Не потерять себя

      Сказать, что заплыв в ледяной воде просто немного взбодрил Ли, было нельзя. Его буквально трясло от холода, как, впрочем, и Тоф. Суюки держалась чуть лучше, хотя и ей это купание явно не пошло на пользу. Одному только Сокке всё было нипочем. Похоже, плавание в ледяных водах южного полюса для него действительно было если даже не привычным, то, во всяком случае, знакомым делом.       Глайдер тем временем спланировал к скалам, и Катара с Аангом спрыгнули на землю. Выглядели они вполне целыми и невредимыми.       – Что с монстром? – выстукивая зубами частую дробь, поинтересовалась Тоф. – Вы убили его?       – Нет, только прогнали, – возбужденно отозвался Аанг. – Думаю, прямо сейчас он возвращаться не станет, но нам все равно лучше как можно быстрее добраться до берега.       – Что с вами случилось? – ахнула Катара, которая, в отличие от Аанга, сразу заметила, в каком плачевном состоянии находятся ее друзья.       – Просто немного поплавали, – буркнул Ли, торопливо растирая плечи руками.       Конечно, он мог сейчас создать огонь, чтобы немного согреться, но рисковать делать это при беженцах, которые все еще были рядом, не спешил. Еще неизвестно, как они среагировали бы, узнав, что один из их спутников – покоритель огня.       – Тоф упала в воду, – поспешил внести ясность Сокка, – и Суюки стала ее спасать. А потом мы с Ли стали спасать Тоф и Суюки. Ли спас Суюки, а я – Тоф. Правда, спасать Тоф оказалось совсем непросто. Еще чуть-чуть, и пришлось бы спасать меня.       Катара после этого объяснения, похоже, совсем перестала что-либо понимать. Замерев на месте, она несколько раз растерянно хлопнула глазами, недоуменно глядя на брата.       – Что? А, ладно, неважно. – Она склонилась над Суюки. – Давай я помогу. У тебя одежда насквозь вымокла.       Катара принялась покорением вытягивать воду из платья Суюки. Аанг тем временем, оттолкнувшись от земли воздушным потоком, взмыл на верхушку скалы.       – Похоже, берег совсем недалеко. Дойдем за час, самое большее – за два.       – Тогда давайте поторопимся, пока эта змеюка не вернулась, – поддержал его Сокка.       В этот момент Ли вдруг заметил, как Инг болезненно поморщилась, опершись при этом рукой на скалу.       – Инг, тебе плохо? – встревожился он, вскакивая на ноги.       Та помотала головой.       – Нет. Нет, мне не плохо. Просто… началось.              Переполошились все. Тан стремительно бросился к жене. Аанг потерял равновесие и буквально рухнул на землю. Ли и Тоф просто в растерянности застыли на месте.       – Что? Прямо сейчас? – испуганно воскликнул Сокка. – А это не может немного подождать?!       – Помолчи, Сокка! – рявкнула на него Катара.       Они вдвоем с Суюки подбежали к роженице, оттеснив смертельно побледневшего Тана в сторону.       – Как ты себя чувствуешь? Идти сможешь?       Инг торопливо кивнула.       – Да. Да, смогу.       – Так, всем оставить панику! – обернулась Катара к остальным. – Это только начало. Мы вполне можем успеть добраться до берега.       – А ты откуда знаешь? – взвинтился Сокка, который прекращать паниковать не собирался.       – Оттуда, что я прекрасно знаю, как проходят роды. Мне неоднократно доводилось принимать…       – Но это ведь не детеныш выдропингвина или медведесобаки! Это настоящая человеческая… штуковина!       Катара закатила глаза.       – Это называется «ребенок», Сокка, и их я тоже умею принимать. Инг, – снова обернулась она к роженице, – как только боль станет другой – сразу говори. Ты поймешь. А пока пойдем.       Тан подхватил супругу под руку с одной стороны, Нила пристроилась с другой, и они, насколько могли быстро, пошагали по тропе вслед за уже поспешившим вперед Аангом.       – Пойдем, Тоф, – позвала Катара. – Даже не знаю, если мы не успеем дойти, тебе придется обеспечить нам место прямо на перевале. Сможешь?       – Разберемся, Сахарная Царевна, – махнула Тоф рукой. Она уже справилась с собой и держалась как обычно, нарочито равнодушно и небрежно.       – Катара, я могу как-то помочь? – тронул Катару за плечо Ли.       – Конечно, – серьезно кивнула она. – Присмотри за Соккой, хорошо? А то мой мужественный брат того и гляди в обморок хлопнется.       – Эй!       Катара и Суюки поспешили за остальными, что-то негромко обсуждая между собой, и Сокка с Ли остались на берегу одни.       – Знаешь, я сам, наверное, не против сейчас в обморок хлопнуться, – признался товарищу Ли. – Уж лучше с гигантской совой-духом сражаться, честное слово.       – Ты просто читаешь мои мысли, – уныло согласился с ним Сокка.              Катара оказалась права: ребенок Тана и Инг не спешил появляться на свет прямо сейчас. Путники благополучно добрались до берега и разбили лагерь на большой, защищенной скалами от ветра площадке. Тоф соорудила просторный каменный тент, в котором вместе с роженицей остались Тан, Катара и Нила, а все остальные собрались у разведенного под естественным каменным навесом костра.       Погода так и не улучшилась. Дождь все же пошел – мелкий, моросящий, – и, судя по затянутому плотными сизыми тучами небу, не собирался прекращаться, по крайней мере, до завтрашнего утра.       Ли чувствовал себя отвратительно. Несмотря на исходящий от костра жар ему было очень холодно. По спине ползли мурашки, а тело казалось настолько тяжелым, что было трудно даже лишний раз пошевелиться. Все-таки купание в ледяной воде не прошло для него даром. Судя по раздающемуся рядом шмыганью носом, Тоф тоже нездоровилось.       – Ну, вот, из-за этого ребенка нам опять приходится задерживаться, – уныло заметил Сокка. – И это сейчас, когда до Ба Синг Се рукой подать.       Он был прав: величественные стены Ба Синг Се уже были видны на горизонте. Для того чтобы пересечь отделяющую их от путников каменную холмистую долину потребовалось бы не больше одного дня пути. А теперь всё вновь откладывалось на неопределенный срок.       – Да, наша строгая мамочка не позволит хоть чему-то случиться без ее бдительного надзора, – ехидно согласилась Тоф, в очередной раз весьма неэстетично шмыгнув носом.       Несмотря на стоящий в голове Ли туман, эти слова донеслись до его сознания и очень сильно ему не понравились.       – А что ты предлагаешь? Просто бросить их в такой ситуации? – недружелюбно нахмурившись, повернулся он к Тоф. – Катара просто хочет помочь.       – Ошибаешься, горячий парень. Дело не в этом. Просто Катара любит всё контролировать, – парировала Тоф.       – Верно, – поддержал подругу Сокка. – Катара не может спокойно выносить, когда что-то происходит без ее ведома. Она же ничего, абсолютно ничего не оставляет без своего внимания.       Ли гневно поджал губы.       – Катара заботится о нас, – медленно, с расстановкой процедил он. – О нас всех. И о тебе в том числе, Тоф.       – Она просто любит командовать, вот и всё.       – Слушай, Ли, – снова встрял в разговор Сокка, – Тоф ведь права. Катара еще та командирша. Скажи, Аанг!       – Только не надо меня во все это впутывать! – вскинул руки Аанг.       Ли раздраженно зыркнул на него. Вместо того чтобы защитить Катару, ее «лучший друг» пытался как всегда увиливать и избегать ответственности.       – И, потом, она ведь девчонка. Ей просто нравится заниматься хозяйственными делами.       – Серьезно? – всем корпусом развернулся к нему Ли. – Сокка, ты всерьез считаешь, что кому-то может нравиться постоянно готовить, мыть посуду и стирать за целой толпой взрослых бездельников?       – Эй! Почему это – бездельников? Просто каждый занимается своим делом. Мы, парни, охотимся и защищаем всех, а Катара стирает носки и готовит еду.       – А давай-ка ты попробуешь вспомнить, кто защитил нас от гигантского змея! – вскочив на ноги, рявкнул Ли, так резко, что Сокка даже рефлекторно отшатнулся. – Или кто вывел нас из пустыни, пока ты был в отключке, а Аанг разыгрывал из себя обиженного ребенка! – Чувствуя, что он сейчас наговорит много лишнего, Ли резко отвернулся. – Пойду пройдусь. А вы могли бы постараться проявлять хотя бы немного уважения к тому, кто действительно обо всех вас заботится, хотя вовсе не обязан это делать.       Он, не оглядываясь, размашисто пошагал к скалам. До его слуха донесся недоуменный голос Сокки:       – Что это с ним?       – А, не обращай внимания, – равнодушно фыркнула Тоф. – От Сахарной Царевны заразился. Перебесится и вернется.       Ли сердито нахмурился, однако шага не замедлил и продолжил свой путь.              