Простая арифметика

Опасность и страх – самые древние спутники жизни на Земле. И даже если рассматривать опасность как совокупный механизм факторов, имеющих негативное влияние на сложную систему, могущих привести к полной ее нежизнеспособности, только мыслящий и чувствующий человек способен ощущать опасность как предупреждение. Чувство тревоги не покидало Азирафаэля с самого начала их совместного расследования. Но вся эта история настолько увлекла его, что он с головой в нее погрузился, игнорируя внешние и внутренние раздражители. Хотелось сделать все разом: съездить еще раз в Оксфорд и поговорить с коллегами Артура, изучить все материалы, которые скопил Кроули, сесть за расчеты закономерности, получить результаты исследований Анафемы. Он испытывал настоящий азарт, вдохновение и стал больше понимать своего друга, который совсем не спешил переходить с оперативной работы. Материалы дела Кроули выслал, как и обещал. Оказалось, что при всей своей нелюбви к дисциплине, он прекрасно справлялся с системным анализом, и материалы были четко структурированы, скомпонованы по группам и выводам. Азирафаэлю не составило большого труда перевести данные в цифры и начать выстраивать уравнение с несколькими уровнями переменных. Данных было достаточно, Кроули собрал о каждой жертве все возможное: пол, возраст, цвет кожи, место жительства, место работы, хобби, наличие или отсутствие средства передвижения, отношения в семье, в коллективе, кучу мелких деталей, из которых строилась жизнь человека. Все это было важно и нужно, чтобы разобраться, что во всех этих случаях являлось второстепенным, а что – основным. Зависимость выстраивалась быстро, а с ней приходило и понимание, где искать зацепки. - У меня есть для тебя информация, - позвонил он Кроули ближе к обеду. - Ты ко мне, или я к тебе? - Встретимся в парке, на нашем месте через пятнадцать минут, - предложил Азирафаэль. – И прихвати листочек с цифрами. Помнишь, на доске висел, рядом с первой жертвой. - Договорились, - согласился Кроули. Ранняя осень выдалась теплой. Сент-Джеймсский парк выглядел застывшим во времени кусочком благонадежного спокойствия в безумном современном мире и притягивал посетителей со всего Лондона. Однако их любимая скамейка оказалась незанятой. Азирафаэль пришел чуть раньше и мог наблюдать фигуру приближавшегося к нему друга. Как всегда расслабленная походка супермодели, руки в карманах, подбородок надменно чуть поднят вверх, глаза закрыты темными стеклами очков, яркие волосы по обыкновению уложены в модную прическу. Опасная грация пламени. - Выкладывай, - тут же потребовал Кроули, развалившись рядом на скамейке. - Я обработал все твои данные и пришел к выводу, что дальнейшие поиски нужно проводить на местах работы, точнее – нужно осмотреть помещения, - начал Азирафаэль. – Детально осмотреть. Я готов поехать с тобой. - Что с листком бумаги? – Кроули протянул ему фото выдранного из ежедневника листа, где карандашом были написаны цифры. - Пока не уверен, - замялся Азирафаэль. – Но думаю, это важно. Мне просто нужно удостовериться, что это именно те самые цифры, которые я запомнил, и понять, почему они расположены в такой последовательности. У меня есть идея, но сначала мне хотелось бы убедиться в правильности найденной закономерности. - Давай так: я еду в Оксфорд расспрашивать этих светил науки, а ты – по местам работы, - предложил Кроули. - Давай в обратной последовательности и вместе. Сначала по местам работы, потом в Оксфорд, - мягко предложил он. - Ангел, ты знаешь что-то, чего не знаю я, но при этом не спешишь этим поделиться? Или тебе просто нравится со мной ездить? - Второе, - отчего-то смущенно ответил Азирафаэль. – Да и концы немаленькие. - Я иногда прям с ума схожу от того, как ты выражаешься, - Кроули развернулся к нему. Он улыбался. – Хорошо, пусть будет по-твоему. Прежде Азирафаэлю не доводилось лично участвовать в расследованиях и уж тем более погружаться в работу инспектора. Дело оказалось не столь простым, как ему