Not Everyone/Не все

– Где ты пропадала? – спросил голос в трубке, и Энди поморщилась, вспомнив, что обещала Эмили встретиться с ней... несколько недель назад. На самом деле еще перед Нью-йоркской неделей моды. Она отняла телефон от уха и посмотрела на календарь. 16 апреля. Боже, это было больше месяца назад, она поморщилась. – Мне жаль, Эм, прости меня. Я немного тут в запарке, – извинилась Энди, расплачиваясь за рогалик и выходя на улицу. – Не осмелюсь спросить… – Сказала Эмили с оттенком отвращения в голосе. Энди рассмеялась. – Хочешь наверстать упущенное на этой неделе? Мне очень жаль, что я не вышла на связь. Я действительно была сильно занята с тех пор, как вы все вернулись из Парижа. – Хорошо, хорошо, – выпалила Эмили. – Найджел тоже хочет тебя видеть. Пьем в пятницу? Энди быстро прокрутила в голове свое расписание. – Ты имеешь в виду завтра? – Нет, Андреа. Я имею в виду через 6 месяцев. Конечно, я имею в виду завтрашний день. – Ладно, ладно. Как насчет в 8 вечера? – Подходит. Ладно, я позвоню тебе позже, – бросила Эмили, прежде чем закончить разговор. Даже уйдя от Миранды, рыжеволосая британка так и не смогла избавиться от некоторых своих вредных привычек, и Энди покачала головой, откусывая кусочек рогалика. 16 апреля. 16 апреля. С чего бы эта дата её беспокоит. – О, черт! – Энди выругалась. – Дерьмо. Черт, черт, черт! Какая-то женщина осуждающе впилась в нее взглядом, но она проигнорировала это, схватила телефон и набрала номер Найджела. – Черт! – снова выругалась она. – Офис Найджела Киплинга, – отрывисто приветствовала его помощница. – Лана? Это Энди Сакс, он свободен? – Быстро сказала Энди. – Не сейчас, Энди. Он весь день на совещаниях, но я могу попросить его позвонить тебе, когда вернется. Это срочно? – Нет, я думаю, что нет, – сказала Энди. – Вообще-то, скажи ему, чтобы он не беспокоился, я увижусь с ним завтра. – Как скажешь, Энди, – сказала Лана, прежде чем повесить трубку. – Черт, – снова выругалась Энди, прежде чем еще разок откусить от рогалика и вернуться на работу. Она забыла, что день рождения близнецов будет во вторник, а сегодня уже четверг. До сих пор все шло исключительно хорошо, но она почти не сомневалась, что забыть про наступающий день рождения промах непростительный. Что нравится 14-летним детям? Она мысленно перенеслась на два с лишним года назад, и единственное, что пришло ей в голову, это чертов Гарри Поттер. Гарри Поттер. Энди быстро сунула в рот остатки рогалика и набрала прямой номер Люси. – Офис Миранды Пристли, – приветствовал ее знакомый голос. – Люси, это Энди, – сказала она. – О нет, в чем дело? У нее был плохой день, я бы предпочла не сообщать ей больше плохих новостей, – простонала Люси. – Нет-нет. Ничего подобного. На самом деле, даже не говори ей, что я звонила. Мне просто нужно знать, по прежнему ли близнецы интересуются Гарри Поттером, – спросила Энди. – Откуда же мне знать? – Удивилась Люси. – Это твоя работа все знать, – нахально ответила Энди. – Или, по крайней мере, так было во времена меня и Эмили. – Слушай, я смутно припоминаю упоминание о следующем фильме, но он выйдет только через три месяца, – деловито сообщила Люси. – Это прекрасно. Спасибо, Люси, – сказала Энди, прежде чем повесить трубку. Бросив пустую обертку от рогалика в мусорное ведро, она нашла еще один контакт. – Триша? Это Энди Сакс. Нет, все в порядке, но я хочу попросить тебя об одолжении.

