By My Side

OST: Sel’m — Last Hill

— Никогда бы не подумал, что скажу это, — проговорил вдруг Хаосюань, — но теперь, кажется, у меня появился замечательный аргумент во всех спорах о слабоумии и отваге. Чжань, ты не подумай, конечно, что я тебя в чём-то упрекаю... — Ты упрекаешь, Сюань. И я терплю, потому что сам понимаю, что я это заслужил, — вынужден был согласиться Чжань. — Хорошо, что ты сам это понимаешь, — поддержал общее настроение Хайкуань. — И ещё лучше, что всё обошлось. Что ты вернулся целым и невредимым… — Вы это уже десятый раз говорите, — отступившая было ненадолго усталость накатила снова, буквально прибив Чжаня к креслу, в котором он устроился. — Но обошлось же всё. И вообще, разве я не держал вас в курсе, где я и с кем? — Как тебе сказать? — хмыкнул Хайкуань. — Я сомневаюсь, что, захоти он тебя пристрелить, тебя бы спас факт, что мы знаем, что ты в каком-то полузаброшенном домике в паре сотен километров отсюда. — У меня отличный дом, — возразил Чжань. — И там есть всё, что нужно для жизни. — Однако нас ты туда не возил. И даже не приглашал, — Хаосюань шутливо надул губы, а Хайкуань добавил очень серьёзным тоном: — Ты туда даже охрану свою не берёшь. Ичжоу с Чжочэном здесь нам все мозги чайной ложечкой вынули, почему мы тебя не остановили. — Интересно было бы на это посмотреть, — Чжань засмеялся. — На каком основании вы бы могли меня остановить? И каким образом? — Да любым, — Хайкуань усмехнулся. — Пистолет к виску приставить, связать, запереть. Ты не Бэтмен, из окна не выпрыгнешь. — Не выпрыгну, — согласился Чжань. — В любом случае вы ничего не сделали, и я вам даже благодарен за это. Наверное. — Наверное? — удивился Цзаньцзинь, который до этого сидел тихо, только жареными куриными крылышками похрустывал. — Ты не уверен? — Нет, — Чжань покачал головой. — В чём я могу быть уверенным, если я по-прежнему ничего не знаю? Я пытался спрашивать напрямую, пытался в обход… И у меня такое ощущение, что он всё то же самое делает. То есть да, он действительно меня хочет, его ко мне тянет, как и меня к нему. Но с откровенностью ничего не выходит. — А что ты у него спрашивал? — Цзаньцзинь не скрывал своего интереса к личной жизни Чжаня. — Да всё, — Чжань усмехнулся. — Я хотел, чтобы он объяснил мне, кто он такой. Раз уж мы выяснили, что в полиции он служил давно и теперь вроде как не при делах. Но я так и не услышал ничего внятного. Кто он, что делает, откуда берёт деньги на «скайлайн», на посиделки в «Лань»… — Кстати, раз уж ты заговорил о «Лань», — вдруг спохватился Хайкуань, а Хаосюань напрягся. — Там кое-что случилось. Мы уже не стали тебя дёргать… — Что такое? — Чжань тут же выбросил из головы Ибо и все неотвеченные вопросы. — Мы просто пошли танцевать, — впервые за весь вечер подал голос Цзиян, и Чжань вдруг испугался. Цзиян всегда воплощал для него спокойствие и огромную внутреннюю силу, хоть и говорил обычно достаточно тихо. Прошло уже много времени с тех пор, когда его голос звучал так же глухо и вымученно. И глухие чёрные кофты с высоким горлом Цзиян тоже уже давно не носил. — Тише, — тут же повернулся к нему Хаосюань. — Давай лучше я сам всё расскажу. — Что случилось? — ледяная рука сжала сердце Чжаня, как бывало всегда, когда его накрывало плохим предчувствием и страхом за своих близких. — Не тяните же вы! Просто скажите мне, что произошло? — На Яна напали, — коротко пояснил Хаосюань, а когда Чжань вскочил на ноги, дёрнул его обратно: — Всё обошлось, сядь. — Что случилось? Кто на него напал? — Чжань занервничал уже откровенно. А