The Descendants/Потомки

      Рей перепробовала множество разных вещей, чтобы скрасить своё одиночество в комнатах своих апартаментов. Она попыталась читать, попыталась попрактиковаться в технике контроля сознания и перемещения предметов и решила сделать себе чашку хорошего успокаивающего чая.       Все попытки были предприняты. И каждая закончилась печальным провалом.       Слова танцевали по странице, когда она открывала голокнигу, было слишком много яблок, которые она собиралась поднять в воздухе, и чай оставался на столе нетронутым. Потом она выливала его и делала ещё один. Далее всё вновь повторялось.       Рей понимала, что поступила правильно, оставив его одного в саду. Впервые после стольких лет он почувствовал вкус свободы и свежий воздух. Оттащить его через пять минут было бы почти так же грубо, как само проклятие. Ему нужно было время, чтобы переварить это новое чувство, насладиться им. И он должен был сделать это в одиночку.       Вот что заставило Рей оставить его с ключом и его мыслями.       Но она не хотела оттуда уходить.       Уже в который раз она поднесла кончики пальцев к губам. Странным и непостижимым образом она всё ещё чувствовала отпечаток его губ на своих. Она высунула язык, чтобы посмотреть, может ли она всё ещё ощущать его вкус, но это не увенчалось успехом.       Воспоминание и призрачное ощущение его губ должны были составить ей компанию, пока он не вернётся.       Он поцеловал её.       И она поцеловала его в ответ. И это было потрясающе.       Оглядываясь назад, Рей понимала, что для всех остальных их поцелуй был относительно спокойным. Она просто прижалась губами к губам Рена и наслаждалась сладостью. Его губы, которые она находила очаровательными с тех пор, как впервые увидела его лицо, были такими мягкими, как она и ожидала. Рей могла бы счастливо оставаться в таком положении, не говоря ни слова, не двигаясь, просто прижавшись губами к его губам, до конца своих дней.       Пока Рен не приоткрыл свои губы, и она послушно не последовала его примеру.       Рей никогда бы в это не поверила, но поцелуи с открытыми ртами вовсе не были отвратительными или отталкивающими. Они вызывали привыкание и покалывание во всём теле.       И она хотела сделать это снова. Ей хотелось целовать его до тех пор, пока не пересохнут губы.       И она знала, что он тоже хочет этого.       В конце концов дверь в комнату открылась, и Рей чуть не уронила свою ледяную чашку чая в раковину, возле которой рассеянно стояла.       Его шаги казались мягкими, но медленными. Уставшие. Тихие.       Когда он вошёл в гостиную, в руке у него была маска. Он бросил её на пол и оставил там, даже не оглянувшись.       Его лицо не выражало никаких эмоций. Его глаза даже слегка покраснели, как будто он плакал. И всё же Рен не выглядел печальным. Или чем-то обремененным. А совсем наоборот…       Он выглядел совершенно спокойным. — Ты в порядке? — Тихо спросила Рей. Ей показалось, что громкие слова могут нарушить это спокойствие.       Он посмотрел на неё. На неё. И кивнул. — Так оно и было… — Он выглядел так, будто искал нужное слово, —…всё.       Рей улыбнулась. — Ты пробыл там очень долго. Что же ты делал? — Ничего.       