***

– Выкладывай, – произнес Найджел, как только сел, и Эмили закатила глаза. – Я только что закончила работу, неужели у меня нет ни одного свободного вечера, который не будет связан с Мирандой ... черт её побери ... Пристли, – проворчала Эмили, вставая из-за столика и направляясь к бару. Найджел смотрел вслед рыжей. – В чем её проблема? – Плохой день в офисе, – Энди тоже поглядела вслед Эмили. – С ней все будет в порядке. Найджел пожал плечами. – Я не слышал от тебя ни слова, Шесть. И подумать только, после всего, что я для тебя сделал, – сокрушался он. – Что ж, пожалуй, самое время поблагодарить тебя, – улыбнулась Энди. – Да, так и должно быть. Кстати, ты хорошо выглядишь, и Дьявол вполне исправим, так что в целом это оказалось полезным для всех нас, – усмехнулся Найджел. – Да, я так и думала, – робко улыбнулась Энди. – О боже, она влюблена. Что же произошло с миром? – Драматично воскликнул Найджел, хватаясь за грудь, когда Эмили вернулась и поставила поднос с выпивкой на середину их стола. – Вы двое уже закончили чирикать? – Спросила Эмили, садясь на свое место. – Я просто говорю, какой счастливой выглядит Энди. Разве она не выглядит счастливой, Эмили? – Сказал Найджел с озорной усмешкой, поднимая свой бокал. – Ну, она могла бы сегодня немного повеселиться со своей подружкой, – отрезала Эмили. Энди предупреждающе сверкнула глазами. – О, успокойся, Андреа, никто не знает, о ком мы говорим, и ты ничего еще не подтвердила. Не мечи в меня молнии, – отрезала Эмили. – Ладно, ладно, не ссорьтесь, девочки. Давайте пока отложим эту тему, – примиряюще поднял руки Найджел. – Слава богу, – сказала Эмили, и Энди закатила глаза. – Я думаю, что у нас есть, по крайней мере, два месяца сплетен, чтобы наверстать упущенное, – поднял бокал в тосте Найджел. – Неужели ты всегда такой стереотипный, Найджел? – Сказала Эмили, сдерживая ухмылку. – Боже, как я соскучилась по вам двоим, – рассмеялась Энди, чокаясь своим бокалом с бокалом Найджела. – Дурында, – сказала Эмили, с улыбкой подталкивая Энди плечом.

***

– А Энди может прийти на наш праздничный ужин? – Спросила Кэссиди. – Хм? – Спросила Миранда, оторвавшись от Книги. Была пятница, и они с Кэссиди остались на весь вечер одни. Кэролайн решила пойти к подруге, и Миранда подумала, что это будет хорошая возможность провести некоторое время наедине с младшей дочерью (на двадцать три минуты младшей). Суматоха последних недель нечасто давала ей проводить время наедине с более спокойной девочкой из двух близнецов. Для Кэролайн не было ничего необычного в том, что она вела большую часть разговора, и Миранда всегда с опаской относилась к девочкам как к единому целому. – Я спрашиваю, может ли Энди прийти к нам на ужин во вторник? – Повторила Кэссиди, выглядывая поверх романа, который читала. – Я знаю, что ты, вероятно, не захочешь, чтобы она была на вечеринке в следующую субботу, но во вторник будем только мы. Миранда закрыла Книгу и отложила ее в сторону. У нее была склонность забывать, насколько проницательной была Кэссиди. Кэролайн была чрезвычайно откровенна с Андреа, была в восторге от перспективы нового футбольного тренера, и ей нравилось поддразнивать молодую женщину по поводу ее возраста. Андреа была для нее любопытной новинкой. По сравнению с ней Кэссиди вела себя странно тихо, словно не придавая происходящему значения. Если уж честно, это заставляло Миранду нервничать. Хотя мнения обеих девочек имели значение в этом вопросе, Кэролайн имела склонность принимать необдуманные решения, устраивать драматические вспышки и менять свое мнение по прихоти. Она была очень похожа на Миранду, когда та была моложе, и еще не научилась искусству железного самообладания, которым теперь славилась. Хотя, по общему признанию, за последние полгода в этом фасаде было несколько промахов. Кэссиди же была более осторожна и расчетлива. Стоит ей на что-то решиться, и она становится непоколебимой силой. Она следила за планами Кэролайн и была по-своему такой же дерзкой, но в ней присутствовал острый ум, который всегда заставлял Миранду немного настораживаться. – Я, конечно, могу спросить ее, если вы, девочки, хотите. Вы обсудили это с Кэролайн? – Поинтересовалась Миранда. Кэссиди пожала плечами. – Ей все равно. – Может, и так, – сказала Миранда, поднимаясь на ноги и садясь на край дивана, на котором развалилась ее дочь. – Ей нравится Энди, – сообщила Кэссиди. – Я это слышала. Несколько раз. А тебе? – Спросила Миранда, не сводя с дочери глаз. – Она милая, – пожала плечами Кэссиди. Миранда молчала, ожидая, будет ли ее младшая дочь более откровенной. – Она умна, и она говорит со мной о разных вещах, – продолжила Кэссиди. – Вещах? – Переспросила Миранда. – Ну, знаешь, политика и все такое. И она дала мне эту книгу, потому что думала, что она может мне понравиться. – Значит, ты не возражаешь, что я провожу с ней время? – Уточнила Миранда. – Нет, с какой стати? – Это хороший вопрос. Однако, если у тебя есть какие-то проблемы, я хочу, чтобы ты знала, что можешь прийти ко мне в любое время, – серьезно сказала Миранда. Кэссиди кивнула. – Так ты спросишь ее? – Да, я спрошу ее, – подтвердила Миранда. Ее младшая дочь удовлетворенно кивнула и вернулась к своей книге. «Гордость и предубеждение». Миранда покачала головой. Оказалось, что ее младшая дочь и Андреа одинаково любят нелепые любовные истории. Тем не менее, она не могла не одобрить, что Элизабет Беннет была, по крайней мере, разумным примером для подражания.