ещё мгновенно ощутил вину перед друзьями. — Ему пока трудно говорить, — Хаосюань очень бережно отогнул ворот кофты, чтобы продемонстрировать Чжаню сине-фиолетовые, а местами почти чёрные отпечатки чужих ладоней. — Просто поверь мне. Всё обошлось. — Как вы это допустили? — у Чжаня в голове не укладывалось, что в его клубе кто-то пытался задушить человека из его ближнего круга. — Чжань, мы не боги, — тут же отреагировал Хайкуань, а Хаосюань виновато опустил голову. — Ты же видишь, что ему и без твоих упрёков уже достаточно. — Я вижу, — Чжань кивнул. — Сюань, извини меня, я не хотел… Просто объясните мне внятно, что произошло? Как это вообще случилось? Ведь охраны же было полно… — А вот это самое интересное, — Хайкуань вздохнул. — Всё началось как банальная драка. Какой-то мелкий конфликт, один тронул нашу девочку, второй типа заступился, и понеслось... Охрана рванула туда… — А он просто зажал мне рот и затащил в ближайшую комнату. Он сильнее меня… был… Я бы с ним не справился. Но я пытался… — тихим, безжизненным голосом пояснил Цзиян. — Он хотел тебя изнасиловать? — Чжань и так уже знал, что хотел, но ему нужно было формальное подтверждение. — Не знаю, — сдавленный, неживой голос Цзияна рвал Чжаню сердце. — Он просто рычал, как какое-то животное… Я вырывался, и он начал меня душить, чтобы я не смог закричать и позвать на помощь. — Сюань? — Чжань с трудом мог в это поверить. Хаосюань очень редко и крайне неохотно отпускал Цзияна от себя. И об этом было известно всем, кто видел этих двоих вместе. Чтобы разделить их и допустить подобное, требовалось готовиться заранее. — Я не успел, — Хаосюань с трудом сглотнул, — ничего сделать толком. Он уже успел повредить Яну связки… — Ты разобрался с ним? — перебил его Чжань, так сильно он хотел услышать ответ. — Да, — Хаосюань кивнул. — Я всё решил. — Хорошо, — Чжань кивнул. Конечно, он не мог утверждать, что, останься он в клубе, этого бы не случилось. Но тогда у Хаосюаня было бы больше времени на Цзияна, и ситуацию можно было разрешить до того, как она превратилась в настоящую катастрофу. — В связи с этим у нас возникла маленькая неприятность, — Хайкуань вздохнул. — Сюань решил вопрос радикально, и нам пришлось проявить изобретательность… — Куань, это же не главная наша проблема? — Чжань нахмурился, осознав, что даже за две ночи удовольствия придётся дорого заплатить. — Нет, — Хайкуань качнул головой. — Наша главная проблема — это весьма близкие связи этого человека с нашими партнёрами. — Вот оно что, — Чжань цапнул со стола сигареты и торопливо закурил. — Итак, давайте подведём итоги. Что мы имеем? Сначала в нашей мастерской появляется загадочный офисный сотрудник, чьё колесо было прострелено из пистолета с пулями калибра девять миллиметров. Потом этот же сотрудник офиса, с электронной биографией чистой, как лесной родник, настойчиво зазывает меня на свидания… — И ты соглашаешься, — напомнил Цзаньцзинь. — Я соглашаюсь, потому что я тоже живой человек. Я тоже хочу заниматься любовью, целоваться, сидеть вечером у камина в обнимку, просыпаться утром вместе… Я даже готов делать это не каждый день, а раз в месяц или в квартал… Но моё желание разбивается сначала о звонок с его работы, а потом и о некоторые другие обстоятельства, — Чжань не мог сказать, почему он оправдывается. — Но вы же переспали? — Цзаньцзинь заинтересовано взмахнул рукой с зажатым в ней куриным крылышком. — Да, мы переспали, — Чжань кивнул. — Но мы отошли от темы. Где-то в одно и то же время с нашим офисным сотрудником… — Твоим любовником, — поправил