Not Everyone/Не все

Позади них раздался настойчивый вибрирующий шум, и Миранда зарычала. Она отстранилась от Андреа и приготовилась уничтожить то, что могло помешать успешному воссоединению. – Мой телефон, – пояснила Андреа, ощутимо задыхаясь. – Это с ним все утро, – добавила она, высвобождаясь из объятий и направляясь к кофейному столику. Миранда глубоко вздохнула и поднесла руки к губам, не совсем веря в то, что произошло с тех пор, как она проснулась сегодня утром. Резкий вдох заставил ее обернуться и увидеть побледневшее лицо Андреа, в ужасе глядевшей на экран телефона. Пять минут покоя. Неужели я действительно прошу так много? – В чем дело? – Спросила Миранда, стараясь сдержать свое разочарование. – Нехорошо, это очень нехорошо, вот что это такое. – Что они раскопали на этот раз? Моего второго бывшего мужа? – Спросила Миранда, пытаясь поправить прическу. – Хуже. Звонит моя мама. Миранда почувствовала, как ее губы сжались. Женщина не могла бы выбрать худшее время, подумала она. Кто-то решил наказать ее, она была совершенно уверена в этом. Она вздохнула: – Ты должна ответить, Андреа. Она, наверное, волнуется. – Ты же это не всерьез! – Воскликнула Андреа, поднимая глаза, прежде чем телефон снова завелся в ее руке, заставляя ее закатить глаза. – Я пока позвоню Лесли и поговорю с Тришей. Иди и поговори со своей матерью. – И что я должна ей сказать? – Правду, – ответила Миранда. – И какую именно? Миранда предпочла проигнорировать неуверенность в голосе девушки. Она сама навлекла это на себя, и теперь ей просто необходимо было проявить настойчивость. – Не придумывай ничего. Ты же знаешь, на чьей я стороне. – Нет. Вообще-то, нет. – Публичность, Андреа, и все, что с ней связано, – деловито ответила Миранда, как будто это должно было быть более чем очевидно. – Ты уверена? Миранда подняла бровь. – Что я сказала всего пять минут назад? Не заставляй меня повторяться, Андреа, ты же знаешь, как это нравится мне. Андреа закатила глаза. – А ты ожидала чего-нибудь меньшего? – Хмыкнула Миранда в ответ. – Нет, Миранда, – нахально ответила Андреа. – Перезвони маме, – повторила Миранда. – Я не собираюсь провести весь день в плену у папарацци. Я бы предпочла разобраться с ними раньше, а не позже, и осмелюсь сказать, что, возможно, стоит предупредить твоих родителей. Девушка посмотрела на нее, прежде чем взять себя в руки и набрать номер, поднеся телефон к уху и направившись в сторону своей спальни. – Мама? – она услышала, как Андреа начала разговор, прежде чем дверь закрылась с тихим щелчком. Миранда глубоко вздохнула, сунула руку в карман пальто, достала свой телефон и включила его. Она понимала, что поступает безответственно с работой. Но она жила надеждой, что ее сотрудники сумеют организовать несколько встреч и позаботятся о том, чтобы журнал не прогорел в ее отсутствие. Редактор поморщилась, просматривая список пропущенных вызовов, отметив, что лидирует личный номер Джейсона Арчера. Два часа назад она заверила его, что все под контролем. Так и должно продолжаться. Разберусь с ним чуть позже, подумала она. Миранда быстро нашла номер Лесли и набрала его. – Где ты сейчас? – спросила она вместо приветствия. – У тебя дома. А мне нравится, как ты все тут поменяла, – ответила Лесли. – Я нашла славное кресло в кабинете и собираюсь приковать тебя к нему, когда у нас будет очередной пиар-кризис. – Прелестно, – прокомментировала Миранда. – Ты ведь понимаешь, что мне нужно управлять компанией? – Да, я в курсе, – саркастически заметила Миранда. – Ну, так, в следующий раз, когда все полетит к черту, как насчет того, чтобы ты дала мне знать, что, черт возьми, происходит, чтобы я могла делать свою работу, не гоняясь за тобой по всему Манхэттену! – заорала Лесли. – Ты закончила? – Вообще ни разу. Мы обсудим условия твоего контракта, когда все закончится, – сказала Лесли. Миранда закатила глаза. – Мне нужно, чтобы ты провела все какие можно исследования в отношении тиража для «Подиума» и любых ожидаемых потерь или прибылей в результате всего этого. Мне нужно, чтобы отчет был готов в течение следующего часа. Джейсон Арчер пытался связаться со мной, и он может захотеть перенести заседание совета директоров на любое время, которое сочтет нужным. Я не хочу идти