Рей смущенно опустила глаза. — Извини, это не мое дело. — Нет, правда. — Он настаивал. — Ничего. Я ходил по саду, сидел под деревом и смотрел на небо. Вот и всё. Я ничего не делал. В этом не было необходимости.       Рей посмотрела на него, а потом кивнула. Это имело смысл. Он уже много лет был человеком действия. Идеальным противоядием было оставаться совершенно неподвижным.       Рен опустился в кресло и откинул голову назад. Он закрыл глаза. Рей поставила чашку в раковину и подошла к нему. Не говоря ни слова, она нежно коснулась его волос. Она хотела перебирать его волосы. Это было похоже на пряденый шелк.       Она посмотрела вниз, на его лицо. Он не сводил с неё глаз. — Ты хочешь поговорить о… о том, что ещё произошло? — Прошептала она.       Между ними возникла пауза. — А разве в этом есть необходимость? Мы оба знаем, что произошло. — Его тон не был жёстоким. Но при этом он был странно спокоен. — Наверное, я имею в виду то, что сейчас произойдет. — Её пальцы всё ещё перебирали его волосы. На самом деле это было сделано скорее для того, чтобы успокоить её, чем его.       Рей пришлось высвободить пальцы из тёмных локонов, когда он поднялся и встал перед ней. Она больше не боялась его роста. Это на самом деле заставляло её чувствовать себя в большей безопасности. — Что ты хочешь, чтобы случилось? — Его голос был низким и почти дрожал. — Я хочу, чтобы это случилось снова. — Сейчас не время скромничать. — Понимаю. — Тот же низкий тембр его голоса. Та же самая вибрация прошла через неё. — Я думаю, ты тоже хочешь, чтобы это повторилось. Я думаю, ты хочешь этого. Хочешь меня. И ты можешь быть полон решимости выпороть себя за то, что ты не можешь изменить, но это явно сделало тебя ещё более несчастным. Я просто хочу… — Рей подняла на него глаза. Он молчал, но глаза его были темны. — …тебя.       Рен вздохнул через нос и коснулся пальцами в перчатках её подбородка. Поцелуй, который он запечатлел на губах девушки, был невероятно целомудрен и казался почти ненамеренным. Это было похоже на то, как бабочка касается крыльями её губ. — Хорошо. — Он задел пальцем под подбородком в поглаживающие движения. — Неужели? — Её изумление было очевидным. — Ммммммм. Тот момент, когда я отдамся тебе, положит конец всякому сопротивлению для меня. Я всегда это знал. Но у меня есть условия.       Рей старалась не стонать: — Продолжай. — Нам нужно усилить твоё обучение Силе. Я был неосторожен в последнее время из-за того, что ты… отвлекала меня. Я должен быть для тебя не только мужем и компаньоном, но и учителем. Ради тебя самой, а также ради моих амбиций. Растрачивать свою Силу было бы непростительно. — И тогда мы сможем быть такими же? — Очевидно, Рей имела в виду близость этих двоих. — Да. — Хорошо. Но ты не был небрежен. Ты многому меня научил. — Успокоила его Рей. Она не упомянула, что почти всё это было непреднамеренно, и почти всё имело мало общего с Силой. Телекинез, усиление чувства силы и медитация, по общему признанию, отошли на второй план в свете других изменяющихся обстоятельств. — Этого недостаточно. — Губы Рена дрогнули. — Тебе нужен учитель.       Рей кивнула. — Мне нужен учитель. — Она вложила свою руку в его ладонь. — Но и тебе тоже.

