Кровавый меч

10-ое сентября 1748 года. Около 9 часов утра.       — Шейн. — тихо шептала темноволосая девушка, стоящая в проходе комнаты, в который на кровати лежал Спенсер.       — Мм... Больно часто он начал отлеживаться по утрам...— она смотрела на спящее тело офицера, и на ее лице появилась едва заметная улыбка. Затем она ушла в соседнюю комнату, закрыв за собой дверь.       Спустя 30 минут Спенсер открыл глаза. Он спал на незнакомой ему кровати, вокруг него никого не оказалось. Он пытался вспомнить как он тут оказался. Рядом с кроватью стояла тумба, на которую опирался меч Шейна. На ней стоял цветок, а также счет, оставшийся из какого-то ресторана. Не сказать, что это было просто, но он наконец осознал, что находится в доме лейтенанта Элис Дарси.       — Это ж сколько я выпил... Помню что я был с Бьяном, зашел в ресторан и решил отметить победу вкусным ужином... Дальше будто провал в памяти. Интерьер в комнате похож на тот, что был у Элис, так что полагаю, что я у нее, только не помню какими судьбами... Надо ее найти что-ли.       Шейн попытался встать и чуть не упал обратно. Его ноги сильно болели в коленях, а голова уже готова была расколоться.       — А у меня же сегодня чертов полуфинал... Открыв дверь из комнаты, он увидел перед собой небольшой коридор, в конце которого была еще одна дверь. Слева от него располагалась лестница на первый этаж. Он медленно перешагивал со ступеньки на ступеньку, опираясь на поручень, пытаясь не свалиться. Наконец, когда осталось всего пару ступеней, его услышала Дарси.       — Ты уже проснулся. — говорила она не особо жизнерадостным голосом.       — Почему я у тебя дома?.. — уставшим голосом говорил Спенсер.       — Ты вчера так напился, что отрубился, не дойдя до дома. С тобой был Бьян, и ему нужно было что-то сделать. Он отвел тебя в корпус 21-ого, и я забрала тебя к себе, иначе черт знает, что с тобой бы было в казармах. — не отрываясь от готовки, говорила Элис.       — Я кому-нибудь что-то должен?       — Нет, всё в порядке.       — Я ведь просто поспал у тебя, ничего особенного?       — Естественно. На что ты такое намекаешь?       — ... Конечно, прости за грубость. Я наверное пойду.       — Стоять. Я уже начала готовить и на тебя, что я по-твоему буду делать с едой?       — Аа... Ээ...       — Лучше иди полежи еще немного. Поешь, а потом уже пойдешь куда захочешь.       — Хорошо... Не подскажешь сколько времени?       — Почти 10 часов.       — Спасибо.       Шейн начал медленно подниматься по лестнице.       — Какая-то она расстроенная что-ли... Обычно она повеселее будет.       Офицер лег на кровать, и решил еще немного вздремнуть.       — Раньше ты так много не спал. — прозвучал женский голос. Спенсер сразу открыл глаза.       — А... В последнее время я сильно устаю. — произнес проснувшийся Спенсер.       — Ясно. Вставай, еда готова.       — Ага Еще не пройдя на кухню Спенсер учуял запах мяса. На столе стояли две тарелки. В них были макароны с кусочками мяса. Шейн не сильно привередлив к еде, так что с радостью съел бы почти все, что ему бы дали. В спешке прожевав все, что было в тарелке, он поблагодарил за еду, поднялся на второй этаж, взял свои вещи и отправился на выход.       —Быстро ты. — довольно безразлично сказала Элис.       — Ага. Наступило неловкое молчание.       — Ты выглядишь подавленно, все точно хорошо? — спросил Спенсер.       — Да, конечно.       — Хорошо. Еще раз спасибо за всё.       — Ага, удачи. Спенсер прошел пару сотен метров в сторону Империума, служебного центра рыцарей.       — Это был... Тяжелый разговор. На нее так повлияло поражение от Лана? Мне стояло ее поддержать что-ли... Может всё таки развернуться?       Спенсер уже подумывал возвращаться, как его остановил проходивший мимо Менсон.       — А ты выглядишь не очень, для человека, которому сегодня в полуфинале сражаться. — спокойно сказал Дмитрий.       — Да бросьте, как вы могли это понять?       — Как? Да ты выглядишь так, будто сейчас помрешь на ходу. Давай уже на разминочку. Просыпайся. — немного стебя, говорил ему тем же спокойным голосом капитан.       — Понял, уже иду.       Не мог же Шейн перечить капитану. Спенсер пробежал пару кругов, сделал несколько упражнений, и понял, что такими темпами, его тело не справиться. Он решил сходить в лавку с зельями, чтобы найти там хоть какое-то лекарство.       Через несколько минут он добрался до нужного места. За знакомым ему прилавком находился Юкине.       — Добрый день, Спенсер. — с улыбкой встречал его парень.       — Добрый, Юкине. Есть обезболивающие и восстанавливающие зелья?       — Конечно. Сколько нужно?       — По пять штук каждых.       — Хорошо. С вас 50 хельт.       — Спасибо. — Шейн протянул монеты, взял зелья и ушел.       Чего стоит момент покупки чего-либо? Чем отличается одна тренировка от другой? Что заставляет человека выполнять ежедневную рутину? Для чего это все? Пожалуй у каждого человека, который борется за свою жизнь, есть свои ответы на эти вопросы. Кто-то хочет защитить любимого человека, и его улыбка придаёт сил. Кто-то хочет доказать собственные принципы, и быть признанным. А кто-то... Просто скитается от одной мелочи к другой. От одной цели, к следующей. И эти цели... Ничего не стоят. Когда-то ты упрешься в потолок, и дальше тебе просто нечего будет делать. Такие цели ничего не стоят. Нужна цель всей жизни. Та, что будет важнее всего. Та, что будет достойна благословения. Я не должен просто стать сильным, чтобы выиграть спор с матерью.       — Бляяяяя... — тяжело вздохнул Спенсер. — И почему мне не похуй на эту "глобальную цель"? Я просто офицер. Без катализатора. Без резонанса. Пока у меня нет этих возможностей. Я просто должен стремится к званию лейтенанта, а там уже посмотрим. Будет повод, подумаю над этим. А сейчас... — Шейн достал из кармана часы. Часовая стрелка показывала на цифру 12. — Пора бы уже разминаться перед полуфиналом.       Спенсер сбросил с себя доспехи.       — Настало время показать и свой собственный козырь. — офицер ухмыльнулся и направился к площадке, на которой будет проходить бой.       Все также. Опять шаги по коридорам рыцарского служебного центра. Опять выход к месту проведения боя. Опять оглашение имен, все эти прелюдия. Шейну было неинтересно, что там говорят себе судьи под нос. Он бросил взгляд на Лана. Парень, ростом под два метра, с длинными, черными, как ночное небо, волосами. Его глаза были еле-еле раскрыты. Он уставился куда-то в сторону. Черные мешки под глазами создавали ощущение, что он сейчас упадет, и начнет спать на земле, как на мягкой кровати. Его взгляд так и говорил: "Оставьте меня уже в покое..." Он не создавал впечатление "могучего война, которому все нипочем" . Он был... Красив... Но...       — Он точно лейтенант, попавший в полуфинал? — с небольшим разочарованием прошептал Спенсер.       После этих слов, Лан посмотрел в глаза Шейну, немного приоткрыв рот. Офицер удивился и резко смутился от того, что оскорбил лейтенанта в лицо, но Рильд, ничего не произнеся, опять направил взгляд в пустоту.       — Почему ты... Смотришь в никуда?... — спросил Спенсер.       — М? Я просто прислушиваюсь в воющему ветру. Он немного усилился. — ответил лейтенант спокойным, но в то же время довольно дружелюбным тоном.       Шейн попытался услышать ветер. Но практически не услышал ни шороха, хотя считал свой слух весьма острым, по сравнению с другими людьми.       — Ты его слышишь? Это удивительно. — немного восхитившись сказал офицер.       — Ну, я всегда слышал звуки на фоне чьих-либо слов особо четко. — слегка откинув голову назад, призадумался Лан. — Ты, к слову, не боишься пораниться-то без доспехов? На вид не самое удобное одеяние. Пафос в приоритете?       — А... Да не, скорее наоборот. Я чувствую себя лучше без доспехов. — Спенсер осмотрел собственное тело. На нем были плотно охватывающая одежда, а поверх нее была черная накидка.       Их диалог больше был похож на разговор старых приятелей, нежели спор соперников. Тем не менее, пора было уже начинать бой.       — В первую минуту боя лейтенантам запрещается пользоваться резонансом, в случае, если он имеется. Полуфинал между Шейном Спенсером и Ланом Рильдом начинается! Три... Два... Один... — только-только успел судья договорить, как лейтенант уже оказался за спиной Шейна.       — Надо же...— удивился Спенсер. — И это он без резонанса такую скорость развил? Конечно это не сравниться со скоростью Нико, но я еле успеваю следить за его движениями...        В это время клинок Лана уже приближался к лицу офицера. Шейн успел опомниться. Центр тяжести медленно смещался назад, пытаясь освободить пространство для взмаха, но было уже поздно отражать атаку противника мечом, находившимся в правой руке. Спенсеру пришлось прихватить лезвие левой рукой, и отклонить меч Лана в сторону, после чего, выиграв время, парировать атаку мечом. Рильд остановился. На руке офицера остался глубокий порез, простиравшийся перпендикулярно ладони.       — Тц... Не особо больно, но левой рукой будет потяжелее пользоваться... Будь я в доспехах, пропустил бы удар без шансов. — оскалил зубы Шейн.       — Перестань. Если собираешься продолжать делать такие глупости, будешь долго восстанавливаться, если вообще сможешь. — немного приоткрыв глаза, лейтенант встал на месте.       — И что же ты остановился, приятель? Не стоит сдерживаться в полуфинале. — немного ухмыльнулся Спенсер.       — Он... Почему он... Не взялся за руку... Не прокричал... Не сдался? Он конечно излишне пафосный придурок, но все же готов встретиться с болью лицом к лицу? Ты что, на голову отбитый? — на удивление самому себе, Лан восхищался мужеством офицера.       — Ты же... Проиграешь... Проиграешь, неважно, через минуту, или раньше. У тебя нет ни шанса. Зачем ты стараешься? — вновь взял себя в руки и спокойно произнес Рильд.       — "Зачем ты стараешься?"... Все вы говорите одно и то же... Ты хоть знаешь, чего мне стоило попасть сюда? Как я на последнем издыхании старался стать лучше? Проиграю? Да, шанс высоковат... Нет... Он просто огромен... Я выиграю, только если вдруг на тебя упадет метеорит, или ты споткнешься о камень. У меня нет и процента шанса на победу. Но если я сдамся, оправданы-ли будут все мои старания? Даже если проиграю, значит мне есть куда расти. — разозлился офицер и взмахнул мечом, стараясь атаковать лейтенанта. Тот в свою очередь блокировал каждую атаку. Но на лице Рильда уже не было того безразличия. Он смотрел в переливающиеся багрянцем глаза. Глаза, которые не были наполнены печалью. Которые так и кричали: "Я еще не сдался!"       — Это... Очень наивно...— думал Лан.       — Минута прошла! Лейтенанту разрешено пользоваться резонансом!       — Но ты, по крайней мере, не сдался и не молил о пощаде. — в голове лейтенанта вспоминались картины.       Картины захлебывающихся в крови уродов и убийц, которые молят, лишь бы их не прикончили. Он недолго является лейтенантом в 26-ом. Около полугода назад, он попал туда в качестве солдата. Солдатов 26-ого отправляли просто-напросто разобраться с парочкой разбойников, или кого-то мелкого. В отличии от других отрядов, этот был создан не для защиты людей или уничтожения демонов. Это отряд убийц. Убивают они людей, неугодных королю, или другой аристократии. Почти никому, кроме высокопоставленных рыцарей, по понятным причинам, не говорят о направлении этого отряда. Не так давно, отряд был создан для устранения угроз за пределами столицы, а изредка - даже в ней самой. Зачастую, это были люди, которых нельзя было убить по закону, но они мешались кому-то важному. Как этот отряд вообще может быть легальным? Король решил, что если публично показать народу то, как он просто может приказать убить непригодных ему, то это сильно ударит по его репутации. Так что пусть лучше жители живут в своем уютном мирке, в котором все следуют законам.       