Ли понимал, что действительно среагировал слишком резко. Однако и просто промолчать он не смог. Его почему-то сильно задели слова Тоф и Сокки по отношению к Катаре. В самом деле, почему они воспринимают заботу Катары как должное, да еще и насмехаются над ней? И Аанг туда же. Ли хорошо помнил, как тот грубил и кричал на Катару в пустыне, хотя никто, абсолютно никто, кроме песчаных кочевников, виноват в случившемся не был. Ну, уж нет! Больше такого он не допустит. Раз Катара в силу своей доброты сама не может поставить их на место, значит, это придется делать ему.        Выйдя на открытое пространство, Ли непроизвольно поежился. Ему и так было холодно, а тут еще этот дождь… И голова горела, будто он ее сунул в костер. Но все равно возвращаться к остальным у него сейчас не было никакого желания.       Ли поспешил укрыться от дождя в небольшом гроте. Было холодно, и он подумывал о том, где бы раздобыть хвороста, чтобы разжечь хотя бы небольшой костер, как вдруг со стороны лагеря послышались торопливые шаги. Он резко обернулся и с изумлением уставился на появившуюся из-за холма Суюки. Та, увидев, что Ли ее заметил, махнула ему рукой.       – О, Ли, ты здесь! – Она остановилась, упершись руками в колени, чтобы отдышаться – судя по всему, догоняла она его бегом. – Не будешь против, если я составлю тебе компанию?       Ли вместо ответа только пожал плечами и отвернулся. Переведя дыхание, Суюки подошла к нему и присела на камень рядом.       – Это было очень мило, – проговорила она после минутного молчания.       Ли искоса зыркнул на нее.       – Что?       – То, как ты вступился за Катару.       Суюки не смотрела на Ли, устремив взгляд вперед, на расплывающиеся в уже опустившихся на землю сумерках очертания скал. Она снова нанесла ту странную боевую раскраску, которая превращала ее миловидное лицо в бесстрастную маску, и только по движениям губ и едва уловимому изгибу бровей можно было догадываться, какие чувства она испытывает.       – Когда мы с Соккой только познакомились, он вел себя точно так же. – Ее подведенные темной краской губы тронула улыбка. – Он не воспринимал меня всерьез. Задирал нос, кичился тем, что он парень, а я – ни на что не способная девчонка. Но он признал свою неправоту и извинился.       – Перед Катарой он извиняться не собирается, – буркнул Ли.       – Насчет Катары… Понимаешь, он просто так привык.       Ли внезапно ощутил, как им снова овладевает гнев.       – Привык видеть в ней только кухарку и прислужницу?       – Привык к тому, что она всегда заботится о нем, – мягко поправила его Суюки. – Пойми, может, он не совсем правильно выразился, но Катаре действительно это нравится. Не стирать грязные носки, конечно. Но заботиться о нем. И об Аанге. И о Тоф. И о тебе.       Ли недовольно поджал губы. Он не мог с ней согласиться.       – Тебе ведь тоже нравится заботиться о своих друзьях, верно?       Этот вопрос застал Ли врасплох. Нравится заботиться о друзьях? Ну, да, наверное. Он чувствовал удовлетворение, когда мог им чем-то помочь. И у него не было потребности получать благодарность за эту помощь. Он это делал только потому, что сам этого хотел. Да, наверное, в чем-то Суюки была права, но все равно, оставаться в стороне, когда кто-то обижает Катару, хоть и ее собственный брат, он не сможет никогда.       – Слушай, я хотела извиниться.       Ли резко вскинул голову, встретившись с Суюки пристальным взглядом.       – За то, как вела себя с тобой. Ну, вчера.       – Ты имела полное право злиться на меня, – отозвался Ли, и голос его отчего-то сорвался на хрип. – Я сжег твою деревню.       – Сокка рассказал, что с тобой произошло. – Суюки опустила голову. – Что после потери памяти ты изменился. Что ты – совсем не плохой человек, просто из-за обстоятельств ты вынужден был поступать так. Мне трудно было принять это.       – Я понимаю. Мне и самому сейчас очень трудно принимать всё это.       Губы его собеседницы вновь тронула горькая улыбка.       – Ты действительно ничего-ничего не помнишь?       Ли отрицательно покачал головой.       – Нет. Я не понимаю, что мной тогда движило, и мне очень жаль. – Он поднялся на ноги и, повернувшись к Суюки, чуть поклонился ей, машинально сложив руки в необычный жест, вертикально приставив кулак правой руки к выпрямленной левой ладони. – Я прошу прощения за всё то зло, что причинил тебе и твоим близким.       Суюки чуть помедлила, пристально глядя на его руки, а затем кивнула.       – Извинения приняты. Надеюсь, что, когда ты все вспомнишь, то уже не будешь поступать так, как поступал тогда.       Ли на это промолчал. Он хотел было попросить Суюки рассказать о том нападении, рассказать, что тогда произошло, но решительно подавил этот порыв. Он не хотел знать. Не хотел вспоминать. Его устраивала та жизнь, которая была у него сейчас, и он не желал возвращаться к своему прошлому. Никогда.              *              Ли проснулся от холода. С трудом разлепив веки, он некоторое время тупо смотрел на погасший костер, а затем, немного придя в себя, приподнялся и оглядел лагерь.       Все остальные спокойно спали. Судя по темному небу, до утра было еще далеко.       Поднявшись на ноги, Ли прошелся туда-сюда, пытаясь согреться. Хлопковые одеяла, которые удалось раздобыть в Бухте Полнолуния и которые использовались им и его друзьями в качестве лежанок, были слишком тонкими и ничуть не защищали от тянущего с земли холода. Но если накануне это было вполне терпимо, то сегодня Ли страшно замерз. Он медленно выдохнул, пытаясь создать на ладони пламя, но ничего не получилось. Ли недоуменно нахмурился. Что случилось? Еще одна попытка тоже не увенчалась успехом. Может, все дело в том, что он замерз? Сложив ладони, он поднес их к лицу и несколько раз энергично выдохнул, пытаясь согреть их дыханием, растер плечи руками, а затем снова попытался создать пламя.       На этот раз все получилось. Огонек вспыхнул на ладони, совсем маленький, но по мере того, как Ли согревался, становился все больше и больше, быстро набирая силу. Ли еще раз медленно выдохнул, и ему показалось, что воздух вокруг гораздо стал теплее.       В долине царила глубокая тишина. Такая, какой она бывает только в предрассветный час. Ли это почему-то показалось странным. Он вновь нахмурился, пытаясь понять, что же его смутило, и тут внезапно до него дошло: Инг. Из сооруженной Тоф каменной палатки не доносилось ни звука. Уже всё закончилось? Или же наоборот, случилось что-то плохое?       Зародившаяся в груди неявная тревога начала стремительно разрастаться. Ли погасил пламя и быстро, но вместе с тем ступая как можно тише, пошагал к палатке. Он убеждал себя, что Инг – здоровая молодая женщина, и никаких проблем возникнуть было не должно, но с учетом того, сколько времени она путешествовала пешком и сколько всего ей пришлось пережить в последние дни…       У самого входа в палатку кто-то сидел. Ли на мгновение замер, вглядываясь в темноту, чтобы убедиться в своей догадке, а затем беззвучно приблизился и тоже присел на землю.       Катара не слышала его шагов. Она спала, сидя, обхватив руками колени и уткнувшись в них лицом. Глядя на нее, Ли вдруг ощутил прилив невыразимой нежности и, не удержавшись, склонился над ней и коснулся губами ее волос.       Катара испуганно встрепенулась, вскинув голову.       – Ли?       – Прости, я не хотел тебя пугать. – Ли приобнял ее, и она доверчиво прильнула к нему, скользнув своей маленькой ладонью по его груди, вызвав у него этим жестом новый всплеск глубокой, щемящей нежности. – Что случилось? Почему ты здесь?       – Просто задремала. Немного устала.       Ли прижался щекой к ее волосам, с наслаждением вдыхая их неповторимый аромат.       – У Инг и Тана родилась девочка.       Ли резко отстранился, все так же придерживая Катару за плечи, и настороженно вгляделся ей в лицо.       – С ними все хорошо?       – Да. Да, все прекрасно. – Катара вяло потерла глаза основанием ладони, ну совсем как маленький ребенок. – Малышка почти сразу заснула, и Инг вместе с ней. Ей сейчас необходим отдых.       – Представляю, – буркнул Ли.       Он догадывался, что роды – очень нелегкий процесс. К счастью, все закончилось хорошо. Его тревога улетучилась, уступив место хорошему настроению. Даже тяжесть в голове из-за недосыпа куда-то подевалась.       – Иди спать, – предложил он Катаре, кивнув в сторону погасшего костра, вокруг которого расположились все остальные.       – Нет, я уже проснулась. – Она энергично потянулась, поднялась на ноги и с удивлением посмотрела на Ли. – А ты почему не спишь?       – Замерз, вот и проснулся.       Катара тихонько хихикнула.       – Я думала, покорители огня не мерзнут.       – Ну, значит, я какой-то неправильный покоритель огня. – Ли тоже поднялся с земли и, приобняв Катару за талию, притянул ее к себе. – Как думаешь?       