By My Side

OST: Poets of the Fall — Carnival of Rust

— Несколько дней покоя — и всё будет в порядке. Можно сказать, босс, твой мальчик отделался лёгким испугом, — доктор неторопливо собирал в чемоданчик свои инструменты. — Хотя я всё равно рекомендую тебе начать пользоваться услугами больниц. Там нормальные операционные, свет, кардиомониторы… — И врачи, которые обязаны сообщать о каждом огнестрельном ранении в полицию, — Чжань устало вздохнул. Ибо спал, от души обколотый снотворным и обезболивающим, и Чжань мог говорить спокойно, не опасаясь, что тот услышит что-то лишнее или бурно среагирует на «мальчика». — Ты знаешь, что за определённую сумму денег и это можно решить? — доктор, конечно, не сказал ничего нового, но Чжань понимал: им двигала забота о пациенте. У самого Чжаня были иные мотивы. — И попасть на шантажиста тоже, док. Я всё это уже проходил. Если ты хочешь, можешь оборудовать операционную в любой комнате Дома… — Ещё чего не хватало! — доктор поморщился. — Уж если ты считаешь, что тебе так часто будут нужны мои услуги и собственная операционная, то лучше построй частную клинику. И проследи, чтобы персонал там был надёжный, который не станет болтать, кого зашивали в промежутке между плановыми операциями. — Я подумаю, док, — Чжань кивнул. Идея с собственной больницей ему понравилась, но её всё равно нужно было хорошенько обдумать. И с ребятами обсудить не помешало бы. — Тогда я поеду… Через пару дней загляну. Если тебе покажется, что ему хуже, тогда звони в любое время. А так, я думаю, антибиотики и уход — и скоро снова будет бегать. Но хорошо бы аккуратнее. — Я прослежу, — Чжань кивнул. — Спасибо, док. — Не за что… Ложись уже спать, утро скоро. А у тебя лицо такое, что краше в гроб кладут. Твой раненый боец и то здоровее выглядит. — Хорошо, док, — безропотно согласился Чжань, как будто в самом деле мог бы заснуть. — Тогда отдыхайте… И будьте на связи, я позвоню ближе к вечеру, узнаю, как вы тут справляетесь, — доктор наконец закончил сборы, махнул рукой и вышел из спальни, прикрыв за собой дверь. Чжань выждал несколько минут для приличия, а потом вышел из комнаты, но только затем, чтобы запереть основную дверь, ведущую на его территорию. Он был уверен, что в самое ближайшее время с ним снова попытаются поговорить все кому не лень, начиная от близких друзей и заканчивая рядовыми охранниками. А ещё Чжань считал, что все они могут подождать. Весь мир может подождать, пока он немного придёт в себя. Убедившись, что Ибо всё ещё спит под действием лекарств, Чжань усилием воли затащил себя в душ, где с остервенением принялся смывать со своего тела запахи крови, пота и страха. Если бы он мог, он с радостью смыл бы и все воспоминания. Но к сожалению, эмоциональный контекст не только не позволял забыть, но и сохранял картинки такими яркими, словно всё случилось только что. Словно только что Чжань испугался до остановки сердца. Только что испытал величайшее разочарование в своей жизни. Только что принял самое трудное решение. Ему потребовалось полчаса, чтобы заставить себя выключить воду и выйти. Неожиданно сильно хотелось спать, но Чжаню ещё нужно было решить, где это сделать. Он же не мог лечь в свою постель, когда там гостил Ван Ибо, к тому же раненый. По-хорошему, Чжань мог бы лечь на диване в гостиной или в своём кабинете, но оттуда ему не было видно постель, а оставлять Ибо без присмотра он не хотел. Как и пристёгивать его наручниками к изголовью, чтобы утром точно найти там, где