Малика с восточного побережья: исекай/попаданчество AU: Часть 1

Малика не была уверена в своей оправдательной речи, поэтому вздохнула спокойно, когда речь не понадобилась. Увидеться с Ладой ей разрешили немедленно и даже охотно. Вот только не ранее, чем через двое суток. В Полынье, чтобы попасть в больницу для наркозависимых, не требовалось никакой бумаги, в том числе банковских расписок. В больницах лечили и родных бездомных, и отчаявшихся мигрантов — наравне с богатеями и знатью, если они или их родственники туда обращались. Отношение к больным там было ужасное. Их селили в комнаты по человеку на три квадратных метра; плохо кормили и поили; били за непослушание; запрещали встречи с родственниками; наконец, могли сковать руки или привязать к кровати на время ломки. Сложно было выйти из такого места с неискалеченной психикой. Однако к наркотикам после этого возвращались немногие: терапия постепенным понижением дозы делала своё дело. Откуда абсолютно бесплатные нарколечебницы брали дорогостоящий опиум для своих пациентов, в книге не раскрывалось. Малике хотелось спасти Ладу из этого ада. Два дня она томилась в ожидании, пока принцесса Динка не пригласила её с собой. — Мы поедем вместе? — изумилась Малика. — Да, — коротко ответила принцесса, явно не желая пояснять причины, и Малика не стала её заставлять. Клиника, построенная несколькими километрами севернее Гяала, представляла собой милый двухэтажный дом с широкими окнами и плоской крышей — точь-в-точь курортный отель из маликиного прошлого мира. Малика не удивлялась опрятности: она давно уже догадалась, зачем принцесса навязалась в попутчицы. Очевидно, это не была одна из тех клиник, в которых держали низы общества. Здесь должен был лечиться сам принц Коко. — Куда мне ехать сейчас? — спросила Малика у принцессы. — В каком смысле? — не поняла принцесса Динка. «Неужели она не может отстать от меня хоть на полчаса? Я же ей даже не охрана». — Ты хочешь, чтобы я тебя сопроводила? — сказала Малика вслух. — ...Куда? О чём ты вообще? — Ну, ты уже приехала к своему брату, и теперь я хочу увидеть Ладу. — Так пойдём? — принцесса протянула Малике руку, и та неуверенно приняла её. — Т-ты хочешь сказать, что Лада находится здесь? — Да. Это лечебница для членов императорской семьи и высших вельмож. — ...Какое это имеет отношение к Ладе? — Ой, да ладно, — отмахнулась принцесса, — просто было свободное место. — Так... и сколько же за это нужно платить? — внезапно осипшим голосом кое-как выговорила Малика. — Смотри, — принцесса даже не задумалась, — мама, вероятно, будет присылать мне деньги на твоё содержание. Я оставлю их себе. Малика покачала головой. Её глотку начала заполнять досада: — Извини, но у меня не так много своих денег, чтобы прожить в Полынье хотя бы две осьмицы. — Зачем тебе это? Ты будешь жить во дворце, как и сейчас. — А в чём тогда твоя выгода? — спросила Малика недоумённо. — Просто так, — удивилась принцесса. — Я что, не могу немного помочь подруге? И подруге моей подруги заодно. «И когда это мы стали подругами?» — но Малике удалось сипло выдавить лишь одно слово из этой реплики: — «Подруги»? — Конечно, — радостно подтвердила принцесса Динка. — Ты не так уж и бесполезна, даже если больше не видишь сны. «Шутит? Или унижает, чтобы потом воспользоваться задёшево? — хмыкнула Малика. — А ведь буквально на днях такие сладкие речи генерировала. Или это игра в “горячо–холодно”? — Малика покачала головой сама себе. — В любом случае, Рачён был прав. Она действительно редкостная стерва». Вслух же она сказала: — Твой критерий дружбы — это взаимная выгода? — А как ещё? Малика махнула рукой. Очевидно было, что даже чувства принцесса приравняет к «взаимной выгоде». «Возможно, она ещё слишком мала, чтобы осознавать всю ценность чувств», — Малика решила на всякий случай не вспоминать, что младшей принцессе было двадцать семь. — Смотри, твоя Лада вышла вместе с моим братом. Действительно, эти двое радостно махали руками с крыльца. — Они заранее знали о твоём визите? — предположила Малика. — Да. Мы всегда обговариваем время следующей встречи. — Так вот почему я ждала два дня. — Не только поэтому, — произнесла принцесса Динка отчего-то неприятным тоном. Когда они высадились из кареты, Малика, чувствуя неясное беспокойство, оглядела Ладу с головы до ног. Потом покосилась на принцессу в её свободной блузке из газовой ткани. Снова переведя взгляд на Ладу, она ощутила головокружение и тошноту, которые всегда сопровождали её в таких ситуациях. «Честное слово, мои зеркальные нейроны слишком стараются». Платье на Ладе было полностью закрытым: длинные рукава, высокая горловина, длинный подол. На ней даже были перчатки. На улице стояла жара. — Не может быть, — прошептала Малика, — не может быть... Как это могло случиться?! И почему я... Как я могла... «Прости, Лада. Я опоздала».