***

      Это был медленный процесс. Так же неуверенно и нервно, как тогда, когда Рей впервые настояла на том, чтобы они стали по крайней мере компаньонами друг для друга без масок. Но Рей была очень терпелива.       Следующие дни после посещения сада и знакомства с искусством поцелуев были очень насыщенными. Рен выполнил своё обещание и провёл с ней несколько часов, пытаясь усовершенствовать её навыки. Он придерживался главным образом медитации и дисциплины ума. Он больше не сердился на спокойное состояние Рей. Это отличалось от его собственной мощной формы сдержанного гнева, но она чувствовала силу медихлориан, бегущих в её крови. Она словно чувствовала дыхание планеты вокруг себя.       Он прочитал ей множество книг по истории и проверил её совершенствующиеся навыки грамотности. Он удивленно приподнял брови, увидев её значительно улучшившиеся навыки, но ничего не сказал. У Рей было такое чувство, что теперь он ожидал, что она превзойдет его собственные ожидания.       Рен говорил о том, чтобы научить её быстрее передвигать вещи по комнате. Рей попыталась скрыть улыбку и задалась вопросом, мог ли даже он предвидеть, насколько сильно она продвинулась в деле, который он ещё даже не начал преподавать ей.       Отношения между учителем и учеником вернулись в полную силу. Но с изменениями, чтобы помочь Рей достичь её собственного предела.       Возможно, Рен и признался наконец, что чувствует к Рей гораздо больше, чем когда-либо ожидал, но это не означало, что почти десять лет изоляции и самоотречения можно отбросить в сторону. Это должно быть медленно и методично.       Прикосновение здесь, поцелуй там. Для Рей было важно, чтобы он чувствовал себя комфортно с обычной привязанностью. Они по-настоящему сходились только тогда, когда ситуация требовала этого, как кошмары или болезнь. Принять это и вплестись в их повседневную рутину было намного полезнее, чем просто ждать следующего эмоционально заряженного момента, когда она сможет с радостью броситься в его объятия.       Дневной свет был самым трудным временем для этого, но Рей была настойчива. Она садилась рядом с ним, когда он читал ей, и брала его за руку. Он часто останавливался и напрягался, как будто не знал, что именно с этим делать, но нежное прикосновение её большого пальца к его руке успокаивало их обоих. Иногда она обнаруживала, что он крепко сжимает её в ответ только потому, что просто может это сделать.       Ночь — их время, и так будет всегда.       Они всё ещё продолжали раздеваться перед сном по отдельности, но уже не притворялись, что спят в разных спальнях. Они также не выключали свет, и Рей начала просить Рена почитать ей сказки, с которыми она упражнялась в чтении. Это был предлог, чтобы дольше держать свет включенным, и она всегда любила его голос, когда он читал ей.       Рен, наконец, немного осмелел, когда они выключали свет. Это был единственный случай, когда Рей позволила ему прийти к ней. Всегда позволяла ему инициировать поцелуй и позволяла ему взять инициативу в свои руки. Он всегда был нежным, но страстным, и она любила его губы и то, что они могли сделать. Он проводил руками по её телу, но никогда не забирался под одежду. Ему и не нужно было этого делать, так как трепет его больших рук, ласкающих её гибкое тело, оставлял покалывание, которое она испытала от своих видений его в душе, возвращались с удвоенной силой. Её тихие вздохи удивления и возбуждения, казалось, всегда подстёгивали его целовать её крепче.       Казалось, что её удовольствие было не единственным фактором, который подстегнул его, поскольку Рей почувствовала восторг и звёздочки перед глазами, когда его собственное возбуждение тёрлось о её бедро. Если бы она не была так обеспокоена тем, что отпугнет его слишком сильно, слишком быстро, она бы опустила руку вниз и ощупала его сама. Вместо этого она продолжала гладить своими маленькими ручками его широкие плечи, которые сами по себе были впечатляющими.       Они часто просыпались по утрам, свернувшись калачиком, и Рей ждала, пока Рен откроет глаза, прежде чем попытаться пошевелиться.       Она возьмёт то, что сможет получить. Если жизнь и научила её чему-то, так это терпению и настойчивости.