оставил. В конце концов, Чжань решил устроиться в глубоком кресле, которое пришлось перетащить в спальню из кабинета. Удобным такое место отдыха назвать было нельзя, но Чжань не жаловался. Он пристроил под спину подушку, набросил на ноги плед и даже успел задремать, когда до его ушей донёсся встревоженный голос Ибо: — Чжань? Чжань, ты спишь? — Уже нет, — Чжань с большим трудом разомкнул тяжёлые веки. — Что ты хочешь? Нога болит? Дать таблетку? Или воды? — Не надо ничего, — Ибо приподнялся на локте, а потом попытался сесть. — Почему ты там сидишь? Ты же разогнуться не сможешь. — Да плевать уже, — Чжань снова прикрыл глаза. — Свет погасить? — Чжань! Ты можешь просто лечь в постель? В эту, рядом со мной. Можешь? — Не уверен, — Чжань не решался открыть глаза. — Мне встать, чтобы самому тебя отвести? — Ибо снова перешёл от просьб к угрозам, а Чжань снова позволил себе отреагировать. — Только попробуй, — он выпрямился, так и не открывая глаз. — Ты ранен, я могу тебя задеть… — На твоей кровати и десять человек легко могут не встретиться, — возразил Ибо. — Или тебе противно находиться рядом со мной? — Мне не противно, — Чжань откинул в сторону плед. — Но это опасно для твоего здоровья. Ты можешь этого не пережить. — Я готов рискнуть, — смело согласился Ибо. — Ладно, — Чжань с шумом выдохнул, признавая поражение, а потом встал и принялся раздеваться. — Окно оставить открытым? — Как хочешь, мне всё равно, — отозвался Ибо, ни на секунду не отрывая от него глаз. — Тогда оставлю, — Чжань погасил ночники с обеих сторон кровати, а потом откинул одеяло и очень осторожно пристроился на краю. — Спокойной ночи. — Ха, — Ибо не успел подавить короткий смешок, а потом Чжань вдруг почувствовал, как Ибо нашарил его ладонь под одеялом и переплёл с ним пальцы. — Спокойной ночи… Чжань на пробу попытался вытащить руку, но Ибо крепче сжал пальцы и не позволил, а Чжань очень скоро перестал пытаться. Он смирился, закрыл глаза и практически сразу же провалился в темноту, где уже не было ни воспоминаний, ни образов, ни сновидений. Чжань с удовольствием провёл бы в этом состоянии пару дней, а то и недель. Или весь месяц. Но уже спустя несколько часов до него, как через подушку, донеслось чуть взволнованное: — Чжань, ты спишь? — М-м-м? — у него не было сил ответить что-то более внятное. — Чжань? Ты сказал, что ты влюбился. Там, в машине… Это правда? — спрашивала у него темнота голосом Ибо, но ответить что-то внятное не получалось. — Угу, — Чжань попытался повернуться на бок, но практически тут же вернулся в исходное положение, потому что Ибо по-прежнему крепко держал его за руку. — Чжань? — темнота заговорила снова, но у Чжаня совсем не было сил: — М-м-м… — Ты можешь мне нормально сказать? — похоже, кое-кто начал раздражаться, а от этого и наглеть. Возмущение придало Чжаню, который всё ещё чертовски хотел спать, сил: — Не могу! Я тебя люблю! Только дай мне ещё поспать! Он сунул голову под подушку, как страус в песок, и моментально заснул. В следующий раз его разбудил жуткий грохот, который раздавался, как казалось всё ещё сонному Чжаню, буквально со всех сторон. — Что там? — он посмотрел на Ибо, словно тот мог это знать. — Кто-то стучит в дверь… — Ибо закономерно ответил то, что и так было очевидно. — Открой, — вяло махнул рукой Чжань и попытался снова лечь, но Ибо ехидно усмехнулся прямо у него над ухом: — У меня постельный режим. — Вот же… твою мать, — Чжань с силой потёр глаза, спустил ноги с кровати и передёрнул