***

Когда Кэссиди легла спать, Миранда взяла телефон и набрала номер Андреа. – Телефон Андре-й-а, – раздался в трубке протяжный голос. – Эмили? – Сказала Миранда, прежде чем смогла остановиться. – О, черт! Черт возьми! – Красноречиво, – сказала Миранда. – Дай мне, пожалуйста, Андреа. – Алло? – произнес знакомый голос в трубке. – Моя бывшая первая помощница пыталась издеваться надо мной? – Спросила Миранда. Андреа рассмеялась в трубку. – Я хочу верить, что так оно и было. – Ах ты, корова! – Раздался голос на заднем плане, и Миранда закатила глаза. – Где ты сейчас? – Спросила Миранда. – С Найджелом и Эмили, выпиваем по коктейлю, – ответила Андреа. Ее голос звучал достаточно весело, чтобы Миранда подумала, не задать ли им несколько вопросов, но передумала. – Да, но будь осторожна, Найджел имеет привычку поить и развязывать людям язык, заставляя говорить то, о чем они искренне сожалеют на следующий день, – предупредила она. – У меня есть подозрение, что за этим заявлением стоит какая-то история, ммм, – усмехнулась Энди. – Которую ты никогда не услышишь, уверяю тебя, – строго сказала Миранда. – Кто звонит? – спросил мужской голос на заднем плане. – Никто, – быстро ответила Андреа. – Чушь собачья, – услышала она голос Найджела, прежде чем в трубке послышалась явная возня. – Здравствуй, мой дорогой старинный друг, и где же ты сегодня вечером? – Поздоровался Найджел. – Дома, где и вы все должны давно уже быть, судя по звукам, – саркастически заметила она. – Ты должна присоединиться к нам, – заявил Найджел. – Сегодня вечером я с детьми, и я думаю, что Андреа и Эмили достаточно потрепали твою кредитку, не добавляй сюда и мою, – сказала Миранда. – А теперь верни Андреа. – Возможно, ты права, – рассмеялся он, прежде чем отдать трубку. – Извини, – вернулась Андреа. – О чем ты хотела поговорить? – Ничего такого, что не могло бы подождать до завтра. Иди и спокойной ночи, но помни, что я говорила о Найджеле, – добавила она с ноткой веселья в голосе. – Я считаю себя предупрежденной, – солидно ответила Андреа. – Я дам тебе знать, когда буду дома. – Спасибо, я была бы тебе очень признательна, – искренне сказала Миранда. – Спокойной ночи, Андреа. – Спокойной ночи, Миранда, – ответила девушка, прежде чем закончить разговор. Миранда покачала головой. Ей просто придется спросить ее об этом завтра.