виделось изначально. Мало того, что все конторы, предприятия и организации находились на приличном расстоянии друг от друга, так некоторые еще и переехали, так что им пришлось разыскивать старые адреса и выуживать информацию по крупинкам. Где сидел такой-то, когда работал у вас клерком, а где до ремонта стоял стол того-то и так далее по всему списку. Азирафаэль не расставался со своим блокнотом, внимательно осматривая все помещения, делал пометки, рассчитывал высоту, длину, замерял скорость движения воздушных потоков, гонимых вентиляцией или кондиционерами, уточнял время года на момент смерти жертвы, отмечал наличие или отсутствие окон в помещениях. Единственным, что поставило его в тупик, стало место работы самой первой жертвы. Огромное здание производственной корпорации «Глобал инжиниринг». Он много раз осмотрел помещение, где когда-то работал некто Норман Визерд, старший научный сотрудник, инженер-исследователь, а потом, многозначительно переглянувшись с Кроули, потянул того прочь. Не сказать, чтобы Азирафаэль и в самом деле рассчитывал увидеть мигающую надпись, как в финале старой компьютерной игры, возвещавшую полную победу над хитроумной и ловкой машиной, но то, что он увидел было даже лучше. - Кажется, нам невероятно повезло, и мы нашли пациента «ноль», - сказал Азирафаэль на выходе из здания, доверительно беря Кроули под руку. - Из тебя получился прекрасный детектив, - ответил ему тот. – Больше всего мне понравилось, как ты вскарабкивался на тумбочку и разглядывал воздуховод в той конторе с техасскими кактусами. И лицо менеджера, когда он в полной панике не переставал повторять: «Что вы, у нас всегда все только самое свежее». Они синхронно рассмеялись. - А эти из инжиниринга как-то черезчур вежливо суетились вокруг нас, - продолжил Кроули. – У них явно что-то нечисто. - Была бы их воля, они бы нас и на порог не пустили, - согласился с ним Азирафаэль. - Значит – вентиляция? - Вентиляция, - подтвердил Азирафаэль. – Как ты и сам заметил, во всех случаях каждый из сотрудников сидел прямо под воздуховодом. Вообще, это очень загадочная история, - продолжил он. – Еще когда я начал выявлять закономерность, я сразу понял, что всех их связывает факт занятости, и важно то, что работали они именно в офисе. Нет домохозяек, детей или пенсионеров, нет курьеров, самозанятых, сотрудников гостиниц и ресторанов, всех тех, чья работа связана с передвижениями. Они подошли к машине, и Кроули остановился закурить. Он молчал и выглядел задумчивым и сосредоточенным. - Ты сильно помог мне, - докурив, наконец, сказал он. – Но дальше я сам. Эта фраза оказала на Азирафаэля странное воздействие. Дорогу домой озвучивали лишь бессмертная музыка Queen и шум двигателя Бентли. Подошел к концу только второй день их совместного расследования, а Азирафаэль уже стал обузой. Сквозь дымку недоумения Азирафаэль понимал, что причиной тому беспокойство за его благополучие, и, более того, за его жизнь. Но именно это и заставляло сознание взбунтоваться. Кто, в случае необходимости, протянет руку помощи самому Кроули? Он уже открыл рот, набрал побольше воздуха в легкие, чтобы высказать свои доводы, все, что на уме, но повернувшись к Кроули, передумал. - Оставайся сегодня у меня, пожалуйста, - вместо обвинительных речей выдал он. - Я планировал заехать к Лису, - бездумно ответил Кроули. - Что ж, передавай ей привет, - бесцветно сказал Азирафаэль. Они остановились. - Послушай, - начал было Кроули. - Нет, это ты меня послушай, - перебил его Азирафаэль. – Я знаю, через что ты прошел за свою неоднозначную карьеру, знаю, скольких коллег ты потерял, я понимаю твое беспокойство. Но я не принимаю этих доводов. В моей квартире нет вентиляции, этот дом достаточно старый. Когда его строили и понятий таких как вентиляция или кондиционирование не было. В жаркую погоду мне приходиться открывать окна на обе стороны, чтобы создать хоть какую-то иллюзию движения свежего воздуха. Сегодня мы побывали в логове зверя, и нет никаких гарантий, что