Глава 5. Урок прорицания
20 сентября 2020 г., 00:00
Двери в Большой зал были гостеприимно раскрыты. Поток учеников понес к ним Гарри, но он успел только увидеть волшебный, затянутый черными тучами потолок.
— Поттер! Подойдите ко мне! — раздался чей-то голос.
Гарри удивленно обернулся. Профессор Снегг, преподаватель Зельеварения и декан Слизерина, глядел на него поверх голов. Вид у него был, как и всегда, недовольный. Полный тяжелых предчувствий, Гарри пробивался через толпу.
— Не волнуйся, я просто хочу поговорить с тобой у себя в кабинете, — сказал он.
Профессор повел Гарри в свой кабинет в подземелье.
— Профессор Люпин послал с совой сообщение, — начал он, — что ты, Гарри, потерял сознание в поезде.
Гарри не успел ответить, в дверь кто-то постучался, и в кабинет ворвалась мадам Помфри, врач из больничного крыла. Гарри покраснел. Упасть в обморок само по себе плохо, а тут еще все с тобой нянчатся, как будто бог весть что случилось.
— Со мной все в порядке, — отмахнулся мальчик.
— А-а, это ты! — Мадам Помфри не обратила внимания на его слова. Наклонившись, она внимательно посмотрела на него. — Тебе опять угрожала опасность?
— Это был дементор, — пояснил профессор Снегг.
— Выставили дементоров вокруг школы, — недовольно закудахтала мадам Помфри, коснувшись лба Гарри. — Одним обмороком дело не кончится. Да он весь мокрый! Такая страсть, а толку от них… Да если еще и учесть, какое действие они оказывают на людей хрупкого здоровья…
— У меня здоровье не хрупкое! — вспыхнул Гарри.
— Конечно нет, — рассеяно произнесла мадам Помфри, щупая у него пульс.
— Что вы сейчас ему рекомендуете? — Голос профессора Снегга был холоден. — Постельный режим? Может быть, вечером отправить его в больничный отсек?
— Но я здоров! — подскочил Гарри.
— Ладно, тогда пусть хотя бы поест шоколад, — молвила мадам Помфри.
— Я уже поел, — уже спокойнее сказал Гарри. — Мне профессор Люпин дал. Он нас всех угостил еще в поезде.
— Правда? — обрадовалась мадам Помфри. — Ну наконец-то появился преподаватель защиты от темных искусств, который знает свое дело.
Хоть внешне профессор Снегг и выглядел спокойным, взгляд его выражал ненависть и злость.
— Ты уверен, что хорошо себя чувствуешь? — строго спросил он Гарри.
Мальчик кивнул. Ему стало ужасно не по себе от такого взгляда профессора.
— Тогда пойдем на праздник.
Гарри и Снегг вышли в коридор и отправились в Большой зал. Их встретило целое море остроконечных шляп, тысячи свечей парили в воздухе, бросая свет на лица учеников за длинными столами. Профессор Снегг поспешил к своему месту за преподавательским столом, а Гарри — к слизеринскому. Мальчик шел тихо, стараясь не привлекать к себе внимание. И все-таки многие провожали Гарри любопытным взглядом, а некоторый даже показывали на него пальцем. Гарри даже подумать не мог, что история с обмороком может так быстро разлететься по всему Хогвартсу. Он сел рядом с Малфоем, который занял для него место.
— Зачем он тебя вызывал? — спросил он Гарри.
Гарри вкратце обрисовал Малфою то, что происходило в кабинете Снегга.
После речи директора Дамблдора и сообщения о том, что в школе два новых учителя: профессор Люпин, который занял должность преподавателя Защиты от Темных Искусств, и Хагрид — преподаватель по Уходу за Магическими Существами, ученики приступили к пиру. Гарри никак не мог наесться. Большой зал заполнили смех, разговоры, звон ножей и вилок. Панси с увлечением рассказывала (даже хвасталась) о том, как провела лето, но мальчики ее не слушали. Малфой то и дело обеспокоенно поглядывал на Гарри, кажется, решившего, что этот ужин — последний в его жизни.