Она подняла голову, и, заглянув в ее огромные, ярко-голубые глаза, Ли ощутил, как новая волна безудержной нежности к этой хрупкой, но невероятно сильной девушке накрыла его с головой. Он чувствовал непреодолимую потребность обнимать и никогда ее не отпускать. Защищать от всех невзгод и напастей, от врагов, от монстров и чудовищ. Всегда быть рядом с ней и не расставаться ни на минуту.       – Совсем неправильный, – тихо прошептала Катара.       Склонив голову, Ли легко коснулся губами ее губ. Катара ответила на поцелуй, но тут же отстранилась и бросила быстрый взгляд в сторону спящих друзей.       – Может, прогуляемся, раз уж мы оба не спим?       Ли вновь испытал легкую досаду из-за необходимости скрывать их с Катарой отношения, но раздражаться сейчас совсем не хотелось, потому он решительно отмахнулся от этих неприятных мыслей.       – Давай. Хотя в этих местах нет ничего интересного. Холмы, холмы и опять холмы.       – Лучше уж холмы, чем песок, – заметила Катара, и Ли не мог с ней не согласиться.              – Как ты думаешь, где нам в Ба Синг Се искать Аппу?       Неожиданно разорвавший тишину вопрос Катары застал Ли врасплох. Они уже довольно далеко отошли от лагеря и сейчас просто неторопливо брели рядом, держась за руки и любуясь ночными пейзажами. В темноте все выглядело совсем не так, как при свете дня. Склоны ближайших холмов казались темно-фиолетовыми, каждый лист, каждая травинка были словно выточены из серебра и ярко сверкали в бело-голубом лунном сиянии. Ночь была наполнена призрачными звуками: тихими шорохами, далеким стрекотом насекомых, непонятным бормотанием и редкими вскриками ночных птиц. Катара то и дело испуганно прижималась к Ли, и тогда он обнимал ее, наслаждаясь прикосновениями к ее стройному, хрупкому телу, представляя, как он ее раздевает, ласкает и целует, и потому ему потребовалось добрых несколько секунд, чтобы вынырнуть из захвативших его воображение фантазий и сосредоточиться на вопросе.       – Аппа – диковинный зверь, – медленно проговорил он. – И очень большой. Наверняка его купил какой-нибудь богатый человек просто для коллекции.       – Коллекции чего? – не поняла Катара. – Диковинных зверей?       – Например. Или просто дорогих, статусных вещей.       Эти слова почему-то Катару сильно возмутили.       – Что ты несешь? – сердито воскликнула она. – Аппа – не вещь!       Ли досадливо поджал губы. Из-за этих разговоров весь его романтический настрой испарился в один момент.       – Для нас с тобой, – собрав в кулак все свое терпение, пояснил он. – А для Гашиуна, для торговцев, которым он продал Аппу, и для покупателей – просто вещь. Как картина именитого художника или бриллиантовая безделушка.       Катара недовольно фыркнула.       – Глупость какая.       Ли пожал плечами.       – Может быть. Но для именитых людей, в аристократическом обществе, обладание дорогими, необычными вещами имеет большое значение.       – Тебе-то откуда об этом знать? – вскинула на него взгляд Катара и тут же почему-то осеклась. – Ах, ну да…       Ли недоуменно нахмурился. Действительно, откуда ему все это знать?       – Ну, хорошо, – вернулась к своему вопросу Катара. – Так как же нам искать эту дорогую, необычную вещь?       Ли слегка мотнул головой, выбрасывая из нее ненужные сейчас мысли.       – Думаю, проще всего обратиться за помощью к Царю Земли во время аудиенции.       Катара на мгновение задумалась.       – Да, наверное, ты прав. Сведения, которые мы предоставим ему, очень-очень ценные.       – Да. И в благодарность он окажет нам любую помощь.       – О, смотри! – вдруг неожиданно остановилась Катара. – Огни. Наверное, это такие же путешественники, как мы, которые тоже направляются в Ба Синг Се.       Ли вгляделся в указанном Катарой направлении. Действительно, вдоль склона одного из холмов горели огоньки. Десятки и десятки огней. Путешественников явно был целый караван. Или же…       – Катара, – резко обернулся он к своей спутнице, – я не думаю, что это просто путешественники.       Катара поняла его без лишних слов. Она напряженно выпрямилась, и брови ее сурово сдвинулись к переносице.       – Надо проверить.       – Да. Возвращайся в лагерь, а я пойду на разведку.       – Ага, разбежался! – недовольно фыркнула она и решительно пошагала вперед. – Пошли.