на нас уже не ведется охота. Им нужно, чтобы мы сошли с дистанции до того, как выплывет что-то по-настоящему зловещее. Я пока не знаю, что это за газ, и как он воздействует на человека, но если мы будем держаться друг друга, то шансов раскрыть это дело и остаться в живых у нас значительно больше. Могу даже точное число назвать. Кроули снял очки и уставился на него, не мигая. - Иногда я забываю, что имею дело с гением. И, нет, не надо называть, не хочу знать в точности, сколько мне жить осталось, - усмехнулся он. - Есть идея получше? – не отставал Азирафаэль. – Хотя бы одна? - Э… Вряд ли, - ответил Кроули. - Вот, и я так думаю, - победно сказал Азирафаэль. Часы пробили десять вечера. В небольшой квартире в Сохо на столе в гостиной стояли две полупустые чашки с холодным чаем и остатки вишневого штруделя. Туда же перекочевал и огромный монитор. Кроули снял свой стильный с красной подкладкой пиджак (плод не иначе как ловкой заботы Кармин), повесил рядом на стул кобуру со своим табельным оружием и совершенно по-свойски развалился на диване. Азирафаэль сидел на стуле возле монитора и вводил очередные переменные, раскрашивая дашборд новыми визуализациями данных. - Допустим, это газ, - не унимался Кроули. - Это – газ, - в который раз утвердительно сказал Азирафаэль. - Почему ты так уверен? Эти «Глобал инжиниринг» никакого отношения к газам не имеют. - Потому что, - он ткнул пальцем в монитор. – Ответ кроется в том самом листочке бумаги, найденном среди личных вещей жертвы. Хотя я больше не склонен считать Нормана Визерда жертвой. - О, вот как! То есть теперь он – убийца? - И тут ты снова ошибаешься, мой дорогой друг, - улыбнулся ему Азирафаэль. - Пфф! Я не готов вести подобные беседы на трезвую голову, - заявил Кроули, стек с дивана и направился на кухню. - Стаканы в шкафу над мойкой, - не сопротивляясь неизбежному, крикнул ему Азирафаэль. Кроули принес початую бутылку виски, стаканы и, удерживая все это одной рукой, сгреб с кресла бежевый клетчатый плед. - У тебя ужасный вкус, Ангел, ты об этом знал? – съехидничал он. - Да. Ведь я общаюсь с тобой и нахожу это в крайней степени приятным, - парировал Азирафаэль. - Тогда бери свою клавиатуру и двигай сюда, - Кроули поставил стаканы и виски на пол, а сам с ногами влез на диван и закутался в плед. – Свежо. - Что, кости не греют? – съязвил Азирафаэль. – Либо ботинки сними, либо ноги на пол спусти, - добавил он. - Какой же ты зануда! – сказал Кроули, скидывая на пол ботинки и откидываясь на спинку дивана. - Как скажешь, - он пожал плечами, взял свою беспроводную клавиатуру и пристроился рядом – с прямой спиной и четко параллельно поставленными ступнями, словно аристократ на приеме у королевы. - Так, на чем мы там остановились? – спросил Кроули, отпив больше половины из своего стакана одним глотком. – Ах, да! Норман-убийца. - Не убийца, а жертва собственной неосторожности, - поправил его Азирафаэль. - С чего ты взял? - Листок с цифрами. - И что с того? - А вот что, - начал Азирафаэль. – Я не тешу себя иллюзией, что ты хорошо помнишь школьную программу по химии, но и я тоже не сразу догадался. - Не тешь, я не помню, - согласился Кроули и сделал еще пару глотков виски. - Все состоит из атомов. Атомы классифицируются по количеству протонов и нейтронов в ядре. Количество протонов определяет принадлежность атома к тому или иному химическому элементу, - он тоже сделал большой глоток из своего стакана. - И что? - А то, что атомы наделяют свойствами химические элементы, и вся таблица элементов Менделеева — это разновидность определенных видов атомов с положительным зарядом ядра, - продолжил свою лекцию Азирафаэль. - То есть, ты хочешь сказать, что эти цифры – номера элементов из таблицы Менделеева? – Кроули вопросительно изогнул бровь. – Кажется, мне нужно еще выпить. - Я уверен в этом, - кивнул ему Азирафаэль. – И мне тоже долей. - А как ты?.. Как тебе вообще это в голову пришло? - Дорогой мой, все благодаря твоей магнитной доске. - А что с