***

Миранда готовила омлет, когда услышала, как ее телефон зазвонил на столе позади нее. – Кэссиди, ты можешь взять? Это может быть важно, – сказала Миранда, беря тарелки, которые она подогревала в духовке. – Это Лесли, – сообщила Кэссиди. – Дай мне, – быстро сказала Миранда, выключая плиту и быстро выхватывая телефон у дочери, едва успев увернуться от Патриции. – В чем дело? – рявкнула она, и ее сердцебиение взлетело до небес. – Ого, и тебе доброе утро, – ответила Лесли, когда Миранда вышла из кухни и закрыла за собой дверь. – Успокойся, Миранда, это всего лишь звонок вежливости. Извини, я не хотела поднимать тревогу. Миранда глубоко вздохнула и взяла себя в руки. – Я просто подумала, что надо бы тебя проверить. Я сегодня в офисе, и мне показалось, что это самое подходящее время, – объяснила Лесли со смешком. – Ты не такая забавная, как тебе кажется, Лесли, – язвительно сказала Миранда. – Рада знать, что ты справилась там с сердечным приступом, – сказала Лесли. – Я вспомнила, что у девочек скоро день рождения. Я попросила своего помощника прислать кое-что, – сказала она. – Какая забота, – саркастически заметила Миранда. – Мне было интересно узнать, как Андреа собирается участвовать в этом деле, – сказала Лесли. – Похоже, в последнее время я больше времени провожу в разговорах с Люси, – сказала она понимающе. – Да, я была занята, Лесли, как ты прекрасно знаешь, – сказала Миранда. – О, это хорошо, а я то честно начала думать, что ты избегаешь меня из-за моего предложения на прошлой неделе, – прямо сказала Лесли. Миранда ощетинилась. – У меня нет времени обсуждать это в субботу утром, Лесли, позвони мне в офис в понедельник, – отрезала Миранда. – Нет, я думаю, мы должны обсудить это прямо сейчас, Миранда. Ты сама хотела, чтобы тебя держали в курсе, а быть в курсе это значит не прятать голову в песок. – Я ничего подобного не делаю, – огрызнулась Миранда. – Ну, хорошо, тогда дай мне пять минут, чтобы объяснить, почему я думаю, что мы должны привлечь девочек к этому делу, и ты можешь пересмотреть свой ответ, – сказала Лесли. – Мы больше не будем обсуждать этот вопрос, Лесли. Мое мнение не изменилось. Я не знаю, почему ты настаиваешь на этом вопросе, – отрезала Миранда. – Миран ... – начала Лесли. – Нет. Придумай что-нибудь еще, – коротко бросила Миранда, прежде чем закончить разговор. Ее телефон зазвонил снова, но она проигнорировала его. Она точно знала, что у Лесли на уме. Она связалась с ней на прошлой неделе, чтобы обсудить стратегию, которую они с Тришей разработали. Давайте-ка изобразим одну большую счастливую семью; пикники в парке, прогулки с собакой: она, Андреа и девочки будут настоящей визитной карточкой плакатной лесбийской семьи. Тогда она сказала "нет", и не собиралась отступать. Патриция засопела под ногами, заставив Миранду подпрыгнуть. Очевидно, собака выследила ее в фойе. Сенбернар с грацией некрупного северного мишки плюхнулась на персидский ковер, который Миранда приобрела для прихожей. Ее совершенно не волновало, что он был сделан вручную в Иране. – Вот и я так думаю, Патриция, – сказала Миранда, собираясь с мыслями и почесывая собаке холку. В тот день, когда родились близнецы, она пообещала себе, что никогда не выставит их напоказ для прессы. Конечно, в те времена еще существовала некоторая дистанция и уважение к общественным деятелям, особенно в Нью-Йорке. Но рассвет эры интернета и возросший темп новостей разорвали это негласное соглашение на части. Однако до сих пор ей удавалось не вовлекать дочерей. Прессе пока было наплевать на двух её девочек-подростков. Они были скучными детьми. Они ходили в школу, вовремя возвращались домой, делали домашние задания и играли в футбол по выходным. Они не вываливались пьяными из клубов и не устраивали публичных дебошей, и Миранда надеялась, что так все и будет. Нет, пресса могла писать о ней все, что угодно, но она не собиралась ввязывать в это своих девочек. Ее телефон зазвонил в третий раз, и она, собравшись с духом, подняла трубку. – Этот разговор окончен, Лесли, – резко сказала Миранда. – Слушай, не вешай трубку. Я знаю, что ты не хочешь ими пользоваться, Миранда – начала Лесли, – но ты можешь хотя бы выслушать меня? Миранда вздохнула. – Послушай, счастливые семьи это скучно. Привлекательная молодая женщина, висящая на руке гораздо более старшей, хорошо известной, богатой женщины, это одно, – сказала Лесли. – И хотя это, безусловно, повлияет на тебя, Миранда, я