Они наши враги

Кто познал всю полноту жизни, тот не знает страха смерти. Страх перед смертью — лишь результат неосуществившейся жизни.

Франц Кафка

– Вставай, парень, – приказал отец, тормоша меня за плечи.       Застонав, я открыл глаза, сдерживаясь, чтобы не послать викинга в дальнее пешее. Что же будет дальше, если после двух дней тренировок уже так отчаянно хочется выходного? Сомкнув челюсти, я всё же встал с кровати, ощущая холод и дикое желание спать. Отец уже ушёл, увидев, как я пытаюсь бороться со шкурами.       В этот раз утренняя разминка далась чуть легче, и мне удалось выдавить из своего тела парочку отжиманий и с десяток приседаний. Банька творит чудеса! Каково же было моё удивление, когда, заходя внутрь, я увидел обычную русскую баню — только печь была не металлической, в остальном же будто вернулся в прошлую жизнь. Такие же скамьи с двумя ярусами, привычные веник и камни.       Надеюсь на радостях я не казался сильно странным, предлагая Иккингу побить меня веником. Хотя не думаю, что им было до меня. Усталость и жар выбили всё желание думать, у меня так точно. Жду не дождусь зиму, чтобы в снег прыгнуть. Бывал я как-то у деда в деревне, там это считалось обязательным ритуалом для хорошего здоровья.       Завтрак проходил в тишине под треск очага и аромат вкуснейшей каши из репы и мяса. Никогда бы не подумал, что стану фанатом подобной еды, но из-за физической нагрузки мой организм озверел, требуя какое-то невероятное количество питания. Каждый приём пищи я брал по две порции и всё равно чувствовал себя голодным. Но в этот раз было принято решение не обжираться, мало ли что там придумал Северин. На полный желудок бегать — гиблое дело.       Накинув плащ, я вышел из дома, сразу же поёжившись от утреннего холода. Вся деревня была окутана туманом, а солнце трусливо спряталось за тёмными тучами, не предвещающими хорошей погоды. Выдыхая облачка пара, я пошёл в сторону леса, где мы должны были собираться, наблюдая, как парочка викингов тащат тушу здоровенного оленя с торчащей из его шеи стрелой. Чуть дальше по улице с дюжину мужчин достраивали дом Рагнарсонов, шля проклятия во все стороны. На поляне же сразу за последним домом, сгорбившись ещё сильнее чем обычно, собирала травы местная старейшина — Готти, вместе с двумя неизвестными мне девушками, примерно одного возраста со мной.       Услышав мои шаги, местная целительница посмотрела на меня, прищурив свои глаза цвета пепла, что-то показала пальцами и вернулась к сбору трав, держась за свой посох. Пожав плечами, я пошёл дальше, выискивая взглядом Иккинга. Надеюсь, что он уже там, будет хоть с кем поговорить. Но перед входом в лес стояла только Астрид, в очередной раз точившая секиру.       Девушка мазнула по мне безразличным взглядом, возвращаясь к привычному занятию. Фух, ну и славно. А то я уж было подумал, что сейчас начнутся угрозы в стиле: "Я лучше тебя, поэтому в следующий раз ты проиграешь".       Сев на поваленное дерево, я вздрогнул от резкого треска, раздавшегося из темноты леса. Наверное, кто-то дерево срубил. – Привет, Арвид, – поздоровался подошедший Рыбьеног, улыбнувшись, – Где ты научился тому, что делал вчера в бане?       Боковым зрением мне удалось заметить странный взгляд Астрид, которая отвлеклась от своего оружия. Замечательно! Теперь она будет думать, что я из любителей делать противоестественные мужской биологии действия. – Привет, отец научил, – ответил я, махая рукой в качестве приветствия.       Как бы странно это не было, но Ингерман единственный, кто не ныл в бане от жары, а наслаждался. Там и поговорить успели, пока выходили отдыхать. В ходе разговора выяснилось, что на Олухе, судя по рассказам парня, есть не самая плохая библиотека. Кто бы мог подумать, что викинги будут заниматься закупками знаний?       Если Ингерман был рад меня видеть, то остальные, подходя к нам, смотрели на меня с видимой опаской. Ха! Слабаки. – Ну, чего расселись? – спросил наставник, когда мы все собрались, – лишнюю одежду оставьте здесь, она только мешаться будет.       