Blue

Я бродил по полупустому торговому центру и размышлял о том, что сказал мне Бан Ши Хёк. «Новый год скоро» — начал я с самого простого, потому что мысли о стрессе и о моей ориентации казались неподъёмными в тот момент. Могу поспорить, Тэхён купит мне подарок, думал я. Без вариантов — купит. И если я не куплю, он, конечно, не расстроится, но я сам разозлюсь на себя и на его всепрощающую улыбку. Я знал это наверняка, поэтому по дороге от врача, мое подсознание согласилось на крюк в торговый центр. Я и Тэхён жили вместе чуть больше двух месяцев, но я даже представить не мог, что ему может понравится под елкой. Блин, еще и елку надо где-то достать. —Задрот, только книгу ему не дари, — услышал я за спиной звонкий голос. Спасение пришло не в виде ангела, а в виде Мунбёль в оранжевой парке, с оранжевыми лентами в завитых волосах. На ногах у неё были зелёные Найки на большой платформе. На лице, как обычно — яркий аниме макияж. —Ты про кого? , — спросил я. Она хитро прищурила светлые глаза. —Про кого, про кого… Про начальника поезда! Зачем тебе ещё у книжного замирать? Я сделал лицо кирпичом. —Хочу почитать что-нибудь. Почему не в школе? , -спросил я, вспомнив, что лучшая защита — нападение. —А ты почему не на работе? , — спросила она в Ответ. —У меня по понедельникам выходной. Мунбёль показушно закатила глаза, — Так и быть. Купишь мне обед, расскажу про свою жизнь! Я открыл рот, чтобы, хотя бы для вида, протестовать, но меня уже тянули за рукав в ближайшее кафе. Мила расстегнула ворот парки, когда мы сели за столик. —Скучно мне в школе, — сказала она, — Я могу в интернете за день изучить все, что мне препод-австралопитек за месяц не может объяснить. Кто это вынесет? А писать сочинения по литературе — вообще жесть. —Соболезную, — сказал я, — школа мне никогда не нравилась, но в воспитательных целях я умолчал об этом, — Какой подарок посоветуешь? —Так и знала, — засияла Мунбёль. —Скажу, если и мне на Новый год подарок купишь. —Вон как у тебя! -улыбнулся я. —Информация стоит денег, сэр. —Хорошо-хорошо, — ее шантаж работал. —Набор баллончиков для граффити, -произнесла она. Я недоверчиво посмотрел на неё. —Фигня твоя идея, — озвучил я свои сомнения. —Дурак, это мне! — оскалилась Мунбёль, — а Тэхёну подари…браслет. —Он не носит украшения, — Я покачал головой. Мунбёль постучала оранжевыми в цвет парки ноготками по столу и загадочно улыбнулась. —А ведь и правда не носит, — согласилась она, — а ты ничего, симпатичный и умный. Есть другая идея, но денег много стоит. Я кивнул, чтобы она продолжала. —Тэ о велосипеде мечтает. У него никогда не было велосипеда. Он по-моему даже кататься на нем не умеет. —Гонишь, — не поверил я. —Зачем мне гнать? —Велосипед…зимой? — Я пытался разглядеть в бегающих хитрых глазах серьезность, но никаких признаков ее присутствия не находил. Мунбёль неожиданно подскочила. —Меня тут не было! Понял? Я огляделся по сторонам. В направлении Мунбёль семенила взрослая женщина. Она недовольно сжимала губы и грозила Мунбёль кулаком. —Кто это? — спросил я. —Пипец в человеческом обличии. —Кто? —Моя мама, -прошептала Мунбёль и в следующее мгновение перепрыгнула через ограждение кафе, соскользнула вниз по перилам лестницы и исчезла из виду. Женщина, старшая сестра Тэхёна, взглянула на меня с подозрением, но не подошла. Вместо этого она спустилась на этаж ниже за неугомонной дочерью. Чем закончилась погоня, я не увидел. Я вернулся домой, где Тэхён устроил генеральную уборку. Он стоял на табурете и вытирал люстру на потолке. Он снова был в моих серых штанах, без футболки. Его короткий ежик на голове подрос и светился мягким золотым светом. Он был очень красивым. —Я смотрю, ты мои штаны на себя переписал? — сказал я. —Сорри, они такие удобные, — покраснел он и спустился с табурета, — Как погулял? (Так я объяснил свое исчезновение утром. Признаться ему, что я был у психолога и у меня есть домашнее задание?) Я многозначительно уставился на него, не решаясь открыть рот. Мне казалось нечестным выливать на него ушат своих проблем. Он хоть и был эмоционально подготовленный малый, но такого потока чужих проблем никто не заслуживает. Он засмущался моего настойчивого взгляда. —Что-то случилось? — спросил он, отводя глаза и возвращая их, но уже украдкой, исподлобья. —Ничего серьезного. А тебя что-нибудь беспокоит? — начал я издалека. —Иногда, — он внимательно посмотрел на меня, теперь я не выдержал его взгляда, отвернулся, бесцельно переложил какие-то вещи и уже спиной спросил. —Как ты с этим справляешься? —Ты же видел — плачу, — ответил он честно. —Становится легче? —Обычно да. Я обернулся. —А тем, кому не заплакать, что делать? Он отложил пылевую тряпку и сел на кровать. —Поделиться с кем-нибудь. —Я Ёнтану обычно рассказываю, — сказал я. Пёс, услышав своё имя, поднял сонную мордочку с подушки. — Но советы у него никуда не годятся. Каждый раз предлагает либо отгрызть что-то, либо обоссать, — пошутил я. Тэхён улыбнулся. —Я не знаю как правильно, как делают твои друзья, но я рядом, — сказал он и посмотрел на меня, открытый, тёплый, ничего не ждущий.....и очень-очень красивый. Я сдался. Я рассказал ему как скучаю по маме и бабушке, как зол на отца, за то, что тот бросил меня в самый тяжёлый момент. Как зол на себя, что не поступил в колледж. Я все ему рассказал, что не поступил в колледж, все, кроме самого главного, главного для нас. Я не смог сказать, что я почти уверен, что я гей. Тэхён слушал, не перебивал, не задавал вопросы, но лунные глаза как космос, с каждой дрожью в моем голосе, отзывались волной чувств, смывающих мою печаль. Я не заметил как выдохся. Тэхён встал с кровати, подошёл ко мне вплотную. Я почувствовал внутри жар от вида его обнаженной кожи, от линии живота, лучшая часть которого скрывалась за мягкой тканью моих штанов. —Я рад, что ты мне рассказал, — сказал он. Я сглотнул накатывающее желание. —Почему ты мне помог, когда я оказался на улице? — прохрипел я, — я же вел себя с тобой как ублюдок. —Я был влюблён в тебя, — ответил он. —Был влюблён? — удивленно переспросил я. Он опустил голову. —Прости, я постоянно забываю, что тебе неприятно это слушать. Я спрашивал про прошедшее время «был», но Тэхён явно не понял. —Помнишь, ты мне сказал не носить или прятать деньги? — он робко поднял на меня глаза, — я не послушал, потому что боялся, если у меня нечего будет отбирать, вы, а значит ты, больше не подойдете ко мне. И я тебя не увижу. —Мазохист, блин, — горько пошутил я. Он засмеялся и вышел на кухню сделать мне мятный чай. Фраза «был влюблён», «был», засели в моей черепной коробке и начали поедать мозг.