ней? А… - догадался Кроули. – То самое неизвестное соединение, которое я распечатал из отчета Анафемы. - Верно, - кивнул Азирафаэль. – А когда мы обнаружили, что все погибшие так или иначе сидели в непосредственной близости от вентиляционного воздуховода, я понял, что это именно газ. Летучий, легко рассеивающийся, но смертельный при первом вдохе. - Но Норман-убийца – вовсе не убийца, а самоубийца, - Кроули покачал виски в стакане и залпом допил. – Потому что… потому что он… помогай уже, Ангел, - он толкнул своего соседа по дивану локтем. - Потому что он… а что ты, собственно, от меня ждешь? Я не гадалка, прошлое по руке не читаю, - он поставил клавиатуру на пол и тоже допил виски. – Вентиляции в его кабинете вообще не было, кондиционера – тоже, так что он мог вдохнуть этот газ только в процессе работы над ним. Смерть по неосторожности. Кроули оценивающе посмотрел на него, на свой стакан, на пустую бутылку на полу. - И что мы будем делать дальше? - У меня где-то была бутылка ликера, - вздохнул Азирафаэль. – Пойду поищу. - Как же приятно иметь дело с гением, - от удовольствия Кроули даже глаза прикрыл. – Не нужно объяснять очевидные вещи. Азирафаэль улыбнулся, покачал головой и направился на поиски ликера. Ночь обещала быть долгой. Было очень раннее утро. Азирафаэль проснулся строго по будильнику с туманом в голове и ноющей болью в висках. Сказывались две трети бутылки виски и бутылка ликера, выпитые на двоих накануне. Взболтать, но не смешивать. В любом случае, впереди их ждал очередной длинный день и жалеть себя было некогда. Но тут вставала еще одна проблема – нужно было разбудить Кроули. А поднять того с утра пораньше задачей оказалось непростой, практически невыполнимой. Вылить на голову кувшин холодной воды – очень жестоко. Оставалось выслушивать: «еще мять минуточек» или «да, да, я уже» и наблюдать исчезающую под одеялом рыжую макушку. - Если ты сейчас же не встанешь и не приведешь себя в надлежащий вид, я затолкаю тебя в машину как есть, - строго сказал Азирафаэль и подсунул тому под нос чашку со свежесваренным черным кофе. Через полчаса они все же выбрались из дома. Кроули по дороге до машины споткнулся обо все, что только смог, но на его водительских навыках это ничуть не отразилось. Так что до Броудвей они добрались быстро. Бентли влетел на парковку с такой скоростью, словно за ними гнался весь Ад, что отчасти было правдой. На въезде они поравнялись с черным Джипом. - Хастур, - прорычал Кроули. - Нет, вы только посмотрите, кого ветром занесло, - выйдя из машины и уставившись на них, начал Хастур. – Выглядишь отвратительно. Что, ночка не задалась? - И тебе доброе утро, - на автомате отозвался Кроули, вылезая наружу. - А… Белобрысый профессор оказался не так уж хорош, да? – не унимался Хастур. – И твой мир рухнул? Мы ж тебя предупреждали, разве нет? Нахер ты вообще с ним связался? - Ты невероятно проницательный, - зловещим шепотом начал Кроули. – Твои знания человеческой натуры просто поражают своей глубиной, а умственные способности - скоростью выстраивать логические выводы, - он плавно завел руку под пиджак, мгновенно вытащил свое табельное оружие, снял с предохранителя и взвел курок. - Ты не посмеешь, - не сводя глаз с дула пистолета и отходя назад, сказал Хастур. - Помнится, один такое уже утверждал, - все так же зловеще сказал ему Кроули. – Пересказать, чем дело кончилось? - Псих, - выплюнул Хастур и попятился в сторону лифта. Кроули убрал пистолет. Азирафаэль молча на него смотрел. - Что? Не собирался я в него стрелять. Просто, ты представить себе не можешь, как они все меня задолбали. Пусть поостынет. И потом, я всегда могу прострелить ему колеса, - ухмыльнулся Кроули. Азирафаэль улыбнулся, как обычно улыбаются нашкодившим детям, и тоже направился к лифту. Они договорились разойтись по своим местам, узнать новости, а затем отправиться в Оксфордшир. - Ангел, - сказал ему Кроули, прежде чем выйти на своем этаже. – Мне очень жаль, что тебе приходится выслушивать все эти, - он