***

      «Меч вонзился с треском и всемогущим сиянием. Мара могла только смотреть, как клинок пронзил тело её наставника и закричала.» — Рен закрыл голокнигу. — Подожди! Что ты делаешь? Я хочу знать, что происходит! — Пожаловалась Рей, пытаясь схватить книгу. Рен без малейших усилий удержал её вне досягаемости Рей. — Ты сказала ещё одну главу. Глава окончена. Время спать. — А как же Мара? Что она собирается делать? — Ты можешь узнать это завтра. Я очень устал. — Заявил Рен.       Рей надула губы. Он бы рассмеялся, если бы это не подчеркивало её губы так сильно.       Рен не чувствовал усталости. Нисколько.       Последние несколько дней были смесью блаженства и тревоги. Рей не сделала ничего, что могло бы подтолкнуть его к усталости.       Он любил каждое мгновение, когда она позволяла ему приблизиться. Он любил держать её в неведении. Любил возможность прикоснуться к ней. Поцеловать её.       Ему нравилось целовать её. Он не мог использовать свой рот ни с одной из своих предыдущих побед, и целовать её было лучше, чем всё, что он когда-либо делал с ними вместе взятыми. Он никогда не заботился ни о ком из них так, как о ней. Они часто лежали вместе, пробуя на вкус внутреннюю сторону губ друг друга и их кожу, пока не уставали и их губы не распухали и не становились тёмно-красного цвета.       Темнота ночи сделала его более спокойным и менее сознательным. Утро всегда приносило сомнения. Сомнения в том, какого чёрта она хочет отдаться кому-то вроде него. Кто он такой? Что он мог ей дать?       Монстры не получают девушку. У них не бывает счастливого конца. У них нет ни сада, ни заката, ни ветра на лице.       Они бывают убиты. Девушку спасают и выдают замуж за героя. Но он не был тем самым.       Рей либо отказывалась придерживаться этой теории, либо знала, и пар всё равно катился вперед. Это заставляло его хотеть быть героем ещё больше.       Поэтому, когда свет погас, он не стал ждать, как обычно, пока она успокоится. Он приподнялся и украдкой поцеловал её. Её тихое удивленное мяуканье означало, что она не была готова, но её ответный вздох в его рот и пальцы в его волосах показали, что она определенно не была слишком расстроена этим.       Он принадлежал тьме.       Она принадлежала свету.       Но не помешает время от времени переходить от одного к другому.

***

      На следующее утро Рей сбежала вниз, чтобы позавтракать, и попыталась сдержать улыбку, боясь показаться немного сумасшедшей. В кухне, как обычно, царили оживлённая болтовня и суета. Несколько членов клуба кивнули Рей, когда она заняла своё обычное место за столом. — Ты сегодня выглядишь счастливой, — прокомментировал Финн за завтраком. — Я приятно провела вечер. — Хорошо спала? — Спросил Финн.       Нисколько. — Да, очень хорошо. — Рей улыбнулась, стараясь не выдать своей ухмылки.       Маз проковыляла к столу с коробкой размером почти с неё. — Это пришло тебе сегодня. — Она со стоном швырнула коробку на стол. Рей открыла её и обнаружила то, что могло быть причиной её улыбки: её цветы пришли.       Перебирая семена, луковицы и различные корни, доставленные со всей галактики, она представляла себе, как её сад расцветает всеми цветами радуги, и сияла.       Она представила, как ведёт туда Рена, чтобы понюхать лепестки, и постаралась не поддаваться эмоциям.       Со временем, пообещала она, со временем.       