туда неподготовленной. – Я бы порекомендовала тебе адвоката, – сказала Лесли. – Кого-нибудь специализирующегося на кадровой политике, у меня есть пара имен. – До этого еще не дошло, – сказала Миранда. – Тем не менее, – намекнула Лесли. – Прекрасно, – ответила Миранда. – У тебя был хороший год, Миранда, а дела о дискриминации всегда выглядят уродливо. – Я живу надеждой. – Подумай об этом, когда придет время. Давай пока разберемся с ближайшей ситуацией, хорошо? – Сказала Лесли. – Ты можешь позвать Тришу? Устроим конференцию. Я полагаю, она все еще с тобой? – Где-то тут, – сказала Миранда. – И я должна сказать, что Кара это абсолютная мечта, – продолжила Лесли, как ни в чем не бывало, а Миранда направилась к двери, которую она по ошибке открыла в первый раз, когда пришла сюда, и искала ванную комнату. – Согласна. Но учти, я не собираюсь вернуться домой и обнаружить, что ты её соблазняешь, – предупредила Миранда, постучав в дверь. – Она приготовила мне завтрак, – мечтательно протянула Лесли. – Как мало надо чтоб тебя впечатлить, – заметила Миранда, открывая дверь, и ее внимание переключилось на девушек в гостиной. – Лесли на проводе, Триша, – сказала Миранда. – Идешь? Триша кивнула и вышла в коридор. – Если это намек, – зевнула Кармен. – То спасибо за компанию, Триша, мне нужно немного поспать, – обезоруживающе улыбнулась блондинка. – Отличная идея, – не сдержалась Миранда, разглядывая соседку Энди. Кармен проигнорировала ее, прежде чем захлопнуть дверь в свою комнату у нее перед носом. – Очаровательно, – пробормотала Миранда, убирая телефон от уха и нажимая на громкую связь, когда они вернулись в гостиную. – Ты на громкой связи, – сообщила Миранда. – Ладно, что там происходит, Триша? – Спросила Лесли. – Честно говоря, понятия не имею. Миранда? – Обратилась к редактору Триша. – Кстати, а где Энди? – Она разговаривает в спальне со своей матерью, – сказала Миранда. – Ой, – посочувствовала Лесли, и Триша поморщилась. – Действительно, – сказала Миранда, бросив взгляд на дверь спальни Андреа. – Ну, это же не тот 26-летний парень, который хотел подпортить тебе лицо, – фыркнула Лесли в трубку. – Не смешно, – строго заметила Миранда. – Ладно, вернемся к нашим баранам, – сказала Лесли. – Миранда, все кончено. Эта фотография была гвоздем в крышку гроба «рабочих отношений». Даже я не могу ничего изменить. Я совершенно уверена, что ты понимаешь это. – Да, – просто ответила Миранда. – Триша сообщила мне, что они выследили тебя до дома Энди, – обвиняюще сказала Лесли, прежде чем продолжить, – и Андреа спускалась, ее фотографии есть во всем интернете, поэтому все знают, что вы обе там, в этом здании. – Ну и что теперь? – Спросила Миранда. – Ну, можно гарантировать, что они будут у всех входов и выходов из этого здания, если только ты не планируешь спастись по воздуху, – сказала Лесли. – Ну что ж, это интере.. – Нет, Миранда, – прервала ее Лесли грозно. Миранда позволила легкой улыбке заплясать в уголках ее губ, и Триша ухмыльнулась. – Я практически вижу, как вы вдвоем щебечете там, – проворчала Лесли в трубку. – У нас есть два варианта: во-первых, вы обе игнорируете это и позволяете им спекулировать и копать, как они хотят. Во-вторых, мы бьём их в лоб. Я настоятельно советую второе. Триша? – Я чувствую, что это также в интересах Энди. Однако я также хотела бы повторить свою просьбу о близнецах на этот раз, – добавила она, когда за ними открылась дверь. – Нет, – это вернулась Андреа, с полуслова уловив смысл просьбы Триши. – Моя позиция такая же, как и раньше. Девочек держат на расстоянии. Я соглашусь на все остальное. Миранда бросила благодарный взгляд через плечо, но он быстро сменился беспокойством, когда выражение лица девушки сказало ей, что дела идут не очень хорошо. Она подавила свой гнев на мать Андреа, зная, что это не принесет пользы. Телефон в руке брюнетки снова зазвонил, и она вздохнула. – Я должна ответить, – вздохнула она. – Это папа теперь. – Андреа, с тобой все в порядке? Брюнетка только махнула рукой, прежде чем вернуться тем же путем, которым пришла, и на этот раз дверь закрылась с большей силой. – Ладно, договорились, – согласилась Лесли. – Триша, найди эту баристу и получи комментарий, даже если тебе придется выбить его из