Не потерять себя

      Не дожидаясь новой атаки, Ли ухватился за ограждение балкона здоровой правой рукой и резко перевалился через него, однако все вышло не слишком удачно: из-за боли он потерял равновесие и вместо того, чтобы мягко приземлиться на ноги, с размаху грохнулся об один из ящиков и кубарем покатился по земле. От удара у него даже в голове зазвенело, но отлеживаться было некогда: напавшая на него девушка тоже спрыгнула вниз, так ловко и грациозно, будто делала это каждый день, и резко выбросила руку в его сторону. Снова раздалось несколько практически одновременных щелчков. Ли рывком откатился в сторону и с ужасом уставился на три коротких метательных дротика, которые глубоко впились в землю в том самом месте, где он лежал мгновение назад.       Он вскочил на ноги и едва сдержался, чтобы снова не взвыть от боли. Левая рука просто отнималась, он даже двинуть ею не мог. Кроме того, при падении он здорово ударился спиной. Защитить себя сейчас он не сможет. Нужно бежать.       На балконе вспыхнул яркий оранжевый свет, послышался топот, и спустя секунду из-за ограждения выглянула принцесса и еще какой-то офицер.       – Мэй, что происходит?       – Ничего особенного, просто какой-то шпион, – совершенно ровным тоном отозвалась метательница дротиков, поднося руку к вороту своего платья.       Ли просто повезло заметить сверкнувший в ее пальцах сюрикен. Не отшатнись он в то же мгновение – и причудливо изогнутый, острый, как бритва, нож впился бы не в ящик, а в его ногу. Схватив с земли валяющуюся тут же ржавую кочергу, Ли с размаху швырнул ею в обидчицу и бросился наутек.       Вслед ему тут же полетели огненные шары. Ночную тишину разорвали громкие выкрики ринувшихся вслед за ним солдат с площади, которые прибежали на шум. Ли нырнул в первый попавшийся ему на пути темный переулок и понесся по пустынной улочке, лихорадочно пытаясь сообразить, что же ему делать. Из-за ранения о том, чтобы уйти тем же путем, каким он проник сюда, нечего было и думать: он просто не сумеет взобраться на стену по веревке с одной здоровой рукой. Пройти через главные ворота, через несколько отрядов покорителей огня – нереально. Оставалось только затаиться где-нибудь, переждать, пока все стихнет, и только потом потихоньку попытаться найти выход.       Городок был совсем небольшим, и Ли превосходно в нем ориентировался. Промчавшись мимо заколоченной досками лавки, он взмыл по составленным у стены ящикам и бочкам, перемахнул через невысокий деревянный забор и чуть не свалился прямо на голову проходящего мимо патрульного.       Солдат от неожиданности застыл на месте. Воспользовавшись этой секундной заминкой, Ли выхватил из его рук копье и резким ударом древка отправил того на землю.       – Вот он!       В конце улицы появились темные силуэты преследователей. Отшвырнув копье, Ли бросился в противоположную сторону. Еще солдат! Он едва успел уклониться от удара глефы, нырнул в ближайший проход между зданиями. Громкий топот ног из-за угла впереди. Проклятье, сколько же их здесь?!       Еще один забор. Прыжок. Оглушительный грохот – и забор разлетелся в щепки. Не разбирая дороги, Ли бросился через палисадник. Ветки высокого колючего кустарника больно хлестнули по рукам, но он даже не обратил на это внимания. Не видя опасности, просто инстинктивно почувствовав ее, он отшатнулся в сторону – и в то же мгновение еще один огненный шар врезался в землю практически у самых его ног. Взрыв был такой силы, что ударная волна отбросила Ли к стене дома. Его обдало жаром, сверху посыпалась взрыхленная земля. В глазах на мгновение потемнело, раненое плечо отозвалось зверской болью, но останавливаться было нельзя: Ли только успел заметить сверкнувшую у самого лица сталь, бросился на землю – и его снова запорошило выбитыми из стены сокрушительным ударом глефы мелкими камнями.       