Куски и заметки

      Валентино огляделся и, недовольный отсутствием мягкой мебели, остался на месте.       — Леденчик, зря ты заявился сюда, не спросив разрешения. Не следовало сейчас отрываться от охраны и вообще выходить.       Я склонил голову и приподнял брови. Без убедительных обоснований никогда бы не послушался, и он это знал.       — Двухголовый. — Неохотно продолжил Валентино. — Он все ещё хочет тебя. И меня. Вся эта шумиха снова привлекла его внимание.       Новости одна другой интереснее.       — Помнишь фильмец с двухглавой певичкой, которую ты выебал во все дыры, а она плакала и умоляла позволить полизать твою мороженку ещё немного? Он воспринял это на свой счет.       Я пожал плечами — разве упомнишь каждую дурацкую сессию — но театрально поразился:       — Кто бы мог подумать! И с чего бы это!       — Это его очень уязвило. Он же такая чувствительная натура! Ты обхаживаешь этих кретинов по полной, и некоторые начинают думать, что на них свет клином сошёлся. — Валентино выдержал паузу, сверля меня взглядом мрачно светящихся глаз. — Даже забыв про сложившуюся здесь ситуацию… тебе следует быть осмотрительнее. Или хочешь снова угодить в его шапито?       Застонав, Вокс выдал на экран таблицу настройки, заморгал светодиодами и противно с переливами занудел разом на всех частотах.       — Ша! Там ангел разгуливает!       — Он нас выдаст!       — Если ты не вырубишь коннект, я вырублю тебя. — Предупреждающе прошипел мгновенно сориентировавшийся Валентино.       Башка, бессвязно матерясь, полез драться. Вэл упёр вытянутую руку в его экран и пару секунд снисходительно наблюдал, как тот размахивает конечностями. Когда это надоело, он ловким движением запустил нижнюю руку под пиджак Телика и извлек из-за пазухи маленький лакированный пульт. Смешливо прищурился и нажал на кнопку. Значки окрасились красным и погасли, экран вырубился, а сам Вокс осел на землю. Визгливо засмеялась сквозь слёзы Вельвет. Я не поверил своим глазам и недоверчиво воскликнул:       — Божечки, у него всегда был выключатель?! Тебе стоило вырубать его хоть иногда!       Вельвет засмеялась громче, Хаск оскалился и недоумённо покрутил когтем у виска.       — Я в чёртовой психлечебнице! — Не скрывая удовольствия, возвёл очи горе Валентино. Беззастенчиво отираясь вокруг него, я подхватил:       — Санитаром!       Обожал работать с ним в паре. Времена, когда мы вместе выходили на дело, были лучшими! Знание, что он возбуждён, лишало соображения, хотелось попробовать на вкус пот на его коже, и я нежно промурыкал, совсем позабыв о зрителях:       — Нет никого сексуальнее тебя!       Хаск привёл меня в сознание, яростно зарычав:       — Вы тут совсем ебанулись? Ты чистый стокгольмский синдром!       Валентино, потянувшийся было ко мне, отвлёкся и переключил внимание на него, сказав миролюбиво, но едко:       — Позволь нам решить эти дела между собой. Понимаю, что обломал тебе хороший трах, не злись, котёночек.       — Цирк уродов! — Зло выплюнул Хаск, проигнорировав мой предостерегающий взгляд.       — Ты так не думаешь! — Оскорбился я.       — И как же я думаю? Зачем ты помогаешь этому садисту?       — Ты про крыло, котик? Я бы не стал трогать тебя, если бы ты ко мне не полез. — Не без высокомерности прервал перепалку Валентино.       — Ты шлялся по Отелю, как у себя дома! — Хаск весь вздыбился и практически опустился на четыре ноги, по-кошачьи выгибая спину и дёргая хвостом. Крылья веером распахнулись за спиной, и стало очевидно, насколько они отличаются по размерам и богатству оперения. Валентино с пробудившимся интересом чуть повёл плечами:       — Не заставляй меня желать…       — Желать, блять, че… — Утробно взыл Хаск, и я торопливо сделал красноречивый поясняющий жест. Он увидел, и, на глазах разъяряясь, начал набирать в грудь новую порцию воздуха. Выдернув палец из крепко сжатого кулачка, я поднёс его к губам, оскалился и резко клацнул зубами.       