нее. Миранда, я только что получила электронное письмо от Марисы, перешлю его тебе. Когда ты хочешь выступить перед прессой? – Сегодня, – сказала Миранда. – Ну, тогда, похоже, мы с тобой на одной волне. Ты хочешь чтобы я написала заявление? – Нет, – строго ответила Миранда. – С этим я справлюсь сама, Лесли, спасибо. – Ладно, ладно. Суть должна быть в том, что да, вы в отношениях; нет, это началось не в период работы Андреа в «Подиуме»; да, вы снова встретились на вечеринке по поводу старта « L'Homme»; нет, ты не отбила ее у баристы, вы начали встречаться уже в новом году. Понятно? – Да. – Закатила глаза Миранда. – Постарайся не быть слишком изобретательной, – деловито приказала Лесли. – Все должно быть просто и четко. – С каких это пор ты считаешь нужным давать мне такие советы? – Вот-вот. А это хорошая мысль. Давай держи свою пресс-службу в ежовых рукавицах, – обиделась Лесли. При этих словах Миранда не смогла удержаться от смеха. – И это все? – Спросила Миранда. – В значительной степени команда будет контролировать все остальное. Скажи «А», а мы подхватим далее все сами. Да, и постарайся выглядеть как можно моложе, когда выйдешь из этого здания. Я не хочу, чтобы видели Миранду Пристли – мать, я хочу Ла Пристли – богиню моды. Миранда ощетинилась, даже Триша поморщилась. – А ты умеешь обращаться со словами, Лесли, тебе кто-нибудь говорил об этом? – Ледяным тоном заметила Миранда. – Ты и говорила, старушка, – рассмеялась Лесли. – Триша? – продолжала она. – М-м-м, – ответила девушка. – Убедись, что все в порядке, – приказала Лесли, прежде чем повесить трубку. Триша нервно хихикнула в сторону Миранды, и главный редактор предупреждающе посмотрела на нее, прежде чем потянуться к телефону и набрать номер. – Джейн, – рявкнула Миранда в трубку. – Мне нужно, чтобы ты позвонила Джейсону Арчеру и сказала ему, что я свяжусь с ним, как только смогу. Передай ему, что в настоящее время я готовлю заявление для прессы, которое пришлю ему заранее, и, пожалуйста, перешли ему отчет по исследованию от команды Лесли, он уже должен быть в почте. Скажи ему, что я буду более чем счастлива встретиться с советом директоров, однако, предпочтительнее завтра утром из-за изменения обстоятельств, о которых, я уверена, он знает. Кроме того, мне нужна одежда. Никакой деловой одежды и ничего темного, что-то повседневное и светлых тонов. Также нужно кое-что для Андреа, проконсультируйся с Сереной или Эмили, поскольку они знают все о ее размерах. Это все, – закончила Миранда и повернулась к Трише. – У тебя есть все необходимое? – Спросила Миранда блондинку, которая быстро что-то печатала на телефоне. Триша вскинула голову и кивнула. – Да. – Хорошо, а теперь убирайся, – приказала Миранда. Миранда увидела, как у девушки отвисла челюсть. – Мира… – Я плачу тебе жалованье, Триша, и не за твой комфорт. Подожди в холле или где угодно, мне все равно. Нам с Андреа нужно немного уединения. Триша бросила на нее еще один взгляд, прежде чем поспешно кивнуть, схватила свою сумку и вышла из квартиры Андреа, оставив Миранду одну в гостиной. Редактор глубоко вздохнула, села на диван, избегая смотреть на закрытую дверь спальни, где была Андреа и откуда слышался приглушенный голос девушки, все еще разговаривающей по телефону. Она посмотрела на часы. Было 8.45 утра. За последние три часа вся ее жизнь перевернулась с ног на голову, и последствия все еще оставались неясными. Невозможно было предсказать, что произойдет сейчас. Она знала, что не пользуется популярностью у прессы. Были причины, по которым она собрала множество прозвищ на протяжении долгих лет. Каждый раз звучало одно и тоже: что она жестока, холодна и расчетлива. Что она стерва. Но ее никогда не волновало, что люди пишут о ней, они могли говорить все, что угодно. Работа была выполнена, и уровень ее не имел себе равных. Тем не менее, она задавалась вопросом, насколько ее репутация теперь поставит их обеих под угрозу. Как далеко зайдет пресса, чтобы сломить ее и прихватить с собой Андреа? Миранда вздохнула и поднялась на ноги, затем посмотрела на все еще закрытую дверь спальни и сосредоточилась на телефоне. Если дела пойдут плохо, девочкам не стоит оставаться в городе. Она еще раз глубоко вздохнула и набрала номер бывшего мужа.