его Хайкуань. — Хорошо, одновременно с моим любовником на горизонте появляются загадочные поставщики, у которых есть всё, что нужно нам, по весьма вкусной цене. И они даже готовы договариваться, что сулит нам скидки, — Чжань не позволил горячим воспоминаниям сбить себя с мысли. — А ещё полицейские на гонке, — подсказал Хайкуань, а Чжань скривился, как от зубной боли. — Не напоминайте мне про гонку, — он жёстко закусил губу. — Вы вообще отдаёте себе отчёт, что в последнее время мы только теряем деньги? Наш фаворит на гонках попал в аварию, появилась полиция — нам пришлось залечь на дно. И ещё отдать выигрыш на сторону. — Твоему любовнику, — Цзаньцзинь усмехнулся, а Чжань покачал головой: — У нас раздельный бюджет. Скандал в клубе тоже можно сюда отнести. И любой исход — это основание распустить слухи, что «Лань» — это обитель насилия и разврата. Вам нужно объяснять, чем это нам грозит? — Да мы и так понимаем, — Хайкуань быстро фиксировал какие-то показатели в большой таблице на экране своего лэптопа. — И мы сами собираемся сегодня отдать свои деньги, не имея гарантий, что мы вообще получим детали. — Не получим мы никаких деталей, — Чжань покачал головой. — И если до этого я ещё сомневался, то сейчас я просто совершенно в этом уверен. К тому же эта сделка и будущая встреча очень сильно интересуют моего любовника. И когда я говорил с тобой тем вечером о месте и времени, я своими глазами видел, как человек просто каменеет. — Что ты имеешь в виду? — Хайкуань нахмурился. — Я специально повторил время и место вслух, чтобы он тоже знал, где мы собираемся встречаться с поставщиками. Так что, я думаю, в доках точно будет людно. — А что нам делать? — Хаосюань наконец смог отвлечься от Цзияна и проявить интерес к общему делу. — Пока мы не переведём им деньги, они и с места не двинутся. — Допустим, деньги мы им переведём, — Чжань помолчал. — Но я не хочу, чтобы кто-то из наших был ночью в доках. Я уверен, что добром это не кончится. — А как тогда? Если никто из нас не появится, они сразу поймут, что это засада, — Хаосюань виновато взглянул на Цзияна и тоже взял себе сигарету. — Не могу, думал, что бросил уже, но сейчас прямо руки дрожат… — Нормально, — Цзиян прильнул к его плечу. — А дашь мне? — Тебе нельзя… — мягко, как будто с ребёнком разговаривая, возразил Хаосюань. — Но я хочу, — Цзиян моментально обиделся, надул губы — и Хаосюань сдался: — Только осторожно, — он совершенно не умел противостоять Цзияну и ничего не пытался с этим сделать. — Я осторожно, — Цзиян неумело затянулся и тут же закашлялся. — Я же просил, — Хаосюань затушил сигарету, к которой сам даже не притронулся, а потом погладил Цзияна по спине. — Зачем это тебе вообще понадобилось? Ты же не курил никогда. Посиди, я сейчас тебе воды принесу. — Сюань, ты иногда такой умный, но такой тупой, — усмехнулся Хайкуань. — Видишь, тебе уже самому расхотелось. — Ян! — Хаосюань всё ещё беспокойно суетился. — Воды ему принеси! — Чжань откинулся на спинку кресла. — Давайте решать. Я думаю, что вы должны остаться здесь… — В мастерской? — уточнил Хайкуань, а Чжань задумался: — В идеале, в Доме, но я не уверен, что вы послушаетесь. — Давай уточним, когда ты говоришь «вы», кого из нас ты имеешь в виду? Яна? Цзаня? — Хайкуань переставил лэптоп с колен на столик и даже крышку закрыл, что для него означало полное внимание к разговору или делу, которым он занимался. — Их и вас с Сюанем. Я хочу, чтобы вы все остались в Доме, — определился Чжань. — А ты? — Хаосюань не мог не задать закономерный вопрос. — А