By My Side

OST: Maxim — Carmen Queasy (feat. Skin)

— А мне никто не хочет рассказать, куда вы меня притащили? — суфлёрским шёпотом поинтересовался Чжань у Хаосюаня, который оказался к нему ближе всего, но тот только дёрнул плечом: — Чжань, какая тебе разница? — Что значит какая? Вы меня куда-то привезли… Я не Шерлок Холмс, я повороты не запоминаю. Спасибо ещё, что мешок на голову не надели, — Чжань даже не пытался скрывать, что эта таинственность его раздражает сверх меры. — А была такая идея, — честно признался Хаосюань. — Правда, на случай, если ты сам не пойдёшь всё-таки… Мы бы связали, надели мешок на голову… — Блестяще! — Чжань даже поаплодировал, хотя про себя подумал, что, видимо, успел порядочно всех достать. — Но ты нас удивил и согласился пойти своими ногами… Так что видишь, как всё хорошо устроилось? Как тебе местечко, кстати? — Хаосюань кивнул, как бы приглашая Чжаня оглядеться и составить своё впечатление о том заведении, куда они приехали. — Да никак пока, — Чжань покрутил головой. — Это же какой-то клуб? Чей, кстати? Мне кажется, мы здесь впервые. — Впервые, это новое место, — подтвердил его догадки Хаосюань, а потом добавил: — И можно сказать, что клуб. — Можно сказать? — Чжань насторожился. — А что не так? — Он с секретом, — Хаосюань продолжал выдавать информацию крохотными порциями. — Сюань, заканчивай… — Чжань начал раздражаться. — Какие ещё секреты? Если вы хотели посидеть в клубе, можно было поехать в «Лань». — В «Лань» такого нет, — улыбнулся Хаосюань, а Чжаня снова охватило плохое предчувствие. С этим клубом, довольно приличным с виду, кстати, явно было что-то не так. И об этом знали все, кроме него. — Сюань, ты не хочешь засунуть подальше свои тайны и внятно объяснить, что здесь происходит? Зачем вы меня сюда притащили? — Чжань уже откровенно нервничал, потому что отлично помнил, чем закончилось обострение его интуиции в прошлый раз. Он и сам не мог бы точно сказать, что именно ему не нравится. Обычный клуб, не самый роскошный, конечно, но самым роскошным был «Лань», который принадлежал ему. Чжань внимательно рассматривал оформление стен и бара, но не находил ничего, за что можно было зацепиться. Стильно и в то же время безлико. Пресно. — А кто выбирал место? — он попытался зайти с другой стороны, но и эта попытка была обречена на провал. — Это коллективное решение, — теперь рядом с ним оказался Хайкуань. — Мы подумали, что ты сможешь оценить… — Вы же сюда без меня собирались, — моментально отреагировал Чжань, но Хайкуань не смутился: — Мы сразу же собирались тебе предложить. Так что на всякий случай учитывали и это. Видишь, не прогадали. — Я вижу, что вы развели какие-то тайны мадридского двора, и мне это не нравится, — признался Чжань. — И клуб этот подозрительный. Ребята хоть вошли, а то я отвлёкся и упустил этот момент? — Обернись, они за тобой, — Хайкуань улыбнулся. — И сделай вид, что ты рад их видеть. — Я рад, — Чжань обернулся и действительно увидел идущих позади Ичжоу и Чжочэна. — Привет. — Привет, босс, — Чжочэн сразу же засиял, придвинулся ближе и заговорил: — А у нас даже оружие не забрали. В смысле даже проверять не стали! — Я бы не радовался так на твоём месте, — Чжань вздохнул. — Если оружие не забрали у вас, значит, скорее всего, его ни у кого не забирают. — И любой конфликт может закончиться перестрелкой, — Ичжоу с самого начала выглядел настороженным и напряжённым. — Зачем мы здесь, босс? — Это не ко мне вопрос, — Чжань покачал головой. — Я знаю ещё меньше, чем вы. — Это не лучшее место, чтобы вечер провести… — поделился своим мнением Ичжоу. — А вот с этого места поподробнее, — Чжань чуть притормозил, чтобы поравняться с Ичжоу и цепко ухватить того за локоть. — Что ты знаешь об этом клубе? Чей он? — Босс, ты реально не знаешь? — Чжочэн не поверил своим ушам. — Реально не знаю, — Чжань кивнул. — Если я хочу провести время в клубе, я всегда могу поехать в «Лань». — Это клуб тех твоих несостоявшихся поставщиков, что в доках кучу народа положили… — объяснил Ичжоу, и Чжань понял, что интуиция и в этот раз не ошиблась. Ну и что, что ещё ничего не произошло. — Потише