***

– Лапа, успокойся, – сказала Серена Джейн умиротворяющим тоном, наблюдая как Эмили закатила глаза. Джейн выглядела так, словно у нее вот-вот случится сердечный приступ. – Новая девушка абсолютно бесполезна, исполнительный помощник Джейсона Арчера такое шило в заднице, а Миранда ушла в самоволку, и теперь ей нужна еще и одежда для нее и для Андреа! Она сказала, что ты знаешь размеры, –заломила руки Джейн. Эмили глубоко вздохнула и бросила косой взгляд на открытую страницу на экране ноута. Андреа там выглядела неплохо в классическом костюме, и Эмили не была уверена, что согласна с решением Миранды сменить наряд. Это была хорошая смесь Хай-стрит и дизайнерского решения, не слишком броская цена. Блузка была, пожалуй, чересчур строгой. Вот из более мягкого материала, немного более женственная, будет достаточной корректировкой. – Джейн, возвращайся к столу. Серена и я все сделаем и отправим с посыльным, – распорядилась Эмили, не отрываясь от экрана. – Спасибо, – выдохнула Джейн. – О, и Миранда сказала что-то там про тона и менее деловой стиль… – Да, да, – отмахнулась Эмили. – Иди уже. – Веди себя прилично, – упрекнула Серена британку. – Даже ты должна признать, что сегодня не обычный день. – Определенно нет. – Она тебе уже перезвонила? – Спросила Серена, имея в виду Андреа. – Нет, но тут вот сообщают, что Миранда сейчас находится в её квартире. Так что Андреа сейчас либо срывает с нее одежду, либо... – Эмили передернулась. – Срывает с себя одежду? – Услужливо подсказала Серена. – Ну, вот спасибо тебе за этот образ, – фыркнула Эмили. – Я не смогу заснуть еще неделю, образ голой задницы Миранды будет выжжен в моем мозгу. – Значит, ты думала только о ее заднице? – Заинтересовалась Серена. Эмили застонала и потянулась к стационарному телефону, набирая внутренний номер издательства. – Лана, он свободен? Речь идет о том, чтобы… – Гол в ворота Мирэнди? – Уточнила Лана. – Что? – Не поняла Эмили. – Миранда ... Энди, Мирэнди, ты не поняла? – Если ты дорожишь своей жизнью и своей работой, я настоятельно рекомендую тебе забыть об этих своих каламбурах. – Ой, все. – Так что там Найджел? – Слушай, он сейчас на совещании, я могу попросить его перезвонить тебе? – Предложила Лана. – Хорошо, скажи ему, если он не застанет меня на месте, пусть перезвонит Серене, – сказала она, вешая трубку. – Что думаешь о блузке от Джейкобса? Оставим все остальное? – Вернулась она к Серене. – Думаю, брюки тоже стоит поменять, – наклонила голову Серена, разглядывая фотографию на экране. Зазвонил телефон, и британка сняла трубку. – Эмили Чарльтон, – сказала она. – Ого, как деловито профессионально, – хмыкнул Найджел в трубку. – Поцелуй мой зад, – фыркнула она. – Послушай, Серена считает, что брюки должны быть более строгими. Я считаю, можно оставить их, надеть красивую блузку от Марка Джейкобса, немного аксессуаров. К чему Андреа строгость в одежде? Она слышала, как на заднем плане смеется Найджел. – Я понимаю и твою точку зрения, и Серены, но Шесть встречается с Мирандой Пристли, и ей полагается быть разодетой. – Ее уже сфотографировали сегодня утром, – сказала Эмили. – Если она переоденется, это будет выглядеть инсценировкой. – Весь мир театр. Никого это не волнует. Сделай картинку сказочной. Типаж – воскресный бранч, длинные ноги и каблуки. Добавь блейзер, если так тянет подчеркнуть профессионализм. – Я не хочу нести ответственность за это всю оставшуюся жизнь. Миранда меня убьет если что не так, – фыркнула Эмили. – Да, она может. Пошли оба варианта. – А как насчет самого Дьявола? – Трахабельность, – лаконично внес вердикт Найджел. – Ты мне отвратителен, – простонала Эмили, прежде чем резко прервать разговор. – Мандреа? – Предложила Серена. – О-оо, а может лучше Саксли? Как думаешь? Эмили застонала громче, сегодня будет исключительно длинный день.