я… Я, пожалуй, поеду на встречу. Возьму с собой Ичжоу, Чжочэна, может, ещё несколько человек… но немного, чтобы можно было быстро уйти, — Чжань, если бы мог, отправился бы в доки один, но эта вылазка точно стоила бы ему жизни. — Ты можешь оставить несколько человек в контейнерах, — предложил Хайкуань. — Я специально освободил пару штук… — А вот это хорошая мысль, — Чжань кивнул. — Распорядись, чтобы первая группа выезжала сейчас и располагалась там. Я допускаю, что за доками следят, но надеюсь, что ребята смогут сделать всё незаметно. Тем более пока в доках полно народу, там проще затеряться. — Хорошо, я сделаю, — Хайкуань встал и отошёл, чтобы позвонить и отдать соответствующие распоряжения, а Цзаньцзинь, временно оставшись без опоры, завалился на бок и едва не опрокинул на себя картонное ведро с остатками крылышек. — Осторожнее, — Чжань протянул руку, чтобы помочь ему выпрямиться, но Цзаньцзинь только покачал головой и улёгся удобнее: — А что твой любовник? — Что мой любовник? — Чжань не понял вопроса. — Как ты думаешь, ему это зачем? Его конкуренты подослали? Зачем? С какой целью? Втереться в доверие? Убить тебя? — вопросы сыпались из Цзаньцзиня, как горох из дырявого мешка. — Я не знаю, — Чжань пожал плечами. — Иногда мне кажется, что он начинает открываться. Но потом он говорит какую-то ерунду… и я еле сдерживаюсь, чтобы не ткнуть его в это носом. Потому что я не знаю, что он знает обо мне. Понимает ли он на самом деле, с кем имеет дело. — А ты допускаешь, что нет? — Цзаньцзинь умудрялся одновременно говорить и есть. — Я уже ничего не могу исключить, — Чжань вздохнул. — Мой возраст, например, стал для него открытием. И я не знаю, почему так. Мне казалось, что я выгляжу достаточно плохо в последнее время. — Студенты в сессию тоже плохо выглядят, однако никому в голову не приходит предполагать, что им семьдесят, — Цзаньцзинь усмехнулся. — Твой вид наркомана в ломке играет тебе на руку. Играл, по крайней мере, пока ты не выплыл весь такой красивый в брендовых тряпках в клуб. — Ты же знаешь, что я не планировал встречаться там с Ибо. Я приехал в клуб заключить сделку, поговорить с партнёрами. Я не рассчитывал, что всё закончится так, как закончилось, — снова начал оправдываться Чжань, но тут же осёкся, услышав тихий голос Цзияна. — Чжань. Я должен тебе сказать… Я всё думал… Мне его лицо казалось знакомым, но я не говорил… — Не спеши, — Хаосюань снова принялся гладить его по спине. — Я не стал говорить, — медленнее продолжил Цзиян. — Я не был уверен… И уже много лет прошло, я был уверен, что ошибся. Но сегодня… — Ты меня пугаешь, — Чжань припомнил, что такого успело случиться сегодня, чтобы Цзиян снова вспомнил что-то из своего прошлого. — Я сам испугался, — Цзиян кивнул. — Но я узнал его. — Кого? — Чжань, переспросил, чтобы выгадать себе пару секунд на осознание, хотя и так уже догадался, кого Цзиян имел в виду. — Офицера из участка, — Цзиян вздохнул и взялся рукой за горло, как будто собирался задушить сам себя. — Он тогда был совсем молодой, мальчишка ещё. Он присутствовал на допросе, когда нас повязали возле какого-то клуба. — Он бил тебя? — тут же вскинулся Хаосюань. — Он что-то сделал тебе? — Нет, — Цзиян покачал головой. — Он разрешил мне умыться и даже помог обработать рану, я разбил бровь, когда пытался вывернуться из рук полицейских, которые накрыли бордель во время облавы. А потом он так разговаривал с нами… Как будто мы люди… А не вещи. — Ян! — Хаосюань моментально побледнел и повернулся к нему всем телом. — Почему ты опять об