говори, — Чжань резко оглянулся по сторонам. — Тебе вообще это не кажется подозрительным? Хайкуань и Хаосюань что-то задумали, между собой договорились, а все остальные не в курсе. Даже вы, хотя казалось бы… — Босс, ты сам их научил, что охрану можно ни о чём не предупреждать, — справедливо упрекнул Ичжоу, и Чжань кивнул: — Виноват. Ты имеешь полное право сказать, что ты же говорил. Поверь, я теперь это признаю. И могу пообещать… Довести мысль до конца Чжань не успел, потому что путешествие по недрам клуба закончилось в просторном помещении, меньше всего напоминающем танцпол или лаундж-зону. — Что это такое… блять? — не удержавшись, пробормотал Чжань. — Это бойцовский ринг, — Чжочэн озвучил и так очевидное, а Чжань протянул руку и не глядя схватил того, кто стоял ближе всего к нему. Не повезло Хаосюаню: — Ты помнишь первое правило бойцовского клуба? — Никому не говорить о бойцовском клубе, — мгновенно отозвался Хаосюань, как будто готовился к этому вопросу. — Помнишь, молодец, — Чжань нервно облизал губы. — А теперь расскажи мне, дорогой друг, что мы все здесь забыли. Не припомню, чтобы кто-то из вас был фанатом единоборств. Вы больше по огнестрелу… — Я вообще люблю ножи, — Цзаньцзинь обернулся на пару секунд, сделал неуловимый жест рукой — и Чжань заметил серебристый отблеск. Надо же, даже балисонг с собой притащил. Подготовился… Только к чему? — Что здесь происходит? — Чжань решил, что они уже достаточно ходили вокруг да около. — Сейчас всё увидишь, — пообещал Хайкуань. — Только постарайся не привлекать к себе внимания. Не хотелось бы самим кулаками махать. — Ставки будешь делать? — снова обернулся Цзаньцзинь. — Госпожа… лучше помолчи, — Чжань очень боялся, что не справится с охватившей его яростью. Ему показалось, что перед глазами кровавая пелена возникла. — Сам потом спасибо скажешь… — а вот Цзаньцзинь, похоже, совсем его не боялся, раз продолжал так открыто дразнить. Окончание фразы потонуло в гуле человеческих голосов. Он нарастал как волна, чтобы потом обрушиться на головы неподготовленных к нему людей вроде Чжаня. Сейчас уже не было смысла спрашивать, что здесь происходит, Чжань даже себя не слышал. Не нужно было иметь интеллект гения, чтобы догадаться, что эти бои были такими же нелегальными, как и гонки, организуемые бандой Чжаня. Те же ставки, тот же адреналин, те же красивые девушки в бикини, только вместо рёва моторов здесь были удары гонга и раскатистые выкрики рефери на ринге. — В красном углу ринга… — имя бойца Чжань не расслышал, потому что публика взревела, приветствуя своего любимца с бурным восторгом. Чжань сообразил, что этот человек наверняка считается местным фаворитом и, скорее всего, является инструментом по сохранению и приумножению денег своих хозяев. Против такого бойца обычно выставляют или заведомо слабых противников, или тех бойцов, которых удалось купить. Чжань знал это, потому что они сами делали так неоднократно. Это помогало обезопасить себя от ставок на тёмных лошадок и крупных выигрышей в одни руки. Хотя, конечно, время от времени случались и осечки. Как в последний раз… — … Ван Ибо! В первый момент Чжаню показалось, что он просто слишком громко подумал. Или отключился на пару секунд от духоты. Но потом он догадался поднять голову, чтобы увидеть на ринге свой самый страшный кошмар. Или самую горячую фантазию. Тут как посмотреть. Чжань несколько раз моргнул, чтобы убедиться, что Ибо — босиком, с руками, перемотанными какими-то бинтами или лентами, в свободных чёрных штанах и белой майке на тонких лямках, с волосами, убранными на затылке в крохотный хвостик, — ему не показался. Стоило Чжаню опустить взгляд, как он тут же заметил Цзаньцзиня, наблюдавшего за ним с довольной улыбкой: — Понравился? — Ты знал? — Чжань не стал отвечать, предпочтя задать свой вопрос. Ответ его не удивил. — Мы все знали, — Цзаньцзинь пожал плечами. — Но ты же понимаешь, что тебе как раз знать и не стоило. Ты бы не пошёл. — Зачем мы здесь? — Чжань хотел понять, что задумала его семья, хотя интуиция подсказывала, что ответ не понравится ему в любом случае. — Догадайся! Кстати, ты всё ещё