Кот подавился и заткнулся. Хорошо, что до него наконец дошло. А заниматься сурдопереводом мне даже понравилось!       — Не подыгрывай ему, леденчик, пусть понарывается. — Сладко улыбнулся Валентино, не сводя глаз с возможной жертвы. Клыков в его пасти определенно прибавилось с прошлой улыбки. — Если твой ручной котик хочет ещё раз развлечься со мной, разве я смогу отказать?       — Вернёмся к делу. — Резко сказал я и встал между ними. — После позапрошлого истребления ходили слухи, что в городе разбился ангел. Ты оправлял ребят на разведку. Они не нашли копья, я бы знал. Но что-то они нашли? — Я нервно сглотнул. — Доспехи, части тела?       — Скорее, это были кое-какие детали, кексик. — После долгого оценивающего взгляда снизошел Валентино. Шерсть встала дыбом на загривке.       — Кто-нибудь видел, как это случилось? Они подрались между собой, и один расправился с другим над городом?       — Скажи еще, что Люцифер пролетал мимо и разобрался с одним из них.       Я пожал плечами и продолжил:       — Если бы они были неуязвимы, мы бы даже представления не имели о копьях. А у Вэгги есть одно.       — Как она заполучила его? — Спросил Хаск из-за моего плеча.       Я возмутился, разведя руками:       — Так она и рассказала! Я два раза пытался споить её и чуть не трахнул — фигушки!       — Может, стоило трахнуть?        — И проснуться с этим самым копьем в заднице? Нет уж, спасибо.       — С Вагатой очень тёмная история. — Степенно признал Валентино. — Посоветовал бы держаться от неё подальше, но ты ведь не послушаешь.       — И так держусь на расстоянии в полтора удара копья. Я люблю свой зад! — Коротко улыбнулся я. — И всё же, как можно было заполучить ангела, пусть даже сломанного?       — А это уже попахивает двинутыми учёными, как и газ, или чем там всех одурманили. Собрать чудовище Франкенштейна из кусков ангела? Сумасшедший ученый и дух в сговоре работают вместе — это не кажется невозможным.       — Слишком похоже на сюжет дешёвого фантастического фильма. — Отозвался Хаск.       Я снова развел руками, уже с сарказмом:        — Ну, значит, ангел просто спустился с небес перекинуться в картишки!       Босс в своей голове повертел эту головоломку и так, и сяк, потом нахмурился и прошипел:       — Если твой ненаглядный сладкоголосый Столас виноват в происходящем… Кто бы ещё решил позаботиться о нас с тобой?       Валентино всегда ревновал к совиному принцу. Это было бы даже мило, если бы не было так опасно.       — Ты, конечно, не расскажешь, зачем он приезжал в ваш отель.       Я мог только оскалиться — был бы рад время от времени возвращаться к зачарованному двору, но Валентино больше не отпускал меня, и о планах любых живущих здесь духов, а особенно Столаса, я не имел ни малейшего представления. О чём, интересно, они говорили, уединившись тогда с Аластором в баре?       Мы помолчали, сиюминутно недовольные друг другом. Потом, пока он не решил пристать с расспросами к Хаску, я выдавил, указав наверх:       — И что мы можем сделать?       Валентино ткнул пальцами разом на Хаска, бесчувственного Вокса и свою гротескно раздутую пазуху:       — В любом случае, кексик, в таком виде у нас нет и шанса против даже калечного ангела. Мы можем тянуть время или поиграть с ним в прятки в поисках выхода.       Хаск встряхнулся, распушив мех и завернувшись в крылья.       — Это старое казино. Его несколько раз перестраивали, но всё же… — Он отставил пирамиду ящиков и со скрежетом отодвинул от стены стеллаж, принявшись рассматривать обитую экранирующим тепло материалом стену и балки на потолке.       — Убежище? Или ход в катакомбы? — С интересом уточнил Валентино.       — Что-нибудь. — Нехотя проворчал Хаск сквозь зубы.