Prized

      Волдеморт подумывал о том, чтобы попытаться отстраниться, когда Драко потащил его за собой, но он не смог бы сделать это, не причинив вреда Драко. И, как бы он ни был раздражен тем, что мальчик победил его на дуэли, он не особенно хотел ранить его, пытаясь отстраниться от него. Так что, как бы ни было недостойно, чтобы его тащили за руку через его собственный замок, Волдеморт не пытался вырваться из хватки.       Они прошли через весь замок и поднялись в свои комнаты, где Северус и Ремус сидели в общем кабинете, Ремус с книгой, а Северус расхаживал по помещению. Волдеморта слегка позабавило, что книга была перевернута вверх ногами, и ни одна страница не переворачивалась. Гарри нигде не было видно. Но тогда, учитывая, как Драко был зол на него, это не было сюрпризом. Гарри, скорее всего, был в своей комнате, лелея свои оскорбленные чувства.       И, о, Волдеморт ненавидел чувство вины, которое росло в нем. Если верить Драко, он сделал это. Когда-то давным-давно Волдеморту было бы наплевать на то, чтобы кого-то расстраивать, но Гарри сумел преодолеть все свои защитные барьеры, и чувство вины, которое в настоящее время испытывал Волдеморт, почти заставляло его чувствовать себя больным.       Прекрасно.       — Милорд, — тихо сказал Северус в неловкой тишине, которая наступила, как только они остановились. — Гарри не пытался покинуть свою и Драко комнату, и мы не слышали никаких тревожных звуков сверху.       — В зависимости от того, что ты называешь тревожным, — пробормотал Ремус. Он взглянул на Волдеморта с огнем и угрозой в глазах, затем опустил взгляд в знак уважения.       Волдеморт был бы оскорблен явным неуважением в голосе Ремуса, но вместо этого он решил сосредоточиться на том, что тот сказал. — Что ты слышал? — он спросил.       — Гарри плакал, — ответил Ремус. Его губы слегка скривились во что-то, что могло бы быть оскалом, но он сгладил выражение лица с некоторым очевидным усилием. — Я спросил его, не будет ли он возражать, если я поднимусь, чтобы поговорить с ним, и он бросил что-то вниз по лестнице. Я понял этот жест как то, что он не был заинтересован в компании.       — Спасибо, что остались здесь с ним, — тихо сказал Драко. Он одарил Ремуса и Северуса улыбкой, затем бросил определенно ядовитый взгляд в сторону Волдеморта. — Не хотите ли подняться первым, милорд? — спросил он с притворной нежностью.       У Волдеморта не сложилось впечатления, что ему предоставили реальный выбор. — Не особо, — сухо ответил он. Затем он сделал глубокий вдох и все равно двинулся вперед. — Кстати, вы оба свободны, — небрежно добавил он, обращаясь к Ремусу и Северусу.       Если бы Гарри собирался проклясть его или если бы Драко и Гарри оба собирались накричать на него, он бы действительно предпочел, чтобы рядом не было никого, кто мог бы это услышать. Было достаточно неловко, что Драко победил его на дуэли; ему не нужно было добавлять к этому, позволяя другим наблюдать за тем, что, несомненно, будет неудобным разговором. Даже если эти свидетели будут только слышать, а не видеть.       Северус склонился в поклоне, и ему практически пришлось вытаскивать Ремуса из комнаты.       — Я жду вас, милорд, — сказал Драко все тем же слащавым тоном, который точно обещал насилие, если Волдеморт не начнет двигаться.       Действительно, возможно, Волдеморту нужно было самому поговорить с Нарциссой. Этот тон голоса не должен был быть таким привлекательным для него, он знал это. Он должен был бы разозлиться, что Драко так с ним разговаривает, но вместо этого…       Ну, он точно не злился, и это было все, что он мог сказать по этому поводу.       Он неохотно направился к лестнице, разрываясь между нежеланием видеть Гарри, когда мальчик, вероятно, был очень расстроен им, и желанием успокоить любую боль, которую он, возможно, причинил. Если верить Драко и Ремусу с Северусом, он заставил Гарри плакать, чего он хотел избежать. Часть его хотела заявить, что это не его вина, но на самом деле он просто сбежал, как трус.       Он остановился, войдя в комнату Гарри, поморщившись от легкого сопения, которое исходило от несчастной фигуры, свернувшейся калачиком в постели. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, что угодно, но не успел, как в сторону двери полетела подушка.       — Уходи, — сказал Гарри хриплым от слез голосом.       — Если ты хочешь, чтобы я это сделал, — сказал Волдеморт и немедленно повернулся. Возможно, это был легкий выход, но никто никогда не обвинял его в чем-либо, кроме этого.       — Подожди! — Волдеморт обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Гарри с трудом принимает сидячее положение, вытирая слезы с глаз рукавом своей мантии. — Пожалуйста, не уходи, — добавил Гарри умоляюще.       Он выглядел таким полным надежды, и Волдеморт обнаружил, что совершенно беспомощен перед этим выражением лица. — Конечно, я не уйду, — сказал он и прошел дальше в комнату. За ним Драко закрыл дверь, и она зловеще щелкнула. Волдеморт не мог избавиться от ощущения, что попал в ловушку.       — Он так всегда говорит, но это не значит, что он не бросал меня раньше, — пробормотал Гарри, не глядя на Волдеморта, когда говорил это.       Волдеморт был почти уверен, что Гарри не собирался произносить эти слова вслух. И все же он не мог игнорировать их, не тогда, когда Гарри все еще выглядел таким грустным. — Я не собирался оставлять тебя навсегда, — быстро сказал он. Он пересек комнату и сел на кровать рядом с Гарри, предварительно взглянув на Драко, чтобы убедиться, что он не будет проклят за то, что осмелился подойти так близко. — Я просто хотел дать тебе и Драко время побыть вместе, наедине. Без меня рядом, чтобы беспокоить кого-либо.       — Ты меня не беспокоишь, — тихо сказал Драко. Он тоже пересек комнату и устроился с другой стороны от Гарри.       Губы Волдеморта скривились в чем-то похожем на оскал. — Ты считаешь меня дураком? — спросил он, слова вышли едкими и злобными. — Я почти старик, а вы двое очень молоды. Я прекрасно знаю, что мало шансов, что кто-то из вас захочет… — Он замолчал.       Он знал, что хотел сказать, но не мог позволить себе этого сделать. Если бы он сказал это вслух…       Он подпрыгнул, когда теплая рука коснулась его собственной, и, повернувшись, увидел лицо Гарри совсем близко от своего собственного. — Гарри, — начал он.       А потом он остановился, потому что губы Гарри, мягкие и теплые, прижались к его собственным, и он не хотел отстраняться или делать что-то, что могло бы заставить его остановиться.       Хм. Похоже, Драко был прав.