Финн одобрительно оглядел коробку. — А этот сад достаточно большой, чтобы вместить всё это? — Я постараюсь сделать всё как следует. — Она осмотрела одну из луковиц, как ребёнок новую игрушку. — Я собираюсь сажать овощи. Может быть, я потом даже попробую их приготовить. — Ты умеешь готовить? — Немного. — Рей пожала плечами. — Мы должны были делать на Джакку всё, что могли. Хотя вся еда была в основном порошком. Мне придётся приспособиться к работе в саду и на Соколе.       Финн издал звук, похожий на сухой вздох. Рей слишком поздно сообразила, что он задыхается от её упоминания о новом корабле. Она не рассказала ни ему, ни По, ни Джесс о свадебном подарке Рена. — Тот Самый Сокол? На Соколе?! — Спросил Финн между приступами кашля. — Ммм… Да… Теперь он мой. Это подарок. — Вау… Я имею в виду, ходили слухи, что он всё ещё где-то здесь, но никто на самом деле не думал… Вау. — А я и не знала. Я этого не понимала. Но Рен сказал, что я могу оставить его себе. — А он его видел? — Спросил Финн. — Нет. Я сомневаюсь, что он когда-нибудь приблизится к нему. Он, кажется, уже не хочет сделать из него груду хлама. — Должно быть, он действительно заботится о тебе. — Это было сказано каким-то ошеломленным тоном. Как будто Финн не мог в это поверить, но у него не было другого выбора, кроме как сделать это. — Он знает. Кто во что горазд. — Рей вертела луковицу в руке. — И я забочусь о нём. — Ты… — Его голос был почти шёпотом. — Рей, ты любишь его?.. — Я даже не знаю, что это такое! — Рявкнула Рей. — Откуда мне знать? — Извини. — Финн быстро попятился. Рей глубоко вздохнула. — Нет, мне очень жаль. Это справедливый вопрос. Но я не знаю, Финн. Всё, что я знаю, это то, что идея быть его Королевой меня не пугает. Это даже вселяет в меня надежду. Что всё может стать лучше для всех, если я просто… — Рей. — Настала очередь Финна говорить сурово. — Я не сомневаюсь, что ты ему небезразлична. Он показал это по-своему, но не забегай вперед. Он всё ещё… Он всё ещё Кайло Рен. И Кайло Рен не из тех, кто хорошо относится к людям, пытающимся изменить то, что он не хочет менять. — Я это знаю. Я делаю. Но он не всегда был Кайло Реном. — И я не всегда был Финном. Но это не значит, что добраться от FN-2187 до Финна было легко.       Рей не стала возражать. Поэтому она вообще ничего не сказала.

***

      После завтрака Рей подозвала к себе BB-8 и велела маленькому дроиду следовать за ней в сад. Она была полна энтузиазма.       Как только садовая дверь была заперта, Рей опустилась на колени перед дроидом и попросила его записать сообщение для неё. Оранжево-белый дроид заинтересованно склонил голову набок, но сделал, как ему было велено.       Рей запоздало подумала, не следовало ли ей уложить волосы в нечто иное, чем её обычные три пучка, или переодеться в лучшую тунику, но затем пожала плечами. Если она собиралась высказаться, то получатель мог точно знать, какой на самом деле будет её невестка. — Алло… Лея? — Она должна называть её генералом или принцессой? Ну ладно, теперь уже поздно. — Простите, что так долго не отвечала на ваше сообщение. С вашей стороны было очень любезно прислать его мне. И это многое значит для меня. Я — Рей. Но вы уже знаете. По в порядке, если вам интересно. И Джесс тоже. И я в порядке. Я… Я счастлива с ним. И я тоже пытаюсь сделать его счастливым. Это было тяжело. Так тяжело. В нём есть что-то хорошее. Я это уже видела. Я не откажусь от этого. Лея, я его видела. Всего. Я — третья. Он… Он такой упрямый. Такой гордый. Я сделаю для вас всё, что смогу. Для него. Для вашей семьи. Для моей семьи. Тогда, может быть, однажды мне не придётся делать это втайне. Спасибо.       И она попросила BB-8 выключить запись.       Дыша так, словно только что бежала, спасая свою жизнь, Рей села на траву. В нём был свет. И она это знала.