Резко перекатившись в сторону, Ли вскочил на ноги и выхватил меч из ножен. Противников было трое: один покоритель и двое копьеносцев. Покоритель уже занес было руку для нового удара, но на этот раз вместо того, чтобы пытаться увернуться, Ли сам пошел в атаку. Подлетев к солдатам, он с размаху рубанул мечом. Палисадник огласил вопль боли. Из рассеченной руки покорителя хлестнули кровавые брызги, и он, как подкошенный, рухнул на землю. Один из копьеносцев попытался ударить Ли своим оружием, но места для замаха было слишком мало: Ли легко ушел от этого выпада и коротким, но мощным ударом рукояти меча в висок противника отправил того в нокаут.       Оставшийся на ногах солдат попятился к развороченному забору. Ли резко развернулся и замер, увидев его застывшее в ужасе лицо. Этот солдат был совсем юным парнем, едва ли достигшим восемнадцати лет. Судорожно стискивая глефу, парень еще секунду неподвижно смотрел на валяющегося в луже собственной крови сослуживца, а затем медленно перевел взгляд на Ли.       – Пожалуйста, не надо… – едва слышно прошептал он белыми, словно мел, губами.       Ли рвано выдохнул, одним движением вложил меч обратно в ножны и, развернувшись, помчался прочь.              Найти безопасное убежище удалось далеко не сразу: солдаты огня были буквально повсюду. Они искали его по всему городу, прочесывали каждую улочку, каждый темный уголок. Только благодаря острому слуху Ли удавалось избегать встреч с ними и незаметно ускользать раньше, чем те его замечали.       Наконец, Ли сумел спрятаться в крошечном закутке как раз за тем складом, где они с Катарой прятались несколько дней назад. Тогда их вылазка, несмотря на нешуточную опасность, казалась очень простой и веселой, сейчас же все было гораздо серьезнее. Ли с каждой минутой становилось все хуже: голова кружилась, перед глазами то и дело возникали яркие пятна, по всему телу разливалась дикая слабость. Было холодно, безумно хотелось пить. Опустившись на землю, Ли отцепил флягу от пояса и, вытащив пробку зубами, залпом опустошил ее. Сразу стало легче.       Вернув флягу на место, он откинулся спиной на стену и осторожно нащупал впившуюся в плечо стрелу. Совсем короткая, наверное, такой же дротик, как те, которыми эта странная девушка чуть было не пришпилила его к земле еще там, возле штаба. Первым порывом Ли было выдернуть этот дротик, но, несмотря на дикую боль, которую тот ему причинял, он сдержался. Он и так потерял много крови – рукав рубашки пропитался ею насквозь. Если выдернуть дротик сейчас, рана откроется, и тогда он может просто отключиться на месте. Придется потерпеть.       Стиснув зубы, Ли зажмурился и резким движением обломил торчащий кусок стрелы. Он с огромным трудом сдержался, чтобы не взвыть от боли. Ничего, ничего. Похоже, кость не задета. Он вытащит ее позже, сейчас главное сбежать.       Ли провел в своем убежище около получаса, вздрагивая всякий раз, когда слышал шаги и голоса рыщущих по городу в его поисках солдат, и рефлекторно сжимая рукоять меча. Наконец, решив, что все достаточно стихло, он прокрался к выходу и, прячась в тенях, выскользнул наружу. Конечно, стоило бы выждать подольше, но он понимал, что при свете дня сбежать ему точно не удастся. Хотя он и знал, что до рассвета было еще далеко – Ли отчего-то всегда чувствовал приближение рассвета, – рисковать упустить шанс скрыться под покровом темноты он не хотел.       Настороженно прислушиваясь к каждому шороху, Ли окольными путями направился к городским воротам. Как он пройдет через стражников, Ли вообще не представлял. Для себя он решил, что просто доберется до ворот, а дальше будет действовать по обстоятельствам.       Вот и городская стена. Огни повсюду, гораздо больше, чем было, когда он пришел сюда. Голоса солдат, лязг оружия, ритмичный грохот тяжелых подкованных сапог по грунтовке.       