Сам он был одет только в рубаху, штаны и сапоги. – Поможем дровосекам с деревьями. По тропинке бегите вперед. Если кто-то отстанет, остальные дожидаются, толкая землю.       И мы побежали, хлюпая по сырой земле, на которой перемешались листья, ветки и грязь. И ведь даже женскому полу не давали поблажек. Здесь вообще не делили ничего на женское и мужское, если дело касалось работы или войны. Феминистки из прошлой жизни, наверное, на пену бы изошли от такого равенства.       Бегать по грязи, пытающейся сорвать с тебя обувь, оказалось куда сложнее, чем по тропинкам в деревне или по каменному полу на арене. Но куда сложнее оказалось отжиматься, пока Рыбьеног догонял остальных. Руки и так болели, а тут ещё и всякая херня пыталась врезаться в кожу ладоней. И ёбаные насекомые, так и стремящиеся залезть под одежду. Не то чтобы я боялся пауков или чего-то в этом роде, но от мысли, что по мне могут бегать многоножки, передергивало.       Из-за пасмурной погоды лес был погружён в темноту и туман. А птичьи пересвисты только добавляли ощущения, что я попал в фильм ужасов, и сейчас вылезет какая-нибудь хтонь, желающая меня убить самым кровавым способом. А ещё тут пахло сыростью. Из-за тяжёлого воздуха, полного влаги, дышать было сложно.       Когда все добежали до поляны, где нас уже поджидали срубленные деревья, Северин отошёл к группе викингов с огромными топорами. – Как-то не так я себе представлял обучение, – пытаясь отдышаться, сказал Торстон, согнувшись пополам и опираясь на колени, – Думал, мы с оружием будем тренироваться, а не деревья таскать.       С ним было сложно поспорить, хотя я понимал, что в сражении на мечах и топорах нужно развитое тело. Всё тело, а не только руки и ноги, поэтому любые нагрузки будут полезными, но внутренний протест от этого понимания никуда не пропадал.       После нас разделили на две группы, и мы потащили треклятые деревья в деревню. На каждом шагу ноги утопали в грязи по самую щиколотку, а плечи заболели уже на пол пути. Нет, это всё просто издевательство! Попал, блять, в мир, где драконы летают, а приходится таскать древесину. Ну ничего, скоро Иккинг приручит фурию и тогда заживём, да.       Сам себя утешая, я продолжил свой шаг, будучи направляющим в нашей группе из трёх человек: меня, Иккинга и Задираки. Из-за мелкой комплекции будущего вождя было ощущение, будто только мы с Торстоном несём груз, но, судя по тяжёлому дыханию и вздохам прямо позади, Хеддок тоже был при деле.       Целая вечность прошла, прежде чем мы вынесли ствол из леса и опять встретили тренера. – Ждём остальных и возвращаемся. Бегом.       Пиздец.

***

      Уронив голову на стол, стоящий у двери Большого зала, я простонал. Пол дня угробили на эти лесозаготовки. Понятно, что дело полезное, но боль во всём теле говорила обратное. Я успел сбиться со счёта, сколько раз мы повторяли свои ходки, но с десяток их, наверное, наберётся.       После этого нас отпустили на заслуженный отдых, продлившийся пару часов, посреди которого я, пообедав, чуть не уснул на скамье в главной комнате своего дома. А после этого уже пришло время для очередной тренировки, которая началась с лекции о необходимости использовать в сражении всё, что может помочь победить.       А после всё пошло по уже привычному плану: разминка в виде бега, тренировка с оружием, отжимания из-за жалобы Забияки на боль в зубе, бег из-за её брата, который ей в челюсть и ударил, опять оружие.       Чем дольше я держу в руках топор, тем больше чувствую какое-то… хм… родством с ним, что ли. Сложно объяснить. Я просто ощущаю это оружие как, не знаю, ладонь. Знаю, как и куда отскочит топор, когда бью в щит Иккинга или как сильно он отлетит, если я ударю Сморкалу рукоятью по шлему. Просто есть понимание последствий от каждого действия.       