За горизонт

      Бертис проснулся, когда вокруг была глубокая ночь. Скелетон раздражённо фыркнул и уставился в просвет между листвой. Чёрт, там даже смотреть не на что: звёзды были хорошо скрыты за плотными облаками. Оставалось только надеяться, что в скором времени не хлынет дождь. Неподалеку от тропы росли деревья, под которыми друзья и решили заночевать, но они вряд ли смогут помочь им в такой ситуации. Реденькие они какие-то.       Бертис перевернулся на бок и стал со скуки наматывать травинку на палец. Они с Энди часто решали идти то днём, то ночью, это зависело от жары и того, насколько друзья были уставшими. Однако это плохо сказалось на их режиме сна в целом. Организм мстил по-своему за подобные фокусы. То невозможно было уснуть, то после подъёма чувствовали ребята себя хуже некуда, весь день болела голова. Вот и сейчас спать Бертису не хотелось совсем, хотя была середина ночи. Скелетон продолжал надеяться, что его всё-таки срубит, но пока что этого не происходило, и ему было банально нечего делать.       Вокруг довольно тихо. Обычно на фоне обязательно что-то происходило: стрекотали сверчки, вдалеке могла угукнуть сова. Сейчас же ничего. Просто тишина, которая лишь иногда нарушалась лёгким шелестом листвы над головой от ветерка, практически незаметного для скелетона.       Впрочем…? Нет, не только этим. Энди за спиной у Бертиса начал постоянно ворочаться. Скелетон даже думал, что друг тоже проснулся, и осторожно глянул в его лицо через плечо. Да нет, вроде по-прежнему спит. Но продолжает ёрзать. Причём, похоже, всё сильнее и чаще. Бертис сел на траве и продолжил наблюдать за этим представлением, не до конца понимая, как ему стоит реагировать.       В целом, когда кто-то ворочается во сне — это вряд ли что-то из рук вон выходящее. Но явно не в этом случае. Энди метался и, похоже, подобное только нарастало, не отпуская подростка. Бертис в смятении смотрел на это и думал, стоит ли ему разбудить друга. Эндермену явно снился какой-то кошмар.

***

      Энди практически задохнулся от бега, кинувшись в очередной каменный проход. Это помещение похоже давным-давно было библиотекой. Теперь же от когда-то высоченных массивных деревянных полок остались лишь доски и прочий мусор. Однако, несколько шкафов всё же уцелели. Хотя нормальных книг на них стояло совсем немного: большинство просто истлели от старости, от некоторых остались только переплёты. Везде запах сырости и безнадёжности. За одним таким шкафом Энди и спрятался от надвигающейся угрозы. Он даже толком не понимал, от чего именно спасался. Но догадывался, что встреча с каким-то большим и рычащим незнакомцем, который преследовал его, не сулила ничего хорошего.       Энди вновь услышал пугающие звуки и затаил дыхание. Из этой комнаты не было прохода ещё куда-то. Он в ловушке. Впрочем, парень всё равно не мог найти выхода из этого странного каменного сооружения, сплошь состоящего из проходов, коридоров, небольших комнат и даже тюремных камер. Он не был уверен, был ли выход тут вообще.       Рычащее нечто расхаживало в другой части комнаты, похрустывая остатками старинных книг, до сих пор не превратившихся в труху. Теперь эти обрывки прошлого бесцельно лежали на полу страницами вверх, их никто никогда уже не прочитает. Но благодаря их шуршанию Энди понимал, где конкретно находится непонятное существо.       А монстр в это время шумно принюхивался, искал беглеца. По звуку он приближался к тому самому шкафу, за которым прятался подросток. Энди хотел бы быть ещё более тихим в этот момент, но для этого надо было стать трупом, чего он явно не хотел в свои шестнадцать. Тем более — от рук непонятной твари. Или лап. Чёрт знает, что у неё там, Энди её толком даже не рассмотрел. Впрочем, в глубине души парень понимал, что его уже обнаружили. И теперь зверь лишь играет со своей добычей.       Шаги странного нечто становились все громче и отчётливее в полупустом помещении, Энди беспомощно вжался в прогнившее дерево.       Оно совсем близко.       Оно буквально в двух шагах от него.       Больше Энди не успел ничего подумать, так как странная чёрная тень выпрыгнула на него, сбив эндермена с ног. Парень повалился на пол. Под ним жалко зашуршали старые книжные страницы. Энди уже был готов к скорой кончине, но тёмная тварь, границы и форму которой он всё никак не мог рассмотреть, неожиданно крайне спокойно и даже неуверенно потрясла его за плечо. Энди машинально тряхнул головой, пытаясь убрать лишнюю прядь волос с лица, и…       Проснулся. Просто проснулся.       О Создатель.       Над ним находились деревья, сквозь листву которых было видно ночное небо. Бертис, заметив, что его друг очнулся, тут же прикрыл глаза ладонью. Энди вздохнул, приподнимаясь. Судя по всему, именно скелетон его и разбудил. — С добрым утром. Ну, вернее, ночью… Ну, то есть, с пробуждением, — проговорил Бертис, усаживаясь рядом и подтягивая колени к себе. — Хотя, тебе явно что-то дурное снилось, верно? — Ага, — ответил Энди. — Опять эта ерундистика. Ну, помнишь, я рассказывал. Коридоры каменные какие-то, погоня. С каждым разом сон всё более яркий, и в нём становится всё больше подробностей. — Опять? Я думал, это у тебя давно прошло, — неуверенно проговорил Бертис. — Я тоже. Такое снилось мне несколько раз перед встречей с Вольхой, но потом это пропало. Я считал, что насовсем. Видимо, ошибся, — хмуро фыркнул Энди, оперевшись о дерево спиной и уставившись вверх. — Наверное, ты просто волнуешься из-за нашего плана. — Ты хотел сказать, из-за нашего отсутствующего плана? Мы так и не придумали, как хотя бы примерно будем действовать. — Энди, дойдём — придумаем. Сам же говорил.       Больше никто из них не уснул, и через некоторое время было принято решение двигаться дальше. Рассвет к тому времени ещё не наступил, однако с восточной стороны уже начала появляться жёлто-оранжевая полоса. Бертис лишь заранее поправил капюшон мантии.       Постепенно по обе стороны дороги начали появляться дома вдалеке. Небольшие старенькие домишки стояли тут и там. Иногда можно было насчитать несколько дворов. До этого подросткам попадались лишь одинокие хутора, да и те были далековато от тропы. Тем не менее, к этим сёлам друзья подходить не хотели, так как потратили бы много времени, чтобы добраться до домов, переговорить с местными о маршруте, а потом вернуться на дорогу. Ориентирами пока что служили верстовые столбы. Дорога становилась всё более ровной, идти по ней было немного легче, чем ранее. Подростки потратили на дорогу ещё день, прежде чем уловили движение впереди. Там шёл мужчина-зомби средних лет, причём, в ту же сторону, что и они. — Как думаешь, стоит спросить у него направление? — тихо проговорил Энди. — А что мы теряем? Конечно стоит. Только конспирацию соблюдай на всякий, — ответил ему скелетон       Подростки быстро поравнялись с мужчиной, и Бертис начал диалог: — Добрый день! Точнее, уже почти вечер. Зомби покосился на них и, заприметив эндермена, вновь уставился на дорогу. — Ну здрасьте. Вам чего, ребят?       Энди почувствовал, что незнакомец не горит желанием разговаривать с ними, но Бертис продолжил всё с тем же энтузиазмом. — Вы не могли бы подсказать нам дорогу? А то мы не местные. — Да я так-то тоже не здешний, — хмыкнул зомби. — У меня тут только родня дальняя, а сам я вообще из другой волости. Так что вряд ли подскажу. — Ну, хотя бы примерное направление. К поместью графа.       Незнакомец ещё более недоверчиво и даже с некоторой злобой покосился на них, но тут же осёкся. Видимо, вспомнил про Энди. — Элиаст который? Он-то вам зачем? Он никого не принимает. И вообще с ним дел нельзя иметь. — Да мы не… — начал было Бертис, но его перебили. — Нечего вам к нему ходить! Все подозревают, что он какой-то больной на голову! — Но Вы же сказали, что не живёте здесь, — проговорил Энди. — Может быть, люди преувеличивают? — С-час, преувеличивают! Не нужно жить здесь, чтобы знать, что этот аристократишка — тот ещё урод! Да они все уроды.       Энди хотел было что-то добавить, но Бертис пихнул его в бок и продолжил. — Мы ни в коем разе не сомневаемся в Ваших словах. Мы и не к графу вовсе. Чего нам у него делать? Просто мы хотим… Ну… Встретиться с нашим знакомым! И он дал нам ориентир в виде поместья графа. Согласитесь, целый замок гораздо заметнее какого-нибудь… Ну, не знаю… Трактира. Или ещё чего-либо такого. Нам бы только само поместье увидеть, а там уж дальше мы разберёмся.       