By My Side

OST: Within Temptation — What Have You Done

Сколько бы Чжань ни готовился к худшему, то, что случилось в доках, превзошло самые смелые его ожидания. Площадка, выбранная местом встречи, оставалась подозрительно пустой и спустя десять минут, и даже спустя полчаса после назначенного времени. Чтобы как-то изменить ситуацию, Чжань отдал Хайкуаню команду перевести деньги. Как только тот отчитался, что задача выполнена, в доках началось движение, да такое оживлённое, как в центре города не всегда бывало. Со всех сторон появились люди, отрезая пути к отступлению. Выбраться из доков на машинах уже было невозможно, и Чжань принял решение попытаться переждать основные беспорядки, укрыв своих людей и транспорт в пустых контейнерах, специально подготовленных Хаосюанем на такой случай. — Что они сюда притащили? — тут же завопил Чжочэн, едва они оказались под защитой металлических стен контейнера. — Автоматы, кажется, гранатомёты… — машинально отозвался Ичжоу, который внимательно прислушивался к творившемуся снаружи светопреставлению и искал варианты отступления с минимальными потерями. — А ракету «земля-земля» они не прихватили? А то здесь явно по-другому не справиться! — Чжочэн не скрывал своего отношения к происходящему, выплёскивая нервное напряжение в крик и хаотичные движения, а вот Чжань почему-то никак не мог избавиться от тревоги, поселившейся в его душе с того самого момента, как Ичжоу отдал команду о начале операции. «Надо же, — Чжань невесело усмехнулся, — приехал на заключение сделки, а попал в самую гущу боевых действий». Он не собирался погибать сегодня и даже планировал вернуться в Дом до рассвета, но что-то всё равно дёргало и не позволяло здраво взглянуть на ситуацию. Словно что-то ужасное вот-вот должно было случиться, а Чжань был бессилен это предотвратить. — Босс, что делать с ранеными? — вырвал его из размышлений Ичжоу, и Чжань вздрогнул, вскинул на него глаза: — Кто ранен? Как это произошло? — Босс, все наши люди в порядке, — Ичжоу снова выглянул наружу. — Но снаружи есть раненые. Будут какие-то распоряжения? — Нужно затащить их внутрь. Может быть, кому-то ещё можно будет помочь, — Чжань сейчас едва ли мог объяснить, что им двигало. Он мало ценил человеческую жизнь в целом, предпочитая оценивать каждого отдельного человека по его поступкам. Но сейчас плохое предчувствие не отпускало, а интуиция настойчиво колотила в виски: «Помоги! Помоги кому сможешь! Сделай что-нибудь! Ты не убийца!». С последним Чжань мог бы поспорить. Пусть и косвенно, но и его руки не остались чистыми. Он привык защищать свою жизнь, жизни своих самых близких друзей и их любимых. Иногда для этого требовалось переступить черту, и Чжань делал это. Но сегодня он не собирался воевать, он не хотел никого убивать и по-настоящему боялся, что может пострадать кто-то из его людей. Они уже достаточно навоевались, чтобы теперь иметь право возвращаться домой с работы. — Парни, слушаем меня! Соблюдаем максимальную осторожность. И выбираем момент! Не надо валить напролом… — Чжань поспешил охладить геройский пыл своих людей, пока те не пополнили ряды раненых, и окликнул начальника охраны, лучше всех ориентировавшегося в ситуации на месте: — Ичжоу, здесь есть аптечки? Или нужно пробираться к машинам? — Босс, посмотри у дальней стены, Хаосюань должен был об этом позаботиться… — Босс, — Чжочэн тут же подлез под руку, Чжань даже добраться до ящиков, составленных