***

Раздался тихий стук в дверь ее спальни, и Энди подняла голову. Ее утренняя головная боль вернулась и продвинулась от тупых молоточков в висках до серьезного гула с тех пор, как она закончила разговор с родителями. Мать была вне себя от ярости, а отец скорее больше потрясен. Он присутствовал при эпизоде ее трудовой биографии "Миранда против урагана" в 2006 году и совершенно не понимал, как она перешла от ужаса при упоминании имени Миранды к тому, чтобы делить с ней постель. С другой стороны, у ее матери оказался отменный лексикон, что позволило быстро перевести обычную ругань в площадную брань и закончить беседу. Она опустила голову на руки, услышав, как открылась дверь, и вскоре в поле ее зрения появилась пара черных туфель от Кристиана Лубутена. – Андреа, – мягко позвала Миранда, – возьми это, они помогут, – закончила она, протягивая две белые таблетки и стакан воды. Энди подняла голову и пристально посмотрела на Миранду: –Ты пытаешься накачать меня наркотиками? Моя мать предположила это в качестве возможного объяснения наших отношений, – вздохнула она устало, схватив стакан, но отмахнулась от таблеток. – Я уже приняла две таблетки пару часов назад, – объяснила она. – У меня в сумке есть кое-что покрепче, если тебе нужно, – поведала Миранда. – Судя по твоему лицу, все прошло не очень хорошо. Энди фыркнула. – Это преуменьшение века. Мне повезет, если мама не примчится с дробовиком и заранее подготовленным мешком для трупов. Вернее тебе повезет. – Ну, я обязательно захвачу телохранителя на день благодарения с твоей семьей, – фыркнула Миранда, и Энди увидела, как главный редактор поджала губы, без сомнения, сдерживая язвительные замечания, адресованные в адрес ее матери, и вместо этого подошла ближе к кровати. Миранда села рядом с Энди и глубоко вздохнула, прежде чем заговорить. – С тобой все в порядке? – Спросила она, укладывая голову девушки себе на плечо. – Честно? У меня похмелье, – начала Энди, снова уронив голову на руки, – и оно не проходит. Это, – сказала она, неопределенно махнув рукой, не открывая глаз, указывая на телефон, – не помогло. – Я так и думала, и меня это тоже не удивляет. Я чувствую запах алкоголя, просачивающегося из твоих пор. – Это тоже не помогает, – прорычала Энди ей в подмышку. – Ты не из тех, кто злоупотребляет спиртным. – Ну, это была твоя чертова вина, – сказала Энди, поворачивая голову, чтобы посмотреть на Миранду. – О, и где я была, когда ты решила встретиться нос к носу с бутылкой водки, покоящейся под журнальным столиком? –Спросила Миранда, приподняв бровь. Энди сокрушенно покачала головой. – Иногда ты чересчур наблюдательна, ты это знаешь? – пробормотала она. – Уверена, это один из моих многочисленных недостатков. – Боже, я, должно быть, выгляжу дерьмово, – простонала Энди, – если Великая и Могучая Миранда Пристли признает свои недостатки. – Ну, я вижу, зато твое чувство юмора все еще не утрачено, –сказала Миранда, поджав губы. – Ты заноза в заднице, – сказала Энди. – Мне кажется, ты уже упоминала об этом пару раз, Андреа. – Ну, так и есть, – кивнула Энди, и легкая усмешка заиграла в уголках ее губ. Ей этого так не хватало. Это легкое подшучивание было хорошо знакомо. В то время как весь остальной мир решал их судьбы, она, по крайней мере, знала, что это осталось неизменным. – А где Триша? – Спросила Энди, внезапно заметив отсутствие своей тени. – Я подумала, что нам нужно уединиться. Небольшая передышка, – сказала Миранда. – Так ты ее выгнала, да? – Нет, я просто попросила, чтобы она нашла себе другое место в здании. – Она все еще в здании? – Удивилась Энди. – Да, Лесли предпочла бы, чтобы кто-то остался, чтобы проследить это до конца. – Где же она? Прячется на крыше? – Что ж, сегодня достаточно ясный день для этого, – пожала плечами Миранда. Энди усмехнулась. – Я забыла, что когда ты не ведешь себя как ненормальная, ты на самом деле довольно забавная. – Ненормальная? – Да, а у тебя для твоего поведения есть другое слово? – Спросила Энди, подняв бровь. Миранда хмыкнула в ответ на замечание, но ничего не сказала. Какая-то часть Энди понимала, что ей следовало бы разозлиться еще больше, что сегодня она слишком легко позволила главному редактору вернуться, но другая ее часть просто устала от всего. Устала от борьбы, устала от всего остального мира, думающего, что они имеют право голоса в ее личной жизни, устала от того, что мнения других людей привели ее к тому, что она была брошена в течении трех долгих месяцев, а теперь оказалась запертой в своей собственной квартире с человеком, который был виновником всего этого. И все же, именно это было единственной хорошей вещью сегодняшнего дня. Миранда была здесь, а не пряталась за стеной приспешников в священных залах «Подиума», притворяясь, что ее не существует. Пресса может