Энди лишь угукнул в подтверждение слов друга. И зомби, кажется, немного умерил пыл. Неужели, правда повёлся на всю эту чушь? Что ж, либо Бертиса не подвела его природная обаятельность, и при желании он мог наговорить чего угодно с тем же результатом, либо эта ложь действительно звучала неплохо. — В любом случае, идёте вы сейчас правильно. Поместье будет на холме впереди. Оно скрыто за деревьями, но его всё равно видно, — хмуро проговорил незнакомец. — Спасибо за помощь! — улыбнувшись, ответил ему Бертис. Зомби лишь хмыкнул, продолжая свой путь. Подростки, как известно, шли в том же направлении, что и он, поэтому пришлось остановиться под деревом у дороги. Не столько отдохнуть, сколько чтобы позволить зомби уйти немного вперёд, и не приходилось разделять с этим угрюмым незнакомцем дорогу. Разговаривать в его присутствии было крайне неуютно. — Похоже, у графа здесь не самая хорошая репутация, — проговорил Бертис. — Этот мужчина так о нём отзывался, словно тот аристократ ему лично чем-то насолил, — ответил Энди, глядя в ту сторону, в которой скрылся незнакомец. — Ну, не стоит отрицать такую возможность, — пожал плечами скелетон.       Они подошли к городу через несколько часов. Что ж, тот хмурый зомби не обманул: впереди, на небольшой возвышенности, виднелось какое-то поместье, скрытое густыми деревьями, но всё равно хорошо заметное. Энди примерно прикинул, что дойдут они туда к вечеру. Что ж, будет как раз кстати. Если им в самом деле придётся проникать внутрь, то это гораздо логичнее проворачивать именно в тёмное время суток. Поэтому сейчас двое подростков просто шли, стараясь никак не привлекать к себе внимание. И, к сожалению, данную миссию они провалили с самого начала.       Нет, первые полчаса всё действительно шло нормально. Двое друзей тихо переговаривались, закрыв капюшонами лица получше. Однако совсем скоро людей на улице стало чуть меньше. А вот на горизонте появились двое вооруженных людей.             Чутьём Энди сразу понял, что следовало бы в срочном порядке прятаться в какой-нибудь закоулок, но, к несчастью, вариантов просто-напросто не нашлось. По обе стороны дороги тянулись лавки и дома, слишком плотно стоящие друг к другу. А следующий проход между строениями был как раз за спинами вооружённых, которые, к слову, уже их заметили. — Бертис, они на нас смотрят, — прошептал Энди. — Не называй меня так, помнишь? — мгновенно поправил его скелетон. — Успокойся. Может, они сейчас мимо пройдут. Блин, мы с ними — в данный момент единственные, кто есть на улице. Разумеется, на нас смотрят. — Б… Оскар, они не отводят взгляд. Мне как-то не по себе. Может быть, стоит развернуться и уйти подальше? — Это будет ещё подозрительнее. Просто делай вид, что ничего не происходит. Великий Дракон, и это ты стебался, что я паникую по поводу и без? — У меня интуиция кричит.       Подростки замолкли, когда приблизились к вооружённым. Чёрт, они явно этих мужчин заинтересовали. Это плохо, очень плохо. Бертис чувствовал, что его тоже начинает накрывать тревога, но он изо всех сил старался сохранять спокойное выражение лица. Энди же просто опустил взгляд с лиц военных куда-то им на куртки, дабы не спровоцировать всплеск проклятия.       Он внутренне обмер, когда заприметил на рукавах незнакомцев маленькое изображение герба с буквой «Г» внутри. Нет, теперь они точно попали. — Так, вы двое. Стоять, — обратился к ним один из вооружённых.       Бертис тут же состроил милую непонимающую мордашку, похлопал глазами и проговорил: — А… Добрый день. Что случилось, сэр? — Мы бы хотели с вами двумя переговорить, — подал голос уже второй солдат.       Энди застыл на месте. Его интуиция била в колокол тревоги, парень понимал, что его неспокойное состояние ой как заметно, но подросток ничего не мог с этим поделать. Он старался считать вдохи и выдохи, контролировать свои движения, но всем своим видом эндермен показывал страх и — что самое обидное — сам это осознавал. Это было для него не то чтобы свойственно. Он всегда старался скрывать эмоции и делать «морду кирпичом». Видимо, в этот раз всё несколько иначе. Бертис же, на удивление, вёл себя достаточно спокойно и непринуждённо. — По какому поводу? — уточнил скелетон у мужчин. — Вы нам кое-кого напомнили, — проговорил тот, что начал диалог первым. — А точнее, твой долговязый друг. — А… Ну… Я… — начал мямлить Энди с опущенными глазами, пытаясь что-то ответить. Бертис сообразил быстрее: — Ой, знаете, Локи ужасно стеснительный в плане разговоров с незнакомцами! — усмехнулся скелетон, пихнув товарища в бок. — Да, Локи? Так что вы там хотели узнать? — Сейчас расскажем. Пройдёмте только с нами, — вновь ответил второй, чуть хмыкнув и крепко схватив Энди за локоть. — Там поговорим. — Что? Где — там? Пустите! — крикнул Энди, пытаясь вырвать руку из хватки вооружённого. — О, сразу язык развязался. Идём, идём.       Второй солдат мгновенно точно так же схватил Бертиса. Соображать нужно было за секунды, и Энди предпринял хоть какую-то попытку выбраться. Он выхватил свободной рукой меч и ударил схватившего его мужчину плоской стороной. Незнакомец, похоже, не ожидал нападения, отшатнулся, думая, что его сейчас ранят, и разжал руку. Энди, перестав чувствовать чужую хватку на предплечье, оттолкнул мужчину от себя. Второй отвлёкся на товарища, и уже Бертис вырвался, просто вовремя крутанув руку против большого пальца удерживающего его. У друзей была пара мгновений, чтобы подскочить друг к другу. Бертис хотел было бежать в обратную сторону от солдат, которые уже выхватили оружие, но Энди поймал скелетона, обнял его и крепко прижал к себе. — Ты что творишь?! — не понял Бертис сначала, но после почувствовал уже знакомые ощущения телепортации.       Энди перенёс их за спины солдат, после чего они с Бертисом бросились наутёк. Солдаты бежали следом и наверняка бы догнали их практически сразу, если б не расстояние, которое выиграл Энди своей телепортацией. Подростки завернули в так кстати возникший рядом переулок. Больше всего они оба боялись, что сейчас перед носом у них появится тупик или ещё что-то такое, но этого пока не происходило. — Я телепортирую нас ещё раз, — выдохнул Энди, понимая, что их начинают догонять. — Рискованно, — прохрипел Бертис. — А если тебя занесёт в сторону? — Вот тогда и буду думать, что да как, — ответил Энди, схватив Бертиса за руку и вновь притянув его к себе.       Опасения скелетона подтвердились. Энди не рассчитал расстояние правильно, и его действительно занесло. Парень врезался с размаху в стену одного из домов и осел на землю. — Быстрей, быстрей, они нас не видят, — зашептал Бертис и утянул друга в маленький закуток между домами. У Энди болела и немного кружилась голова, бежать было очень трудно, но он доверил направление скелетону.       Они засели за какой-то кучей мусора и не вылезали оттуда теперь, надеясь, что солдаты их не заметят и пройдут мимо. Энди пришлось согнуться в три погибели, чтобы уместиться там, но лучше уж так, чем быть пойманным. Мелкому и компактному Бертису повезло в этом плане куда больше.       Вдалеке послышались разговоры, после — громкая и грязная ругань. План удался. Эти двое потеряли их из виду и теперь не могут понять, куда в какой конкретно из множества закоулков они сбежали.       Через некоторое время голоса мужчин начали отдаляться, а после и совсем стихли. Но подростки на всякий случай посидели в своём укрытии ещё немного, чтобы точно не попасться на глаза вооружённым ещё раз. — Точно нас искали. Зачем только, интересно… — ворчал Бертис. — Может быть, всё же, не обязательно — нас? Кто знает, какие преступники у них тут ходят. Вот и допрашивают всех хоть как-то похожих, — предположил эндермен, разминая затёкшую спину. — Ага. И солдаты с такими же эмблемами, как были те, которые к нам в пустыне прикопались. И подойти они решили вот именно к нам. Ведь в каждом городке обязательно найдётся преступная группировка из двух подростков, причём это будут именно эндермен и скелетон. Очень правдоподобно, но лучше бы нам сейчас никому по возможности на глаза не попадаться. — Ну, тут ты прав. Лучше лишний раз никуда не влезать. — Эх, наверное, стоило обойти город десятой дорогой… — Да ладно тебе. Мы ж не знали, что так произойдёт. В любом случае, нужно дойти как можно быстрее. — Ага. Надо. Если нас снова по дороге не перехватят.

