смог приземлиться удачно, в прошлый раз вот вышло не очень. Но его потенциальные травмы ещё никогда не останавливали.        Вообще, Оскару нравились такие вот не совсем легальные прогулки по ночам. Длились они, как правило, около часа или даже чуть меньше. На слишком длительное время было уже опасно выходить: родители могли случайно заметить его отсутствие. Но без этих прогулок Оскар уже не мог представить свой день. По крайней мере, они успокаивали. Да и никто по ночам нынче не ходит, а значит возможно хоть немного отдохнуть от общества. Да и просто подумать о всяком своём.        Оскар закурил. Когда-то возможность выпендриться перед другими и попробовать что-то новое теперь превратилась в пагубную привычку двухлетней давности. Но свинозомби как-то не особо парился по этому поводу. Он в очередной раз выдул синеватый дымок и глубоко задумался. Несколько дней назад в Березняки вернулся Генрих со своими товарищами. Однако они не принесли с собой никаких добрых вестей. Они были печальными, а сам Генрих так вообще мрачнее тучи. Это не было удивительным. Ведь Энди и Бертиса, одноклассников Оскара, до сих пор так и не нашли. Да ещё и угроза какая-то нависла над ними. С запада, кажется. Оскар фыркнул. Вот два придурка, честное слово! Ну, куда они могли уйти? Знали же, что их будут искать, волноваться. Ладно Бертис, у него характер такой, любит искать приключения на свою задницу. Но вот от кого от кого, а от Энди Оскар никак не мог ожидать чего-то подобного. У него же мама одна осталась. Говорят, ещё сильнее захворала из-за этого. Этот эндермен Оскару, честно сказать, всегда казался до вымораживания спокойным занудой и тем, кто из деревни вообще не выйдет лишний раз. Оказывается, свинозомби жестоко ошибся. И вот чëрт знает теперь, где эти двое сейчас. Оскар никогда не общался ни с одним, ни с другим. А Бертиса так и вовсе любил подколоть, если представлялась возможность. Но при этом он никогда не желал им зла и тоже втайне надеялся, что подростки вернутся живыми и невредимыми.        Оскар только собирался сделать очередную затяжку, как вдруг услышал странные звуки откуда-то сбоку. Тут же подросток метнулся в противоположную сторону и спрятался за чьим-то домом. Если бы его заметили ночью да ещё и с сигаретой, то дома ему отец устроил бы настоящий разнос. С этим испульсивным психом, у которого мнение на тот или иной вопрос менялось в зависимости от настроения, погоды и зарплаты, Оскар вообще старался поменьше сталкиваться. Кроме того, отец любил выпить и после этого под руку ему вообще нельзя было попадаться. К несчастью, мать Оскара была дома постоянно, а потому ей прилетало больше всего. Честно, парень до сих пор не понимал, зачем она вообще за него вышла. Сэлли, несмотря на трудовые будни, до сих пор не растеряла своей красоты. Вряд ли Байн был её единственным вариантом создать семью.        Вскоре, на окраине Оскар заметил, как некая фигура, держа за уздечку лошадь, быстрым шагом направляется прочь из деревни. Каково же было удивление подростка, когда в этом тёмном силуэте он узнал собственного отца. Куда это он собрался, интересно? Причём, под покровом ночи! Никого не предупредив. О всех поездках отца Оскар был в курсе. А это ещё что такое? И зачем ему Молния? Так звали лошадь, идущую рядом с Байном. Она была одной из двух, которых семья Оскара содержала при себе. Причём, эта была лучшей. Да во всей деревне нельзя найти более ловкой и быстрой! Если отец взял её, значит ехать далеко. Но куда? Мама бы сказала, значит, он и ей не говорил? Оскар с трудом подавил желание выйти из своего укрытия и попытаться узнать ответы на свои вопросы. Но тогда у него были бы серьёзные проблемы с отцом. А это свинозомби не любил. Хотя ситуация и была донельзя непонятной. Да и поведение Байна, откровенно говоря, было странным и нетипичным. Он нервничал, переминался с ноги на ногу, негромко покрикивал на Молнию, на которой никак не мог закрепить седло, вечно оборачивался и зыркал по сторонам, словно побаивался кого-то. Оскар слишком хорошо знал отца. Да, тот был взрывным, но поведение в этой ситуации было каким-то ненормальным. Кого он так боялся?        Оскар стоял и наблюдал за отцом до тех пор, пока тот наконец не надел на лошадь седло, не запрыгнул туда и не припустил прочь из деревни. Как только его силуэт скрылся за горизонтом, подросток наконец вышел, почему-то не переставая смотреть туда. Давно потухшую от ветра сигарету Оскар выкинул, вновь и вновь прокручивая в голове произошедшее. Что это было только что, чёрт побери? Куда он смылся? Свинозомби всё думал и думал, направляясь обратно к своему дому, пока наконец не решил просто забить на эту ситуацию. Какая ему вообще к чёрту разница, куда там отец намылился?! Его не трогает и ладно!        С этими мыслями Оскар залез по яблоне к своему окну, легко проник внутрь и бухнулся в кровать не раздеваясь, практически мгновенно погружаясь в глубокий сон.