Прижавшись спиной к стене невысокой каменной постройки, Ли осторожно выглянул из-за угла. От спасительного выхода его отделяла довольно большая, хорошо освещенная площадка. Сами ворота были открыты, но охранялись, как минимум, дюжиной солдат, среди которых были и покорители огня. Еще двое солдат патрулировали эту площадку по периметру, а на стене Ли высмотрел нескольких дозорных.       Снова спрятавшись в тени, Ли на секунду задрал маску, рукавом утер выступивший на лбу холодный пот и торопливо вернул ее на место. И что же ему делать? Любое движение левой рукой вызывало сильную боль, а потому о том, чтобы пробиться через пост охраны силой, нечего было и думать. Он даже меч в этой руке сейчас не удержит. Пытаться проскользнуть незаметно не выйдет: слишком много света и слишком много людей. Отвлечь внимание солдат и попытаться убежать? Шансов почти нет. Вернуться обратно на склад и отсидеться там до следующей ночи? Судя по его состоянию, следующей ночью он вряд ли вообще сумеет подняться на ноги. Нет, ждать он не может. Надо что-нибудь придумать сейчас, только что?!       Внезапно Ли почувствовал, как всколыхнулся воздух. Как тот стремительно раскаляется, как от источника этого жара во все стороны расходятся горячие волны. Ему даже не пришлось оборачиваться, чтобы понять, откуда исходит опасность. Он рывком бросился на землю, и в то же мгновение прямо над ним пронесся ревущий шквал ослепительного голубого пламени.       Ли не знал, как ему удалось предвидеть опасность. Рефлексы, слух, шестое чувство, все, что угодно – неважно! Важно то, что не уклонись от этой атаки – и сейчас он был бы уже мертв.       Снова колебание воздуха. Ли уже знал, что это значит. Быстрый перекат – и огненный шар врезался прямо в то место, где он лежал мгновение назад. Ли подорвался на ноги, уклонился от еще одного огненного удара и метнулся к невидимому в темноте противнику.       Нападающий отпрянул назад. Голубая вспышка на миг осветила его темный силуэт. Ли коротким ударом меча рассеял пламя и резко сделал подкат, в мгновение оказавшись за спиной покорителя. Тот попытался ударить в развороте, но Ли, превозмогая боль от ранения, перехватил его запястье, резко выкрутил назад и, прижав противника к себе, приставил меч к его горлу. Еще за мгновение до того, как тот болезненно вскрикнул, Ли вдруг осознал неправильность всего происходящего. Маленькая рука. Тонкая фигура. Невысокий рост. Его противником была девушка!       Она дернулась, пытаясь вырваться, но Ли лишь сильнее сжал ее запястье, намеренно причиняя ей боль, и уперся лезвием клинка в ее шею, давая понять, что не шутит. Девушка замерла.       – Ты даже не представляешь, насколько страшный приговор ты себе сейчас подписал, – негромко проговорила она совершенно спокойным тоном.       С площадки уже слышался топот многочисленных ног, а еще через секунду темный закуток озарился светом многочисленных факелов и удерживаемых покорителями огня языков пламени. Ли, не отпуская своей пленницы, отпрянул к стене постройки и прижался к ней спиной. Мысли от ужаса путались так сильно, что он вообще практически перестал что-либо соображать.       Бегущий впереди офицер замер на месте, как вкопанный, и испуганно вытаращился на них.       – П-принцесса Азула… – запинаясь, прохрипел он.       И тут до Ли внезапно дошло. Он понял, кем была захваченная им девушка. От волнения у него даже в горле пересохло. Он резко выпрямился и крепче стиснул рукоять прижатого к горлу заложницы меча.       Все остальные солдаты тоже позастывали, словно каменные изваяния, и на всех их лицах явственно читался страх.       