***

      В дальнейшем каких-либо глобальных проблем с пересечением города не возникло. Подростки были максимально осторожны, петляя по маленьким и неприметным улочкам и стараясь на главные вообще не заходить. Сверять маршрут было сложно, так как часто из-за домов не было видно поместья, а ведь оно служило главным ориентиром. И спросить ни у кого нельзя. Но уж лучше так, чем быть пойманными неизвестно для чего. Друзья старались беседовать о чём-то отвлечённом, чтобы разрядить обстановку, но это не слишком получалось. Они оба были напряжены, и это состояние усугублялось ещё и только что произошедшим инцидентом. Да и в целом мысли о дальнейших действиях, которые им придётся воплотить в жизнь, вызывали только лишь волнение и тревогу.       Под вечер они смогли пересечь город и взойти на холм, где располагалось поместье, оставаясь при этом, вроде как, незамеченными. Близко к зданию они не подходили. Совсем рядом с поместьем располагался лес. Там-то друзья и засели, чтобы хоть чуть-чуть представить, что им делать дальше. За густой листвой их вряд ли можно было заметить. Впрочем, само поместье тоже можно было нормально рассмотреть сквозь деревья с трудом. — И что теперь? — задумчиво спросил Бертис, глядя в сторону величественного здания. — Каким образом мы будем проникать внутрь? — Понятия не имею. Пока не придумал, — ответил ему Энди. — Где вообще может находиться Яйцо Дракона? Нет, я понимаю, что мы не знаем планировку этого… Что это, замок? Ну, не столь важно. Ну, хотя бы примерное расположение. — Да тут фиг представишь. Я до этого ни разу не был в поместьях. Как и ты, собственно. Не имею ни малейшего представления, как там всё устроено внутри. Ну, понятно, что Яйцо находится, скорее всего, где-то вне жилых комнат. Не знаю, как граф, но лично я не захотел бы спать через стенку или даже и вовсе в одном помещении с ещё не вылупившимся ребёнком самого Создателя! Мало ли, рванёт ещё. — Точно! Стрёмно. Как вообще вылупляются Драконы? Мало ли, вдруг Яйцо реально взрывается! — Ну да. Так вот. Я что думаю. Яйцо же — уникальная вещь. Наверняка оно спрятано в труднодоступном месте. Ну, или просто где-то подальше от выхода. Ну там, на чердаке или в подвале… — предположил Энди. — Ага! Ещё скажи, на кухне на антресолях, — усмехнулся Бертис. Энди прыснул со смеху, а после весело отозвался: — Может, и там, кто знает, что у этого графа на уме. — Блин, вот всё-таки. Понадобилось же кому-то тырить Яйцо. Ты только подумай, сколько с этим связано проблем! Сначала ж надо было украсть и уйти живым из Эндермира. Потом ещё найти место, где его можно хранить в относительной безопасности, следить постоянно. И это я даже не говорю про то, что оно может быть опасно. И не только из-за момента вылупления. Может, у него там скорлупа ядовитая. Как у яиц кокатриса. — Кокатрисов не существует. А вот Дракон — да. — Ага! И он куда опаснее кокатриса! Не думаю, что детёныш чем-то принципиально от него отличается, — с опаской проговорил Бертис. — Так ещё же условия вокруг должны быть нормальными. Чтобы из Яйца впринципе могло что-то вылупиться вообще. Хотя, мы не знаем, для чего похитителю оно понадобилось. — Так и сам Дракончик. Страшно же. Это уменьшенная копия Создателя! Представь только: настоящий Дракон прямо у тебя дома! Удивительно, как граф этого самоубийцу вообще на порог пустил. И не коробит его от пребывания в его поместье Яйца? Я бы ни за что не стал с подобным связываться. — Ну, ты — нет. Тебе-то оно зачем? Разве что сделать очень оригинальный омлет. А мотивы графа и похитителя пока туманны. Но всё это явно не сулит ничего хорошего. — Про омлет жестоко было, — хмыкнул Бертис, вглядываясь в очертания поместья за деревьями. — Что в итоге-то? Не будем же мы просто сидеть тут до скончания века. — Я вижу двух охранников на входе. Глянь-ка, там ворота открывают. Давай подберёмся немного ближе и посмотрим, что там.       Когда подростки подошли достаточно близко, чтобы слышать разговоры, они смогли рассмотреть, что за ворота вышли несколько вооружённых людей, которые вскоре скрылись в противоположном от друзей направлении. Энди заметил, как один из охранников что-то тихо сказал товарищу и скрылся за воротами. Теперь на посту находился только один. — Так, это наш шанс, — вдруг произнёс Бертис. — Он там в одиночестве. Давай я туда подойду. — Ты чё, сбрендил? — Вовсе нет. У тех типов были вопросы, в основном, к тебе, а не ко мне. Отвлеку внимание на себя, а ты телепортируешься за ворота. — И что ты ему скажешь? А сам потом как попадёшь внутрь? — Попрошусь на службу. Там же, по словам тех из пустыни, вербовка шла. — Так то ж раньше! — Ну, может, всё ещё идёт. На жалость надавлю как-нибудь. Мне надо идти, иначе не успеем. Мы ж не знаем, по какой причине отошёл второй, и как долго его не будет. А ты давай пробирайся к воротам как-нибудь по стеночке. — Дурацкий план, если честно. — Не спорю, но ситуация пока удобная, надо пользоваться, а там уже — чистая импровизация. Ну, всё, я пошёл. — Давай, жги.       Бертис вышел на дорогу и спокойно пошёл прямиком к воротам. Охранник заметил его силуэт практически сразу и выпрямился, видимо, ожидая, пока скелетон подойдёт ближе. Тем временем Энди начал тихонько пробираться сквозь листву с другой стороны, чтобы подойти к воротам, не переставая следить за происходящим. При этом он надеялся, что его сияющих глаз не видно в сумерках.       Бертис подошёл к стоящему у ворот почти вплотную. — Тебе чего? — спросил у него мужчина, оглядывая скелетона с ног до головы. — Добрый вечер. Я слышал, что идёт вербовка в армию. А она всё ещё продолжается? — проговорил Бертис, тщательно обдумывая слова, чтобы не сболтнуть случайно лишнего.       Стражник хмыкнул и чуть наклонился в сторону подростка. — Идёт, конечно. Но она с четырнадцати, парень. Шёл бы ты домой.       Энди, уже подобравшийся к поместью и наблюдавший из-за угла, выжидая удобный момент, напрягся. Что-то он не подумал, что Бертис взаправду выглядит несколько младше, чем есть на самом деле. Что, если охранник сейчас просто развернёт его и отправит восвояси? — Внешность обманчива, — ответил скелетон, скрыв обиду. — Мне пятнадцать. — В самом деле? Не выглядишь на этот возраст, — недоверчиво произнёс мужчина. — Мне эта особенность в бою не помешает, уверяю Вас. — А что ты умеешь? А то вас здесь совсем без навыков не нужно, новичков и без тебя хватает. — Ну, я умею сражаться на мечах. Вроде бы, неплохо. — Интересно, интересно. А лук? — Гм, — замялся Бертис. — Здесь есть… Небольшие проблемы. Я как-то больше с фехтованием.       Стражник поднял бровь и усмехнулся, глядя на Бертиса. — Забавно. Ну, можешь подождать здесь. Скоро должен вернуться мой напарник, он отведёт тебя, куда следует. Но учти, если ты на самом деле ничего не умеешь, или твоих навыков будет недостаточно, то тебя быстро вышвырнут, и направишься ты туда, откуда пришёл. — Хорошо, хорошо. Но я не врал вам насчёт фехтования. Можете хоть сейчас проверить, — проговорил Бертис, продолжая тянуть время, краем глаза заметив, что Энди начал пробираться к воротам. — Делать мне больше нечего, — фыркнул мужчина. — Ну, как хотите, — ответил Бертис. — Быть может, расскажете о службе здесь? — Чего тебе рассказать ещё? — Ну, плюсы, минусы там. Особенности. Раз уж мы всё равно пока ждём Вашего напарника. — Я не могу разглашать гражданским эту информацию. Вот если к нам тебя возьмут — узнаешь всё сам. — Ну, с жалованьем-то хотя бы как? — Нормально. В других местах, где я работал, было даже хуже. А так очень даже ничего.       Энди с бешено колотящимся сердцем подошёл чуть ближе и, пока не стало слишком поздно, телепортировался за ворота. Хвала небесам, уж там никто из стражи не стоял, и подросток засел за какими-то густыми кустами, выжидая, когда за Бертисом придёт кто-нибудь, чтобы отвести его… Хм, интересно, куда именно? К командиру войск какому-нибудь? Или аж к графу? Да нет, к последнему вряд ли. Ну, ничего, главное Бертис тоже попадёт за ворота. — А правда то, что говорят о графе? — поинтересовался Бертис. — Что конкретно? — уточнил стражник. — Про аристократов вообще всегда много чего говорят. — Разные люди, которых я встречал, пока шёл сюда, говорили, что у него… М… Не всё в порядке с головой, — постарался смягчить фразу скелетон. — Ерунды тебе наговорили, парень, — фыркнул в ответ мужчина. — Нет, не спорю, как руководитель он достаточно жёсткий и требует от подчинённых полной отдачи. Ещё он достаточно осторожен и скрытен. Но я никогда не замечал, чтобы наш феодал был сумасшедшим. Так что это говорят те, кого размер налогов не устраивает. А так этот граф сделал для своих земель достаточно, чтобы у нас всё было благополучно. Не то, что у соседей. Так что это просто злые языки. — Что ж, Вы меня успокоили, спасибо, — как можно более натурально улыбнулся Бертис. Что-то ему подсказывало, что этот охранник либо что-то недоговаривает, либо сам знает не так много. Даже из той скудной информации, которая была у скелетона, можно было судить, что графа нельзя было назвать обычным строгим землевладельцем. Здесь явно было что-то ещё. Вдруг из-за спины Бертиса чуть поодаль раздался мужской голос, и парень замер с непониманием, мгновенно узнав его: — Эй, на посту! А напарника куда дел? Опа. Кто это рядом с тобой?       Бертис обернулся.       Прямо навстречу ему вальяжной походкой шёл свинозомби. В силуэте, в движениях — во всём скелетон легко мог узнать одного своего заносчивого, вечно курящего одноклассника. Только вот мужчина был выше и старше. Сию же секунду в голове подростка возник резонный вопрос.       Какого чёрта Байн находится здесь?       Парень не успел ничего предпринять. Свинозомби заметил его и до этого, а после того, как Бертис обернулся, мужчина ещё и получил возможность рассмотреть лицо подростка. Даже в сумерках Байн легко узнал его. Бертис мог уверенно заявить об этом, глядя, как на лице мужчины появляется недоумение.       Это не к добру.