быть адской, но они, возможно, только что оказали ей огромную услугу, и она не собиралась тратить ее впустую. Она больше не хотела ссориться. Энди протянула руку и осторожно положила ее на предплечье Миранды, слегка сжав его. Это должно было успокаивать, но все равно было странно, как будто она делала что-то, чего не должна была делать. Она знала, что последние три месяца Миранда причинила ей столько вреда, что требовалось нечто большее, чем быстрый поцелуй на ее кухне. Миранда посмотрела на нее и судорожно вздохнула, когда ее глаза метнулись к руке, лежащей на ткани ее пальто. Энди провела своей ладонью по руке Миранды, мягко скользя, пока она не дотянулась до тыльной стороны ладони редактора и нежно сжала ее. Миранда повернула свою руку под ладонью Энди, соединяя их пальцы. – Все будет хорошо, – сказала Энди, глядя на их соединенные руки. – Ты не можешь этого знать, Андреа, – ответила Миранда. Энди подняла голову и поймала взгляд Миранды. – Ну, смотри сама. В худшем случае я всегда могу устроиться на работу в "Старбакс", – лучезарно улыбнулась она. Миранда усмехнулась, мягко сжав ее руку, прежде чем встать на ноги. – Кстати, я собираюсь сварить кофе, – сообщила она, снимая пальто. Энди зачарованно наблюдала за ней. – На тебя варить? –Спросила Миранда. Энди кивнула. – Хорошо, я скоро вернусь, – сказала Миранда, направляясь к закрытой двери. – Миранда? – Позвала тогда Энди, поднимаясь на ноги. Они снесли несколько стен между собой, но разговор не закончился. Не для нее. Что-то осталось невысказанным, и Энди была полна решимости выяснить это. – Хм? – обернулась редактор, чтобы испустить испуганный вздох, когда ее спина ударилась о дверь. Энди остановилась, ее лицо было в нескольких дюймах от лица Миранды, когда она вглядывалась в ледяные голубые глаза. Она не знала, что там ищет, может быть, намек на ложь? Или, может быть, что-то, что указывало бы на то, что все это снова развалится на куски завтра, или на следующей неделе, или в следующем месяце. Но она видела только усталость и надежду. Миранда чувствовала, как дверь позади нее впивается ей в лопатки. Она проигнорировала ощущение и стала ждать. Долго ждать не пришлось. Что-то изменилось в глазах Андреа, она бросилась вперед и крепко прижалась губами к ее губам. Это было жестче, чем раньше. Поцелуй на кухне казался возвращением в прошлое, а здесь было новое начало. Андреа крепче прижала ее к двери, и Миранда почувствовала, что напряжение последних трех месяцев, напряжение этого дня, опасность того, что Кармен всего в нескольких метрах от нее, а Триша, вероятно, где-то недалеко снаружи, не волнуют ее. Когда девушка крепко схватила ее сзади за шею и прижала к себе, Миранда умоляюще всхлипнула. Это было похоже на сдачу и все же возвращение контроля, подальше от прессы, кишащей снаружи, от ее публицистов, от совета директоров, и Миранда вжалась в Андреа в ответ также сильно, оттолкнувшись от двери, ища опору в волосах Андреа, намертво цепляясь за них, царапая кожу головы и отчаянно нуждаясь в большей близости. Когда ее язык проник в рот Андреа, и поцелуй стал глубже, она услышала рыдание, вырвавшееся из груди брюнетки. Миранда отстранилась, с удивлением обнаружив, что рукава ее платья от фон Фюрстенберга влажные. – Не бросай меня больше, – тихо сказала Андреа, ее глаза блестели и были наполнены силой, которую Миранда еще не видела, – я не смогу пережить это снова. Я не смогу. Это был удар ножом в грудь, и Миранда была уверена, что он будет первым из многих. – Никогда, – сурово ответила она, обхватывая лицо Андреа обеими руками, и отчаянно вытирая следы слез. – Слышишь? Никогда. Андреа рванулась вперед, притянула к себе, поймала ее губы, и снова прижала спиной к двери. Грубое дерево впилось ей в спину, а тонкий материал ее фон Фюрстенберга стал жалкой преградой перед силой природы. Их поцелуи стали неистовыми и отчаянными, и Миранда старалась не проводить параллели между этим и последним разом, когда она обнимала Андреа. Андреа отказывалась отдать ей контроль. Она отстранилась, мгновение пристально смотрела на Миранду, а затем развернула ее спиной к себе, так что ее грудь оказалась плотно прижата к дереву, и она чувствовала, как сердце гулко колотится у нее внутри. Андреа одной рукой оттянула ее бедра назад, а другую прижала между лопаток, удерживая женщину на месте. Затем обвила рукой ее талию, пока не добралась до пряжки ремня, стягивающего платье. Она быстро справилась с этим, пряжка с глухим стуком ударилась о пол и девушка грубо начала сбрасывать платье с плеч, оголяя груди. Миранда почувствовала, как у нее перехватило дыхание, когда брюнетка провела ладонями по обнаженной коже, ловко расстегивая застежку лифчика. Она подавила вздох, когда прохладный воздух коснулся ее обнаженной груди, а Андреа легонько