Лан просто идеально подходил для работы убийцы. Он без лишнего шума справлялся с работой. Его не тяготило забирать жизни у людей. Ему приказывали - он убивал. Все первоклассные заказы предоставлялись ему. Капитан мило улыбался и наставлял меч на Рильда. Спустя пару секунд, в его глазах темнело, и тот оказывался недалеко от цели. Выждав нужного момента, он пролетал рядом, словно порыв ветра, и заказ был исполнен. Но иногда от него требуется излишняя жестокость. Обезвредить охрану цели. И после убить и саму цель, молящую о пощаде. Ему противно. Противно от того, что люди настолько слабы перед лицом боли и смерти. Но это ведь его работа, к которой, как постоянно говорит его капитан, у него явный талант.       За все время, что он служит рыцарем в 26-ом, он еще ни разу не встречал достойного соперника, поединок с которым, показывал храбрость или доблесть людей.       Даже среди рыцарей на турнире, он не встретил того, кто бы принял боль как должное. Кто не сдался бы, увидев силу Лана.        Уши Спенсера не могли ничего уловить. Вокруг воцарила абсолютная тишина. Вдруг Шейн начал ощущать стук своего сердца. От этого он только участился, потому что офицер был сильно удивлен и его окутал страх. Он не успел опомниться, как тишину прервал тихий голос, раздающийся где-то позади него.       — Я польщен твоим героизмом. Но тебе пора проснуться, от твоего глупого сна, где ты непоколебимый герой. — брюнет слегка улыбнулся, после чего нанес удар по спине Спенсера.       — Когда? Как? Почему? — офицер не мог понять, как Рильд бесшумно прошел к нему за спину, пока тот был ошарашен.       Шейн упал на землю. Ему было не особо больно, скорее он просто потерялся и впал в ступор.       — Победитель полуфинала — Лан Рильд. — гордо произнес судья.       Лейтенант поднял потерявшего сознание Спенсера, и понес его в медпункт.       — Ого... Кажется он тебе понравился. — улыбнулась блондинка, наблюдавшая за боем, и тут же испарилась.       Спенсер открыл глаза. Он лежал на животе, и первым он увидел пустующую койку, стоявшую рядом. Стены вокруг были немного потрескавшимися. Вокруг пахло спиртом. Было нетрудно понять, что он находился в медпункте. Его спина начала сильно колоть.       — Ого, ты проснулся. — удивилась медсестра, сидевшая рядом, протиравшая рану какой-то жидкостью. — Порезы были довольно глубокими, больно быстро ты очнулся.       — Сколько я проспал? — уставшим голосом еле смог выдавить Шейн.       — Не больше двадцати минут.       — Понятно... Спасибо.       — Так значит я проиграл... Ну да, как он и говорил, это был очевидный исход. Чего мне не хватило? Дело даже не в чертовом резонансе. Даже так, его возможности сильно превосходили мои. Я старался, но это не было похоже на мой максимум. В прошлые разы я был гораздо сильнее. Дело в плохом сне? Или может не стоило праздновать победу... Черт, и зачем я вообще ищу оправдания сейчас, лучше просто вздремну, пока есть возможность. — Спенсер терзался в раздумьях, пока не бросил свои идеи.       Спустя пару часов, он вновь проснулся. Вокруг уже никого не было. Было уже довольно темно. Лишь одна свеча на тумбе, стоявшей рядом, освещала все помещение. Шейн попробовал встать. Его ноги не давали сбой, но перебинтованная спина давала о себе знать. Офицер вышел из помещения, и начал бродить в надеждах найти корпус своего отряда, шагая по темным коридорам, которые освещает один лишь лунный свет. Каждый вздох сопровождался болью в спине. На подоконниках стояли цветы, поэтому тени на стенах выглядели довольно жутко. Спустя пару минут, он наконец нашел нужный ему вход в корпус 21-ого отряда. Вдруг, открывая дверь, он увидел перед собой небольшого парня, ростом около 160-и сантиметров. На нем была какая-то смешная красная шляпа, а в руках сумка с письмами.       — Почту что-ли разносишь? — спросил Спенсер, с недовольным видом лица.       — Извините, вы не знаете где здесь Шейн Спенсер? — спросил нервным голосом парень.       — Прямо перед вами. — безразлично отвечал офицер.       — Оох... Мелани Спенсер и Белла Спенсер это ваши сестра и мать, верно?       — Ну да...       — Я прошу прощения. Они были обнаружены мертвыми у себя дома, сегодня утром. Примите мои соболезнования.