***

      Рен послал ей сообщение, чтобы они встретилась в другом конце дворца, в одной из многочисленных тренировочных комнат, где он провёл время в ту ночь, когда они спорили о По. Войдя в помещение, она с удивлением обнаружила, что там очень мало людей. Оно было пустым и гулко отдавался эхом от её шагов по холодному полу.       Рен спокойно ждал её. — Ты посылал за мной? — Спросила она. — Да. Я почувствовал, что пришло время обучить тебя способам настоящего боя. — Неужели? — В любой другой ситуации Рей смутилась бы от такого рвения. Но прошло так много времени с тех пор, как она боролась с чем-то, и часть её скучала по этому. — Мне это показалось уместным. Я не хочу, чтобы ты потеряла физическую форму. — Там было много тренировочного оружия и много тупых мечей, которые были похожи на фиктивные версии сабель, которыми владели джедаи. Рей старалась не отводить глаз при виде Рена. Конечно, у него была перекрестная защита. — Тебе придется попрактиковаться со стандартным мечом, прежде чем я смогу заказать для тебя твой собственный меч. Тем не менее, это будет хорошим вариантом, чтобы настроить свои навыки со стандартом. — Может быть я и в этом преуспею. — Рей пожала плечами. — Вероятно, — сказал он, но уверенности в нём не было.       Рей хотела было ответить, но остановилась, заметив, что он снимает верхнюю одежду. Его охранники также были избавлены от оружия, оставив его в черной майке и перчатках с остальной частью его снаряжения на месте.       Каким-то образом мускулы его рук выделялись от гордости, а плечи выглядели достаточно широкими, чтобы сбить человека с ног без всяких усилий.       Воодушевившись, Рей почувствовала себя смелее. — Хорошо. Но я хочу кое-что для себя. — Что бы это могло быть? — Спросил он, не отрывая взгляда от меча. — Когда мы вернемся в наши апартаменты сегодня вечером… Ты должен сделать то, что я скажу.       Рен посмотрел на неё. — Разве я когда-нибудь отказывал тебе в чём-нибудь? — Проницательно спросил он. — Нет. Но мне нужно твоё слово. — Я не знаю, на что соглашаюсь. — Он указал на это. — Твоя правда. Но я прошу тебя доверять мне. В этом нет ничего плохого. Тебе понравится. Надеюсь.       Рен посмотрел на Рей своими тёмными, почти полностью чёрными глазами. Было какое-то нежелание, даже сопротивление. Но и интрига тоже. — Хорошо. Но ты должна выслушать все мои наставления. Никаких аргументов. Здесь я — учитель, а ты — ученик. — Договорились. — Рей подняла меч. — Начнём?

***

      Рен без особого удивления обнаружил, что Рей более чем хорошо владеет базовым мечом, чем обычный новичок. Конечно, её стиль был довольно диким и неистовым, а не тактическим и структурированным. Её стиль был очень похож на «Побеждай и Побеждай быстро». У неё было достаточно энергии и выносливости, чтобы дать ему хороший бой, и он обнаружил, что ему не раз приходилось уклоняться от дикого замаха.       Они продолжали резать и колоть друг друга более часа, она не жаловалась и не стонала, когда он указывал на ошибку или слабость в её защите. Она была во многом женщиной слова.       А это означало, что теперь он должен стать своим человеком.       Он никогда бы не признался в этом, даже под пыткой, но он нервничал. Он верил, что она не сделает ничего ужасного или необдуманного. Она не была на это способна. Но в результате это незнание сделало его нервным и немного более агрессивным в его боевом стиле.       В конце концов они вернулись в свои покои после того, как Рен переоделся и снова надел маску, что было не очень приятно, когда он был весь в поту, и позволил Рей сначала воспользоваться освежителем. Это дало ему время перегруппироваться.       Когда она закончила, он зашёл в освежитель и хорошенько умылся. Он подумал о том, чтобы взять себя в руки и немного снять напряжение, которое испытывал, сражаясь с Рей. Как бы необычно это ни было, видеть, как она берет верх над ним, было довольно возбуждающе. Однако он сопротивлялся.       Он вытерся и переоделся в свежую майку и брюки. Его влажные волосы были тщательно вытерты полотенцем. Он пошел в свою спальню, чтобы забрать остальную одежду, когда был озадачен, увидев Рей, сидящую на кровати. Она явно ждала его.       