беспокоюсь не о тебе. – Андреа, – настороженно произнесла Миранда. – И я цитирую: «Если ты не наймешь ее, ты идиот», – закончила Лесли. – Как, скажи на милость, тебе это удалось? – Вздохнула Миранда. – Не имеет значения, как я это достала. Одна ссылка на Миранду Пристли. Всего одна ссылка, и возникнут серьезные вопросы о том, как Энди удалось подняться по карьерной лестнице так легко и так быстро. Старший репортер политических новостей? Меньше чем за два года? К сожалению, судя по тому, как это выглядит, она многое не выиграет от этих отношений. Причина, по которой Триша так сильно настаивает на девочках, заключается в том, что это резко смягчает этот угол. Люди не проводят время с чьими-то детьми, если они просто ищут карьерного роста или денег, – продолжила Лесли как ни в чем не бывало. – Я знаю, что ты не хочешь и думать об этом прямо сейчас, но это вещи, которые вам обеим придется обдумать, если вы когда-нибудь захотите выйти вместе на публику. – Так ты хочешь сказать, что это ради Андреа? – Уточнила Миранда. – Я говорю тебе, что сейчас наша самая большая неизвестность заключается в том, как общественность воспримет Энди. Триша уверена, что ее образ и ее работа выдержат любую критику, я имею в виду, что нет никаких сомнений в том, что девушка талантливая писательница, но я хорошо знаю количество идиотов в Америке. Ее карьера в журналистике длится немногим больше двух лет. Что-то, вроде этого вашего с ней, может разрушить то немногое, что ей удалось построить. Ты наняла Тришу, чтобы защитить ее. Вот что предлагает Триша. Я просто хочу, чтобы вы обе были в курсе всех вариантов и наших причин для их выбора, – тактично закончила Лесли. – Как дипломатично, – сказала Миранда с ноткой гнева в голосе. В этот момент Кэссиди высунула голову наружу. – Омлет остывает, – сообщила она. Миранда уставилась на дочь. У близнецов не было никаких забот в мире, в крепости, которую Миранда построила вокруг их жизни после последнего развода. Она так много работала, чтобы снова сделать их семьей, чтобы дать им счастливую жизнь. Сейчас все было лучше, чем когда-либо, и впервые с тех пор, как она решила ввести Андреа в их жизнь, она поняла, что, возможно, подвергает все это риску. Не говоря уже о карьере Андреа. Тень сомнения, которую она так охотно игнорировала, начала медленно возвращаться в ее сознание. – Да, спасибо, Боббси, – сказала она. – я скоро буду. Кэссиди кивнула и вернулась на кухню. Миранда уставилась на дверь, которая закрылась за ее дочерью. Да, Андреа была важна для нее. Очень важна. Однако девочки были ее жизнью. Она не поставит их на линию огня. – Я не буду этого делать, Лесли, и это последний раз, когда мы с тобой обсуждаем это, – решительно заявила она. – Хорошо, – сказала Лесли. – Ну, тогда мы просто продолжим двигаться вперед, как и раньше, и я дам знать Трише, что это не обсуждается. Ей придется посоветоваться по этому поводу с Андреа, чтобы и она знала, – добавила она. – Конечно, – сказала Миранда. – Могу я говорить откровенно, как твой друг? – Спросила Лесли. – Продолжай, – вздохнула Миранда. – Я знаю, что предостерегала тебя от нее, но Андреа мне нравится. Я также начинаю думать, что она бросит все ради тебя, – сказала Лесли, прозрачно предупреждая. – Я понимаю Лесли, – сказала Миранда, тяжело опираясь на перила. – Ладно. Поговорим об этом, когда захочешь, – закончила разговор Лесли. Лесли повесила трубку, но ее слова громом звенели в ушах Миранды. Когда они с Кэссиди, наконец, сели завтракать, ее телефон зазвонил снова. – Это Энди, – сказала Кэссиди с улыбкой, глядя на дисплей и протягивая руку к телефону. Однако Миранда оказалась быстрее, сбрасывая звонок. Кэссиди озадаченно посмотрела на нее. – Я перезвоню ей после завтрака, – пояснила Миранда, заставляя себя улыбнуться дочери. Кэссиди внимательно смотрела на нее мгновение, прежде чем пожать плечами. – Не забудь спросить ее, – напомнила она, отрезая кусочек омлета и отправляя его в рот. – Конечно, – спокойно ответила Миранда, возвращаясь к завтраку. Присутствие Андреа на дне рождения девочки было теперь самым далеким от ее мыслей. На самом деле, все, о чем она могла думать, это как избавить Андреа от этой ситуации. Ей не следовало слушать протесты репортера той ночью в её квартире. Ей следовало сразу же подчиниться логике. Это была ошибка, и эта ошибка может иметь разрушительные последствия для всех них. Ей не следовало позволять этому зайти так далеко.