плечами: ледяные полы бодрили почище холодного душа. — Кто там? — Открой дверь! — Чжань? — Всё нормально? — Нормально, — Чжань поморщился, услышав это многоголосье, повернул ключ и приоткрыл дверь. — Что-то случилось? — Ты время видел? — осторожно поинтересовался Хаосюань. — Уже семь вечера, восьмой час. Что ты делал всё это время? — Я спал, — Чжань зевнул. — И я бы ещё… — Помоги мне добраться до уборной — и спи дальше, — крикнул из спальни Ибо, и только после его слов Чжань начал наконец просыпаться по-настоящему, осознавая происходящее. — Ты с ума сошёл? — тихо спросил Хайкуань. — Зачем ты с ним заперся здесь? Мы уже думали, что ты его убил. — Я просто спал, — Чжань уже чертовски устал оправдываться и объясняться. — А нам это откуда знать? Док уже телефоны нам оборвал. Он звонит узнать, как его пациент, а ты трубку не берёшь. Представляешь, как он обалдел, когда мы сказали, что ты закрылся и нас к себе не пускаешь, — Хайкуань снова тащил с собой свой лэптоп, а это значило, что ему было о чём рассказать. — Ладно, я ему сейчас позвоню… — пообещал Чжань, словно это могло помочь ему снова остаться в спальне одному. Ну почти. — Давай сначала уборная, а потом звонки, — внёс встречное предложение Ибо. — Давай, — Чжань натянул помятые домашние штаны и набросил на голые плечи кардиган. — Могу тебя на руках отнести… — Ещё чего не хватало! — возмутился Ибо. — Это даже не перелом… — Может, заодно и поужинаем, раз уж мы все здесь? — предложил Цзаньцзинь. — Всё равно же ещё полвечера разговоры разговаривать. — Распорядишься, Госпожа? — Чжань предпочёл смириться, чтобы не доводить дело до конфликта. — Без проблем, босс, — Цзаньцзинь кивнул. — Ты как? — Чжань заметил, что Цзиян и сегодня прятался за свитером с высоким горлом. — Болит ещё? — Немного, — Цзиян осторожно потрогал свою шею. — Но скоро пройдёт же. — Конечно, — Чжань кивнул. — Ладно, мы скоро вернёмся… Минут пять. — Да хоть двадцать! — Хаосюань заметно расслабился, когда убедился, что Чжань с Ибо не только не убили друг друга, но и даже вполне мирно провели это время бок о бок. — Это уже слишком. Чжань едва ли не впервые пожалел, что его комнаты в Доме такие просторные. Потребовалось приложить немало усилий, чтобы добраться до ванной комнаты со всеми удобствами. Когда они вернулись, порядком напряжённые и раздражённые, Цзаньцзинь уже успел накрыть стол в гостиной, да с таким размахом, словно они праздновали чей-нибудь день рождения. — А что за праздник? — Ибо словно подглядывал в его мысли. — Чтобы вкусно есть, праздник не нужен, — Цзаньцзинь посмотрел на него с лёгким удивлением, мол, как ты дожил до своих лет и этого не понял. — К тому же нужно восстановить силы. — Я бы лучше поспал, — Чжань невесело усмехнулся и как можно более аккуратно сгрузил навалившегося на него Ибо на диван. Сам он собирался устроиться как можно дальше, желательно вообще с противоположного конца, благо размеры стола это позволяли, но не в меру проницательный Ибо снова успел схватить его за руку. Нет, при большом желании Чжань смог бы освободиться. Возможно, это стоило бы Ибо пальцев, а то и всей руки, но Чжань обрёл бы желанную свободу. На секунду желание именно так и сделать мелькнуло в мыслях Чжаня, но вскоре растворилось без следа. Чжань подумал о том, что не следовало вообще спасать человека, чтобы потом его покалечить. Достаточно было просто оставить в доках, чтобы всю грязную работу сделали за него. Едва ли наёмники, действовавшие на стороне их несостоявшихся