Blue

Как же знаком мне этот кабинет — толстый кактус на подоконнике, смотрит в окно и наверное, офигивает от снега. На стене висит картина породистой собаки. Пес холёный, в золотой раме, как в лучших особняках Британской знати прошлых веков. Оранжевая лампа на столе — распространительница тёплого света. Большие мягкие кресла, в которых проваливаешься в другое измерение. Всюду подушки. Я провёл в этом царстве покоя много часов — в основном молча. Когда тебе 15, и только что умерла твоя мама — что тут скажешь? Третий по счёту психолог, Бан Ши Хёк, не мог тогда меня разговорить, да и не собирался, но не потому что он был плохой врач, наоборот, потому что хороший. Он понял, что сидеть с ним в тишине, мне было достаточно. Так мы и сидели, молча, каждый был занят своим делом. А сейчас я пришёл сам, и я хотел говорить. Ши Хёк, как обычно, начал с погоды, с холода. Пушистые усы шевелились под носом с горбинкой, в очках сидели оранжевые зайчики. —Холодно сегодня, — говорил он.Ты не мёрзнешь? Конечно, нет! — ответил он за меня, — Какая у тебя хорошая тёплая куртка. Мне бы такую, но спортивный стиль мне совсем не идёт. Хожу в пальто. Представляешь? Тебе нравятся пальто? —Нет. Но на Вас, думаю, что надо, — ответил я. Белый халат был застегнут наполовину, под халатом проглядывал тёплый, светло-коричневый свитер, в цвет висевшего на крючке пальто. —Новый год скоро. Какие планы? — продолжил он разговор. —Нет планов, я забыл про праздники. —А мы собираемся в деревню: жена, дети, рать родственников… Я — в деревне! — он ухмыльнулся. —А куда бы Вам хотелось? — спросил я. —На джаз в филармонию. Одному, — я улыбнулся. Мне нравилась его честность. —Я бы поехал в деревню, подальше от всего. —От проблем? — спросил Ши Хёк. —От них… Врач достал телефон и без предупреждения зачитал отрывок со страницы в Вики: «проблема -… противоречивая ситуация, выступающая в виде противоположных позиций в объяснении каких-либо явлений, объектов, процессов и требующая адекватной теории для её разрешения; в жизни проблема формулируется в понятном для людей виде «знаю что, не знаю как», то есть известно, что нужно получить, но неизвестно, как это сделать», — нa Ши Хёке была надета мягкая обувь, которая ступала без шума и не прерывала спокойный голос. —Как-то так, — согласился я. Меня подкупала его непосредственность и я рискнул признаться. —У меня…это.....не работает внизу. Бан Ши Хёк участливо нахмурил лоб. —Давно? —Почти всегда. Он отошёл от окна и сел напротив меня. —Может я этот, как его… — я пытался вспомнить слово, —асексуал? Ши Хёк отрицательно покачал головой. —Это маловероятно, с точки зрения статистики, — уточнил он, — хотя, кто его знает. Было неудобно о таком говорить, но кому же ещё рассказать, если не врачу. —Я иногда что-то чувствую, но в основном все печально, — я скорчил гримасу. —Напомни мне, каким ты спортом занимаешься? —Занимался. Боксом. —Стероиды принимал? —Да. —Какие? —Не знаю. Какие у парней были, те и принимал. —Неизвестные стероиды из чужих карманов! — Бан Ши Хёк снова покачал головой. —Думаете из-за стероидов? — поинтересовался я, — но я уже месяцы как не принимаю их. —Некоторые смеси долго из организма выходят. Я думаю, они добавили к совокупности факторов, но не являются основной причиной. —Каких факторов? —Стресс. —Хотите сказать, я не могу из-за стресса? — удивился я. Ши Хёк кивнул. —Последние годы твой организм находится в состоянии хронического стресса. Смерть мамы, — начал перечислять он, — потеря отца, потеря жилья, тебе пришлось ухаживать за прикованной к постели бабушкой — готовить для нее, убирать, стирать за ней, затем смерть бабушки, есть еще, что добавить к списку? Бан Ши Хёк внимательно посмотрел на меня поверх очков. —Жизнь на улице, безденежье, алкоголь, нападение на моего друга, — добавил я. Он сжал губы. —Это не заботы для молодого парня, — вздохнул Ши Хёк, — это заботы для взрослых. —Какая жизнь выпала, с той и лажу, — ответил я. Я не не любил жалеть себя. —Ты упомянул, что иногда чувствуешь что-то. —Да… Я стоял рядом с человеком, стоял близко, мы смотрели…ролики в интернете, и да, я почувствовал, а потом нет. Ши Хёк откинулся в кресле после моих слов. Он явно что-то понял. —Ты говоришь «человек», а не девушка, что конечно очень современно, но мне думается, ты имеешь в виду человека своего пола, — поделился он своей догадкой. —Так и есть, — тихо подтвердил я, хотя именно в этом не собирался признаваться, когда шёл на приём. —Стресс на стрессе, Чонгук, у тебя. Гомосексуальность, для многих как говорит молодежь, «челлендж» — принять и понять. Деревня не выход, надо сразу в Тибет, — мягко пошутил он, — Ты почувствовал желание, а потом на твоего парня напали, и оно пропало. Так было? —Вы проницательны, — подтвердил я, — Но стресс же — часть жизни. Каждый раз у меня будет пропадать желание? —Стресс временный — не страшно, хронический — ничего хорошего. Твой организм отключил на время некоторые функции, поэтому либидо снижено. —И что делать? Есть таблетки? Бан Ши Хёк задумался. —Я не сторонник сразу прописывать лекарства, ты молод, попробуем сначала вылечить тебя заботой, вниманием. —Как это? —Есть друзья, которые в этом могут поучаствовать? —Не хочется никого напрягать. —А тот парень? —Как Вы это себе представляете, доктор? , — засмеялся я. —Он гей? —Да. —Он ответит взаимностью? —Не знаю. Возможно, — я не понимал к чему он ведёт. —Признайся ему в своих чувствах. Даже, если он не ответит, то точно поймет и выслушает. Это — твое домашнее задание, — я притворился, что согласился и встал уходить. —Кстати, — остановил меня Бан Ши Хёк, — первая консультация у нас бесплатна. —Я же не первый раз… —С этой «проблемой» — первый, — улыбнулся он, — если выполнишь домашнее задание, у меня есть большие надежды, что она и последняя. С наступающими!