друг на друга у дальней стены, не успел. — Но эти люди хотели нас убить. Зачем им помогать? Что мы с ними будем делать? — Мы им не помогаем, — Чжань покачал головой. — Мы просто пытаемся не стать убийцами там, где этого можно избежать. За неоказание помощи и оставление в опасности тоже можно надолго присесть. А ты помнишь наш главный принцип? — Не нарушать те законы, которые можно не нарушать, — машинально процитировал Чжочэн. — И не привлекать внимания к делам. — Видишь, ты сам знаешь ответ, — Чжань не собирался распространяться о голосе своей интуиции. — А куда их потом? — задал закономерный вопрос Чжочэн, и Чжань задумался, а потом принял решение: — Когда всё уляжется, здесь появится полиция, медицинская помощь и так далее. Их заберут. Наша задача — помочь им дожить до этого времени. Понятно? — Более чем, — Чжочэн кивнул. — Тогда я тоже пойду… — Только без глупостей. Не хотелось бы откачивать ещё и тебя, — в спину ему проговорил пессимистично настроенный Чжань, но Чжочэн тут же пообещал: — Этого не будет. В следующую секунду он исчез с глаз. Чжань добрался наконец до ящиков и принялся искать в них средства первой помощи. — Босс, посмотришь? Мне кажется, этому уже не помочь… Я его видел, кстати, в «Лань»… Кажется, это он начал драку, внимание отвлекал, — послышалось от входа, и Чжань обернулся на звук. — Я понял, — он подошёл к безжизненному телу, присел и пощупал пульс. Под пальцами не ощущалось никакого движения, и Чжань отдёрнул руку. — Ичжоу! Может, там проверять? Всех не тащить? — Здесь мало осталось людей, — Ичжоу подошёл тоже, опустился на колено и аккуратно переложил на пол контейнера ещё одно тело. — Мы уже почти всех перетащили. Живых мало… Этот и там ещё один, он ещё матерится… — Тащите, — Чжань наклонился над телом и принялся расстёгивать на нём бронежилет, чтобы добраться до раны. — Босс! — вдруг позвал его Чжочэн таким голосом, что у него похолодела спина. — Чжань, иди сюда! — Ичжоу впервые за всё время позвал его по имени при подчинённых во время операции, и у Чжаня не осталось сомнений: произошло нечто такое, что даже привычного ко всему хладнокровного начальника охраны заставило занервничать. — Оставь, сейчас ребята подойдут… Ты нужен здесь. — Что случилось? — Чжань подошёл ближе и вдруг покачнулся, потому что на долю секунды в глазах потемнело. Чжань заставил себя несколько раз глубоко вдохнуть и выдохнуть, но это мало помогло: прямо перед ним полусидел, привалившись к стене, Ван Ибо. — Сделка не состоялась? — со смешком выдавил он, а у Чжаня даже рука дёрнулась, так захотелось врезать этому придурку. Или схватить за грудки и трясти до тех пор, пока не перестанет кривить рот в ухмылке. — Как видишь, — Чжань выдохнул. И ещё раз. И ещё. — Извини, — лучше бы он молчал. — Закрой рот, — предчувствие не обмануло. Случилось то, чего Чжань никак не мог ожидать. Он был готов к тому, что Ибо попытается его убить или попробует как-то развалить его бизнес, но оказалось, что всё ещё хуже. И теперь Ибо фактически лежал перед ним и истекал кровью. И ещё улыбался. Мудак! — Ичжоу, принеси аптечку. И оставь кого-нибудь следить за входом, у нас в любой момент могут быть гости. — Слушаюсь, босс. — Босс, — Ибо снова ухмыльнулся. — Даже за пределами мастерской? Ты здесь всем заправляешь? Я должен был догадаться. — Но ты не догадался, — процедил сквозь зубы Чжань. Хотелось кричать, требовать объяснений, но он заставлял себя молчать. Он