партнёров, стали бы церемониться с людьми из службы государственной безопасности. Добили бы всех, кто ещё подавал признаки жизни, — и дело с концом. — Есть хочу — не могу! — Цзаньцзинь даже дожидаться не стал, пока все усядутся, взял свою тарелку и принялся накладывать на неё еду. Чжань настолько к этому привык, что даже не обратил внимания, а вот Ибо с удивлением расширил глаза и шёпотом спросил: — Куда ему столько? Он же лопнет! — Не дождёшься, — Цзаньцзинь слышал как кошка, поэтому отреагировал раньше, чем Чжань успел придумать какой-нибудь ответ, не подразумевавший отсылок к прошлому их Госпожи. — Просто он ведьма, — сипло отозвался Цзиян, снова потрогав своё горло. — Ладно, — Ибо так ничего и не понял, но выводы сделал правильные: своё любопытство ему следовало засунуть куда поглубже. Никто здесь не собирался распинаться перед ним и раскрывать душу. — Скажи, когда будешь готов нас выслушать, — Хайкуань же, наоборот, на изобилие угощений даже не смотрел. Его куда сильнее заботило содержимое его лэптопа, и ему не терпелось поделиться своими наблюдениями с Чжанем. — Я готов, — Чжань тоже столом не интересовался. В сложившихся обстоятельствах ему кусок в горло не лез, а организм, измотанный постоянным стрессом, вообще хотел только одного: чтобы его оставили в покое. — Ты уверен? — Хаосюань тактично обошёл вопрос «Ты собираешься говорить при нём?», но Чжань его попытку не оценил: — Он же ради этого так стремился влезть в мою жизнь. Пусть слушает, может, ему это пригодится по службе. На повышение пойдёт. Выполнит, так сказать, своё боевое задание! — Ты не так понял! — попытался возразить Ибо, но Чжань только насмешливо приподнял бровь, и тот замолк, оставив попытки оправдаться до лучших времён. — Ладно, — немного помолчав, начал Хайкуань. — Поскольку мы пока не понимаем ничего, я прошу тебя объяснить, что здесь происходит. А потом я доложу тебе текущую обстановку… — Что здесь происходит? — Чжань резко выдохнул, а потом стряхнул со своей руки пальцы Ибо и рывком поднялся. Жаль, высоты стола не хватало, чтобы опереться на него, но Чжань решил, что такая мелочь его уже не остановит. — Здесь происходит настоящая операция с участием сотрудника департамента государственной безопасности. Я правильно говорю? — Чжань бросил быстрый взгляд на Ибо, наблюдавшего за ним из своего угла, а потом продолжил. — Я поздравляю вас, господа. Мы стали свидетелями успешного выполнения несомненно важной миссии… — Чжань! — Ибо поморщился и попытался подняться тоже, но Чжань рявкнул на него: — Сидеть! Просто сиди и молчи! Здесь я буду говорить! — И мы все тебя внимательно слушаем, — очаровательно улыбнулся Цзаньцзинь, словно разворачивавшийся скандал доставлял ему искреннюю радость и целое море удовольствия. Как цирковое представление в детстве. Впрочем, он не слишком ошибался в оценке ситуации. Чжань чувствовал себя настоящим клоуном даже без соответствующего грима и большого красного носа. — Вы все помните, как трогательно начиналась эта прекрасная история. Случайное знакомство в мастерской, первый поцелуй в машине, невозможность перевести всё в горизонтальную плоскость в первую же ночь… Это такая редкость в наше время! Затем свидание, ужин в ресторане — я прошу заметить, в отличном дорогом месте, которое не по карману офисному клерку! Затем приглашение присоединиться к тайной жизни нашего прекрасного города… А под каким прекрасным соусом было подано это приглашение! Как там было, а? «Я хотел бы знать, что