Без шансов

— Какого чёрта ты рассказываешь нам о том, что ещё вчера погибло десять людей, только сейчас?       Голос Юнги пропитан гневом и даже мне становится не по себе, хотя я сижу от него на довольно большом расстоянии, пока он стоит весь красный и чуть-ли не пускающий дым из ушей, посреди гостиной. А не по себе мне от того, что с одного бока от меня расположился Чимин, который нежно обнимает меня за талию, а с другой — Чонгук и именно на него направлен гнев Юнги. — Вчера вы все были уставшие после тренировки и я не хотел загружать ещё и ваши головы. Остынь, хён. — Да ты совсем уже охринел, Чонгук!       Я вижу, что Юнги сдерживается буквально из последних сил и очень боюсь, что он может сорваться и просто напросто подраться со своим тонсэном, поэтому даже предпринимаю попытку встать с дивана, но Чимин почувствовав моё шевеление и быстро сообразив, что именно я собираюсь сделать и куда влезть, прижимает меня к себе сильнее и наклоняется к уху. — Не лезь, детка. Они большие мальчики, сами разберутся.       Хоть я категорически и не согласна со своим парнем, но тем не менее послушно расслабляюсь в его руках и бросаю взволнованные взгляды от Юнги к Чонгуку и обратно. — Что изменилось бы от того, что я сказал вам об этом вчера? Люди моей мамы уже погибли и в её дом всё равно никому не проникнуть, это место настолько охраняемое, что даже президент бы позавидовал. — Это должно нас успокоить? — Хён, ты единственный здесь, кто психует, — справедливо замечает Чонгук и Юнги вынужден посмотреть на своих друзей, собравшихся в гостиной.       Мы все и правда выглядим достаточно спокойными и молчаливыми, но видимо Тэ и Хосоку очень неудобно из-за того, что они не бросаются на поддержку своего хёна, поэтому эта парочка просто опускает глаза в пол и выглядят они при этом как нашкодившие школьники. Чимин же вообще не обращает внимание на Юнги и лишь утыкается губами мне в висок, мыча какую-то детскую песенку, что выводит Юнги из себя ещё больше. — Я что, единственный, кто понимает всю серьёзность сложившейся ситуации? — голос друга становится всё больше похожим на рык и в этот раз я и правда планирую вмешаться, но не успеваю, так как в гостиную заходит никто иная, как мама Чонгука. — Милый, если в тебе так много энергии, то может прибережёшь её для тренировки?       Женщина останавливается возле Юнги и треплет его за щёчки как маленького ребёнка, у Юнги от возмущения рот приоткрывается, а руки сжимаются в кулаки, но кинув взгляд сначала на Чонгука, а следом на меня и увидев как я отрицательно качаю головой, он тяжело выдыхает и отходит от Аризу на несколько шагов. — Я буду в зале, — бросает мой лучший друг и выходит из гостиной.       За своими переживаниями я не замечаю как женщина садится на второй диван, стоящий прямо напротив того, на котором сидели мы с Чимином и Чонгуком, поэтому когда я поднимаю свой взгляд и натыкаюсь на пронзительные глаза женщины, то вновь не могу сдержать мерзкой дрожи. — Итак, — громко оглашает она и все присутствующие обращают на неё максимум своего внимания. — Плохие новости вам уже донёс мой сын, а я пришла разбавить их хорошими. Во первых, ваш друг чувствует себя уже гораздо лучше и даже порывался начать тренировки уже сегодня, но доктор рекомендовал ему отлежаться ещё денек. Во вторых, пришли результаты ваших анализов и вы все здоровы как спортсмены перед соревнованиями. И в третьих, мои люди выяснили, что хоть твой отец и понял, что вы в Японии, он всё ещё не знает вашего точного местоположения и того важного факта, что именно я вам помогаю. Хотя, он не глуп и определенно понял, что у вас появился покровитель. — Ты уверенна? — практически не дыша спрашивает Чонгук. — Да. Так что вы по прежнему продолжаете тренировки и не выходите из дома без охраны и не предупредив меня об этом заранее. — А как мы вообще собираемся, ну… — Хосок неловко мнётся и бросает осторожный взгляд в сторону Чонгука. — Убить «его»?       