Это и удивляет, и пугает в равной степени, ведь я прекрасно понимаю, что остальные так не могут и это ненормально. Но мне ли говорить о нормальности? И всё равно жутко, что у меня есть какие-то неестественные способности, которые пока что дают только плюсы. Но у каждой монеты две стороны. Эту истину я усвоил ещё в прошлой жизни.       А ещё по пути в большой зал, где все собирались, меня посетила неприятная мысль. Не я главный герой этой истории. Такой простой вывод пришёл только сейчас, спустя месяц после получения ещё одного шанса. Тут буквально всё вертится вокруг Иккинга и его действий. По крайней мере, именно так было в мультфильме. И что тут можно сделать? В любом случае, придётся дожидаться, пока сын вождя не подружится с фурией. А там… посмотрим. Улететь куда-то на драконе легче, чем уплыть на корабле. – Держи.       Я поднял голову, смотря на Хеддока, держащего две чаши, полные еды. Да, поесть бы не помешало. – Спасибо.       Работая челюстями, я обдумывал варианты будущего, и всё в любом случае сводилось к тому, что придётся оставаться, ведь все события именно тут будут происходить. А ещё этот ебучий договор с хер пойми кем, в котором ясно чуть больше, чем ничего. Хотя… Мне же обещали в том разговоре дар? Может, вот эта непонятная штука с оружием оно и есть? Другого объяснения у меня попросту нет. – Отец сказал, что мы можем хоть каждый день в баню ходить, – уведомил меня шатен, отталкивая от себя пустую чашку. – Как у тебя с ним сейчас? – спросил я, всё ещё находясь в мыслях, и только потом осознал, что мы ещё не так близки       Иккинг замялся, по привычке опустив взгляд, но, дёрнув головой, поднял глаза на меня. – Неплохо, раньше было куда хуже, – после секундной заминки ответил Хеддок. О, так мы теперь друзья? – А чего мы все тут собрались-то? – Отец хочет какое-то объявление сделать. Скоро же Тинг должен быть, – мой собеседник пожал плечами, сразу же хватаясь за левое и шипя. – Тинг? – я нахмурил брови, пытаясь вспомнить по прошлой жизни, что это такое, но не выходило. – Собрание вождей. Его редко проводят, обсуждают там разное. Папа должен объявить, кто с ним плывёт, – Иккинг повернулся в сторону кресла вождя, но, не увидев там отца, вернул взгляд на меня, – И похоже, что мне тоже придётся плыть с ним.       Я уже хотел ответить, но звук горна прервал меня. Мысли лихорадочно пронеслись в голове, не давая ничего обдумать. Это не призыв в большой зал, а значит… – Драконы, – прошептал Иккинг, сжимая руки в кулаки.       Из-за стен донёсся животный рёв, полный ярости и ненависти, пробираясь куда-то внутрь меня, парализуя страхом. – Драконы! – Вальгалла ждет! – Да поможет нам Один.       Выкрики викингов пронеслись по Большому Залу, уносясь вверх, пропадая в тени под крышей, куда не доставал свет очагов. Жители без паники побежали за оружием, опустошая помещение. Из дальней от входа комнаты вышел Стоик, одетый в кольчугу, на голове его блестел шлем, покрытый множеством царапин от когтей и мечей, в одной его руке был огромный щит, а второй он держал двуручный молот.       Таким я его видел впервые, и слухи о его славе воина больше не казались слухами. Он быстрым, чеканным шагом подошёл к нам. – Сиди здесь, Иккинг, – голос вождя был строг, а открытая часть лица напряжена. Он перевёл взгляд на меня, – А ты следи за ним.       Мне оставалось только кивнуть, без возможности ответить из-за резко пересохшего горла.       Стоило вождю открыть дверь, как мимо входа пролетел огромный дракон, плюя куда-то струёй огня.       "Как жаль, что я не надел коричневые штаны" – подумал я, пытаясь успокоиться. Одно дело слышать о налётах от других, уже матёрых викингов, и совсем другое самостоятельно слышать этот рёв, взрывы, кричащих от боли людей. Все эти звуки смешивались в коктейль, который въедался в кожу. Самый настоящий ужас на грани паники плотно осел внутри меня, оплетая твердыми корнями мои внутренности.       