хоть кто-то здесь на моей стороне…» — Хватит! — снова попытался вмешаться Ибо, но Чжань даже ухом не повёл, продолжая свою речь: — Конечно, я сам виноват, я этого не отрицаю. Я забыл об ответственности, перестал внимать предупреждениям и даже голосу собственного разума… Я пригласил его в своё убежище… — А вот это обидно, — Цзаньцзинь тут же надул губы, словно в самом деле почувствовал себя оскорблённым в лучших чувствах. — Нас ты туда ни разу не приглашал. И даже охрану с собой не брал никогда… — Я был неправ, — Чжань поморщился. Возбуждение, которое охватило его в первый момент, уже успело отхлынуть, оставив после себя только усталость и чувство опустошённости. — Я должен попросить прощения у вас… — он заставил себя поднять голову и по очереди посмотреть в глаза всем своим друзьям. — Это произошло по моей вине. Я поддался своим чувствам, хоть и понимал, что поступаю неправильно. Я сам не знаю, на что я рассчитывал… — Хватит! — громко не вышло, но непривычно низкий сиплый голос сделал Цзияна более убедительным. — Хватит этого, прекрати! — А мне понравилось, — Цзаньцзинь пожал плечами. — Не каждый день босс теряет голову от любви и начинает вести себя как мальчишка. — Я поставил под угрозу весь свой бизнес, свой Дом и всех вас… — Чжань попытался продолжить, но его порыв не нашёл отклика. — Ты в отставку подаёшь или что? — не выдержал Хаосюань. — Куда тебя несёт? Может, мы реально зря тебя разбудили? Мне кажется, ты не в себе… — Сядь ты уже, не мельтеши, — поддержал Хайкуань. — Ты сейчас похож на клиента психиатрической больницы… Даже пижама подходящая. — Это кардиган, — услужливо подсказал Цзаньцзинь, подумал немного, а потом добавил: — Между прочим, дизайнерский, Гуччи, что ли, опять… Стоит несколько штук… Правда, на вид всё равно пижама пижамой. Хайкуань хмыкнул, а Хаосюань захохотал. Впрочем, им Чжань это легко простил, на то они и лучшие друзья. Но стоило тени улыбки скользнуть по губам Ибо, как у Чжаня потемнело в глазах от злости: — Тебе смешно? — Ему больно, — неожиданно снова вмешался Цзиян, и тон его был слишком резким и неприятным. — Если бы ты не орал здесь, а потрудился посмотреть на него, ты бы заметил, как он морщится, когда думает, что никто не видит. Если бы ты хотел, чтобы он мучился… ты бы оставил его там. Но ты зачем-то его спас. Так будь последовательным… — Ян! — Хаосюань посмотрел с тревогой сначала на него, а потом на самого Чжаня: — Слушай… Ты только не обижайся… — Он прав, Сюань, — Чжань сделал глубокий вздох, а потом выбрался из-за стола и ушёл в спальню за лекарствами. Вот тебе и тихий, забитый мальчишечка, выкупленный когда-то в борделе. Тогда они только разворачивались, набирали силу и не могли открыто воевать с другими бандами, трепавшими город, как щенки треплют резиновый мячик. Спустя несколько недель этот бордель, как и все остальные, вспыхнул как спичка, но Чжань приложил все усилия, чтобы дать понять, что его люди к этому не имели отношения. Поверил кто или нет, Чжань выяснять не стал. А потом и не у кого стало выяснять. — Выпей, — он положил на стол перед Ибо три таблетки. — Всё по назначению, я не собираюсь тебя отравить. Не при свидетелях. Ибо за раз проглотил все лекарства, а потом поймал холодную, как кожа лягушки, руку Чжаня и прижал к губам: — Спасибо. — Не делай так, — Чжань отдёрнул руку и попытался отсесть подальше, но под весёлым взглядом Цзаньцзиня бросил эти попытки и остался сидеть там, где сидел. — Госпожа, что тебя так веселит? — он крайне