Мы все прекрасно понимаем, кого Хосок имеет в виду и я также думаю, что все прекрасно понимают, почему он не называл его отцом Чонгука или мужем Аризу. Каким бы дерьмовым родственником он не оказался, признавать вслух, что собираешься убить члена семьи — это ужасно. Я не могу удержаться от того, чтобы посмотреть на Чонгука и сочувственно прикусить губу, но как только Чонугк видит мой жалостливый взгляд, то тут же как будто закрывается весь и приподнимает подбородок, выглядя куда увереннее, чем мгновение назад. Кажется он и правда решил оборвать все нити связывающие нас и таким образом показывает, что ему больше не нужно моё сочувствие. От этого мне становится немного горько, ведь я точно знаю, с каким трудом Чонгук заставляет себя оставаться сильным. — Я раскрою свои карты перед ним, — спустя пару минут отвечает Аризу, которая было видно, очень гордилась силой духа сына. — Устрою умышленное нападение на его резиденцию в Пусане и как будто проиграю ему. Я вас уверяю в том, что он будет в ярости от мысли, что я все эти пять лет прокручивала у него за спиной. — И вы думаете, что он сорвётся в Японию, чтобы наказать вас? — задумчиво тянет Чимин у меня под боком и я чувствую, что он нервничает потому как, всё сильнее сжимает мой бок ладонью. — Я расставлю ловушки профессионально и сделаю всё для того, чтобы он был свято уверен в том, что сам решил прилететь в Японию и убить меня. Здесь его будем ждать мы. Я постараюсь сделать всё возможное для того, чтобы вы не принимали в этом никакого участия. — Для чего тогда все наши тренировки? — хмурится Тэхён. — Я же уже говорила, — Аризу грациозно встаёт с дивана и подходит к креслу в котором удобно расположился Тэхён. — Это просто для вашей самообороны. Как бы хорошо я всё не продумала, я не идиотка и не собираюсь списывать Чве со счетов. Я прожила с этим мужчиной под одной крышей слишком долго и даже любила его когда-то. Он построил свою империю на чужой крови и костях и сделал это своими руками, а не чужими. Поэтому во время каждой тренировки, вы должны помнить об этом и всегда быть готовыми к нападению.       Напоследок Аризу щёлкает Тэхёна по носу и с довольной улыбкой выходит из гостиной, оставляя Тэ в полном шоке, а всех остальных в глубоких размышлениях. Наверное мой организм уже приспособился к постоянному стрессу и поэтому я даже перестала воспринимать всё происходящее вокруг нас, как какую-то глобальную проблему. Мне начало казаться, что я просто смотрю фильм про нашу жизнь и не принимаю в съёмках никакого процесса, но сейчас реальность вновь обрушилась на меня. Я совсем не знаю отца Чонгука и имя то его сейчас услышала впервые. Чон Чве, я встречала его однажды и эту встречу нельзя называть приятной. Мы тогда с ребятами сидели в кафе и играли в карты несмотря на то, что администратор заведения несколько раз сделала нам замечание, нам было хорошо и мы много смеялись. Особенно сильно мы смеялись когда Джин проиграл и должен был запихнуть в рот как можно больше зефирок, так как мы играли на желания. Наше хорошее настроение улетучилось сразу же, стоило только в кафе зайти отцу Чона, в сопровождении своей охраны. Тогда я была подростком, да и к тому же не знала о том, кем являлся отец моего парня, поэтому хоть и ощутила тяжелую атмосферу мужчины, не предала этому большого значения. Зато вспоминая тот день сейчас, я ясно понимаю, что от мужчины исходила аура смерти. Чонгук тогда весь напрягся, а его отец просто прошёлся по всем нам незаинтересованным взглядом и задержал его лишь на мне, при этом скривившись и даже не пытаясь скрыть этого. Моя уверенность от этого конечно немного пошатнулась, но я не собиралась давать заднюю и планировала сделать всё для того, чтобы понравится семье своего парня. Вот только моё приветствие было наглым образом проигнорировано и я даже кивка не дождалась, вместо этого Чве бросил сыну. — Мы уезжаем.       