ненавидел себя и за это молчание, и за желание его нарушить, но было ли у него право требовать объяснений? Разве не они оба начали со лжи? Он скрывал от Ибо своё положение и род занятий, справедливо, что Ибо скрывал своё истинное лицо от него. И кто бы мог подумать, где они встретились настоящими! — А ты не слишком молод для большого босса? — Ибо продолжал веселиться, и Чжань поверил бы ему, если бы не взгляд. Он никогда прежде не видел такого сочетания боли, вины, ненависти и торжества в глазах одного человека. Что тот праздновал? Кого ненавидел? Перед кем был так виноват? — Я рано начал, — Чжань всё же ответил. Его руки действовали словно в отрыве от головы. Они методично ощупывали всё тело Ибо, попутно избавляя того от камуфляжа и бронежилета. Чжань видел кровь на руках Ибо, чувствовал её запах и мог поклясться, что помнит её на вкус. — Ты сказал, что больше не служишь в полиции. — Я не лгал… Чёрт! — Ибо коротко резко выдохнул, в очередной раз прокусив многострадальную губу. Чжань опустил взгляд ниже и нашёл наконец что искал. Пуля засела в бедре, застряла в мягких тканях, и Чжань мысленно поблагодарил стрелявшего за то, что тот не взял чуть левее. Если бы он задел бедренную артерию, Ибо уже не смог бы так истерически веселиться, а просто истёк бы кровью. — Не двигайся, — Чжань не был уверен, что знает, как правильно оказывать помощь в этом случае. Куда лучше он справлялся с бумагами и цифрами, мог перебрать двигатель или восстановить коробку передач. Что делать с человеком, он догадывался смутно. И чертовски боялся причинить боль. — Вообще не шевелись. — Что там? — Ибо наконец посерьёзнел. — Рана там, кровь течёт, надо остановить, а потом переправить тебя в госпиталь, — Чжань очень старался сохранять хотя бы внешнее спокойствие. — Не пойдёт, — Ибо покачал головой. — Я не могу сейчас валяться в госпитале. Я должен закончить задание… Чжань больше не мог этого слышать. Он рывком вытащил свой пистолет из кобуры и сунул Ибо в ладонь: — Давай! Заканчивай! — Ты в своём уме? — Ибо отдёрнул руку, словно Чжань дал ему не беретту, а гремучую змею, уже готовую укусить. — Заканчивай своё задание! — Чжань почти кричал. — Ты же за этим тогда пришёл? Ты искал меня! Зачем? Чтобы убить? Убивай! — Не хочу я тебя убивать! — выкрикнул ему в лицо Ибо и даже дёрнулся вперёд, словно собирался сесть прямо, но тут же побледнел и часто задышал, а на висках у него проступили капли пота. — Я не собирался тебя убивать… — Если ты рассчитывал сдать меня властям и получить за это орден, то лучше убей… — продолжал давить Чжань, понимая, что как никогда близок к тому, чтобы застрелиться самостоятельно и прямо сейчас. — У меня был другой план! — Ибо уже откровенно кричал. — Не ори, — Чжань уже жалел о том, что позволил всему зайти так далеко. Если бы он сдержался, если бы заставил себя отказаться от Ибо сразу, всего этого могло и не быть. Этих доков, где из стрелянных гильз можно отлить ещё одну терракотовую армию в натуральную величину, этих контейнеров, где они вынуждены были укрываться с машинами и ранеными, этой раны и этой крови, которую Чжань никак не мог остановить. — Ты не понимаешь, — едва слышно проговорил Ибо. — Чжань… — Я всё понимаю, — Чжань наконец смог перетянуть бедро жгутом и остановить кровь. — Тебе нужна помощь. Я понятия не имею, что было в этих контейнерах. Может начаться инфекция… — Я не могу сейчас… — снова начал Ибо, но Чжань грубо его оборвал: — Я не спрашиваю твоего мнения… — Босс, мы можем уезжать, только быстро, скоро здесь будет полно полиции и ищеек, — за его спиной нарисовался начальник службы охраны. — По машинам, Ичжоу, — Чжань кивнул. — Раненых мы оставляем? — уточнил Ичжоу, а у Чжаня на секунду сжалось сердце. — Оставляем, — Чжань кивнул. — Кроме этого, он поедет с нами. — Ты повезёшь его в госпиталь сам? — Ичжоу позволил себе эти вольности, но Чжаню сейчас было не до субординации. — Я заберу его в Дом, — это решение, похоже, было ещё хуже, чем предыдущие, но Чжань сейчас не мог поступить иначе. Он не хотел терзаться глупыми страхами и переживаниями. Он был готов выдержать битву со всем миром за право укрыть в самом безопасном месте в городе человека, который походя разбил ему сердце. И пусть Ибо сейчас топтался на осколках, Чжань всё равно собирался сделать всё, что в его силах, чтобы ему помочь. Помочь и расстаться навсегда. — Ты не можешь забрать его в Дом! — тут же взвился Чжочэн, у которого явно был дар оказываться не в то время не в том месте. — Ты не можешь меня забрать… — попытался вмешаться и сам Ибо, но Чжань сейчас не готов был никого слушать. — Кто-то из вас собирается остановить меня? — Чжань поморщился и встал на ноги. — Ичжоу, подгони машину как можно ближе. И помоги мне… В салоне «гелендвагена» царило такое напряжение, что его запросто можно было резать ножом. Ичжоу крепко держал руль и вёл машину по направлению к Дому, в то время как Чжочэн, сидевший рядом с ним, ныл, практически не делая пауз на дыхание: — Босс, ты вообще понимаешь, что ты делаешь? Как ты можешь везти его в Дом? Там же… Там же все наши… Что ты будешь делать, если он захочет от них избавиться? — Избавлюсь от него, — рявкнул Чжань. — Чжочэн, не лезь не в своё дело! — Босс! Но так же нельзя! Босс! — не сдавался Чжочэн, а у Чжаня заканчивалось терпение. — Прекрати! — прошипел Ичжоу, но Чжочэна уже понесло. — Босс! Но всё же нормально было! Мы занимались своими делами, расширяли бизнес… Ты работал, мы охраняли тебя. Но как только в мастерской появился этот… этот… этот придурок… тебя как будто подменили. Ты стал уходить от охраны, оставил дела Хайкуаню с Хаосюанем, а сам… — Короче! — рявкнул Чжань, доведённый до предела случившимся. — Босс, ты потерял голову! — выпалил Чжочэн, но, похоже, вообще никого этим не удивил. — И что? — Чжань устал ходить вокруг да около. — Я знаю. — Но ты же… — Чжочэн ожидал бурной реакции, поэтому к равнодушному согласию оказался не готов. — Я что? Я не человек? Я монстр? Я каменный истукан? Почему я не могу влюбиться в кого-то? Почему не могу сделать ошибку? Я могу! Я живой человек! — равнодушие оказалось напускным и слетело с Чжаня быстрее, чем платье со шлюхи в борделе. — Чжань, — Ибо мягко прикоснулся к его плечу, но Чжань сбросил с себя руку: — Просто лежи уже, мать твою! Лежи и молчи! — Как ты скажешь, — Ибо усмехнулся и провёл пальцами возле рта, будто молнию застегнул. Ко всеобщему удивлению, тишина продержалась до конца пути. Едва за «гелендвагеном» закрылись глухие ворота Дома, Чжочэн снова открыл рот: — Босс… Теперь его нельзя отсюда выпускать! Он приведёт полицию… — Он сам полиция, — Чжань скривился, как будто у него разом заболели все зубы. — Так что технически это я её сюда привёл. Не хочешь меня пристрелить за это? Определись, что ты делаешь. — Босс! — дикость этой мысли не хотела укладываться у Чжочэна в голове. — Чжочэн, заткнись или я сам