***
Войдя следующим утром в Большой зал, Гарри тут же услышал смешки: небольшая компания гриффиндорцев дружно изображала обморок. — Ну и идиоты, — проворчал Малфой. — Пошли. Но Гарри было все равно. Он ожидал такой реакции от окружающих. — Великий Гарри Поттер грохнулся в обморок при виде дементора! — воскликнул кто-то. — Поттер! Оглянись! Сзади тебя дементоры! Нахмурившись в ответ на издевательства, Гарри сел за стол слизеринцев рядом с Панси Паркинсон. — Вот, расписание уроков для третьекурсников. — Панси протянула мальчикам по несколько кусков пергамента. — Первым уроком у вас прорицание. Кабинет в самом верху Северной башни. Гарри вопросительно посмотрел на Драко, взглядом спрашивая, знает ли тот, как им туда попасть. Но Малфой тоже не знал. За два года ребята не успели обследовать все уголки замка. Наконец, после долгих блужданий, по коридорам и спиральным лестницам, мальчики услышали над головой многочисленные голоса. Еще несколько ступенек, и они оказались на тесной площадке, где столпился весь класс. Прямо над ними была круглая дверца люка с бронзовой табличкой «Сивилла Трелони, профессор Прорицания». — Ну и как нам туда попасть? — спросил Гарри. Словно в ответ дверца люка внезапно открылась и прямо к ногам Гарри опустилась серебристая веревочная лестница. Класс в изумлении притих. Гарри манул другу головой на лестницу, предлагая пойти первым. — Только после тебя, — усмехнулся Малфой. Гарри тяжело вздохнул и полез. Через несколько секунд он очутился в классе. За ним последовали и остальные ученики. — Добро пожаловать, — произнесла профессор Трелони, появившаяся в свете камина. — Как приятно видеть вас в вашем физическом облике. Гарри и Драко скептически переглянулись. — Садитесь, деточки, садитесь. — Профессор приглашала учеников, как дорогих гостей. Мальчики поспешили занять места поудобнее. — Приветствую вас на уроке прорицания. — Трелони села в кресло возле камина. — Меня зовут профессор Сивилла Трелони. Скорее всего, вы до сих пор еще меня не видели. Я редко покидаю своб башню. Суета и суматоха школьной жизни затуманивает мое внутреннее око. — И заглушает голоса в голове, — шепнул Малфой на ухо Гарри, и мальчики вместе усмехнулись. — Так, значит, вы избрали прорицание, самое трудное из всех магических искусств, — продолжала профессор, не обратив внимание на друзей. — Должна вас с самого начала предупредить: я не смогу научить много тех, кто не обладает врожденной способностью ясновидения. Книги помогают лишь до определенных пределов… — Значит, Грейнджер здесь делать нечего, — так же шепотом заключил Малфой, состроив очень серьезное выражение лица, будто он путем долгих исследований наконец совершил открытие. — В этом году мы будем изучать основополагающие методы прорицания. Первый семестр посвятим гаданию по чаинкам. Во начале второго семестра займемся хиромантией, а в конце перейдем к магическим камням, если к тому времени закончим с предсказаниями по языкам пламени. — Трелони подошла к полке, взяла огромный огромный чайник и поставила его на свой стол. — А теперь я попрошу вас разбиться на пары, взять с полки чашку и подойти ко мне. Я вам налью чай, вы будете пить, покуда на дне не останется гуща. Левой рукой поболтайте ее круговым движением, затем поверните чашку на блюдце, подождите, пока жидкость стечет, и дайте кружку напарнику. Гарри и Драко с полными чашками вернулись за свой столик. Выпив горячий чай, они сделали все, как сказала профессор и обменялись ими. — Ну что там, Поттер? Когда я умру? — с усмешкой спросил Малфой. Гарри сделал максимально серьезное лицо и посмотрел в чашку. — Через… три… две… — начал Гарри, стараясь выглядеть напуганным. — Сейчас! Подыгрывая другу, Драко рассмеялся, откинувшись назад, а потом с грохотом уронил руки и голову на стол. Гарри прыснул в кулак. К ним подошла профессор Трелони. — Ну, что у вас, мальчики? — спросила она, словно и не заметила того балагана, который устроили слизеринцы. Драко тут же схватил кружку Гарри и стал разглядывать коричневую гущу. — Не знаю, похоже на собаку, — безразлично бросил Малфой и поставил кружку на стол. Профессор Трелони взяла кружку, заглянула внутрь и тут же вскрикнула. Профессор опустилась в ближайшее кресло под недоумевающими и напуганными взглядами учеников. — Мой мальчик, мой бедный мальчик… Нет, милосерднее промолчать… Не спрашивайте меня… — причитала профессор. — Что там, профессор? — громко спросил кто-то из учеников, и вокруг стола Гарри и Драко собрался весь класс. Каждый старался заглянуть в чашку Гарри. — Мой мальчик, — наконец начла профессор Трелони. — У тебя здесь Грим. На секунду в классе воцарилась тишина, а потом ученики стали толкаться и перешептываться с новой силой. — Чего? — не понял Гарри. — Грим? — Грим, мой мальчик! Грим! — громче сказала профессор. — Огромный пес, вестник беды, кладбищенское приведение! Мой мальчик, это самое страшное предзнаменование, оно сулит смерть. Гарри побледнел. Он почувствовал, как сердце пропустило удар и упало куда-то в низ живота. В отличие от одноклассников, уже в полный голос обсуждающих, как, где и когда умрет Гарри, Малфой сидел молча. Он чувствовал себя не лучше Гарри. Ему тоже стало страшно за друга. Зная его любовь к приключениям… — Да хватит уже! — неожиданно для самого себя воскликнул Гарри, когда до его ушей дошло очередное предположение о том, что он умрет в страшных муках. Не желая больше ничего слышать о смерти, Гарри вскочил со своего места и направился к выходу из кабинета. Все замолчали, следя за ним. — Подожди, — дрогнувшим голосом сказал Малфой и кинулся за другом. Мальчики молча спустились по винтовой лестнице и поспешили на урок трансфигурации. Они заняли места в самом конце класса. Гарри не проронил ни слова. — Тебе не стоит так серьезно относиться к предсказанию профессора Трелони… Она же больная на голову, это сразу видно… — осторожно начал Малфой, когда профессор МакГонагалл как раз демонстрировала превращение в кошку и обратно.