Воздух резко стал спёртым, горячим, но мне было холодно. Обхватив себя руками, чтобы согреться, я посмотрел на Иккинга.       Парень тяжело дышал, продолжая сжимать руки, а на его лице не было и намёка на страх. – Даже не смей, Иккинг, – предупредил я, пытаясь совладать с собственным телом, – Твой отец мне голову отрубит, если ты сейчас пойдёшь туда.       Парень посмотрел на меня, показывая на лице самые разные эмоции. Но разобрать хоть что-то из них я не смог. – Они лишили меня матери, – громко выдохнул Хеддок, разжимая кулаки, – А теперь в любой момент я могу лишиться и отца.       Как-то слишком злобно он это говорит… Не-не-не, Иккинг, я хочу полетать на драконе, так что давай без странностей. И где этот стесняющийся всего на свете паренек? А чего я спрашиваю, если он и до этого зачем-то бросался на драконов во время налётов, где ему лишь по удачному стечению обстоятельств удавалось выжить? – Ты там ничем не поможешь. Даже Астрид просто сидит здесь, – я кивнул в сторону девушки, сидящей в дальнем углу, – А уж её ты знаешь. Так что давай без глупостей.       Раздался очередной рёв, но на этот раз жалобный. Видимо, кого-то из драконов достали. А у меня во рту появился неприятный привкус металла и пепла, слюни были вязкими как смола. Как мне с ними потом сражаться, если я, сидя в самом защищённом месте острова, чуть ли не трясусь от ужаса?!       Понятия не имею, сколько прошло времени с момента начала налёта. Вздрагивая при каждом взрыве или драконьем рёве, я пытался глубоко дышать, в надежде успокоиться. На несколько минут всё затихло, но потом послышался свист. Громкий, неприятный, режущий ухо словно пенопластом по стеклу. – Ночная фурия, – прошептал Иккинг, теряя весь настрой и озираясь.       Последующий взрыв добрался даже до нас. Его волну я почувствовал желудком, сжавшимся в испуге. Потом снова и снова, ровно шесть раз, а после очередного свиста всё окончательно затихло. Подождав ещё пару минут, я всё же выдохнул, немного расслабляясь. Вместо страха поднялась волна ненависти к себе из-за этого самого страха.       "Пока все сражались, ты сидел объятый ужасом и боялся пошевелиться" – шептала она.       Я сжал челюсть, понимая, что мой внутренний голос прав. И это злило ещё больше. Так и хотелось крикнуть, что я — не трус, и никогда не боялся драки. Но дракон — это не ебучий одноклассник, который мучает тебя от нечего делать.       "Нет ничего постыдного в том, что я испугался своего первого налёта" – успокаивал я себя, мозгами понимая, что прав. Но липкое чувство презрения никуда не исчезло, лишь слегка ослабло.       Двери резко распахнулись, заставив меня дёрнуться. На пороге стоял мой отец, покрытый с головы до пят кровью. Я выдохнул. Он живой.       За собственным страхом я совсем забыл, что там сражаются мои родители. Настоящие, те, которые любят меня. – Идёмте, поможете с пожарами и раненными, – позвал всех Альрик, пытаясь стереть кровь, капающую с растрепавшихся волос ему на глаза.       Я поднялся быстрее всех, стараясь сбежать от очередной порции самобичевания и злобы к себе, и подошел к отцу. – Ты в порядке? – спросил меня викинг, кладя руки мне на плечи.       От такого сильного запаха крови, дыма и металла я закашлял и только кивнул, не в силах и слова сказать.       Деревня пылала. Не вся, но то и дело были видны горящие дома, которые активно пытались тушить вёдрами с водой. Спустившись с лестницы, я сразу же наткнулся на труп огромного змеевика. Из-под левого крыла торчало копьё, а на шее виднелись следы лезвий. Чуть вдали лежал дракон с двумя шеями, но без голов. – Сюда.       Мы с отцом подошли к людям, лежащим на земле. У одного не было плеча и части головы, второй, видимо, перед смертью пытался запихнуть вываливавшиеся из живота кишки обратно, третий же… Передо мной лежала только верхняя часть тела.       