— Не понял… Ты? — выдал Байн, всматриваясь в черты лица остолбеневшего подростка.       Это точно не к добру. — Здравствуйте… — выдавил из себя Бертис, не зная, куда теперь себя деть. — О, Байн, ты его знаешь?       Энди настолько удивился, что аж из кустов высунулся, прислушиваясь, что происходит за воротами. Что там делает этот мужчина? Разве он не должен быть в Березняках? Что-то тут не то. Энди огляделся. Когда он понял, что кроме деревьев поблизости никого нет (ну и охрана!), он подошёл поближе к воротам и продолжил вслушиваться. — Как ты тут оказался? — проговорил Байн с какими-то угрожающими нотками, подходя ближе к скелетону. — Ну… Ногами… Пришёл…? — ответил скелетон с волнением и непониманием того, как ему действовать далее. — Где второй? — Что второй? — Дружбан твой где? — Не знаю, — брякнул Бертис. Стражник, наблюдавший за всей этой картиной, пребывал в смятении. Скелетон заметил, как Байн — а между ними оставалось каких-то три шага — потянулся за мечом. В ту же секунду Бертис отпрыгнул в сторону и отбил удар свинозомби. Байн чуть отшатнулся, видимо, не ожидая сопротивления от подростка, а Бертис, увидев, что стражник тоже обнажил клинок, уже собирался убежать, но не успел. Он лишь заприметил в темноте около себя фиолетово-пурпурные частички, после чего его схватили, прижали к себе, и спустя мгновение, скелетон уже стоял в другом месте. Энди чуть пошатнулся после телепортации, затем схватил друга за руку. Бертис и пикнуть не успел, как его уже утащили в кусты. — Куда ты… — начал было Бертис, но Энди мгновенно зажал ему рот рукой. Скелетон присмотрелся сквозь ветки к окружающей обстановке и понял, что, похоже, находится вместе с другом за воротами.       По ту сторону ходили Байн и стражник, негромко переругиваясь между собой. — Куда они делись? — Откуда я знаю? Почему ты вообще не поднял тревогу? Их обоих разыскивают. — Портрет нарисовали только на эндермена, а по описанию хрен поймёшь, тот это скелетон или нет. Тем более, он сам пришёл сюда. Ты б так сделал? — Нет. Но я и не подросток давно, а подростки все придурошные. Где твой напарник вообще бродит? — Да не знаю я, где этот чёрт. Куда тот эндермен телепортировался? — Куда-то недалеко. В темноте ничего и не разглядишь. Пойду доложу графу обо всём. Пусть поиски удваивает, раз эти двое совсем рядом от нас. А ты здесь оставайся. Надеюсь, твой напарник не успел ещё сбежать в какой-нибудь кабак или бордель и соизволит-таки вернуться на пост.       Когда фигура Байна показалась у ворот, Энди мгновенно зажмурился, чтобы его сверкающие глаза не выдали их. Бертис сжался ещё сильнее (хотя куда уж больше при его-то и без того маленьком росте!), словно он хотел стать единым целым с кустом. Энди был безмерно рад, что сейчас уже подступила ночь, и их в листве практически невозможно было разглядеть. Благо, опасность в виде Байна прошла мимо, мужчина даже головы в их сторону не повернул и спокойно зашёл в само здание. Правда, не через парадный вход, а откуда-то сбоку. — Ну, что теперь делать будем? — почти беззвучно прошептал Энди. — Не знаю, пока не придумал. А куда пошёл Байн? Там ещё одна дверь? — Вряд ли в поместье только один вход. Так что да, наверняка. Чёрт, что Байн тут вообще делает? Бред какой-то! — Я совершенно не ожидал увидеть его здесь. Всё прошло бы гладко, если бы он не появился. А теперь он доложит графу о нас. — Всё не просто так. Этот феодал нас искал зачем-то. Это всё же он. — Понял уже. Хрень какая-то. Но Байну я больше удивлён. Интересно, а Оскар здесь или нет? — Да какая разница! Он — последний, о ком надо думать в данной ситуации! — Тихо, тихо, не кричи. Там есть кто-то рядом с дверью? — сощурившись, уточнил Бертис. — Да не вижу. Давай попробуем пройти? — Как-то стрёмно… — А, то есть как беззастенчиво врать в лицо стражнику, так с этим проблем не возникает, а здесь… — Ладно, ладно. Пошли по кустам. — Только ветки сильно не шевели. — Говори за себя, я куда угодно пролезу. — Посмотрим.       Подростки аккуратно поползли к заветному входу, стараясь прислушиваться ко всему, что их окружало. Было довольно тихо, и нарушать эту тишину шуршанием кустов было страшно. Каждое действие должно было быть продумано и выполнено с особой осторожностью. Благо, к той самой двери они добрались. Теперь можно было встать в полный рост. Теоретически, если они хорошо прижмутся к стене, то из окон поместья их не будет видно, что друзья и сделали. — Что ж, приступим, — проговорил Энди и толкнул дверь.       Прямо рядом с входом внутри здания стоял охранник. Мужчина облокотился о стену и, казалось, вот-вот задремал бы, если б не двое подростков в проходе. Стражник мгновенно выпрямился. — Что вы двое тут забыли?! — крикнул он. Бертис растерялся, уверенный, что уже через секунду стражник поднимет тревогу, и их повяжут прямо здесь. Но тут Энди телепортировался и оказался прямо за спиной мужчины. Похоже, этого охранник не ожидал. Он замешкался всего на пару секунд, но этого хватило эндермену, чтобы выхватить меч из ножен и со всей дури рукояткой оружия ударить незадачливого стражника в затылок. Этого вполне хватило, чтобы мужчина рухнул без памяти. — Давай скорее, я не знаю, когда он очнётся, — быстро проговорил Энди, утянув Бертиса за руку в помещение. — Нифига ты провернул, — выдохнул скелетон. — Ты когда меч вытащил, я уж испугался, что ты его грохнешь тут. — Ну и зря ты так обо мне. Я же не убийца какой-нибудь, — хмыкнул Энди. — Ему и без того досталось. — Но куда теперь? Мы же не знаем, где конкретно искать Яйцо. — Давай подумаем об этом по дороге, — проговорил эндермен, осторожно двинувшись по коридору. — Мало ли, вдруг голос этого парня кто-то слышал, и сюда уже идут? Надо хотя бы скрыться где-нибудь. — Но где? Это же поместье. А мы не знаем, что и как тут внутри. — Вот именно, это целое поместье! Найдем, куда приткнуться в такой-то громадине. А сейчас давай-ка потише, у стен, как говорится, есть уши. Особенно при местной акустике.       Тени двух подростков бесшумно скользили по тёмным стенам коридора. Освещение здесь было так себе: лишь редкие факелы да пара маленьких, донельзя узких окон. Впрочем, друзьям это было только на руку. В конце концов, так было куда меньше шансов, что их поймают.       Через некоторое время они вышли на лестницу наверх. Энди глянул туда и заметил, что коридор стал чуть шире. Где-то в стороне слышались чьи-то голоса, и подростки толком не могли понять, как далеко от них те, кто разговаривает сейчас там. Не сговариваясь, ими было принято единственно возможное решение проблемы: срочно бежать на эту лестницу искать укрытие и молиться, чтобы наверху не было никого.       Бежать пришлось достаточно для того, чтобы сильно запыхаться. Но, по крайней мере, здесь никого не было, а голоса остались внизу. Надо сказать обстановка тоже поменялась. Окна стали чуть больше, правда, большая их часть была закрыта ставнями. Количество факелов тоже увеличилось. Энди пошёл вперёд, при этом пытаясь отдышаться, а Бертис побрёл следом за ним. — И куда мы теперь? — прошептал скелетон. — Понятия не имею, — также вполголоса ответил Энди. — Тут всё такое огромное… Коридоры длиннющие. Снаружи здание тоже, конечно, внушительное, но не настолько… — Тут ещё и этажей много. Ну, снаружи так видно. А вот та лестница вела, почему-то, только сюда. Странно. А как же остальные помещения? — Да ты погоди, мы ещё даже до конца коридора не дошли. Может там будет ещё лестница. Предлагаю искать проход в подвал, так как к нему явно ближе всего. Как искать — пока не в курсе. Будем разыскивать Яйцо, поднимаясь по поместью снизу-вверх. — Можно и так. До подвала у нас в любом случае дойти больше шансов, чем до чердака какого-нибудь.

***

      Элиаст вышел из экипажа в сопровождении камердинера и прошёл за ворота. Красивая небольшая загородная усадьба встретила его своей обыкновенной тишиной и благоуханием самых разнообразных цветов. Элиаст не был здесь уже достаточно долго. Вообще, ездить слишком часто к невесте было бы неприлично. Что, в конце концов, тогда смогут подумать про них? Однако ранение Элиаста отсрочило их встречу с Мирандой на неопределённый срок, и сейчас, наконец, этот самый срок подошёл к концу. Граф по-прежнему опирался на трость. В тот раз рану пришлось зашивать фактически наживую, и Элиаст старался лишний раз не вспоминать ту боль, которую он испытывал в тот момент. В конце концов, его спасли, и всё остальное не так уж важно. Правда, заживать это всё будет ещё долго.       Его провели в один из залов, где уже сидела Миранда, ожидая графа. Девушка, заметив суженого, поднялась и пошла навстречу, мягко улыбнувшись. И конечно, в помещении как всегда находилась тётушка Миранды, женщина уже в возрасте, которая всегда сидела за вышивкой и чутко следила за тем, не позволит ли её племянница, пока родители в отъезде, себе каких-нибудь вольностей, вроде разговоров на «непристойные темы». Увы, женщина почти всё считала непристойным для хрупкой натуры молоденькой барышни. — Добрый день! Как же я рада, что Вы, наконец, приехали. Я так скучала по Вас и так переживала! Вам определённо стоило написать мне хоть раз, — начала девушка, подойдя к Элиасту. — Здравствуйте, миссис Лонгфорд, — повернулся эндермен сначала к женщине, чтобы не нарушать норм этикета. Хотя, признаться, её он не очень любил. Но не мог же он открыто демонстрировать своё пренебрежение. — Добрый день, Миранда. Я тоже рад нашей встрече. — Граф, так действительно не делается! Моя племянница вся извелась, едва до неё дошли вести о Вашем ранении, — с ходу начала женщина. — Стоило хоть раз написать нам. Это бы принесло успокоение. — Прошу прощения, что заставил Вас волноваться. — Миранда, а где же твоё гостеприимство? Хоть бы за чаем послала. Граф наверняка устал и не против. Да и пусть уж слуги делом займутся, а то разленились совсем.       Они действительно чуть позже все вместе попили чай. После снятия проклятия данная вещь многим эндерменам полюбилась. Как и прочие напитки. Миранда и Элиаст лишь изредка переговаривались между собой. Да и как тут разговоришься, если по большей части любые фразы обрывала миссис Лонгфорд. Последнюю попытку поговорить с женихом девушка предприняла, когда спросила графа о его самочувствии, однако тётушка пресекла это веским: «не перебивай аппетит». Элиаст и Миранда переглянулись и, с молчаливого согласия друг друга, решили немного подождать, пока женщина не уснёт в своём кресле, как это теперь всегда случалось после чая.       