покрутил пальцем у виска. – Идиотизмы. - Да, репутация, я помню, - кивнул Азирафаэль. – Не извиняйся, меня это вовсе не беспокоит. Скорее, наоборот, - он нажал кнопку двадцатого этажа и перед тем, как двери закрылись, успел понаблюдать искреннее удивление на лице Кроули. Первый рабочий час пролетел почти незаметно, головная боль стихла, все-таки аспирин, какао и плотный завтрак оказали свое положительное влияние. Азирафаэль позвонил Артуру, договорился с ним о встрече на кафедре в колледже, с сожалением сказал, что не может разглашать ход дела, и что они обязательно найдут профессора Томпкинса. Ответил на входящую корреспонденцию, сделал заметки в материалах рабочей группы его проекта в Совете национальной безопасности и готов уже был взяться за новый алгоритм для Габриэля, но тут в его кабинет ворвался, иначе и не скажешь, Кроули, который тут же заполнил собой все пространство. - Ани, - крикнул он в коридор. – Что ты там ковыряешься? В добавок ко всему, он был не один. - Я не понимаю, неужели нельзя смотреть, куда идешь, - обращаясь то ли к Кроули, то ли к маячившему у нее за спиной Ньюту, проворчала Анафема, отряхивая свое длинное зеленое платье. - Я еще раз прошу простить меня, - Ньют подбирал бумаги, вновь ронял и снова подбирал. – Я просто не рассчитывал, что кто-то может оказаться в коридоре. Как мне загладить мою вину? - Пригласишь ее потом выпить, - вставил Кроули. – Давай, показывай свой отчет, - обратился он к Анафеме. Она выдрала из рук незадачливого программиста нужный листок и сунула его под нос Азирафаэлю. - Думаю, мне нужны разъяснения, дорогая леди, - бегло изучив листок, сказал он. – Не могу претендовать на достаточно хорошее знание предмета. - Вот, - Анафема ткнула пальцем в нужное место. – Все сходится, те же самые молекулы, а эти по-прежнему неизвестны. Это какие-то странные производные от радионуклидов. Про выпить я запомнила, если что, - сказала она уже в сторону. - Интересно, - протянул Азирафаэль. - Еще как! – кивнул ему Кроули. - Ты думаешь о том же, о чем и я? – почти в один голос спросили оба. - Радиофарпрепараты, - так же в один голос ответили на свой вопрос они. - Пойдем, - сказала Анафема, отбирая оставшиеся листы у Ньюта и выпихивая того из кабинета. – Мы тут явно лишние. – Вот, - она вручила Кроули остальной отчет. – Про эволюцию сам ему расскажешь. - Эволюцию? – поинтересовался Азирафаэль, когда дверь за Анафемой закрылась. - Поехали, по дороге расскажу. Они двинулись в сторону Оксфордшира, и Кроули без умолку болтал всю дорогу. Он был словно гончая, взявшая след. Перескакивая с одного факта на другой, он рассказывал про эволюцию формулы, которая претерпела некоторые изменения начиная с убийцы-Нормана и заканчивая неизвестным телом из озера, говорил, что добился разрешения на эксгумацию и повторную экспертизу тел, которую для полной достоверности проведет для него Анафема, про то, что все здания, где они побывали, за исключением «Глобал инжиниринг» имели довольно свободный доступ, поделился соображениями о связи этого дела с Биг фармой, даже рассказал о том, что уже договорился о встрече с председателем совета директоров «Глобал инжиниринг», неким Тадеушем Даулингом, американцем, пожаловался, что ордера на обыск ему пока не дали, так как не было достаточно оснований. Азирафаэль делал пометки в своем блокноте, обдумывая новую полученную информацию. Картина вырисовывалась не самая приятная, по всему выходило, что кто-то на протяжении многих лет упорно мастерил практически настоящее биологическое оружие, а они с Кроули увязли во всей этой истории по самое некуда. И тут Азирафаэль снова ощутил уже знакомое чувство тревоги, которое то отступало, то вновь неожиданно пробирало до мурашек. Он смотрел на своего друга, с улыбкой рассуждавшего о судьбах человечества, любовался солнечными лучами в ярких, растрепанных ветром рыжих волосах и думал о том, что какая бы опасность не угрожала им в будущем, он готов разделить ее с Кроули. И это отчего-то успокаивало.