редко обращался к Цзаньцзиню таким резким тоном, а значит, тому следовало насторожиться. — Не что, а кто, — Цзаньцзинь очень красиво, как в рекламе стоматологической клиники, расправлялся с яблоком, поэтому его речь звучала не слишком внятно. — Ты меня веселишь своей истерикой и попыткой убедить самого себя и нас всех, что твои чувства — ошибка. Нас, кстати, ты не убедил… — Зато мы примерно поняли, что происходит, — Хайкуань на всякий случай привлёк Цзаньцзиня ближе к себе, словно ему могло что-то угрожать со стороны Чжаня. — Теперь и ты нас послушай, — Хаосюань перевёл внимание на себя, и Чжань тут же отметил его позу. Он выдвинулся вперёд всем телом, закрыв осмелевшего Цзияна собой. Чжань невесело усмехнулся. Похоже, его поведение и нервное состояние произвели впечатление даже на самых близких ему людей. Теперь они понятия не имели, что от него ожидать. И на всякий случай готовились к худшему. — Наши друзья… Вернее, как мы теперь знаем, наши враги не слишком хорошо скрывают свою информацию, в отличие от департамента госбезопасности. И про них я нашёл много чего интересного, включая систему подставных счетов. Я отследил все наши деньги и знаю, как их вернуть. — А стоит ли? — Чжань заставил себя собраться и включиться в работу. — Деньги лишними не бывают, — Хайкуань никак не мог примириться с мыслью, что нужно просто остановиться и смотреть, как собственные деньги уплывают из-под носа. — Зачем мы должны отдавать такую сумму… Мы же ничего не получили, сделка не состоялась. — Не состоялась, — согласился Чжань. — Но пока наши деньги лежат на их счету, мы являемся пострадавшей стороной. Как только мы попытаемся их вернуть тем способом, что ты предлагаешь, мы станем соучастниками преступления. И своими же руками облегчим их положение… — То есть ты настаиваешь, что деньги нужно оставить? — уточнил Хайкуань, которому подобное расточительство причиняло боль, сравнимую с физической. — Мы можем попытаться их вернуть, но только легальным способом. Но, — Чжань покосился на Ибо, — я сомневаюсь, что в нашем случае это не будет являться выстрелом в ногу. — Что ты имеешь в виду? — Хайкуань даже не попытался скрыть свою надежду на решение вопроса без физических потерь. — Нами интересуются высшие круги, — Чжань старался говорить как можно тише и суше. — Они не пожалели одного из лучших своих агентов, дали ему задание внедриться в банду любой ценой. И я хочу сказать, что агент справился с заданием безупречно. Внедриться глубже было просто невозможно, — Чжань прикрыл глаза и на долю секунды позволил себе слабость: вспомнил, как Ибо смотрел на него, когда они занимались любовью, отрезанные от всего мира стенами убежища. — Я провалился, — глухим голосом, словно его тоже недавно пытались задушить, отозвался Ибо, но Чжань не позволил себе повернуться в его сторону. — Ты меня раскрыл. — Это было несложно, — Чжань обращался к своей пустой тарелке и нетронутым приборам. — Даже водитель-виртуоз не останется спокойным и равнодушным, когда ему вдруг прострелят колесо. Если только, конечно, он не сделал это сам, воспользовавшись любимым глоком. — В департаменте не знают, что ты сам работаешь в мастерской. Я был уверен, что ты просто… один из членов банды, не особо приближённый… — глухой голос Ибо рвал Чжаню сердце. — Поэтому ты решил, что я идиот, с которым можно вести себя соответствующе. Скармливать нелепые отговорки, подбрасывать темы для размышления, чтобы я доносил их дальше, и время от времени потрахивать, чтобы