Не выдержав этой картины, я начал блевать, никого не стесняясь. Отец понимающе усмехнулся, похлопав меня по спине. – Им ещё повезло, они умерли сразу, – Альрик сплюнул попавшую в рот кровь, – Бывает, что воины лишаются половины тела и молят о помощи.       Я в очередной раз опорожнил желудок, начиная до конца понимать, в какой мир попал.       Воздух был пропитан запахом крови, дыма и дерьма. Я чувствовал, как он настойчиво въедается в кожу, желая остаться со мной до конца жизни. Захотелось содрать с себя всю одежду и как следует вымыться.       Разобравшись с желудком, я поднялся с колен, смотря, как отец берёт мертвеца без половины головы за руки. – Хватай за ноги и потащили.       Стараясь не смотреть на мертвого, я подхватил его, тужась от веса. Немного пройдя вперёд, я запнулся, с трудом удерживая себя от того, чтобы не завалиться на труп. Быстрый взгляд под ноги определил, что причиной этой заминки оказалась чья-то рука, вырванная из плеча. Желудок снова закрутило. – Привыкнешь ещё, – сказал отец, с лёгкой жалостью смотря на меня и пытаясь успокоить, наверное. Но спокойнее не стало.       Несколько раз мимо пробегал Иккинг с вёдрами. Повезло же ему, не приходится ощущать аромат обгадившегося перед смертью воина. Знай только, что воду набирай да к пожарам бегай.       Чувствую, что кошмары на ближайшие месяцы мне обеспечены. Такое зрелище не может не оставить след в голове.       Следующие пару часов мы с отцом носили трупы к домику Готти, где их должны будут подготовить к захоронению в кургане. Оказывается, тут даже такие были. А на ладье провожали только богатых, остальным же было суждено покоиться в земле. – Через неделю пир будет в честь мертвых, – сказал Альрик, когда мы закончили с переносом и стояли на берегу, смотря на море, освещённое луной, – А завтра и в ближайшие дни снова будем строить дома.       Мысли всё ещё путались от увиденного, поэтому я промолчал, не зная, что сказать. И чего викинги не придумают что-нибудь для домов, чтобы их не отстраивать каждый раз заново? Ну не верю я, что нет способа защитить свои жилища.       Или они просто его не искали?

***

      Как я и предполагал, кошмары не дали мне нормально выспаться. Просыпался я каждые пол часа, отчетливо чувствуя запах крови и слыша рёв драконов. В каждом из снов меня убивали, но всегда по разному: стрелой в голову, разрубали топором на две части, отрубали голову, выкалывали глаза, и ещё десятком способов.       Решив не мучаться в очередной раз, я встал с кровати и занялся разминкой, не желая утопать в воспоминаниях. А какой самый лучший способ не думать? Правильно: чем-то занять себя и свои руки. Но это слабо помогало, и картина викинга, держащего свои кишки, всё ещё мелькала перед глазами.       Впервые на моей памяти мне не хотелось есть. Даже мысль о еде заставляла желудок сжиматься в узел и намекала о последствиях, которые оценить как хорошие я не смогу.       За пределами дома было уже достаточно светло, чтобы заняться помощью жителям и в очередной раз попытаться отвлечься от… всего. В главной комнате никого не было, поэтому, накинув тяжёлый плащ, я вышел в мир. И сразу же наткнулся на ремонт дома, стоящего напротив моего. – Помощь нужна? – спросил я, подходя к трём мужчинам, находившимся возле наполовину разрушенного жилища. – А как же? Помощь сейчас всем нужна, – воин, слепой на левый глаз, кивнул мне, – Хелевы стрелки сбили громмеля прямо над моим домом. – А где сам дракон? – задал вопрос я, хватая гвозди с молотком. – Так ещё ночью скинули в море.       Да, поверженных крылатых они сбрасывали в воду. Мясо не использовали, шкуру тоже. Последнее было зря, как по мне. Шкура дракона должна хотя бы немного, но защищать от огня. Но мастером выделки я не был, поэтому молча приступил к работе.       