провела пальцами по соскам, а затем скользнула ладонями вниз по грудям, слегка сжимая их и покрывая поцелуями шею и плечо. Миранда попыталась повернуться, но Андреа уперла руки в бока и крепко держала ее, впиваясь ногтями в кожу. Репортер была кротка, но властна, боготворила и в то же время карала. Мягкие губы, но крепкие руки и ногти двигались по ее спине и ребрам. Те же самые руки скользнули по ее животу и вернулись к груди. Андреа была неумолима. Каждый раз, когда Миранда пыталась повернуться, ее удерживали на месте. Каждый раз, когда она пыталась дотянуться до девушки, брюнетка отмахивалась от ее рук. – Андреа, – отчаянно простонала Миранда. Она хотела, чтобы девушка подошла ближе, хотела увидеть ее, прикоснуться к ней, но репортер не позволила. Андреа спустилась вниз. Ее руки скользили по бедрам, лаская их. Брюнетка поцеловала ее в поясницу, прежде чем прикусить выпуклость ягодицы через ткань платья, заставив Миранду вздрогнуть. За этим последовал успокаивающий поцелуй, прежде чем Андреа начала подниматься на ноги, и продолжила использовать свой вес, чтобы сильнее прижать Миранду к жесткой деревянной двери. Миранда снова попыталась развернуться, но Андреа крепко схватила ее за руки и подняла их над головой. – Держи их там, – приказала она, мягко сжимая запястья, прежде чем снова отправить свои руки гулять по всему телу. Когда они добрались до подола платья, Андреа задрала его и с силой стянула пару чулок телесного цвета. Вниз упало и нижнее белье Миранды, а пальцы принялись ласкать клитор, заставляя ее крепче прижаться к двери. Миранда застонала и начала тереться о пальцы, которые продолжали массировать ее клитор. Она попыталась оттолкнуться от двери руками, но Андреа с силой всем телом придавила ее. Миранда прижалась щекой к прохладному дереву, продолжая отчаянно жаждать большего контакта. Другая рука Андреа начала опускаться вниз по ее спине, и Миранда почувствовала, как теплые пальцы скользнули между ее ягодиц, едва касаясь и заставляя ее выгибать спину, когда они проскользнули дальше, а затем дразняще надавили на ее уже давно влажный вход. Миранда глубоко вздохнула в ожидании того, что должно было произойти, и была разочарована, когда почувствовала, что Андреа остановилась. Теплые губы прижались к ее уху, и брюнетка произнесла: – Ты хочешь этого? – И Миранда только застонала в ответ, кивая. – Скажи это, – потребовала Андреа. – Я хочу тебя ... да, я хочу тебя, – всхлипнула Миранда, – Боже, Андреа, пожал ... – ее последняя фраза была прервана стоном, когда Андреа глубоко вдавила два пальца и начала ласкать Миранду в такт движениям пальцев на ее клиторе. Она скользила пальцами туда-сюда, начиная с нежных поглаживаний, прижимаясь лбом к щеке Миранды, когда они задышали в унисон, прерываемые лишь редкими стонами. Нежность быстро уступила место потребности, и Миранда почувствовала, как Андреа прижимается к ней, а темп ее движений увеличивается. Она слышала хлюпающий звук собственного возбуждения, и почувствовала, как что-то стекает по внутренней стороне ее бедер. Андреа отстранилась, прежде чем быстро добавить третий палец, и Миранда зашипела от наполненности. Андреа застонала позади нее, крепче прижимая ее к двери с каждым ударом, продолжая трахать Миранду в такт толчкам своих бедер. Это было жестоко и отчаянно, и Миранда вскрикнула, когда Андреа укусила ее за плечо. Стоны Миранды превратились в отчаянные крики, она чувствовала, как ткань брюк девушки трется о ее голую задницу, а грудь давит ей между лопаток, и ее пальцы повсюду. Она была так близко, но не хотела, чтобы все закончилось вот так. Используя руки, все еще прижатые к двери, Миранда оттолкнула Андреа, заставив ее потерять равновесие. Когда руки девушки соскользнули с ее плеч, она застонала и, воспользовавшись случаем, повернулась к ней лицом, прижав их друг к другу крепким поцелуем. Она схватила Андреа за бедра и потянула, прижимая их вместе. Она толкнула их вжатые друг в друга тела обратно к кровати, упав на Андреа сверху. Ноги репортера обвились вокруг ее бедер, и Миранда почувствовала, что отстраняется, чтобы посмотреть на молодую женщину под ней. – Позволь мне, пожалуйста, – хрипло попросила Миранда. – Хорошо, – сказала Андреа, и Миранда откинулась назад, села на ее бедра, и начала снимать с нее одежду, покрывая открывающуюся кожу благоговейными поцелуями. Затем Миранда сбросила свои туфли, стянула болтающееся на лодыжке нижнее белье, прежде чем вернуться на кровать и вновь оседлать бедра Андреа. Она начала раскачиваться на ней, и вскоре обе женщины отчаянно вцепились друг в друга, пытаясь дотянуться до каждого доступного дюйма кожи. Андреа разочарованно зарычала, когда ей помешало платье Миранды, все еще изображающее пояс на ее талии. Она оторвала свои губы от Миранды и грубо стянула