этом говоришь? Разве мы с тобой… — Я знаю, — Цзиян кивнул. — Теперь я знаю. А тогда я думал, что я вещь. И что меня можно купить и продать. И ты… — Я тоже купил? — на Хаосюаня было страшно смотреть. — Но я же… Ян! — Ты хотел меня спасти, — Цзиян виновато улыбнулся. — Но технически… — Ян! — Чжань никогда прежде не слышал в голосе Хаосюаня столько боли. — Цзиян, — мягко окликнул его Чжань. — Пожалуйста, не мог бы ты закончить свою историю. Я должен понимать, с кем имею дело. Если это возможно, конечно. — Он нас отпустил, — Цзиян укоротил всю дальнейшую историю до одной фразы. — Нам пришлось, конечно, просидеть ночь в камере, но он принёс чай, одеяла. А ещё нашёл кучу ошибок в протоколе задержания, поэтому нас пришлось отпустить. А ещё он уговорил нас всех дать показания против сутенёра… Его тогда закрыли лет на двадцать. — Просто герой какой-то, — Цзаньцзинь усмехнулся. — Но сейчас же он не работает в полиции, — Чжань пока не знал, как ему к этому относиться. — По крайней мере, он сам так мне сказал. Мол, я служил в полиции, но это было давно. А теперь я просто выполняю заказы… — Какие? Он киллер? — тут же отреагировал Цзаньцзинь, вскинул бровь и замер, отведя в сторону руку с очередным куриным крылышком. — Осторожнее, — Хаосюань мягко отодвинул руку Цзаньцзиня в сторону, а потом посмотрел на Цзияна: — Почему ты мне сразу не сказал? — Я же сказал… — Цзиян обнял Хаосюаня за пояс и прижался к нему ещё плотнее. — Я не был уверен. Я только сегодня убедился… Когда он спрыгивал с подножки машины… в кожаной куртке поверх этой майки… Я не знаю, сколько ему тогда было. Он выглядел лет на восемнадцать, а то и меньше… Я и то казался старше него с макияжем и всеми теми нарядами. — Забудь о них, — Хаосюань злился от бессилия и невозможности избавить Цзияна от тяжёлого багажа его прошлого. — Я забыл, — согласился Цзиян. — Просто сегодня я его увидел и вспомнил. — Выходит, хоть в этом он не солгал, — Чжань тяжело вздохнул. — Ладно, я прошу вас по возможности перебраться в Дом. И не лезть на рожон, даже если будет очень сильно хотеться. Со мной будут ребята, так что мы точно справимся. — Хорошо, — Хаосюань кивнул. — Куань, что у тебя? — Чжань решил, что пора было дать Хаосюаню и Цзияну время побыть наедине и успокоиться. — Всё нормально, — он кивнул, на всякий случай прикрыв трубку ладонью. — Чжань, три секунды подожди, я ещё кое-что скажу… — Конечно, — Чжань даже подошёл поближе. — Чжань, — Хайкуань торопливо сунул телефон в карман. — Послушай… Я нашёл кое-что о наших заказчиках. Я не успел тебе сказать. Счета, на которые мы должны перевести деньги, сто процентов липовые. Куда деньги пойдут потом, я не могу сказать. И я не уверен, есть ли смысл нам их отдавать… — Мы уже сто раз об этом говорили. Без денег они не начнут отгружать товар… И даже если товара нет, без денег они не начнут стрелять по нам, потому что какой смысл? Им нужны деньги, это слишком большая сумма… — Чжань понимал терзания Хайкуаня как никто, но и последствия любого своего решения он понимал тоже. — Нам они тоже нужны. Тем более мы уже столько потеряли из-за срыва гонки и переноса всех остальных на неопределённый срок. И наш фаворит… — напомнил Хайкуань. — Вот уж фаворита точно можно нового найти, — Чжань махнул рукой. — Я готов пожертвовать этими деньгами, если это позволит мне сохранить большую часть бизнеса. Я не могу сейчас позволить втянуть меня в войну за передел территории. Это сейчас в городе нет ни одного крупного картеля, нет борделей и торговли людьми. Придёт кто-то другой — и всё