Ли боялся обрадоваться раньше времени. Ему не просто повезло. Это была такая невероятная удача, о которой можно было только мечтать. С принцессой в заложниках у него появился реальный шанс уйти из этого города живым. Люди огня не осмелятся атаковать его до тех пор, пока жизни их принцессы грозит опасность. Лишь бы не допустить ошибки…       – Сдавайся, Синий Дух, – медленно проговорил все тот же офицер. – Ты все равно не уйдешь отсюда, ты знаешь это. Отпусти девушку – и я обещаю походатайствовать перед Лордом Огня о том, чтобы смерть твоя была легкой и быстрой.       Ли снова уловил колебание воздуха. Как колеблется и дрожит горячий воздух над костром. Он моментально отпустил заведенную за спину руку пленницы, обхватил ее за талию, резко перехватил за запястье второй руки, которой она попыталась создать пламя, и так сильно выкрутил его, что она даже вскрикнула от боли.       – Не смей! Убью, – угрожающе прошипел он.       Он был мерзок сам себе. Он понимал, что поступает как настоящий головорез, но другого выхода у него просто не было.       По замершей толпе солдат прокатился испуганный вздох. Принцесса, чувствуя, как острое лезвие царапнуло ее горло, тоже застыла.       – Вели им убраться с дороги, – снова прошипел он.       – Тебе это так просто с рук не сойдет, – негромко отозвалась она, и на этот раз Ли уловил в ее голосе легкий страх.       – Убери их!       – Капитан, велите своим людям уйти!       – Но, принцесса… – растерянно пробормотал офицер.       – Делайте, что он говорит, – перебила его принцесса.       Офицер сделал знак солдатам, и те один за другим освободили проход. Ли медленно, все так же не ослабляя хватки, по стене двинулся в сторону городских ворот.       – Ты будешь гореть на медленном огне, – негромко произнесла принцесса. – Ты будешь умирать очень-очень долго и мучительно. А я с удовольствием буду наблюдать за тем, как ты поджариваешься заживо, буду слушать твои вопли и вдыхать запах твоей горящей плоти. Или же отец прикажет посадить тебя на кол. Я с наслаждением посмотрю, как ты будешь корчиться на нем, пока эта деревяшка будет разрывать тебя изнутри. Возможно, пройдет несколько дней прежде, чем ты умрешь, и, поверь, эти дни покажутся тебе вечностью. Но сперва тебя отдадут в руки палачей. Тебе вырвут ногти, сдерут с тебя кожу, переломают тебе все кости. Ты будешь кричать так, что тебя услышат даже на Северном Полюсе. Ты будешь мечтать о смерти, но наши мастера позаботятся о том, чтобы она не наступила раньше положенного срока.       Ясно, что она пыталась вывести Ли из себя, отвлечь, заставить допустить ошибку, и отчасти ей это удалось. У него и так от напряжения звенело в ушах, по лицу катились капли ледяного пота, а от осознания того, что с ним станет, если сбежать не удастся, перед глазами заплясали яркие пятна. Ли крепко стиснул зубы и тряхнул головой, отгоняя накатывающий обморок. Ему никак нельзя сейчас отключиться. Лучше погибнуть в бою, чем оказаться в плену этих людей.       Крепко удерживая заложницу, Ли вышел на открытую площадку. Солдаты следили за каждым его движением, большинство из них замерли в боевых позах, но он знал, что атаковать его, пока лезвие меча находится в опасной близости от артерии их принцессы, они не решатся. На другой стороне площадки он заметил ту самую девушку, которая ранила его дротиком. Лицо ее выглядело абсолютно бесстрастным, хотя взгляд был напряженным, а в левой ее руке Ли заметил блеск лезвия сюрикена.       До ворот оставалось шагов пятнадцать. Принцесса замедлилась, и Ли грубо толкнул ее в спину. Он не мог видеть ее лица, но перед глазами будто встала живая картина. Ли отчетливо представил, как тонкие черты принцессы еще сильнее заострились, а янтарные глаза гневно сверкнули, словно смотрел прямо на нее.       – Все закончится очень скоро, – тихо, но отчетливо проговорила она. – Гораздо раньше, чем ты можешь предположить.       