***

      Драко наблюдал, как его парень, которого он любил больше всех на свете, целовался с кем-то другим. Часть его чувствовала легкую ревность, но это было в основном омрачено радостью, которую он испытывал, когда Гарри смог сделать то, что он хотел сделать в течение небольшой вечности.       Когда Гарри отстранился, он наклонился к Волдеморту и тихо сказал: — Хотя мы оба хотим тебя.       Глаза Волдеморта расширились, и Драко получил удовольствие, увидев, что Темный Лорд выглядит абсолютно ошеломленным дважды за один день. — Ты не можешь быть серьезным, — сказал он, и его голос был прекрасен, когда был немного грубоват.       — Мы, — сказал Гарри. Он улыбнулся Волдеморту, выражение его лица было одним из самых милых. — Просто Драко немного боится тебя, понимаешь? Потому что у тебя есть власть над ним, и потому что ты склонен мучить людей, когда злишься.       — Он боится меня, да? — спросил Волдеморт, приподняв безволосую бровь. — Он не подавал особых признаков этого, когда напал на меня сегодня утром.       Драко покраснел и отвел взгляд. — Я не знаю, что на меня нашло, — сказал он немного неуверенно. Конечно, это была ложь. Он точно знал, о чем думал. Он думал, что Волдеморт не должен убегать от Гарри, не должен разбивать ему сердце. Он был взбешен тем, что Гарри должен страдать из-за чего-то настолько нелепо глупого. Очевидно, этого было достаточно, чтобы преодолеть его здравый смысл и оправданный страх перед Темным Лордом.       — Это ложь, — сказал Волдеморт с тихим смехом в голосе. — Ты сделал это для Гарри, конечно же.       — Даже в этом случае, милорд, вы имели бы полное право проклясть меня за такое поведение, — сказал Драко, опустив голову.       — Возможно, — пробормотал Волдеморт. Когда Драко поднял на него глаза, Темный Лорд выглядел задумчивым. — Или, возможно, мне не следует этого делать. Если мы собираемся вступить в отношения, то я не должен иметь над тобой такой большой власти. Страх, насколько я понимаю, не способствует здоровым отношениям.       Драко испуганно пискнул. — Отношения? — повторил он. — Я думал, что у тебя был только Гарри… чувства к…       — Возможно, изначально так и было, — согласился Волдеморт. Кровать сдвинулась, и затем Волдеморт оказался перед Драко, стоя на коленях. — Но я обнаружил, что ты выглядишь вполне… интригующе, особенно когда ты обращаешься со мной как с равным, а не как с Лордом.       Драко покраснел, когда Гарри наклонился к нему. — Я не понял, — сказал он. Он не знал, что он об этом думает. Был ли он… думал ли он о Волдеморте таким образом? Сможет ли он когда-нибудь? Он думал, что Гарри будет только у них с Волдемортом; он никогда не думал, что они тоже будут…       — Неужели эта идея настолько отвратительна для тебя? - спросил Волдеморт. Он протянул руку и коснулся щеки Драко.       Драко не отшатнулся, но был близок к этому. — Не обязательно, — сказал он все еще неуверенно. Его отец закатил бы истерику прямо сейчас, если бы узнал, что Драко подумывает отказаться от Темного Лорда, но его отец не был человеком, который потенциально собирался переспать с ним в какой-то момент. — Если бы мы сделали это, тебе пришлось бы научиться перестать пытать меня, когда мы спорим, — сказал он наконец. Это был единственный способ, которым он мог видеть, как работают эти отношения.       — Возможно, мне придется напомнить об этом, — признал Волдеморт. — Иногда я тянусь за своей палочкой, не задумываясь.       — Мы можем это сделать, — сказал Гарри. Он посмотрел на Драко с надеждой в зеленых глазах.       Драко закрыл глаза и выдохнул. — Тогда, я полагаю, если ты готов стараться не мучить меня всякий раз, когда я тебя раздражаю, мы могли бы попробовать.       Слова только что слетели с его губ, когда Волдеморт подскочил и завладел его ртом в жарком поцелуе. Это было страстно и заставило Драко задыхаться от волнения. Он уставился на Волдеморта широко раскрытыми глазами, затем увидел, как Темный Лорд схватил губы Гарри в подобном поцелуе, и задался вопросом, в какой именно момент его жизнь стала такой, потому что во всех своих мыслях он никогда не представлял себе ничего подобного тому, что происходило сейчас.