Ждать пришлось недолго. Спустя некоторое время она действительно задремала, и Элиаст с Мирандой могли наконец выдохнуть, немного расслабиться и нормально поговорить, пусть и вполголоса. Между ними никогда не было любви, лишь расчёт, как это чаще всего и случалось в браках между аристократами. Но Элиаст всегда отмечал ум и образованность будущей жены, хоть она всегда и старалась не показывать этих черт: неприлично же, девушке нужно быть скромнее. Впрочем, иногда они, всё же, обсуждали какие-то темы, интерес к которым благовоспитанной особе не принято было показывать в высшем обществе. Наедине они могли поговорить, к примеру, о политике. — Элиаст, я прошу Вас быть аккуратным. Надеюсь, Вас не собираются призывать в армию вновь? — На некоторое время я освобождён от этого, — заверил её граф. — А далее, возможно, обстановка улучшится. Уверен, восстание будет подавлено в ближайшее время. — Не могу быть столь уверена в этом, — покачала головой девушка. — Его величество совсем плох и уже не очень хорошо справляется с управлением. Приближённые убеждены, что ему осталось недолго. Его деспотичные действия сейчас — лишь последние рывки утопающего. — Не хороните его раньше времени, — ответил Элиаст. Впрочем, с данной позицией он не мог не согласиться. Король сильно болел уже долгое время, но вот власть из рук выпускать не хотел, а потому старался по возможности избавиться от всех бунтовщиков, а в особенности — от главарей, которых всячески пытался отыскать и казнить, пока ещё не слишком поздно. Да и ряды аристократов поредели. Взять хотя бы того же графа Дару, который, как выяснилось, сотрудничал с бунтовщиками. Однако этот успел продать имение и удрать за границу. К королю Дара был довольно близок, и после этого случая монарх вообще перестал кому-либо доверять, посему каждый при его дворе ходил словно по остриям ножей, пытаясь не делать ничего из того, что король мог бы посчитать изменой. — Сложно не делать таких выводов, — вздохнула Миранда. — Хоть я и, безусловно, желаю Его Величеству лишь здравия и благополучия. О, если бы всё закончилось! Уверена, его состояние улучшилось бы куда быстрее, если бы не эти войны. — Но и плюс ведь есть. Проклятие ушло благодаря одному из них. Неясно даже толком, кому. — Но и с проклятием мы не столь плохо жили. Привыкли за две сотни лет-то. И возможность сейчас выпить чай с Вами нельзя поставить в один ряд со здоровьем нашего короля. — Безусловно. — Остаётся надеяться, что восстание либо подавят, либо потоки финансирования прекратятся, и оно само сойдёт на нет. — Чтобы оно прекратилось — нужно найти организаторов. А пока что, насколько знаю, это не представляется возможным. — Милый, читали ли Вы новости? Ведь продвижения есть. — В самом деле? — искренне удивился Элиаст. Это ж насколько он отстал от жизни за время своей реабилитации в несколько месяцев? — Уже объявлены в розыск несколько личностей. И, храни Вас Дракон, Вам нужно их знать! Ведь несколько из них родились и выросли, похоже, именно на Ваших землях! Вам определённо стоит знать последние сведения. — Вы не могли бы поделиться тем, что Вам известно? — Разумеется. Как я могу сокрыть это от Вас? — ответила Миранда, протягивая графу газету. — На первой странице слева. Но я удивлена, что Вы ещё не читали.       Элиаст, конечно, пытался отмести от себя дурные предположения, но мысли об Арисе сами лезли в голову. Он начал читать. »…следователи по-прежнему усердно трудятся над тем, чтобы установить личности тех, кто стоит за организацией незаконного бунта, подрывающего порядок и оскорбляющего Его Величество. На данный момент у Королевской Гвардии уже есть на руках имена шести деятелей, которые если и не являются главными организаторами, то определённо задействованы в подготовке и координации основных действий. Ведётся усиленная работа, направленная на поиск иной информации, способной помочь расследованию. До сей поры неясно, известны ли властям псевдонимы преступников или их реальные имена. Это ещё предстоит установить…»       Элиаст опустил взгляд чуть ниже, где была как раз-таки перечислена известная информация, и почти сразу же выцепил глазами фамилию «Кэрролл». Очень захотелось закатить глаза, но не при даме. Доигрался-таки со своим равноправием, в государственном розыске теперь.       Дурак. Дурак и балбес ты, Арис.       Благо, больше про него ничего толком не было написано. За исключением, разве что, расы. Ну, ничего. Не такое уж и редкое имя в их местности. В стране куча Арисов, так что один чёрт поймёт, какой из них нужный. А чертей король подле себя не держит.       Граф прочитал остальные имена, однако уже эти личности не были ему знакомы. Ну, судя по фамилиям, не знать. Тем не менее, неужели Арис не придумал себе какого-нибудь прозвища, как и другие? Может, их настоящие данные выдал какой-нибудь предатель? Ну, не исключено. — Никто из них не относится к знатному сословию, а следовательно, у них нет никаких документов, по которым их можно найти. Как ты помнишь, Его Величество собирал сведения у феодалов о проживающих подчинённых на их землях. Особенный упор делался на воинов. Их наверняка много в данном сообществе, вряд ли такую угрозу стала бы представлять кучка крестьян. Но в любом случае установить лиц, причастных к битвам в качестве рядовых солдат, не представляется возможным. А вот на организаторов вышли каким-то чудом. — И что же, — задумчиво поинтересовался Элиаст. — Более об этих личностях ничего не узнали?       Миранда помрачнела ещё больше и положила одну ладонь на другую, сжимаясь в плечах. Было видно, что девушка, похоже, о чём-то наслышана и при этом — испугана. — Элиаст, милый, видите этого эндермена в газете? Кэрролл. Этот рисунок составлен по примерному описанию его внешности. И его уже знает весь высший свет. Хотя, возможно, это имя — лишь прозвище.       Граф вскинул брови. Вот так новость. И чем же таким этот идиот отличился, что его теперь знают буквально все? Миранда же продолжала: — Он совершенно точно жил на Ваших землях ранее. Но, видимо, сейчас уже нет. Недавно произошёл один случай, который всех серьёзно напугал. Генерал королевских войск проснулся ночью из-за крика своего сына. Прибежав на оры, он обнаружил, что юноша отбивается именно от этого эндермена. Как выяснилось, Арис влез ночью в дом генерала, пробрался в его кабинет, украл несколько стратегически важных документов и хотел уйти. Однако сын генерала услышал странные звуки и решил проверить, что происходит. Столкнувшись с Кэрроллом, он забил тревогу и вступил с ним в драку, пытаясь забрать украденное. Вы помните Адама? Он такой хрупкий. Да и что может сделать юноша, которому только исполнилось семнадцать? Его Сиятельство генерал рассказывал, что уже было кинулся на помощь своему сыну, но тот эндермен оказался быстрее. Он просто схватил парня, приставил к его горлу нож и прямо сказал, что если генерал к нему подойдёт, то в мире станет на одного свинозомби меньше. Конечно же, никто не стал перечить этому бандиту, и он без проблем скрылся. Адама, правда, не тронул. С ним всё хорошо. Но пусть в тот раз никто не пострадал, вся знать взбудоражена произошедшим. Имение Его Сиятельства под серьёзной охраной. Нередко к нему пытались пробраться воры, шпионы и даже наёмные убийцы. Но никто никогда не достигал цели. Их всех ловили ещё даже до входа в само здание. И эндерменов тоже. Против охраны генерала никакая телепортация не работала, солдат там слишком много. А тут злоумышленник пробрался прямо в кабинет и умудрился-таки выкрасть ценные бумаги! Теперь все, кто как-либо связан с подавлением восстания, всерьёз обеспокоены своей безопасностью. Мы ведь ничего не знаем об Арисе. Что, если он ранее был убийцей? Или у него и вовсе не всё в порядке с головой? Ведь это эндермен, который стоял в нескольких шагах от генерала, угрожая Адаму. Что ещё он может сотворить? К кому придёт в следующий раз за сведениями для своей шайки? До сих пор даже не совсем понятно, как именно он пробрался к Его Сиятельству. Кто-то считает его безумцем, кто-то — слишком самоуверенным. Но в одном весь Высший Свет безусловно сходится: нужно найти этого Ариса, поймать его и казнить немедленно. Он не должен находиться на свободе. Впрочем, сейчас о нём ничего не слышно. Как и о других, объявленных в розыск. Да, слухи о них ходят самые разные, но, по правде говоря, больше того, что написано в газете и что я Вам пересказала, никто не знает.       Элиаст слушал невесту и, по правде говоря, не верил своим ушам. Всё это реально сделал Арис? Ради сведений он пробрался к генералу? В это тяжело было поверить, но, видимо, так всё и было. Граф пытался прикинуть, как можно было обойти охрану, но мыслей не приходило никаких. Это же было просто невозможно, как, как он это сделал?!       Элиаст определённо имел некоторое преимущество в данной ситуации: он знал Ариса с детства и так близко, как никто другой. Но и он не мог объяснить, как же эндермен смог провернуть подобное. Определённая доля безрассудства была с ним всегда, но сейчас он, казалось, дошёл до того уровня сумасшествия, что сама фортуна была на его стороне.       Арис… Столь необычен. Тогда они наговорили друг другу много неприятного, и мужчина ушёл. Сейчас, спустя некоторое время после произошедшего, Элиаст понимал, хоть и из гордости не хотел этого признавать, что очень скучает по Арису. Его открытость и непринужденность разительно отличались от той обстановки высшего общества, в которой рос Элиаст, где каждое действие должно было быть чётко выверено и согласовано с бесчисленным множеством писаных и неписаных правил. В разговоре с Арисом не было ограничений и притворства, и дружба с ним была как глоток свежего воздуха. Среди своих знатных знакомых Элиаст ни разу не видел кого-то настолько живого. И граф понимал, что только с этим эндерменом было возможно подобное общение. У него есть множество приятелей, но никогда не будет друга.       Сейчас же, Элиаст с одной стороны восхищался Арисом, а с другой стороны и сам начинал его побаиваться. В самом деле, насколько далеко может зайти этот мужчина в своих идеях? Но даже так у графа несколько раз случались порывы отыскать Ариса, извиниться и вернуть всё в прежнее русло, но его каждый раз останавливали возможные проблемы с законом. Да и от политических воззрений бывшего друга Элиаст был по-прежнему не в восторге. Хотя, может быть, Арис бы и сам не согласился дать их дружбе второй шанс. Но некая, пусть даже глупая, надежда у графа всё равно оставалась. — О чём Вы задумались, дорогой? — проговорила Миранда, и Элиаст вынырнул из своих раздумий. — Да… Прошу прощения. Я обдумывал рассказанное Вами. Действительно ужасная история. Надеюсь, это был единичный случай, и подобное ни с кем больше не повторится. — Солидарна с Вами. Но прошу, давайте сменим тему. Мне становится дурно, когда я вспоминаю диалог с Его Сиятельством. Не откажете ли мне в игре на фортепиано? — Я с удовольствием составлю Вам компанию, — кивнул Элиаст. — Чудесно! — улыбнулась Миранда, поднимаясь со своего места и кинув взгляд на всё ещё мирно дремлющую тётушку. — Играть с Вами в четыре руки — одно удовольствие. Надо только тише, чтобы не разбудить мою родственницу. Я помню, Вы сами писали пьесы. Всё ещё продолжаете? — К сожалению, нет. — О, как же так? У Вас прекрасно получалось. Вам не стоит забрасывать, — ворковала девушка, уводя Элиаста в музыкальный зал. Граф вздохнул и приказал самому себе оставить мысли о восстании и сосредоточиться на другом. В конце концов, Миранду он видит не так часто, хочется произвести на неё хорошее впечатление. Всё остальное сейчас вторично.