И в этот же момент Ли вдруг уловил едва слышный шорох за спиной. Он стремительно уклонился, одновременно развернувшись к нападающему – и прямо перед его лицом мелькнул чей-то кулак. Он успел увернуться от удара, но этот маневр стоил ему преимущества: воспользовавшись тем, что он на пару мгновений утратил концентрацию, принцесса оттолкнула его удерживающую меч руку и, молниеносно вывернувшись из захвата, отскочила в сторону.       – Ну, вот и все, – спокойно констатировала она, демонстративно отряхивая рукав своего платья, и на губах ее заиграла ядовитая улыбка. – Взять его! Живым.       Нападающим, который чуть было не застал Ли врасплох, оказалась еще одна девушка. Довольно миловидная, с огромными, по-детски невинными серыми глазами. Оружия при ней не было, однако Ли почему-то точно знал, что первое впечатление было обманчивым, и любой ее удар станет для него фатальным.       Девушка отступила на шаг, а затем вдруг неожиданно бросилась на него. Ли едва успел отпрянуть в сторону, уклоняясь от ее быстрых ударов. В этот момент сбоку подбежал один из солдат. Ли увернулся от его копья, отскочил так, чтобы солдат оказался между ним и девушкой и опрометью бросился к воротам.       Он почувствовал, как воздух задрожал от вспыхнувшего со всех сторон пламени. Каким-то невероятным образом ему удалось увернуться от нескольких полетевших в него огненных шаров, но один из них все же достиг цели. Взрывом его отбросило на землю, но он даже боли не почувствовал. В голове билась лишь одна мысль: бежать, бежать, бежать! Свист дротиков. Резкий перекат и новый рывок к спасительному выходу. Еще один огненный взрыв – и взметнувшиеся в воздух черные комья из выбитой в земле воронки.       Отскок. Рев огненного шквала прямо над головой. Перекат по земле и новый рывок. На пути неожиданно вырос солдат в закрытом забралом шлеме. Короткий удар рукоятью меча. Уклониться от огненной вспышки. Перехват, еще один удар. Оттолкнуть обмякшее тело и бежать, бежать, бежать!       Распахнутые настежь ворота. Холодный, не пропитанный жаром пламени и запахом гари ночной воздух. Летящие вслед выкрики и огненные взрывы. Еще немного! Скалы. Спасительная темнота. Чуть дальше будут заросли, а там и до реки недалеко. Бежать, бежать, не останавливаться!       Вот и знакомый холм с одиноким старым деревом оливы. Вот и заросший высоким бурьяном овражек, за которым начинается лес. Все тихо. Погони нет. Спасен.       Адреналин иссяк, и в одно мгновение навалилась страшная слабость. К горлу подкатила тошнота, внезапно стало очень холодно. Ли по инерции сделал еще несколько шагов, но тут силы окончательно оставили его. Сознание помутилось, перед глазами потемнело, и он, едва успев выставить руку перед собой, тяжело повалился в лопухи.              Темное небо уже начало сереть, когда Ли, наконец, нашел в себе силы подняться и идти дальше. Он всегда ощущал всплеск энергии именно на рассвете, но сегодня это было больше похоже не на быстро разгорающееся пламя, а на едва-едва тлеющий уголек в костре. Левую руку он уже просто не чувствовал, все тело болело от многочисленных ссадин, ушибов и ожогов. И это он еще очень легко отделался! Если бы принцесса не отдала приказа взять его живым, от него бы за секунду осталась только небольшая кучка пепла, в этом он даже не сомневался.       Ли криво усмехнулся собственным мыслям. Взять в заложницы принцессу огня, дочь самого Лорда Огня – его наглости можно только позавидовать. Он очень рисковал, очень! Еще бы чуть-чуть и…       Его даже передернуло, когда он подумал обо всех тех карах, которые сулила ему принцесса. Ли почему-то не сомневался, что она сдержала бы свое обещание. Он ощущал в ней настоящую жестокость и коварство, а еще ледяную расчетливость. Эта девушка ценила чужие жизни не более чем жизни каких-то букашек, а уж жизнь покусившегося на нее бандита она бы точно забрала с превеликим удовольствием.       