я делал это с энтузиазмом, — Чжань намеренно не выбирал выражений, пытаясь за грубостью спрятать свои настоящие чувства. — Я никогда прежде не видел главу банды, который смог бы проглотить оскорбление и не отстрелить обидчику яйца… — Ты меня проверял, — Чжань криво усмехнулся. — Как ты сказал? Что я веду себя как сучка? Извини, до встречи с тобой я не жаловался на проблемы с самоконтролем… — Извините, что я перебиваю, — неожиданно вмешался Цзаньцзинь, — но, может, вы поругаетесь дальше без нас? Мне кажется, это нас уже не касается. Только реши, что мы с деньгами делаем… — Пока ничего не делаем, — Чжань вздохнул. — Куань, следи за счетами, но ничего там не трогай и соблюдай осторожность. Я дам знать, когда ситуация изменится. — Я понял, — Хайкуань кивнул. — А про него, — он кивнул в сторону Ибо, — мне искать что-то дальше? Теперь я знаю, что именно взламывать… — Оставь, — Чжань махнул рукой. — Что мне с того, что я буду знать список его операций и количество бывших любовников. — Можно прикинуть перспективы, — любезно подсказал Цзаньцзинь, но Чжань не отреагировал и спустил эту шпильку на тормозах, сказав только: — Пришли кого-нибудь убрать здесь всё. Только быстро. — Сказать, чтобы мешки принесли и плёнку? — продолжал дразнить его Цзаньцзинь, но Чжань старался сдерживаться: — Я скажу, если будет надо. — Смотри сам, — Цзаньцзинь подмигнул ему, после чего покинул гостиную, а за ним потянулись и остальные. — Серьёзно? — Ибо, похоже, едва дотерпел до момента, когда они снова останутся наедине, и даже попытался встать без помощи. — Ты босс или кто? Ты знаешь, кто тебя перебил? Я не сразу, но узнал, конечно… — Я знаю, — у Чжаня внутри всё будто льдом покрылось. — Он тебя тоже вспомнил, правда, не сразу. И сказал, что ты вёл себя как человек. Теперь ты хочешь убедить меня в обратном. — Я не понимаю тебя, — Ибо потёр виски. Встать он встал, но идти без опоры ему было трудно, а Чжань приближаться не спешил. — Ты торчишь в мастерской, как самый рядовой механик, ты живёшь в этом элитном общежитии… — Это Дом! — Неважно, — Ибо не позволил сбить себя с толку. — Ты едешь со мной… и даже оружия с собой не берёшь. Я уже молчу про бронежилет. А если бы я хотел убить тебя? — Ты бы меня не удивил, — Чжань пожал плечами. — Но я был к этому готов, — он вздохнул. — Давай, я помогу тебе лечь, а завтра утром мои люди доставят тебя туда, куда ты скажешь. — И ты отпустишь меня? — а вот Ибо, похоже, непритворно удивился. — Ты притащил меня в свой Дом… И ты собираешься вот так просто меня отпустить? Зная, кто я такой? Зная, что у меня было задание, угрожающее твоему бизнесу? — А ты бы хотел, чтобы я тебя убил? — Чжань усмехнулся. — Сначала любовью позанимались, а потом можно и кишки друг другу выпустить? Или хотя бы попытаться. А ведь мне такой случай выпал: тебя подстрелили. Просто бери голыми руками — и делай что хочешь. Запри в подвале, покалечь, убей… Какой широкий выбор! — Чжань едва сдерживался, чтобы не начать кричать. — Извини, что разочаровал тебя! — Я не хотел, — тут же ответил Ибо. — Я не хотел умирать и тебя убивать не собирался. Но я не понимаю, почему ты… — Потому что люблю, — впервые за всё это время Чжань произнёс это осознанно и с полной готовностью принять возможные последствия. — А ты… если… — Чжань вздохнул и скомкал эту свою мысль, сразу перейдя к главному: — Ты тоже можешь поступить как человек. Люди из Дома спасли тебе жизнь. И если ты способен это оценить, ты сам забудешь сюда дорогу.