Дел тут было не много, просто крышу заменить, поэтому управились мы к полудню. Отказавшись от кружки медовухи в качестве благодарности, я пошёл дальше, ища глазами нуждающихся в помощи, но нашёл только Иккинга, стоящего без дела на главной площади. – Не можешь решить, где твоя помощь нужнее? – парень резко обернулся ко мне, облегчённо выдохнув. – Напугал. Отец отправил помогать в ремонте, но все отказываются от моей помощи, – Хеддок развел руками, показывая своё бессилие. – Ну, сейчас мы это исправим, пойдём.       Идя по улице теперь уже вдвоём и смотря по сторонам, я заметил Гуду, машущую мне на одном из поворотов. – Привет, мам, – поздоровался я, получая прищуренный взгляд в ответ, – Что-то нужно? – Да, мне нужно к Готти, поэтому вы вдвоём идите к дому Хофферсонов. Там делов на пару часов, – женщина обвела нас взглядом ещё раз, – Ты позавтракал? – Конечно! Ты помнишь, чтобы я пропускал приём пищи? – я слегка улыбнулся. – Ладно. Идите уже.       Да, я соврал. Иначе было бы не избежать разговора на тему вчерашнего дня, а я как раз от этого сбежать и пытался. Да и кто пострадает, кроме меня, из-за этой маленькой лжи? – Может, ты сам, без меня? – Иккинг снова замялся. Ну разумеется, там же будет Астрид. – Нет, дружище. Нас уже спалили, а ты же не хочешь потом получить нагоняй от отца? – я повернулся к парню, который всем видом показывал своё отношение к предложенной идее, – Ещё вчера вечером ты порывался кинуться в схватку с драконом, а сейчас дрейфишь пойти к Хофферсонам. В чем же дело, Иккинг?       Для пущего эффекта я прищурился. – Ла-а-адно, пошли, – сдался сын вождя, пытаясь убежать от ответа.       Нужный нам дом был прямо за углом. Возле сгоревшего входа стояло всё семейство, осматривающее своё жилище. – День добрый, нас послали на помощь, – начал разговор я.       Астрид повернулась к нам, осматривая с ног до головы и, закатив глаза, вернулась к созерцанию того, что раньше было неплохим домом.       Старшие Хофферсоны с улыбкой повернулись ко мне, уже собираясь ответить, но наличие Иккинга заставило их изменить выражение лица. – Меня отправила мама, а его, – я кивнул на Хеддока, – Отец. Прям приказал ему помочь вам.       А иначе они просто откажутся от помощи будущего вождя, и он опять уйдёт в пучину самобичевания, а оно мне не нужно. – Ладно, Тор с вами. Хватайте доски, гвозди и молотки. Нужно только вход поменять, дальше я сам, – раздал указания глава семейства.       С первого взгляда его нельзя было назвать воином, особенно в сравнении с Альриком или Стоиком, от которых прямо несло силой и опасностью. Отец Астрид больше напоминал землевладельца, разводящего скот или занимающегося посевами, что странно, учитывая желание его дочери стать воином. Как-то не вяжется в моей голове, что отец и дочь будут полными противоположностями. – До тренировки мы все ваши, правильно я говорю, Иккинг? – ну же, не стой столбом! – Д-да, поможем не только со входом, – Хеддок закивал головой.       Мужчина махнул рукой, соглашаясь.       Работа была не слишком сложная. Отодрать старые доски, ну или то, что от них осталось, и забить на их место новые. Правда каждые десять минут приходилось толкать Иккинга, чтобы он не залипал на Астрид слишком уж назойливо. Самой же Хофферсон было абсолютно наплевать на нас. Я, честно признаться, даже завидую её контролю эмоций. И в кого только пошла? Родители девушки не стеснялись показывать то, что чувствуют.       После ремонта входа мы помогли с полом, заменяя доски на новые. Провозились почти до самой тренировки. Опомнившись, Ларс — отец Астрид — горячо поблагодарил нас с Иккингом за помощь и отправил на арену в след за дочерью. – Спасибо, Арвид, – поблагодарил меня сын вождя, пока мы шли на очередную пытку. – За что? – я удивленно посмотрел на шатена, перебирая варианты. – За то, что дал шанс доказать, что я не бесполезный, – Иккинг опустил взгляд и чуть тише добавил, – И за то, что остановил меня во время налёта. – А, ты об этом. Без проблем, – махнув рукой, я поёжился от резкого ветра.       Я поднял взгляд, рассматривая снег, который стеснительно оседал на земле.       Кажется, тут нет привычной мне осени. Только длинная зима и короткое лето.