В лагере царила умиротворенная тишина. Все, как обычно, в такую рань еще крепко спали. Ли, стараясь ступать как можно тише, пробрел мимо свернувшегося наподобие гигантской гусеницы Аппы, направляясь к скале, возле которой вместе с седлом, запасными одеялами, свертками с едой и другими вещами лежала его сумка, как вдруг от одной из каменных палаток неожиданно отделился темный силуэт и вихрем метнулся прямо к нему.       – Ли! – громким шепотом воскликнула Катара. – Ты где был всю ночь? Я… – Она вдруг застыла на месте и, прикрыв рот ладонью, ошеломленно вытаращилась на него. – Духи, что с тобой случилось?! Ты цел?!       Ее перепуганный возглас разбудил всех. Сперва Тоф, а затем и остальные зашевелились и стали поспешно выбираться из своих палаток.       – Ого! – Джет даже изумленно присвистнул. – Неслабо, я смотрю, тебя потрепало.       Ли злобно зыркнул в его сторону. Меньше всего ему сейчас хотелось внимания от этого бандита.       – Цел? Интересно, Катара, ты нам покажешь, в каком это месте он цел? – присоединился к ним Сокка. – Без обид, приятель, но ты выглядишь так, как будто Аппа тебя как следует пожевал, а потом выплюнул.       – Сядь сейчас же! Тебе нельзя ходить в таком состоянии! – Катара вытащила пробку из своего неизменного бурдюка. – Я вообще не пойму, как ты еще ногах держишься!       – Не бойся, Ли, ты же знаешь, Катара очень хорошо умеет исцелять, – подключился к разговору Аанг. – Сейчас тебе станет лучше.       Ли почувствовал, как краска смущения заливает его лицо. Катара что, собралась исцелять его прямо здесь, на глазах у всех остальных?       – Я в порядке, – растерянно пробормотал он. – Все нормально. Только стрелу нужно вытащить.       – Стрелу?! – И без того огромные глаза Катары расширились еще больше. – В тебя стреляли? Тебя ранили? Где?!       Схватив Ли за руку, Катара вынудила его опуститься на землю и снова вопросительно уставилась на него.       – Где? – повторила она свой вопрос.       Ли кивком указал на свое ранение.       – В плечо. Катара, может, позже? Я в порядке, правда.       – Ну, да, конечно, – фыркнула она. – Давай подождем, пока ты окончательно не истечешь кровью, а уже потом, может быть, приступим к исцелению, да?       Ли тихо вздохнул, смиряясь со своей участью. Сокка и Аанг, устроившись рядом, с любопытством глазели, как Катара разрывает рукав его рубашки, чтобы добраться до обломка дротика, в то время как Джет, Лонгшот и Смеллерби не стали приближаться и даже отвернулись, за что Ли был им искренне благодарен.       – Ты что, двигал этой рукой, пока в ней торчала стрела? – возмущенно поинтересовалась Катара.       – Да… Пришлось…       – Пришлось?! Ты бы видел, какая тут у тебя рана!       – Ага, – поддакнул Сокка. – Что правда – то правда. Просто жуть. Сколько из тебя крови-то вылилось?       Ли зажмурился и крепко стиснул зубы, стараясь не застонать, когда Катара, придерживая его плечо одной рукой, второй принялась осторожно вытаскивать обломок дротика. Боль была просто чудовищной. Несмотря на все ее старания, металлический наконечник по мере извлечения разрывал рану изнутри. Рука до самого локтя онемела, по плечу снова заструилась кровь.       – А я говорил, что эти ваши ночные визиты в гости к людям огня – плохая идея, – снова не смог промолчать Сокка.       – Плохая идея была идти туда одному, – раздраженно бросила Катара. – Почему ты ушел без меня?       Ли, на мгновение даже забыв о боли, вскинул голову и сердито уставился на нее.       – Может, потому, что этим вечером ты была слишком занята?       Катара мельком взглянула ему в лицо и густо покраснела.       – Я просто потерялась во времени. А ты взял и сбежал. Ты не должен был!       – Да, Катара всю ночь не спала, так переживала за тебя, – вклинился в разговор Джет. Он стоял неподалеку, прислонившись спиной к скале и скрестив руки на груди, и равнодушно смотрел в сторону реки. – Совсем как если бы на твоем месте был Сокка. Мы с ней даже пытались найти тебя, но совершенно не представляли, в какую сторону ты ушел, а следов ты никаких не оставил.       