Она тоже слегка покраснела. — Помни о своём обещании. — Напомнила она ему. Он молча кивнул. — Сними майку.       Рен доверял своему слуху. Он никогда не подводил его. Но теперь он начал сомневаться в этом. — Сними майку, — повторила Рей. — Пожалуйста.       Он медленно наклонился и снял её. Рей вздохнула, перевела дух, как будто с облегчением. Её глаза были устремлены на него, и она вбирала в себя всё, что могла увидеть в данный момент.       Рен поднял руку, чтобы выключить свет. — Нет! Оставь свет включенным. Я хочу тебя видеть. — Взмолилась Рей. — Но почему? — Он потребовал ответа. — Потому что… ты красивый.       В жизни Рена называли по-разному. Не многие из них были комплиментами. И из тех немногих слов похвалы, которые он когда-либо слышал, слово «красивый» не входило в их число. — Иди сюда. — Прошептала Рей.       Рен подошел так близко и быстро, словно его могли укусить в любой момент. Она подняла руку и приложила узкую ладонь к его груди.       Ещё один первый раз. Голая рука на его обнажённой груди. В прошлом её маленькие ручки ласкали его сквозь пижаму, но никогда не ныряли под неё. Более чем вероятно, что она последовала его примеру. Он ни на секунду не допускал мысли, что ему позволено прикасаться к её обнаженной коже. Он пожалел, что не может сдержать вздох, вырвавшийся при этом ощущении.       Рей провела пальцами по узорам на его груди. Казалось, она рисует на карте весь ландшафт кожи и запечатлевает его в памяти. Её руки прошлись по его плечам, вниз по грудным мышцам и вниз по животу. Ее загорелая рука гордо выделялась на фоне его собственной кожи цвета слоновой кости.       Не говоря ни слова, Рей наклонилась и поцеловала его в ключицу.       Сила, он любил чувствовать её губы на своём теле.       Сломав свой контроль и заглушив сомнения, Рен схватил её лицо и завладел губами. А она вся дрожала. — Ты тоже хочешь меня увидеть? — У неё перехватило дыхание. — Что увидеть? — Его мозг ещё не успел осознать реальность ситуации. — Знаешь… ты же показал мне свою…       Рен всё ещё не совсем понимал её, когда Рей схватилась за тунику и стянула её через голову. Одетая только в её нагрудную повязку и спальные штаны, она быстро вошла во вкус дела.       Он схватил её за запястья прежде, чем она смогла двинуться дальше. — Ты не… ты не должна этого делать. — Рассуждал он.       Голод и жадное безумие затуманили на секунду её глаза, но он успел увидеть его. — Разве ты не хочешь, чтобы я это сделала?       Он прервал её, снова прильнув губами к её губам и вложив в них всю свою подавленную похоть, отчаяние и тоску. Она застонала и забралась к нему на колени, впервые оседлав его. Её судорожный вздох, прервавший их отчаянный поцелуй, показал, что она точно чувствует, как сильно он этого хочет. — Ты мне ничего не должна. — Он стиснул зубы. Может быть, он и не идеален, но он не хотел принуждать её. — И ты тоже. — Она успокоила его, всё ещё зарывшись руками в его волосы. — Я тебе всем обязан. — Прошептал он ей в шею. Он всегда знал, что если эта страсть будет высвобождена ею, то она прольётся через него и поглотит его. Она будто распахнула шлюзы. — Только это. — Прошептала она. — Только наш верх. Ничего больше. Давай просто чувствовать друг друга. Видеть друг друга. Я хочу тебя видеть.       Рен судорожно глотнул воздух. Её кожа касалась его, её живот был открыт и терся о его и, черт возьми, всё это. Он не был достаточно силен, чтобы отказать ей.       Рей слезла с его колен и повернулась к нему спиной. — Помоги мне. — Проинструктировала она, указывая на свои ленты.       Искушение разорвать их в клочья было велико, но Рен сумел развязать узел на спине, который связывал её грудь с телом. Материал был длинным, когда он разматывался вокруг неё, и последний клочок был удержан Рей, чтобы сохранить ее скромность ещё на минуту. Рен не двинулся с места. Если она передумала, он не скажет ни слова против, поклялся он себе.       