***

      Подростки осторожно передвигались по тёмным коридорам, прячась в соседних проходах при любом намёке на чужой голос где-то поблизости. Оба были напряжены до предела. Энди метался взглядом по стенам и по окнам пытался предположить, в какой части поместья они вообще находятся. Однако вскоре они по чистой случайности вновь наткнулись на лестницу. Вела она наверх и сначала подростки подумали, что им она без надобности. Но Бертис успел заметить, что лестница также шла и вниз, просто этот её кусок не был слишком хорошо заметен из-за особенностей планировки, если только не приглядываться специально. Друзья, не сговариваясь, свернули туда, особенно после того, как вновь где-то неподалёку услышали голоса. — У меня плохое предчувствие, — шептал Энди, когда они бежали вниз по лестнице. — По-моему, мы это выяснили ещё минут пятнадцать назад. — Да, знаю, просто оно усиливается. — Постарайся не думать об этом, сейчас не до этого, — пробормотал Бертис, слетев с последней ступеньки лестницы и теперь осматриваясь в поисках дальнейшего пути.       Вообще, вариантов было не так уж и много. Впереди тянулся коридор, который каких-либо ответвлений не имел. Где-то впереди он заворачивал вправо, и на этом всё. Ну, разве что было несколько дверей в какие-то помещения. Энди почувствовал запах сырости и предположил, что до подвала они-таки дошли. — Ну, что… Пошли, проверим эти комнаты? — неуверенно предложил Бертис. — Ну, нам другого не остаётся. Идём.       Но только подростки сошли с лестницы и прошли по коридору шагов семь, они услышали чёткий звук открывающейся двери где-то впереди за поворотом, там же вновь послышались голоса. Энди, шагавший позади друга, так и застыл на месте. И куда им теперь? Бежать назад на лестницу? Телепортироваться? Впрочем, скелетон всё решил за них обоих, пихнув одну из дверей рукой. Та, к счастью, поддалась, и парень затащил Энди внутрь небольшого помещения с каким-то хламом, закрывая дверь за собой. Прятаться тут было негде, а поэтому друзьям оставалось только молиться, чтобы сюда больше никто не зашёл. Голоса приближались. — Чёрт, а что если они как раз сюда и направляются? — еле слышно прошептал Берт. — Значит приготовься доставать меч, чтобы всадить его кому-нибудь куда-нибудь, — так же тихо ответил Энди. — А сейчас помолчи, пожалуйста.       Шаги были уже совсем близко, и эндермен был уверен, что те, кто там был, давно бы их заметили, если бы Бертис не завёл их в эту комнатушку. Теперь в голосах можно было чётко различить слова: — …если это и в самом деле были они, почему ты всё ещё здесь? Почему не ищешь со всеми?! — Элиаст, ну ты-то должен был как-то узнать о произошедшем, вот я и… — Куда Энди смотрел в момент телепортации? — Чего? Какая разница? — Дурак! В какую сторону смотрел — туда и переместился! Ты запомнил? — Да нет… — Ой, толку с тебя! — Почему бы тебе не попросить Беренгара помочь? Пусть поколдует там, а то вечно тут отсиживается! — Молчать! Не говори так беспечно о том, чего не понимаешь! Ты просто…       Дальше уже сложно было что-то разобрать. Однако Энди боковым зрением увидел, как встрепенулся Бертис. Едва шаги чуть утихли, скелетон зашептал: — Сердце Моря как раз говорило о Беренгаре. — Это же голос Байна, да? Готов поспорить, он с графом говорил сейчас. Интересно, то, что он говорил про Беренгара… Что означало слово «тут»? Он говорил про подвал или про всё поместье в целом? Было бы неплохо узнать. — Возможно, мы на правильном пути. Интересно, они ушли уже? — Не знаю. Давай попробуем пройтись дальше по коридору, может, что-то прояснится. Так… Ты их слышишь? Я — нет. Идём? — Ага, вперёд, — ответил Бертис, тихонько приоткрыв дверь.       В коридоре друзья, к своей радости, никого не обнаружили, а потому стали идти дальше, стараясь не издавать лишних звуков. Они аккуратно свернули за угол и заметили струящийся свет из щели между полом и дверью одной из комнат. Дальше можно было увидеть лишь ещё несколько дверей и очередную какую-то лестницу. — Спорим, они выходили отсюда? — кивнул Бертис в сторону комнаты со светом. — Наверняка? Там тихо? Давай зайдём, может, там будет что-то. Открыто же? — Вроде, что-то слышу. Только не могу понять из-за акустики, оттуда или нет. Сложно сказать. Хотя, кажется, нет, это где-то в другом месте звуки. — Тогда заходим. — Только открывай аккуратно.       Энди осторожно, без лишних скрипов, приоткрыл дверь, отметив про себя её тяжесть. Удача была на его стороне, и дверь почти не издала никаких звуков. Хотя, возможно, всему виной были хорошие петли. Подростки шагнули внутрь и тут же оба распахнули глаза от удивления. Комната была куда больше той, в которой они прятались несколько минут назад. Да и комнатой её из-за размеров сложно было назвать. Скорее, зал. Достаточно темный, освещаемый несколькими факелами какого-то странного, тускло-красного оттенка. Из-за этого место соединения стен с потолком трудно было разглядеть, что ещё больше зрительно увеличивало помещение. Почти весь зал был заставлен столами, на которых валялись самые разные предметы и приспособления. Энди разглядывал все эти листья, камушки, колбочки и держатели для них, причудливой формы ёмкости, ножи с необычно заточенными лезвиями и великое множество других вещиц и не понимал, то ли тут явно давненько нормально не убирались, и половину всего этого барахла просто однажды кинули и забыли, то ли у каждого элемента есть здесь своё место, и подобная вакханалия при ближайшем рассмотрении превращается в особый, непостижимый для простого обывателя порядок. Энди не стал выбирать один вариант из этих двух. Было и не до этого. Бертис судорожно дёргал его рукав и тыкал пальцем вперёд, но эндермен и уже прекрасно видел, что так сильно впечатлило его друга.       В самом углу, чуть скрытое за наваленными вещами, но всё равно видимое, стояло на одном из столов оно.       Яйцо Дракона.       Во всяком случае, вряд ли кусок обсидиана будет таким гладким и вытянутым. Да и не будет внутри обычного куска камня периодически что-то мерцать и будто бы переливаться каким-то белёсо-сиреневым оттенком. Периодически, в этих вспышках можно было разглядеть будто бы очертания… Зародыша? — Я готов поспорить, что это оно. Весьма правильным решением было пойти в подвал, — тихо прошептал Бертис, не отрывая взгляда от находки. Энди ничего не ответил, так как неотрывно наблюдал за разводами внутри Яйца. Впрочем, что-то отвлекло его внимание. Парень даже сначала не понял, что конкретно, но спустя секунду осознал, что в зале послышались шуршащие звуки. Энди повернул голову и заметил, что оказывается, сбоку располагалась ещё одна дверь, незаметная, если смотреть со стороны входа, да и а целом достаточно неприметная. Сейчас она была закрыта, но за ней явно кто-то был и этот кто-то, похоже, собирался выходить.       Медлить было нельзя. Энди мгновенно телепортировался с Бертисом в сторону Яйца и вынул меч из ножен. — Хватай Яйцо, но осторожно, — только и успел проговорить эндермен. Бертис чуть помедлил, однако вдохнул поглубже и аккуратно коснулся Яйца. Ничего страшного не произошло, и Бертис обхватил его руками. Только он успел стащить его со стола, как дверь открылась, и в проёме показался мужчина средних лет в странного вида мантии, которая, по ощущениям, была ровесницей птеродактилей. — Элиаст, ты что ли? — пробормотал незнакомец будто бы сонно, и лишь в этот момент он увидел двух подростков. Бертис, как раз укладывавший Яйцо в сумку, в которую то еле влезало, застыл, вжав голову в плечи. Энди крепче сжал рукоять меча.       Не прошло и секунды, как мужчина выхватил из стоявших у самого входа в ту незаметную комнату ножен меч, и спустя мгновение Энди уже отбивался от яростных атак незнакомца. — Тревога! Все сюда! Чёртовы воры! — громко проорал мужчина, пытаясь оттеснить Энди к стене. Впрочем, Бертис, наконец засунувший яйцо в сумку, подоспел вовремя, чтобы отбить удар, от которого эндермен вряд ли бы смог нормально увернуться.       Где-то снаружи послышались шаги, кто-то уже спешил на зов. Бертис, вновь отбив удар, чётко осознал, что если сейчас они не скроются, то позже у них такой возможности точно не будет. Здесь, в этом так или иначе закрытом помещении, они с целой оравой стражников не справятся, и их история закончится здесь. Нужно было отступать и чем скорее, тем лучше. — Давай назад! — крикнул Берт и, заметив летящий в сторону вымотавшегося друга клинок, оттащил его за руку в сторону. Увы, он немного опоздал. Энди не смог как следует увернуться, и лезвие мазнуло по руке эндермена, разрезав рукав и оставив на его плече небольшую кровоточащую рану. Энди поморщился, но не остановился и продолжил бежать за Бертисом к входной двери. Подростки вылетели из залы и чуть не столкнулись с несколькими людьми в форме стражи. Для самих стражников, впрочем, такое резкое появление воришек тоже стало неожиданностью, и у подростков появились лишние две секунды, чтобы сориентироваться и кинуться к противоположной от охраны лестнице. За ними тут же погнались и, похоже, тот самый первый незнакомец тоже не отставал. Им в спину полетели ругательства и, будто бы, какой-то странный толчок. Словно мини-землетрясение. Или резкий сильный порыв ветра. Но у друзей не было времени, чтобы задумываться о природе этого явления.       Энди понятия не имел, куда им теперь деваться. Планировку здания они не знали, так ещё и вышли теперь с другой лестницы, с этой стороны всё было по-другому. Бертис бежал впереди и уже начинал задыхаться. Они уже явно вышли из подвальных помещений и теперь неслись по коридору с достаточно большими окнами и дверями, абсолютно не понимая, с какой хотя бы стороны поместья они выйдут, если выйдут вообще. В очередной раз свернув за угол, Бертис забежал в одну из комнат, утаскивая Энди за собой и закрывая дверь. — Нафига? — спросил эндермен. — Тут было открыто, а мне надо дух перевести. Может, мимо пробегут? — проговорил Бертис, но когда он обернулся, сердце у него упало. Позади них около прохода в другое помещение стоял эндермен, вооруженный мечом. Мужчина обвёл их взглядом и остановился на Энди, чуть сощурившись, а после проговорил голосом, который подростки какое-то время назад определили как «графский», следующее: — Ну, да, узнаю лицо. Байн, бездельник, иди сюда! Они сами пришли.       