вернётся. Ты же не хочешь этого? — Не хочу, — Хайкуань потёр рукой грудь, и Чжань догадался: тот всё понял правильно. И вспомнил всё тоже правильно. — Я не могу допустить… — Ты не один здесь такой принципиальный, — Чжань вздохнул. — Поэтому забирай его и уезжай в Дом. Сегодня ты за главного. И придумай что-нибудь, чтобы наши деньги нельзя было отследить. Если уж мы готовы с ними расстаться, пусть они никого к нам не приведут. — Хорошо, босс, — Хайкуань послушно кивнул. — И ты сам только не лезь никуда, хорошо? Не хотелось бы среди ночи врачей искать. — Будем надеяться, что до этого не дойдёт, — Чжань не был в этом уверен, но он собирался приложить все усилия, чтобы эта сделка не закончилась для него летальным исходом. Пусть у него и не было такой сумасшедшей любви, как у Хайкуаня с Цзаньцзинем или у Хаосюаня с Цзияном, но у него тоже была своя причина задержаться в этом мире подольше. Он просто обязан был выяснить, кто такой Ван Ибо и что ему нужно от самого Чжаня. Решительно встряхнув головой и определившись со своей дальнейшей тактикой и стратегией, Чжань отправился в раздевалку, где провёл некоторое время, старательно закрепляя на себе бронежилет, а потом распределяя по телу холодное и огнестрельное оружие. Он собирался на эту встречу как рядовой боец, подспудно готовясь к тому, что за свою жизнь придётся драться и стрелять. — Босс, мы готовы, — доложил Ичжоу, стоило Чжаню только показаться рядом с машинами. — Первая и вторая группы уже на месте, они постоянно докладывают обстановку, пока ничего подозрительного. — Хорошо, — Чжаня как раз-таки и смущало это отсутствие «подозрительного», потому что, когда в одном и том же месте ко встрече готовились сразу три стороны, что-то да должно происходить. И не факт, что если люди Чжаня так никого и не увидели, их самих тоже никто не вычислил. — Парни, вы тоже должны помнить, что мы не лезем на рожон и на провокации не поддаёмся. Если видите, что откуда ни возьмись появились силовики, ноги в руки — и чтобы духу вашего там не было. — Ты думаешь, там будут вооружённые силы правительства? — напрягся Ичжоу, но Чжань ничем не мог бы ему помочь. Он мог только предупредить. — Я более чем уверен, что кто-то будет, какая-то третья сторона. Сначала я думал, что это может быть просто ещё одна группировка, наши конкуренты… Но теперь я просто спорить готов, что это будут «силы добра», — Чжань пальцами изобразил кавычки. — А против них у нас мало возможностей, если, конечно, мы не хотим себе место в аду досрочно. Меня устраивает наше положение сейчас и я не хочу по глупости и жадности его потерять. Мне нравится безопасный город, мне нравится Дом и нравится, что вы все живы и здоровы… — Мы тебя защитим, босс! — преданно пообещал Чжочэн, но Чжань только закатил глаза, а потом приподнял край куртки, чтобы показать бронежилет и поясную кобуру. — Ты себя защити, Чжочэн. Ты хоть и раздражаешь меня сверх меры своей опекой, но всё равно куда больше нравишься мне живым, — Чжань уже не скрывал, что его утомляет такое рвение. — Босс, я просто делаю свою работу! — мгновенно вспыхнул Чжочэн, но Чжань оборвал его: — Я понял! Всё, давайте по машинам, пора уже выдвигаться. Бинь! — он окликнул своего помощника, негласно отвечавшего за мастерскую в его отсутствие. — Проследи, чтобы здесь было всё в порядке. С тобой останутся ребята, четвёртая группа… Пятая и шестая группы в Доме. Третья, слушаем Ичжоу! — Сейчас все занимают свои места, встречаемся в порту в доках… Кто видит за собой наблюдение — стряхивайте или уводите. В опасные ситуации