Вместо этого она глубоко вздохнула и опустила руки. Она всё ещё стояла к нему спиной, так что он не мог видеть её грудь. Изгиб и загорелая кожа её спины были достаточно возбуждающими. Она медленно взяла его руку и прижала к своей груди. Она указала на его другую руку, которую он вложил в её ладонь.       Молча, всё ещё стоя к нему спиной, она положила его руки себе на грудь.       Они идеально подходили к его ладоням, её шершавые соски впивались в его ладони и заставляли его благодарить за это того, кто слушал в галактике. Он потянул её назад так, что её спина оказалась вплотную к его груди, где они оба стояли на коленях на кровати. Они оба застонали от этого ощущения.       Опустив глаза, он провёл пальцами по её грудям и впервые увидел их. Они были маленькими, как и всё остальное, но идеально подходили к её фигуре. Идеально для неё. Он провёл большим пальцем по малиново-розовым соскам в своей руке и наслаждался её удивленным стоном.       Решив, что хочет испытать свой рот в этом дивном новом мире, он мягко повернул её лицом к себе и завладел её ртом, одновременно укладывая на кровать.       Ему нравились звуки, которые издавала Рей. Лаская её кожу губами, он провёл языком по её соскам и втянул их в рот. — Ургггггх. — Ахнула она. — О боже… Рен.       Рен ответил, проведя языком по нижней стороне её груди.       Он мог бы с удовольствием заниматься этим всю ночь, но заметил, что Рей ёрзает. — Ты в порядке? — Он поднял на неё глаза. — Я чувствую себя… липкой. — Она потерла бедра друг о друга. — Зудит.       О. Оооо. — Я могу помочь с этим.       Рей посмотрела на него сверху вниз, её щеки порозовели, зрачки расширились. — Ты мне доверяешь? — Он присоединяется к ней.       Она могла только кивнуть. — Я больше ничего не сниму. Если это слишком, скажи мне. — И слегка дрожащей рукой он скользнул вниз по её животу и скользнул в её спальные трусики.       Влага, которую он там обнаружил, означала, что он повторил её отчаянный и испуганный вздох. Он так давно не испытывал удовольствия и возбуждения от женщины. Ему всегда приходилось надевать перчатки. От ощущения влажности её невинного лона ему захотелось сорвать их с попки и вонзаться в неё до тех пор, пока в нем не останется ни капли.       Вместо этого он провел по её нижним губам взад и вперед.       Рей вздыхала и прерывисто дышала, её глаза были плотно закрыты. Похоже, она не собиралась говорить ему, что это уже слишком. — Неужели ты никогда не делала этого с собой? — Тихо спросил он.       Она покачала головой. — Не знала… что делать. Никогда и ничего. Никогда не было нужды.       Рен ускорил движение своей руки и прижал пальцы к передней части её лона. Первое прикосновение его пальцев к её клитору заставило её застонать, а глаза широко распахнуться.       Решив, что это определенно правильный путь, он сосредоточился на этом. Он испытывал искушение погрузить в неё палец, но решил, что это будет слишком для девушки, которая была более невинна, чем она когда-либо признавала.       Нежно поглаживая и целуя её шею, чтобы выровнять ощущения, ногти Рей впились в его плечи. Она вся дрожала. — Всё в порядке. Это нормально. Расслабься и позволь этому случиться. — Он успокоил её.       Ощущение и звук прекрасной девушки под ним, поднимающейся и падающей под волной экстаза, сделали для Рена больше, чем все богатства и власть в галактике. Последующая дрожь и влажность, которые встретили его пальцы, всё ещё погруженные в её ягодицы, были тем, о чём он мечтал так много раз, но даже не касался поверхности реальности.       Он рухнул рядом с ней, стараясь держать бёдра подальше от неё. Без сомнения, она ответит ему взаимностью и поможет найти выход. Наблюдая, как она пытается примириться с тем, что только что почувствовала, он решил, что сейчас не тот вечер. Существовала также вполне реальная опасность, что стоит ей только коснуться пальцами его обнаженного придатка, и он взорвётся, как вспышка. Он не хотел, чтобы сегодняшний вечер закончился на неприятной ноте.       В ту ночь они спали с включенным светом. Рен знал, что они никогда больше не будут делать ничего интимного при выключенном свете.