можешь на него поставить. Он здесь не пользуется популярностью, — Цзаньцзинь протолкался поближе и теперь шептал на ухо всё, что знал, а знал он, как оказалось, немало. Гораздо больше, чем Чжаню того хотелось. — Он проиграл три боя до этого. И говорят, что этот бой он тоже проиграет. Ставят на его поражение в четвёртом раунде. — Но этот парень крупнее его вдвое, — Чжань, конечно, видел, и не раз, как в кино мелкий и щуплый главный герой отправлял в нокаут настоящих богатырей, но что-то подсказывало ему (скорее всего, богатый жизненный опыт), что в жизни всё по-другому. — Подожди, — Чжань осознал всю информацию и теперь едва справлялся с желанием забраться за возвышение ринга и за ухо или за волосы, тут уж как получится, вытащить Ибо оттуда. А потом убить. Своими руками. Да! — Остынь! — Цзаньцзинь вцепился в него обеими руками и даже навалился немного. — Что ты делаешь? Ты с ума сошёл? — Нужно забрать его оттуда! — вырвалось у Чжаня, который уже успел нарисовать в своём воображении несколько вариантов развития событий, и каждый новый был хуже предыдущего. — Чжань… — Цзаньцзинь попытался его одёрнуть и даже за руку взял, но Чжань тут же принялся вырываться. — Это не метод, — Хайкуань придержал его с другой стороны. — Да уймись же ты! Просто остановись и подумай… Что бы ты делал, если бы кто-то из нас бросался в самую гущу событий без плана? — Хорошо, давайте план, — Чжань выдохнул раз, другой. Дыхательная гимнастика помогла мало, но хотя бы кровавая пелена перед глазами рассеялась. — У вас же есть план, раз мы здесь? И давно вы узнали? — Сегодня, — Цзаньцзинь посмотрел на Чжаня с лёгким удивлением. — Ты же не думаешь, что мы стали бы молчать. — Ты бы не стал. Так какой, мать вашу, у нас план А? А заодно и план Бэ, и план Цэ… — Чжань не мог долго оставаться спокойным и снова распалился. — Может, начнём сразу с плана Дэ? — хмыкнул Хаосюань, а Чжань уточнил: — Для дебилов? Или это он и есть? — Ещё нет, — Цзаньцзинь зачем-то посмотрел на часы. — Тормозят что-то… Начинайте уже. Терпеть не могу все эти реверансы перед казнью… — Казнью? — Чжань старался не обращать внимания на то, как сильно дрожит голос. — Все думают, что твоего Ибо сейчас разделают под орех. И я, если честно, пока не вижу никаких причин им возразить… — Цзаньцзинь и сам отлично справился бы с ролью палача. Пытал он более чем профессионально. — Куань, убери его от меня, я сейчас убью его сам, — прошипел Чжань, а потом обернулся: — Ичжоу, Чжочэн, давайте за мной. А вы четверо… вы своё дело сделали, сейчас просто сваливайте отсюда, пока это ещё можно сделать, не применяя оружие. — И оставить тебя здесь в таком состоянии? — напрягся Цзаньцзинь, но Чжань решил, что тот просто хочет хлеба и зрелищ. — Состояние аффекта открывает в человеке новые грани, — он нахмурился. — Всё, Цзань, я не спрашиваю, хочешь ты уходить или нет… Ты уходишь. И Куань. Ян и Сюань тоже. Бегом! — Нет! — он попытался возразить, но Чжань даже слушать не стал: — Да! — Босс всё правильно говорит, — вмешался Ичжоу. — Чем меньше здесь будет людей, которых нужно выводить, тем выше шансы вывести всех… — Выходите, берите машину и уезжайте… И дока наберите, чтобы был готов, — распорядился Чжань, а Цзаньцзинь наконец перестал спорить и нахмурился: — Ты думаешь, понадобится? — Пусть лучше будет готов и не понадобится, чем наоборот, — Чжань коротко выдохнул, как перед нырком на глубину. — Всё, брысь отсюда все! — Босс, — Чжочэн улыбнулся неуместно светло и радостно, словно давнего знакомого встретил и уже собрался сказать что-нибудь в духе «я так соскучился», но Чжань пресёк этот порыв: — Тихо! Кажется, начинают… Удар гонга оглушил, и Чжань едва удержался, чтобы не прикрыть руками уши. Толпа шумела и бесновалась, люди что-то кричали, кто-то снимал на телефоны бой, а Чжань методично проталкивался к краю ринга, сам не понимая до конца, зачем ему это нужно и как он потом собирается выбираться. Его охрана, конечно, была вооружена до зубов, но автоматов и ящиков с боеприпасами никто из них не захватил. А бесконечно отстреливаться из пистолета с обоймой в десять-двенадцать патронов можно