***

Вечером, когда Миранда ложилась спать, рядом с ней завибрировал телефон. Она взяла его и провела пальцем, чтобы открыть сообщение. «Эй, все в порядке? Я была уверена, что ты захочешь утереть мне нос тем, что я страдала от похмелья весь день :P Прости, если я была немного не в себе прошлой ночью!» - Говорилось в сообщении. Миранда почувствовала, как чувство вины сжало ее внутренности, и ее рука начала дрожать. Когда она нажала кнопку "ответить", в груди у нее образовалась тяжесть. «Все хорошо. Кэролайн вернулась домой, и мне позвонили с работы. Просто занята, рада, что ты в порядке. Я как раз иду спать, скоро с тобой поговорю. Спокойной ночи», - набрала она, прежде чем нажать "отправить". Ответ пришел через несколько мгновений. «Сладких снов, Миранда. Целую.» Миранда зажала рот рукой, сдерживая рыдание. Нет, она не должна была позволить этому зайти так далеко.

***

Энди уставилась на свой телефон. Что-то не так. Она не знала, что именно, но что-то произошло между тем, как она разговаривала с Мирандой в пятницу вечером, и тем, как она пыталась дозвониться до нее в субботу. Наступил воскресный вечер, а она все еще не получила известий от главного редактора. Она уставилась на контрабандный экземпляр "Гарри Поттера и принца-полукровки", который Триша умудрилась раздобыть для нее. День рождения близнецов был через два дня. Видимо ей придется доставить им подарок курьером. Она ни за что на свете не могла понять, что же она сделала не так, чтобы ее встретила стена молчания, внезапно возникшая в их отношениях. Единственное, что она знала наверняка, так это то, что Миранда Пристли избегает ее. Энди отшвырнула телефон в сторону. Если этой женщине требовалось немного личного пространства, она даст его ей. На самом деле прошел всего лишь один день, возможно, она действительно была занята. Но что-то подсказывало ей, что это не так, но она решила пока не обращать на это внимания.