платье через голову. – Триша, – вдруг вспомнила, бросив взгляд на закрытую, но не запертую дверь. – Ее здесь нет, – прорычала Миранда, не желая отвлекаться, и начала спускаться вниз по телу Андреа, целуя каждый дюйм, пока не добралась до простого хлопкового нижнего белья. – Но она может ... – пискнула Андреа, прежде чем ее бедра оторвались от кровати, когда Миранда провела языком по влажной ткани. – Господи, – она вскрикнула, схватившись за простыни. – Его здесь тоже нет, – хихикнула Миранда, прежде чем сорвать с репортера нижнее белье и повторить предыдущие действия уже без него. Ее язык медленно скользнул по влажным складкам Андреа, и девушка выгнула спину, крепче сжимая простыни, пытаясь не кричать. Миранда использовала плоский язык, пройдясь им по всем закоулкам, прежде чем остановить свой путь на сладком комке нервов. Дыхание Андреа стало затрудненным, и Миранда соответствовала, двигаясь, нежно обводя языком вход Андреа, проникая в нее легко, снова и снова. Репортер застонала. Она ослабила мертвую хватку на простынях, запустив руки в волосы Миранды, прижимая ее к себе и молча умоляя о большем давлении. Миранда медленно скользнула языком по клитору девушки, вызвав восхитительное подергивание во всем теле, прежде чем совсем не нежно засосать его. Она почувствовала, как руки Андреа сжались сильнее, пряди волос натянулись на ее голове, молодая женщина под ней отчаянно застонала, ее бедра поднялись с кровати и плотно прижались к Миранде. Миранда просунула руки под Андреа, крепко сжала ее ягодицы и начала увеличивать темп своих ударов языком. В скором времени она услышала, как стоны Андреа превратились в хрипы, словно девушке не хватало воздуха в легких. Тогда Миранда обхватила руками бедра молодой женщины и крепко прижала их к себе, заставляя ее опуститься на матрас. – Ебать! – крикнула Андреа сквозь стиснутые зубы. – Миранда, пожалуйста! – взмолилась она, пытаясь высвободиться из объятий редактора. Кровать скрипела и качалась под ними, Андреа отпустила голову Миранды и схватилась за спинку кровати, изо всех сил цепляясь за нее. Миранда почувствовала, как между ее ног разливается влага, и сжала бедра, чтобы унять пульсацию, усиливавшуюся с каждым стоном репортера. – О боже, мне нужно ... – воскликнула Андреа, когда Миранда добавила к языку пальцы. – Мир... пожалуйста, – простонала Андреа, ее бедра дрожали. Миранда почувствовала, как дыхание Андреа сбилось, а затем и вовсе затихло. Она резко подняла глаза и увидела, как глаза брюнетки остекленели, лицо исказила судорога, ноги неудержимо задрожали, а костяшки пальцев на спинке кровати побелели. Затем она вскрикнула, ее бедра резко рванулись вверх, а спина выгнулась дугой над кроватью. Миранда впилась в нее руками и крепко держала, продолжая атаковать языком и пальцами, подталкивая молодую женщину все выше и выше, пока та не начала умолять ее остановиться, с тихим всхлипом откинувшись на кровать и прерывисто дыша. Миранда задержалась на мгновение, чтобы запечатлеть поцелуй, который вызвал судорожное движение и протестующий стон. Она отстранилась, покрывая легкими поцелуями внутреннюю сторону бедра Андреа, прежде чем почувствовала, как ее резко потянули вверх, в объятия репортера. Андреа ничего не сказала, только снова запустила руки в волосы Миранды и притянула ее к себе, прижав их лбы друг к другу, а затем нежно поцеловала. Миранда улыбнулась, когда Андреа отпустила ее, и прерывисто вздохнула. Она еще раз поцеловала репортера, прежде чем положить голову на грудь девушки. Она почувствовала, как задрожала Андреа, и с беспокойством посмотрела вверх, увидев что та заливисто смеется. Миранда уставилась на нее. – Вот что тут такого смешного? – хрипло спросила она. – Да, господи, я не знаю. Мы? Вот это? Все? Вот так? – в ее голосе сквозило легкое недоумение. Миранда нахмурилась. – Ой, прекрати это, – Андреа поцеловала Миранду между бровей, а затем перевернула, оказавшись сверху. – Я скучала по тебе, – прошептала она, прежде чем снова завладеть губами Миранды и просунуть между их телами руку. Миранда почувствовала ее радостную улыбку в поцелуе, когда пальцы девушки, без сомнения, нашли доказательство ее сильнейшего возбуждения. Она была бесстыдно хлюпающей и не могла удержаться, чтобы не потереться о ладонь Андреа. Это простое действие быстро и эффективно толкнуло ее через край, и Миранда вздрогнула, впиваясь ногтями в плечи Андреа, крепко прижимая ее к себе и впитывая тепло момента. Когда ее тело, наконец, успокоилось, Андреа поцеловала ее в висок, прежде чем угнездиться на кровати рядом. Они обе тяжело дышали, уставившись в потолок. Миранда переплела свои пальцы с пальцами Андреа и почувствовала, как репортер сжала ее руку в ответ. Это было далеко не идеально, но в тот момент все казалось правильным в этом мире.