только в кино. — А он хорошо держится, — тихо прокомментировал Ичжоу, и Чжань даже не услышал, а скорее по движению губ это прочитал. — А почему тогда он все бои до этого слил? — тут же спросил Чжочэн. — Ключевое слово здесь «слил», — Чжань пристально следил за тем, как Ибо перемещался внутри ринга, как использовал канаты и как мастерски уворачивался от ударов. Кое-что он всё-таки пропускал, но даже такой дилетант в боевых искусствах, как Чжань, мог бы заметить, что эти удары не причиняли ему вреда. Да они даже следов не оставляли. Почти… Многострадальная губа Ибо всё же лопнула после одного более-менее сильного удара, и на белой майке появилась россыпь мелких красных точек. Алые разводы раскрасили и белые ленты на руках, стоило Ибо пару раз вытереть кровь и пот тыльной стороной ладони. — Ну что он стоит? — уже буквально стонал над ухом Чжочэн. — Почему он только уклоняется? Сто раз же можно было ударить уже… Да бей ты, мать твою! Врежь ему! — Уймись, — попытался одёрнуть Чжочэна Чжань, но это не слишком помогло. — Да он же просто стоит! Зачем? Он же может выиграть сейчас… Зачем ждать четвёртый раунд? Чжань просто прикрыл лицо рукой, потому что никаких подходящих слов у него не находилось. Вообще вся эта ситуация напоминала ему спектакль в театре абсурда. Бывший полицейский, бывший же сотрудник департамента государственной безопасности, а ныне член банды прыгал сейчас по рингу как резиновый мячик, ловко уклонялся от ударов, а Чжань, босс другой банды, метался возле ринга и на ходу придумывал план, как его спасти. Не зря в народе ходит мудрость, что любовь делает увязшего в ней человека слепым и глухим. Чжань был готов добавить, что и тупым она тоже делает. Слабоумным и отважным, в лучших традициях лауреатов Шнобелевской премии. — Да что такое! — взвыл Чжочэн, когда сильный удар противника отправил Ибо на пол. — Давай вставай… Чжань кусал губы, глядя, как медленно и тяжело Ибо поднимается, и запасов его душевных сил едва хватало, чтобы оставаться на месте. Он не мог следить за боем как зритель, не мог болеть, не мог кричать и советовать, куда бить. Получалось только мысленно умолять высшие силы не убивать Ибо прямо сейчас, когда они снова оказались так близко друг к другу… Чжань застыл и перестал дышать, когда Ибо снова упал. Их взгляды пересеклись на долю секунды — потрясённый Чжаня и недоверчивый Ибо — и бой продолжился с новой силой, только теперь расстановка сил изменилась коренным образом. Ибо поднялся резко, словно его подбросило невидимой пружиной. В него будто бес вселился. Он перестал пропускать удары и начал бить сам. Сильно, жёстко, грамотно… Как будто бои на ринге были единственным делом всей его жизни. — Ну вот же… Вот! — Чжочэн только что слюнявые пузыри не пускал от счастья. Он, похоже, так увлёкся боем, что даже забыл, что находился здесь не в качестве зрителя. — Какие наши дальнейшие действия? — тихо поинтересовался Чжань у Ичжоу, когда убедился, что Ибо не позволит просто так себя убить. — Нам нужно как-то его забрать… И не положить при этом человек двадцать. Желательно вообще никого не положить. И самим не засветиться. — Это будет сложно, босс, — тут же отозвался Ичжоу, явно ожидавший этого вопроса. — Но возможно? — Чжань не знал, что он будет делать, услышав отрицательный ответ, но не спросить не мог. — Всё возможно, — заметил Ичжоу. — Дать тебе пистолет? — Пока не надо, а то я ещё застрелю кого-нибудь от избытка чувств, — Чжань сейчас как никогда понимал Цзаньцзиня и его кровожадные мотивы. В глубине души он был готов положить здесь всех хоть в рядок, хоть веером, в щепки разнести ринг, а то и клуб сжечь к чёртовой матери, лишь бы только прекратить весь этот фарс. — Босс! Давай его к нам возьмём! Инструктором по рукопашному бою там… — у Чжочэна, похоже, родился спонтанный бизнес-план, а Чжаню захотелось засмеяться от того, насколько нелепо это прозвучало. Только уволенного с позором сотрудника госбезопасности ему и не хватало. В качестве инструктора, да. — А что, — вдруг тихо заметил Ичжоу. — Он реально очень классно двигается, экономно так. Видно, что профессионал и учился у лучших