Из другого помещения вышел уже знакомый подросткам свинозомби, тоже вооруженный. Пока Энди пытался переварить смысл сказанных графом слов, Бертис вновь толкнул дверь и в очередной раз выволок друга из комнаты. Стражники уже успели пробежать мимо, но не продвинулись достаточно далеко, а поэтому подростки тут же были замечены. Друзья кинулись в другое ответвление коридора. Погоня продолжилась с новой силой. Через какое-то время впереди возникла винтовая лестница вверх, и Энди сообразил, что их дела совсем плохи. Лестница их замедлит, а деваться, в общем-то, больше и некуда.       Подростки стали подниматься вверх. Их преследователи были уже совсем близко, а вот сами друзья порядком измотались. Более того, на лестнице было темно, и можно было легко запутаться в мантии и слететь вниз. В тот момент Энди искренне посочувствовал всем девушкам, вынужденным всегда ходить в длинных юбках. Как, интересно, они бы здесь ходили? Впрочем, сейчас задумываться об этом было глупо, ведь голоса снизу приближались. — Бертис… — хрипло начал Энди. — Здесь лестница закручена по часовой стрелке. Я слышал, что винтовые лестницы специально так проектируются, чтобы воинам было труднее сражаться, так как большинство из них — правши. Как думаешь, то, что ты — левша, даёт нам преимущество? — Тут в целом слишком узко и тесно, так что не думаю, — кое-как ответил скелетон, продолжая подъём. — Чёрт, хоть глаз выколи, но я, кажется, вижу наверху проход какой-то. Кажется, это люк. Хоть бы только добежать…       Последнее было самой трудной задачей. Лестница действительно была слишком узкая, чтобы напасть толпой, и в итоге приходилось бежать «цепочкой». Однако один из преследователей уже был прямо за Энди и даже ударил мечом рядом с эндерменом, однако, видимо, из-за темноты и чёрной кожи парня промахнулся и попал в стену. Энди решил как-то ещё замедлить погоню, а потому резко развернулся и ударил клинком куда-то наугад. Послышался вскрик, кто-то по звукам и теням отшатнулся и упал, свалив также человека прямо за собой, а Энди продолжил бежать. — Что там было? — проговорил Бертис, достигнув прохода и помогая другу выйти с лестницы. — Я ударил одного, — ответил эндермен, пытаясь отдышаться и захлопывая люк за собой, в который уже начали долбить снизу. Пришлось закрепить петли какой-то железкой, находящейся здесь же. — Лихо ты, — усмехнулся скелетон и огляделся.       Они находились на небольшой башенке, которая ненамного возвышалась над покатой крышей. — Ого, похоже, мы сейчас на самом верху поместья. Это мы так быстро поднялись? — удивлённо проговорил Бертис. — И… Выхода отсюда нет. Весело. — Не, гляди. Мы можем пройти по крыше и спуститься вон к тому плоскому открытому участку. Не знаю, как он называется, но напоминает большущий балкон без крыши. Там, в случае чего, будет где развернуться, кроме того, там наверняка есть проход внутрь здания. Дальше уже выход найдём. — Да, да, вперёд, люк сейчас с петель слетит, — ответил Бертис. Энди легко выбрался из башни и осторожно встал на кровлю, затем помог скелетону. Подростки аккуратно пошли по крыше, каждую секунду имея шанс слететь вниз от любого неосторожного движения. Позади послышался треск люка, и тут же рядом около Бертиса пролетела стрела. — Давай скорее, мы даже в темноте прекрасная мишень. — Хороший совет. Себе его посоветуй, если хочешь свалиться. Я не вижу ничего.       Каким-то чудом подростки не пострадали от летящих в них стрел. Впрочем, как заметил Энди, стреляли стражники не слишком активно и в основном — в Бертиса. Это его озадачило ещё больше. Но главное, что до того места, которое Энди назвал балконом, они дошли и, хоть и с трудом, но спустились туда. — Великий Дракон, я всё ещё жив, — выдохнул Бертис, опираясь плечом о стену. Энди разделял его чувство. Эта крыша до сей поры была, наверное, самым опасным участком их пути по поместью.       Но радость была кратковременной. Хорошо, что с балкона действительно был выход. Плохо то, что едва друзья сделали пару шагов к нему, как в проходе показалась уже знакомая фигура графа Гортманфорста. За ним маячил Байн и ещё несколько вооружённых. Более того, там был и тот мужчина из подвала, предположительный Беренгар. Бертис сжался и сильнее обхватил сумку с Яйцом, подходя ближе к Энди, который теперь не понимал, куда отступать дальше. — Вот и попались, — констатировал Байн. — Было довольно предсказуемо, что вы двое поступите именно так, ведь других путей у вас и не было. Либо вас схватили бы в башне, либо здесь. Но всё же я впечатлён, что вы сумели успешно пройти по крыше, не сломав себе шею, — спокойно проговорил граф, но в его голосе настолько резко и отчётливо слышались угрожающие нотки, что Энди поёжился. Проклятие, связанное со зрением, не действовало, если эндермен смотрел на эндермена. И хоть обращался Гортманфорст к обоим подросткам, смотрел он в этот момент чётко Энди в глаза, что ещё больше угнетало подростка. — В вашем случае сейчас лучше сдаться, — продолжил Байн. — Если, конечно, вы оба не хотите быть покалеченными.       Подростки отступили к зубчатой стене балкона. Идти дальше было некуда. Энди искренне надеялся, что все побежали за ними к башне, и никак не подумал, что их настигнут здесь. Эндермен коснулся спиной стены и оглянулся. Он заметил, что внизу почти не было охраны. Наверное, бо́льшая её часть была в поместье, разыскивая их. В этот момент в голове у парня возник достаточно безумный, но вполне выполнимый план. Надо только всё рассчитать… И правильно реализовать. К ним уже начали подходить, а поэтому Энди стал действовать. Он тронул Бертиса за плечо и проговорил: — Знаешь, что? Давай немного полетаем! — Чего? — не понял скелетон. Граф с Байном тоже еле заметно переглянулись в смятении. — А вот что!       Эндермен в секунду подхватил Бертиса на руки, на ходу поправив сумку с Яйцом на его плече. Элиаст распахнул глаза, догадавшись, что сейчас произойдет. Он первее остальных кинулся вперёд, но не успел. Энди вскочил на стену и прыгнул вниз. Бертис закричал, но его вопль резко оборвался, когда эндермен, пролетев немного вниз, телепортировался в воздухе. — Парень что, спятил? — вырвалось у Байна, который тоже подбежал к краю балкона.       Спустя мгновение подростки очутились на земле, преодолев высоту здания без проблем. Энди опустил прифигевшего друга на землю и почувствовал, как у него трясутся руки. Он прежде никогда не пытался телепортироваться с высоты из страха сломать себе что-нибудь, но у него получилось. Более того, его даже не занесло в сторону, и он оказался под стенами поместья чуть дальше от ворот. Просто невероятно. — Энди, блин! Мы сегодня, конечно, много пережили, но у меня чуть сердце в пятки не ушло сейчас! — возмутился Бертис, которого тоже трясло. — Ещё не пережили, — фыркнул Энди, прыгнув в сторону от воткнувшейся около его ноги стрелы. — Они уже спускаются с балкона. Скоро сюда набежит вся армия этого аристократа, так что самое время делать ноги. Да поскорее.       Бертис внял совету, и оба подростка припустили во весь дух в сторону леса. Там, среди деревьев, можно было затеряться и немного пересидеть погоню, учитывая то, что несколько солдат уже вышли за ворота. Вряд ли друзья успеют спуститься с холма, добежать до города и спрятаться там при таком раскладе. — Я одного не пойму, — на бегу проговорил Энди. — Что граф имел в виду… Ух… Когда сказал, что узнал моё лицо? То есть что, твои догадки о моём отце правдой оказались? — Энди, давай обсудим это позже! Если нас поймают, мы прямиком к твоему отцу и отправимся! — кое-как сумел ответить ему Бертис, лавируя между деревьями. Они слышали погоню, но уже не видели стражников за деревьями, что, несомненно радовало. Вскоре и голоса солдат начали стихать, и Энди подумал было, что всё прошло неплохо, как вдруг Бертис споткнулся обо что-то в темноте, ахнул и с размаху грохнулся вниз. — Чёрт! Быстрее, вставай! — крикнул ему эндермен, подхватывая друга под руки и помогая встать. И даже в темноте он смог разглядеть, как лицо Бертиса исказилось от боли. — Энди… У меня снова что-то в той повреждённой ноге щёлкнуло. Теперь очень больно, — взволнованно процедил скелетон, не без помощи товарища поднимаясь с земли. — Вот дерьмо, только не сейчас! — засуетился Энди. Он обхватил Бертиса руками и повёл его рядом с собой, чтобы скелетон мог опираться на него. — Энди, мы не уйдём так далеко, нас схватят! — Ну, не знаю… Могу тебя понести, ты же лёгкий! — Но ты быстро устанешь бежать таким образом, и нас всё равно поймают! — А что ты ещё предлагаешь? У меня идей нет! Так что идём!       Бертис проковылял немного рядом с Энди, но они совсем скоро вновь стали слышать голоса и топот стражи. Скелетон вздохнул и снова начал разговор. — Знаешь, что? Отнеси Яйцо один.       Энди так и встал от подобного предложения, изумлённо уставившись на друга. — Отвернись, дурак, не хватало нам ещё твоих вспышек, — продолжил Бертис. — Координаты помнишь? Исток реки Дерри за горами Эйреа. Не забудь. Сейчас Яйцо тебе отдам. — Да ты сбрендил! Как же я без тебя пойду? Я же не могу просто взять и кинуть тебя здесь! Это как-то… Не по совести. — Ой, засунь свою совесть знаешь куда? Я — балласт. В данном случае. Со мной ты далеко не уйдёшь. В прошлый раз, когда я пытался со своей травмой что-то сделать, я чуть не утонул. Как и ты, вытаскивая меня, — проговорил скелетон, вытаскивая Яйцо из сумки. — Бертис, это была случайность. Я тебя тут не брошу. Вместе это начали — вместе и закончим. — Энди, прекрати геройствовать и взгляни правде в глаза, как бы это странно ни звучало в твоём случае! Либо отнесёшь ты — либо не отнесёт никто! Иди уже, иначе нас догонят! А я постараюсь отсидеться тут и позже вернуться в Березняки. Заодно расскажу отцу насчёт Байна, что-то тут нечисто. — А если ты не сбежишь? — с волнением отозвался эндермен. Скелетон помолчал пару секунд, вздохнул и с мрачным видом ответил: — Давай… Не думать о плохом.       Энди удручённо посмотрел в ту сторону, откуда исходили голоса солдат. Как ни крути, а скелетон был прав. Они не смогут сбежать вдвоём. Может быть, так действительно будет лучше для всех? — Только прошу, будь осторожен, — совсем негромко проговорил Энди, быстро обняв Бертиса. Тот лишь вздохнул и обнял друга в ответ, а после отдал эндермену Яйцо. — Удачи тебе. Беги скорее отсюда, — сказал Бертис и протиснулся в кусты в противоположную сторону. Энди же бросился прочь со всех ног, усилием воли заставляя себя не оглядываться в ту сторону, куда ушёл его лучший друг, и молясь, чтобы скелетон сумел оторваться от преследователей.