***

– Ты в порядке? – Спросила Элис. Было утро понедельника, и Энди была взволнована. Сегодня утром она попыталась дозвониться до Миранды в офис, но ей отказала Люси. Это была ее третья попытка связаться с главным редактором, после того как ее звонки дважды отправили прямо на голосовую почту на личном мобильнике Миранды. – Нет, – ответила Энди. – Господи, ты выглядишь дерьмово, что происходит? – Ахнула Элис. – В этом-то и проблема, что я не знаю, – начала Энди, но зазвонил ее сотовый. – Извини, Эл, мне действительно нужно ответить. – Эй, ладно. Ты знаешь, где я, если понадоблюсь, – сказала Элис. Энди кивнула в знак благодарности, прежде чем ответить на звонок. – Триша, что, черт возьми, происходит? – Энди? Я не знаю, что ты ... подожди ... подожди. Ты вообще разговаривала с Мирандой? Я предполагала, что она позвонила тебе. Я просто сужу по телефонным звонкам Лесли в субботу, – сказала Триша. – В субботу? – Озадачилась Энди. – Да. Что происходит, Энди? – Спросила Триша. – Это ты мне скажи. Я почти ничего не слышала от Миранды с пятницы, – сказала Энди. – О, – тихо произнесла Триша. – Да, именно. Похоже, ты знаешь об этом больше, чем я. – Все, что я знаю, это то, что Лесли говорила с ней в субботу относительно будущей стратегии. Я давила на Лесли, чтобы она попыталась втянуть Миранду в это дело и немного вовлечь девочек. Только для пары фотографий, – объяснила Триша. – Ну, я могу предсказать, каков был ответ на этот вопрос, – усмехнулась Энди. – Но это не решает моей проблемы. – Ну, вообще-то может быть, – сказала Триша. – Причина, по которой я действительно хотела вовлечь девочек, заключалась в том, чтобы защитить тебя. Энди на мгновение замолчала. – Идиотизм, – сказала она наконец. – Прошу прощения? – Искренне удивилась Триша. – Я про предложение, – пояснила Энди. – Триша, спасибо, что позвонила. Я скоро с тобой свяжусь, – сказала она, прежде чем закончить разговор и снова набрать личный номер Миранды. Когда звонок снова переключился на голосовую почту, Энди попыталась обуздать свой гнев. – Миранда, ты не можешь избегать меня вечно. Сегодня утром я разговаривала с Тришей. Перезвони мне. – Коротко закончила она, прежде чем бросить трубку. Миранда выслушала сообщение, ну что ж, очевидно, она была не слишком хитра в своей тактике уклонения. Она думала, что, если будет держаться подальше, это поможет ей получить ясный взгляд на ситуацию. Однако ее мозг уже два дня ходил по кругу и возвращался только к одному логическому решению. Закончить отношения. Не имело значения, насколько было больно, ни одно развитие ситуации не было жизнеспособным в долгосрочной перспективе. Они могли бы заявить об отношениях, не вовлекая девочек, но это нанесло бы непоправимый ущерб карьере Андреа. Она могла бы поставить девочек на линию огня, не имея абсолютно никакой гарантии, что это поможет в любом случае. С другой стороны, они могли продолжать встречаться тайно, пока им обеим не надоест прятаться, или это не сломит их; или пресса узнает и разнесет их жизни в хлам, опять же поставив Андреа и девочек во главу удара. Миранда знала, что некоторые сражения не стоят того, чтобы их продолжать. Иногда цена была слишком высока, и на этот раз она была намного выше, чем она была готова заплатить. Она не станет подвергать риску людей, которых любит. Для всех участников было бы лучше, если бы они покончили с этим прямо сейчас, пока она не почувствовала себя еще более привязанной к этой девушке. Она потянулась к телефону и перезвонила Андреа. – Она жива, – прошипела Энди в трубку, в ее голосе явно слышался гнев. – Ты не могла бы приехать сегодня вечером в особняк? – Да, в котором часу? – Желательно после того, как девочки лягут спать. Я попрошу Роя забрать тебя. – Для че… – Сегодня вечером, – отрезала Миранда. – Я не хочу обсуждать это по телефону, – закончила она, бросая трубку. Когда Миранда осторожно положила телефон обратно на стол, она глубоко вздохнула и сжала кулаки, пытаясь унять дрожь, охватившую ее. Не стоит сейчас разваливаться на части.