мастеров. Если сам учить умеет, я бы его реально к нам взял. Нашим парням не помешало бы, а то они чуть что — за пистолеты хватаются. А иногда не помешало бы, чтобы потише… — Я вас услышал, — Чжань решил, что вправить мозги своей охране он может и в Доме. Или хотя бы по пути к нему. Сейчас, когда каждую секунду нужно было оставаться начеку, скандалить было просто некогда. Тем более что Ибо всё-таки улучил момент для удара и отправил своего оппонента в глубокий нокаут. Когда рефери на ринге объявил победу Ван Ибо, толпа низко и недовольно загудела. Чжань даже не удивился: в такие места редко ходили ради красивого боя и честных ставок. Здесь точно так же отмывали деньги и пытались как можно незаметнее обокрасть друг друга, прикрывая при этом свои грязные делишки чужими синяками и ссадинами. — Чёрт… Но мы же обо всём договорились... Кто этот парень? Этот Ван Ибо? Говорят, он перешёл дорожку самому Сяо Чжаню и тот продал его сюда… Твой Сяо Чжань чистоплюй... Он не связывается с торговлей живым товаром... У него в городе даже шлюху не снимешь! Он всё под себя подмял… — слышалось со всех сторон, и Чжань не знал, смеяться ему или плакать. Он опустил голову и пожалел, что не догадался надеть толстовку или куртку с капюшоном. Сейчас бы ему не помешало спрятать лицо, ведь в подобных местах всегда существовал риск встретить старых знакомых. — Босс, — Чжочэн, забывшись, толкнул его локтем в бок, чтобы привлечь внимание. — Они куда-то уходят… В раздевалки, наверное. Подождём здесь? — Чего? Рождественского чуда? Так его не будет, — Чжань нервно облизал губы. — Нужно идти за ним. И будьте готовы помахать кулаками… Чем позже нас хватятся, тем больше у нас шансов отсюда выйти. Людское море колыхалось, гудело, негодовало — и принимало ставки на следующий бой, который должен был начаться сразу же, как только с ринга сотрут кровь предыдущих бойцов. Три человека, пробиравшиеся к выходу, никого не заинтересовали, и Чжань решил, что у них появился шанс. В конце концов, раз Цзаньцзинь оказался прав насчёт всего остального, может, он был прав и насчёт самого главного? Может быть, Чжаню стоило просто рассказать о том, что творилось в его сердце? Рассказать и предложить остаться? — Босс, там заперто, — предупредил Чжочэн. — Да что ж ты будешь делать! — Чжань огляделся по сторонам, зачем-то пошарил по карманам, словно там мог случайно заваляться набор отмычек или хотя бы шпилька, а потом чуть отошёл, примерился и от души врезал каблуком ботинка по замку. Внутри что-то хрустнуло — и дверь послушно открылась. Чжочэн смутился, потому что мог бы справиться и сам, но Чжань решил не обращать на это внимания. Должен же и он внести свой вклад в общее дело. — Он там, босс! — доложил обстановку Ичжоу, и Чжань кивнул. — Тихо! — он прижал палец к губам, а потом подошёл ближе к двери, из-за которой раздавались громкие голоса, один из которых Чжань узнал бы даже среди семи миллиардов голосов. Этот самый голос говорил что-то о зажравшихся лентяях, которые даже подставной бой не в силах выиграть, о том, что инструмент, который не работает, пора менять, а ещё требовал выплатить ему деньги — выигрыш по ставке, которую он сделал сам на себя. Не требовалось прилагать значительные усилия, чтобы догадаться, что должно было последовать за этими требованиями. Едва за дверью что-то грохнуло, а потом затрещало, Чжань кивнул, давая таким образом своей охране команду войти внутрь. На их счастье, кроме Ибо там находилось всего четверо, и никто из них, похоже, не был вооружён. Видимо, считали, что в собственном клубе с ними ничего не может случиться. Чжань вот после той ситуации с Цзияном больше так не думал и другим не советовал. — Привет, — Ибо криво улыбнулся и тут же поморщился, потревожив раненую губу, а потом сел на низкую лавку и принялся разматывать грязные ленты на левой руке. — Ты зашёл меня поздравить? — Если тебе это нужно, — Чжань по-прежнему остро ощущал себя героем пьесы абсурда. — Нет, — Ибо покачал головой. — Мне нужно кое-что другое. Вернее, кое-кто… — Кто? — уточнил Чжань, как будто не знал ответа на этот вопрос. Ибо его не удивил: — Ты.