***

      Бертис отчаянно продирался сквозь кусты, пытаясь уйти от стражников, голоса которых с каждой секундой становились всё громче и громче. Нога нещадно болела при каждом шаге, Бертис морщился, но шёл и даже намеренно громче скрипел ветками, чтобы увести солдат от Энди. Он наконец вылез из кустов туда, где было чуть посвободнее. Подросток даже смог спуститься в небольшой овражек и прислониться там спиной к одному из деревьев. Он слышал голоса, то, как они приблизились, шаги солдат. Однако если бы он сейчас побежал — привлёк бы больше внимания. Поэтому паренёк вжался в этот несчастный овражек, словно пытаясь врасти в землю. Стража ходила совсем близко. Похоже, его не замечают в темноте, несмотря на свет факелов…       …Сильный толчок.       Бертис удержался на ногах и отпрыгнул в сторону, чудом приземлившись на здоровую ногу. Он обернулся и увидел рядом с собой Байна с мечом, который уверенно шёл в сторону скелетона. Бертис тут же вынул своё оружие и отбил первый выпад мужчины. Он даже почти не задавался вопросом, почему Байн находится на службе у какого-то графа. Важнее то, что прямо сейчас этот свинозомби пытается его убить. Однако не зря же у Бертиса к фехтованию талант! Подросток отражал удары Байна, даже несмотря на дикую пульсирующую боль в ноге. Он старался держать противника подальше от себя, но при этом всё старался выбить меч из рук мужчины. Этот трюк у него, к сожалению, пока не получался. Байн был опытным бойцом и предугадывал бо́льшую часть действий подростка. Более того, свинозомби заметил хромоту Бертиса и теперь своими выпадами всячески старался заставить парня перенести вес на больную ногу или вовсе упасть. Однако пока что у скелетона получалось держать оборону.       Бертис даже получил преимущество: Байн пропустил-таки один из его ударов и кое-как увернулся от клинка. Подросток воспользовался этим и стал теснить Байна кустам, наступая на него, уверенно держа меч в руках. Наверное, он мог бы провернуть фальшивую подсечку, как только мужчина подошёл бы немного ближе к растительности: свинозомби бы отклонился и упал. Но ему не было дано возможности осуществить задуманное. Бертис толком ничего не смог сделать, когда к ним наконец подбежали ещё трое. Подросток, к своему стыду, так вошёл в раж, что даже не услышал, как к нему подошли сзади. Другой охранник просто подставил ему подножку в нужное время, и подросток упал в очередной раз. Нога разболелась, и Бертис заскулил. Четверо мужчин встали над ним с мерзкими ухмылочками. Один из солдат отбросил в сторону отлетевший от подростка меч, и скелетон понял, что пропал. Врукопашную он даже с Оскаром нормально справиться не мог, что уж говорить о четырёх взрослых бойцах. — Ба-а-айн, ну ты даёшь! — захохотал один из стражников. — Тебя только что чуть не одолел какой-то подросток! Тренируйся лучше, что ли!       Остальные солдаты загоготали, кто-то отпустил в сторону свинозомби ещё какую-то издевательскую шутку. Байн лишь скривился и тихо проговорил одному из насмешников что-то не менее обидное.       Бертиса грубо схватили за шиворот и поставили на ноги. Руки ему мгновенно скрутили, после чего почти волоком потащили в сторону поместья, откуда им с Энди всего несколько минут назад удалось сбежать. — Будешь вырываться — шею сверну, — спокойно сказал скелетону один из солдат. Впрочем, Бертис не собирался сопротивляться. Учитывая то, как легко и без усилий его подняли с земли, в угрозе мужчины он ни капли не сомневался.       Его очень быстро привели назад к поместью. По дороге к ним присоединились несколько других стражников, которые вовсю обсуждали произошедшее. Впрочем, никто из них не упоминал, что Энди тоже попался, и пока лишь это и радовало.       Уже в поместье Бертиса затащили в одну из комнат. Стражники бросили его на пол, а спустя несколько секунд в помещение зашёл Беренгар. За его спиной стоял граф. И вот если первого Бертис пока что не слишком опасался, то вот с Элиастом всё обстояло иначе. Скелетон быстро смекнул, что на этого эндермена не действует проклятие. Он наконец получил возможность получше присмотреться к аристократу, однако когда их взгляды встретились, Элиаст так на него посмотрел, что Бертис непроизвольно сжался в комочек и понял, что живым отсюда точно уйти не сможет. Он стал просто сидеть и предельно внимательно рассматривать трещинки в полу.       Беренгар быстро подошёл к нему и грубо встряхнул. После он поднял сумку скелетона и, когда понял, что пропажи там нет, накинулся на охранников. — Второй! Где второй?! — в ярости делал выпады мужчина то в сторону одного солдата, то другого. — Мне второй нужен в первую очередь! — Гм… — осторожно начал один из стражников. — Ещё ищут. Пока что все тщетно. Как сквозь землю провалился. Но другие продолжают поиски. — Ищите лучше! Все окрестности переройте, но притащите мне этого сопляка сюда! Переверните всё!       Байн в то же самое время слушал тираду колдуна и просто ждал, когда он закончит. При этом он поглядывал на графа и с удивлением отмечал его ледяное спокойствие. Ну, это свинозомби сначала подумал, что Элиаст спокоен. Присмотревшись лучше, он понял, что ошибается.       Эндермен плотно сжал губы и чуть прищурил глаза, однако его взгляд определённо мог бы что-нибудь прожечь. Руки его, скрещённые на груди, были напряжены до предела. Гортманфорст был в ярости. Однако, вероятно, не стал показывать этого при страже, дабы не терять лицо. И Байн определённо не хотел бы сейчас оказаться на месте Бертиса. К которому уже, впрочем, успел подскочить с претензиями Беренгар. — Куда он пошёл?! В какую сторону?! — орал мужчина в лицо подростку. — Не знаю, — каждый раз тихо отвечал ему Бертис, пытаясь чуть отодвинуться от сходящего с ума Беренгара, однако стража не позволяла ему нормально двигаться. — Яйцо у него, да?! Куда он его понёс?! Отвечай мне, тварь такая! А что самое главное, откуда вы оба вообще прознали обо всем?! Так, стража, вон отсюда прочь! Вы должны искать второго!       С взбесившимся колдуном никто не стал спорить. Парочка охранников лишь осторожно глянула на Элиаста, однако тот ничего не сказал против, поэтому буквально спустя минуту солдаты покинули помещение. Беренгар же схватил сумку Бертиса и стал судорожно обыскивать её в поисках чего-то. На пол летели вещи, и в конце концов Беренгар ошеломлённо замер, когда по полу покатился аккуратный шарик с синевато-зелёной жидкостью внутри. — Сердце Моря?.. — удивлённо проследил мужчина за движением артефакта. Однако его изумление быстро прошло. — Теперь понятно, откуда информация! Где ты достал эту вещь? Отвечай мне! — Нашёл, — брякнул Бертис первое, что в голову пришло. В ответ на это он получил удар по лицу. Беренгар сорвался на какой-то полухрип-полускрип: — Ага, а инструкция по применению тоже на дороге валялась, да? Лживый щенок!       Бертис ничего не ответил на это, так как банально боялся своими словами сделать только хуже. Беренгар нервно прошёлся туда-сюда, бросая убийственные взгляды на подростка, после чего подошёл к графу, и тогда скелетон заметил, что у мужчины ужасно трясутся руки. Да и походка колдуна была какой-то странной, будто ломаной. — Я теряю контроль, мне нужно уйти, — тихо проговорил Беренгар, однако Бертис всё равно мог расслышать его слова. — Так что дальше сам.       Беренгар ушёл, оставив подростка наедине с графом. Бертис осторожно посмотрел на Элиаста и двинулся назад, прикоснувшись спиной к стене. Граф подошёл к нему вплотную и наклонился к его лицу. Скелетон совсем осунулся под его взглядом, в котором, несмотря на внешнее спокойствие эндермена, плясали искорки безумия и гнева. Элиаст крепко, до боли, сжал плечо Бертиса и прошипел ему в лицо в злобной, полузмеиной манере: — Ты — покойник.