Ли, не выдержав, болезненно зашипел сквозь зубы. Катара сильнее сжала его плечо.       – Расслабься, будет не так больно.       Расслабься… Легко сказать!       – Сейчас, сейчас, еще немного… – ласково пробормотала Катара с настоящей материнской жалостью и заботой в голосе. – Потерпи, Ли, еще совсем чуть-чуть… Еще немножечко… Все!       Она победно продемонстрировала всем окровавленный обломок дротика и, отбросив его в сторону, поднесла воду к ране.       – Сейчас станет легче.       Ли рвано выдохнул и выдавил из себя слабую улыбку.       – Спасибо, Катара. Эта штука и правда очень… досаждала.       Сокка громко фыркнул.       – Досаждала? Я бы на твоем месте выразился совсем по-другому. Ну, так что, теперь, может, расскажешь, наконец, как это тебя так угораздило?              – Знаешь, – задумчиво протянул Джет, когда Ли, наконец, закончил свой не слишком блещущий художественными украшательствами рассказ, – тебе очень повезло, что была ночь. Ночью покорение огня заметно слабеет. Произойди все это днем, эта принцесса тебя бы испепелила на месте бы первым же залпом.       Ли не стал возражать, только негромко хмыкнул. Он и сам превосходно понимал, что ему просто несказанно повезло уйти из этой передряги живым.       – Не ожидала от тебя такого, Ли, – заметила Смеллерби, пожалуй, впервые обратившись к нему по имени. – Ты, честно говоря, не производишь впечатления настолько отчаянного парня.       Лонгшот выразительно кивнул, подтверждая ее слова. Ли чуть пожал здоровым плечом. Ему было плевать на мнение этих малолетних бандитов, но не почувствовать, что их отношение к нему изменилось в лучшую сторону, он не мог.       В отличие от банды Джета, Аанг, Сокка, Катара и даже Тоф выглядели совсем уж притихшими.       – Они… не видели твоего лица? – робко поинтересовался Аанг.       Ли мотнул головой.       – Нет. Никто не видел. На мне все время была маска.       – И принцесса тоже?       – Нет.       – Хорошо. – Сокка, который все это время машинально ковырял землю своим мачете, случайно вывернул слишком большой ком, который угодил прямо в сидящего рядом Момо, и тот, сердито застрекотав, проворно перебрался на плечо Аанга. – В смысле, я к тому, что ты и так находишься в розыске, еще не хватало, чтобы тебя начали разыскивать за нападение на принцессу народа огня.       – Да, конечно, это очень хорошо, но меня больше беспокоит другое, – перебил его Джет. – Что это за хрень с вторжением в самый неприступный город в мире? О чем речь? Об Омашу?       – Нет, Омашу уже давно захвачен. Они обсуждали новое вторжение. – Ли нахмурился, пытаясь восстановить подробности подслушанного во вражеском штабе разговора. – Принцесса сказала, что планирует закончить какие-то свои дела, а потом присоединится к военному министру и генералу во время самого вторжения.       – Самый неприступный город в мире – это Ба Синг Се, – неожиданно подала голос Тоф. – Вы что, вообще ничего не знаете? Шесть лет назад произошла самая грандиозная битва и самая длительная осада за всю историю мира. Огромная армия народа огня осадила Ба Синг Се. Эта осада длилась целых шестьсот дней, но, в конце концов, войска огня все равно отступили. Этот город действительно неприступен.       – Ба Синг Се, да? – снова задумался Джет. – Хм… Да, я что-то такое слышал. И что, думаете, у народа огня есть шанс?       – Не думаю. Если они пошлют в бой армию в несколько десятков тысяч солдат, то, может, у них что-то и получилось бы, да только сомневаюсь, что во всей Стране Огня найдется столько воинов, – пожала плечами Тоф.       Ли осторожно покосился на Катару. Судя по всему, планы народа огня ее сейчас интересовали меньше всего. Она рассеянно крутила в руках тот самый обломок дротика, уже отмытый от крови, и мрачно смотрела в землю перед собой.