***

Энди вошла в таунхаус с трепетом и гневом. Было больше 11 вечера, и в доме было тихо. Девочки определенно уже были в постели. Уклоняясь от догадок, она направилась прямо в кабинет, и когда дверь открылась при ее приближении, Энди сразу же отметила жесткую позу и деловую манеру поведения женщины перед ней, когда Миранда вежливо пригласила ее войти. Ла Пристли была в своем доме, и Энди подавила желание закатить глаза на женщину, когда та закрывала дверь. Она видела обнаженную Миранду, отчаянно цепляющуюся за простыни, стонущую и умоляющую о большем, и ожидала, что сейчас сработает образ Снежной Королевы? Вряд ли. – Прежде чем мы начнем… – О, прекрати нести чушь, Миранда. Давай сразу к делу, хорошо? Я прекрасно знаю, что ты не собираешься вовлекать в это дело девочек. Это всегда была твоя позиция, как я и подтвердила сегодня утром в разговоре с Тришей. – Да, мы ... – Нет. Дай мне закончить. Я никогда не ожидала, что ты поставишь девочек на кон ради меня. – Твоя карьера пойдет прахом, – отрезала Миранда. – С моей карьерой все будет в порядке. А ты кто такая? Гадалка? Ты не можешь всего предвидеть, – отрезала Энди, входя в личное пространство Миранды, заставляя главного редактора отступить к столу. – Это и был твой великий план? Бросить все из-за моей карьеры? Могу ли я просто повторить это еще раз? МОЯ КАРЬЕРА. Так как насчет того, чтобы позволить мне принимать решения, – резко бросила Энди. – Они должны тебе "Оскар". Ты, безусловно, заслужила его за этот излишне драматический спектакль. Миранда вскинулась, но Энди проигнорировала ее, сделав еще один шаг вперед, так что бедра Миранды уперлись в стол. Энди смотрела прямо на женщину, тяжело дыша, а потом бросилась вперед и крепко прижалась губами к губам Миранды. Это не было нежно. Обида, гнев, облегчение, страх и сотни других различных эмоций ворвались в этот поцелуй, и девушка вскоре обнаружила, что стол пошатнулся, когда Миранда с силой оттолкнулась от него, прежде чем развернуть и прижать к нему Энди. Репортер застонала, когда полированное дерево больно впилось ей в бедра, а Миранда раздвинула ей ноги, чтобы встать между ними. Она сбросила с плеч блейзер Энди, выдернула рубашку из брюк и принялась расстегивать пуговицы. Это было безумно и отчаянно, но она отбросила все сомнения, помогая редактору снять одежду. Едва ее рубашка коснулась пола, как тут же полетел лифчик. Миранда толкнула ее обратно на стол, и Энди застонала, когда главный редактор обхватила губами ее уже напряженный сосок, а ее руки начали лихорадочно расстегивать ремень Энди. Миранда отстранилась от ее груди, но только для того, чтобы заставить их губы снова сомкнуться. Энди почувствовала резкий металлический привкус крови во рту, когда рука Миранды скользнула под ее нижнее бельё, а затем два пальца вошли глубоко и резко внутрь, прежде чем она успела возразить. Она накрепко вцепилась в край стола, пока Миранда с силой трахала ее. Главный редактор зарычала, и использовала бедро, чтобы увеличить силу своих толчков. Она пила стоны Энди с губ девушки, отчаянно прижимая их губы вместе. – Миранда, – застонала она, но редактор вжалась в нее еще глубже. Она была неумолима, не давая пощады, не давая ни мгновения передышки, пока Энди не почувствовала, как ее внутренние мышцы сжались, и это застало ее врасплох, она вскрикнула и тяжело обмякла. Они обе тяжело дышали. Миранда прижалась лбом ко лбу Андреа, ее пальцы все еще были глубоко погружены в девушку. Она чувствовала, как тепло стекает по ее руке, и смотрела, как Андреа вздрогнула, всхлипнула и осторожно отодвинулась. Она попятилась, держа влажную руку подальше от своего тела, как будто это было оружие, над которым она не имела никакого контроля. Андреа смотрела прямо на нее, наблюдая за ней, и Миранда заметила, как страх начал закрадываться в лицо репортера. – Миранда, – в отчаянии произнесла Андреа. – Не делай этого. Главный редактор дрожащей рукой провела по лбу. Она посмотрела на полуобнаженную 26-летнюю девушку, прислонившуюся к ее столу, чье будущее и чья карьера висела на волоске. Андреа Элизабет Сакс была готова пожертвовать своей мечтой о том, чтобы оказаться в передовых окопах журналистики, сражаться за правое дело, и ради чего? Ради трижды разведенной 53-летней женщины с двумя детьми и большой собакой. Нет, подумала Миранда. Ни в коем случае. – Мне очень жаль, Андреа, но я не могу этого сделать, – сказала она. Андреа уставилась на нее. – Миран… – снова начала она, и умоляющие нотки в ее голосе пронзили грудь Миранды. – Нет, – строго сказала Миранда, глубоко вздохнув и выпрямив спину. – Андреа, мне нужно, чтобы ты ушла. – Миранда, ради бога! Ты можешь хоть на минуту успокоиться и подумать об этом? – Потребовала Андреа, гнев возвращался к ней. – Ты что, не понимаешь? – Рявкнула Миранда. – Я уже думала об этом. Это была ошибка, Андреа. Ты была ошибкой. Я не знаю, о чем я думала, – закончила она, переводя дыхание и выпрямляясь во весь рост. Ты ужасный человек, подумала она, с отвращением глядя на свою влажную руку и вытирая ее о юбку. – 26-летняя бывшая сотрудница? Хотя твои услуги и были весьма приятными, Андреа, я думаю, что мы закончили здесь, – спокойно произнесла Миранда, прежде чем повернуться и направиться к двери. – Не думай, что я не знаю, что ты делаешь, Пристли, – выдохнула Андреа, едва сдерживая ярость. Миранда открыла дверь и обернулась. – Мне все равно, что ты думаешь, – холодно бросила она, прежде чем выйти за дверь и плотно закрыть ее за собой. Энди стояла в кабинете, брошенная, ее тело плавилось от пережитого оргазма, а разум обескуражен. Она почувствовала, как по все еще обнаженному телу пробежал холодок. Нагнувшись, она схватила с пола свою одежду, быстро накинула ее, прежде чем покинуть и кабинет, и Миранду навсегда.