***

      Гарри был немного обеспокоен тем, что после того, как они обменялись первыми поцелуями, возникнет неловкость, но, к его великому счастью, на самом деле это было не так. Ужин с ними тремя прошел почти так же, как и до того, как они поцеловались, с Волдемортом, снисходительно слушающим, как Гарри болтал о том, что он делал, пока Волдеморта не было.       Не то чтобы Гарри делал что-то еще, кроме как дулся, но это было прекрасно. Он все еще мог рассказывать о своих приключениях под нежной опекой Нарциссы и о том, как Рон тайком приносил ему шоколадных лягушек. Волдеморт высказал небольшое возражение против этого, хотя бы потому, что он беспокоился, что горло Гарри могло быть снова повреждено, но он позволил этому соскользнуть после минутного ворчания.       Нет, настоящие перемены произошли, когда пришло время ложиться спать, после того, как Гарри принял душ и переоделся в пижаму, и после того, как Драко сделал то же самое. Затем Волдеморт тихо спросил их обоих: — Не могли бы вы присоединиться ко мне сегодня вечером в моей спальне?       У Гарри перехватило дыхание, и он почувствовал легкую дрожь страха и возбуждения. Спрашивал ли Волдеморт… но он не был уверен, готов ли он к… и был ли Драко? Они бы никогда… они, конечно, немного поэкспериментировали, но ничего…       — Просто поспать, — быстро сказал Волдеморт, и Гарри с удивлением увидел, что его щеки слегка порозовели. Он никогда не знал, что Волдеморт может так краснеть. Гарри задумался, сказал ли он что-нибудь из этого вслух. Он предполагал, что ему было бы неловко, если бы он это сделал, но никто ничего не сказал, так что, возможно, он этого и не сделал.       — Я бы хотел этого, — тихо сказал Драко.       Гарри бы тоже. Он подождал, пока кто-нибудь еще что-нибудь скажет, затем понял, что, вероятно, ему действительно следует сказать вслух, чего он хочет. — Я тоже, — сказал он немного застенчиво.       Волдеморт улыбнулся им обоим с выражением более мягким, чем Гарри мог себе представить, которое он когда-либо видел на лице Темного Лорда, затем повел их обоих в свою спальню.       Это была холодная комната, суровая по своему убранству или отсутствию такового. Все было темным, но кровать была большой, и когда Волдеморт провел их к ней, она была теплой и мягкой. Драко свернулся калачиком слева от Гарри, а Волдеморт лег в постель справа, так что Гарри оказался посередине.       Это было очень приятно, и Гарри обнаружил, что в ту ночь у него не было никаких проблем со сном.