тебя пристрелю! — у Ичжоу второй раз за последние сутки сдали нервы. — Что здесь происходит? — из-за угла дома показался Хайкуань, на согнутой руке которого буквально болтался Цзаньцзинь. — Хайкуань! Хоть ты ему скажи! Тебя он послушает! — Чжочэн тут же повернулся к нему в поисках поддержки и понимания. — Не послушаю! — отрезал Чжань и скомандовал: — Ичжоу, помоги мне перенести его в мою спальню. Только не задавай глупых вопросов. — Но есть же свободные комнаты… — похоже, Чжочэн решил, что ему уже нечего было терять. — Чжочэн, пойдём на кухню, я как раз пирог приготовил, — Цзаньцзинь как-то очень легко перетёк от Хайкуаня к Чжочэну, подцепил того под локоть и повёл за собой. — Что здесь происходит? — ещё раз переспросил Хайкуань. — Ты можешь просто объяснить? — Ибо ранен. Это достаточно просто? — Чжань не справлялся с собой, и каждая секунда промедления просто убивала его. — Не ори, — Хайкуань кивнул. — Я тебя понял, я распоряжусь насчёт доктора. Позвать Цзаня? — Я сам, — Чжань моментально ощутил вину перед лучшим другом. Тот ведь даже слова против не сказал, просто спросил, что случилось. Он имел на это право. — Прости… — Потом, — Хайкуань махнул рукой. — Дай знать, когда будешь готов нас выслушать. У нас с Сюанем есть что тебе рассказать. — Я понял, — Чжаню стыдно было признавать, что его мало волновали вопросы, которые касались его бизнеса и сорвавшейся сделки. Сейчас он хотел наконец убедиться, что Ибо ничего не угрожает, а для этого ему нужен был доктор. — Подожди буквально несколько минут… — попытался успокоить его Хайкуань, но осёкся сразу же, едва вмешался Цзаньцзинь, появившись как из-под земли с куском пирога в руке: — Он не может ждать. Я тоже не мог… — Цзань… — Хайкуань привлёк его к себе и бережно поцеловал в лоб. — Просто не лезь к нему сейчас, — попросил Цзаньцзинь, а Чжань благодарно склонил голову. Он сам бы не смог объяснить более наглядно, а Цзаньцзинь не только смог донести главную мысль, но ещё и выиграл для него немного времени, чтобы решить самые насущные проблемы и привести в порядок мысли. Впрочем, очень скоро Чжань понял, что с порядком он сильно погорячился. Стоило им остаться с Ибо наедине, как последние остатки самоконтроля окончательно его покинули. Нет, конечно, Чжань не стал орать, — он уже достаточно наорался за предыдущие несколько часов, — как не стал и бросаться на Ибо с кулаками. Он просто взял сигареты и отошёл к приоткрытому окну. — Чжань! — Ибо тут же позвал его с постели, на которой его устроили. Мысленно Чжань себя похвалил. На сей раз он даже не вздрогнул, хотя за это, пожалуй, стоило благодарить не себя, а зашкалившую усталость и нереальное нервное напряжение. — Чжань! Он затянулся, за один раз укоротив сигарету на треть. — Чжань… Если ты сейчас не посмотришь на меня, я встану и сам к тебе подойду… — пригрозил Ибо, и Чжань тут же повернул голову, потому что только этого ему не хватало. Встанет он! Встал уже один такой. — Пожалуйста, — Ибо сглотнул. — Хотя бы посмотри на меня. — Не могу, — Чжань снова отвернулся к окну, затянулся, а потом с силой вдавил окурок в пепельницу, растирая. — Не могу я на тебя смотреть! Ибо дёрнулся, как от пощёчины: — Тогда ты должен был оставить меня там… Мне бы кто-нибудь помог… — А ты бы меня оставил? — едва слышно спросил Чжань, и Ибо шумно и коротко выдохнул, а потом притих и словно вовсе перестал дышать. И эта его реакция сказала Чжаню больше, чем любые слова.