не вмешивайтесь, если видите, что всё пошло не по плану, — выбирайтесь. Всем понятно? — Да! — Да, босс! — Мы поняли! — Вот и славно, тогда по местам! — рявкнул Ичжоу, а Чжань ловко скользнул на заднее сидение бронированного «гелендвагена». За последние пару дней он даже успел от него отвыкнуть. Махина, которую зачем-то приобрёл себе Ибо, «Тойота Тундра», больше напоминала не автомобиль для войны, а единственное средство выживания в тайге или в ледяных пустынях Канады. Задумавшись об Ибо, Чжань чуть-чуть отвлёкся от происходящего. Внезапно у него возникло совершенно глупое желание позвонить или хотя бы написать, чтобы спросить, где Ибо сейчас и чем он занимается. Может быть, тоже трясётся в машине, с обеих сторон зажатый своими боевыми товарищами? Или отдаёт приказы, разрешая бойцам стрелять на поражение? Жизнь члена банды недорого стоит, даже если он красив и хорош в постели. «Я хотел пожелать тебе удачи сегодня вечером», — неожиданно появилось на экране его мобильного телефона, и Чжань усмехнулся. Создавалось ощущение, что этот человек мог чувствовать его на расстоянии. «Спасибо, она мне пригодится», — Чжань спешно набрал ответ, а потом краем глаза заметил неодобрение на лице Чжочэна. Он и сам не знал, почему его так заводила эта ревность или собственничество, или что там ещё двигало Чжочэном, но он вдруг приписал ещё одно сообщение, которое в другой ситуации не отправил бы даже под дулом пистолета: — «Ты должен мне кое-что очень приятное. И я собираюсь в ближайшее время стребовать с тебя этот долг». «Супружеский долг для меня — это святое, жёнушка», — моментально парировал Ибо, а Чжань услышал, как Чжочэн рядом натуральным образом захрипел, словно ему не хватало воздуха. «Мне нравится, когда жёнушка ты», — очевидно, дьявол водил его рукой, когда он набирал этот текст. «Без проблем, — Ибо, похоже, никогда не испытывал проблем с поиском хорошего ответа. — Приезжай и возьми меня. Буду ждать». «У меня встреча», — Чжань дорого дал бы за возможность сорваться к Ибо прямо сейчас. «Я помню, приезжай после. Или хотя бы позвони», — очень быстро ответил Ибо, а Чжочэн демонстративно засопел, чтобы у Чжаня не осталось сомнений насчёт его отношения к Ибо. «Позвоню», — Чжань выдохнул, решительно отключил телефон, чтобы тот не сработал как маячок в неподходящий момент, а потом с самым спокойным и внимательным выражением лица посмотрел на Чжочэна: — С тобой всё в порядке? Если ты плохо себя чувствуешь, стоило остаться в Доме. — Всё в порядке, босс, — Чжочэн с трудом сглотнул, заливаясь густой краснотой. Чжань не мог не видеть, как того буквально распирало каким-то вопросом, однако задать его он не решался то ли из соображений субординации, то ли просто от стеснения. — Спрашивай уже, — великодушно разрешил Чжань, у которого от этой сцены вдруг совсем некстати поднялось настроение. — Я же видел, что ты читал. — Я случайно, босс! Просто… — Чжочэн тут же запаниковал, как школьник, застигнутый с сигаретой в ученическом туалете. — Спрашивай! — Чжань позволил себе проявить великодушие, а заодно и развлечься за счёт сурового, но наивного охранника. — А почему вы поженились и ничего нам не сказали? — Чжочэн не подвёл, сформулировал вопрос так, что Чжань не сразу нашёлся с ответом. — Чжочэн! — Ичжоу приложил ладонь к лицу, а Чжань просто расхохотался, не в силах сразу же объяснить Чжочэну, в чём заключалась вся соль их с Ибо интимной игры. А потом на это уже не осталось времени. Ичжоу взял с приборной панели рацию и объявил: — Полная боевая готовность! Мы начинаем!