И просто вышел из кафе. Мне стоило тогда хоть немного включить свою голову и обратить внимание на то, что для всех сидящих за столом — это было нормой. Никто из друзей не удивился и лишь Намджун похлопал Чонгука по плечу, а Юнги наклонился к тонсэну и что-то прошептал на ухо. После этого мой парень повернулся ко мне с извиняющейся улыбкой и сказал, что у него семейные дела. Неужели я бала так слепа в том возрасте? Как я вообще могла не заинтересоваться семьёй своего парня и не копнуть чуть глубже? — Ладно, — нарушает повисшую тишину Чонгук и вырывает меня из воспоминаний. — Давайте уже пойдём и займёмся делом. Сегодня занимаемся в том же составе, что и вчера, только меняемся локациями. — А как мы будем заниматься без тренера? — праздно интересуется Чимин. — Почему без тренера? Тренер ждёт вас в зале и я уверен, что они с Юнги хёном уже начали, так что поторопитесь, а то он научится драться быстрее вас и надерёт вам зад. — Но вчера, — уже менее безразлично говорит Чимин. — Милу и Тэхёна, тренировал ты. Почему вы вчера занимались без профессионального тренера?       Мне начинает казаться, что даже воздух искрит от неожиданно появившегося напряжения и всё, о чём я мечтаю в этот момент — исчезнуть из этой комнаты и желательно спрятаться где-нибудь. — Потому что я с ними в одной группе и моих знаний предостаточно для их тренировки. Какая разница вообще? — Гук отмахивается и встаёт с дивана, вот только и Чимин встаёт следом за ним и преграждает ему дорогу. — Сейчас у вас тоже тренера не будет, верно? Тебя ведь отец с самого детства возил на полигоны и стреляешь ты ничуть не хуже, чем дерёшься.       Меньше всего мне сейчас хочется влезать и когда я бросаю мимолётный взгляд на Тэхёна, то он бросает на меня весьма красноречивый взгляд и тем самым буквально пригвождает к месту. Лучше и правда не лезть, я могу лишь ухудшить ситуацию и накалить атмосферу между парнями. Тэхён сам решает вмешаться, подходит к парням и в шутливой манере приобнимает и обоих за плечи, таким образом оказываясь посередине между ними. — Что началось? — с улыбкой тянет Тэ и я тихонько восхищаюсь его актёрской игре, потому что у меня бы точно нервы сдали и я бы не смогла выглядеть настолько непринуждённой. — Чимин~а, эти детки всегда на моих глазах и ни у кого нет времени на шалости. Ты же мне доверяешь?       Тэхён говорит всё это в шутливой манере и пытается хоть немного разбавить напряжённую атмосферу, но едва ли это помогает. Я вижу как у Чимина вытягивается лицо и как выпрямляется спина. В моменты напряжения, он всегда кажется достаточно стервозным снаружи и я совру если скажу, что такой Чимин не заставляет моё сердце биться быстрее и поджимать пальчики ног. А вот напрягшиеся желваки у Чонгука, заставляют меня напрячься. — А меня другое интересует, — Чонгук подходит к Чимину ближе и теперь они практически соприкасаются грудью. — Ты. Мне. Доверяешь?       Чонгук отделяет каждое слово паузой и от того, это всё звучит куда серьёзнее и страшнее. Складывается такое ощущение, что от ответа Чимина зависит вся их дружба. — Я доверяю тебе свою жизнь, — спокойно изрекает Чимин. — Но не девушку? — Чонгук, ты её бывший парень и я не думаю, что моя реакция такая уж и странная. — В первую очередь, я — твой друг. Если я сейчас скажу тебе, что даже пальцем не притронусь к Миле, не допущу никаких неправильных мыслей и буду для неё не больше, чем просто другом. Ты поверишь мне? — Ребят, вы перебарщиваете. С чего вы вообще это нач… — Нет, Хоби хён, пусть Чимин ответит.       Мне на секунду становится жалко Хосока, который вообще кажется не понимает, что происходит с его тонсэнами, но гораздо больше я радуюсь за него, потому что его голова не забита лишней дрянью. Хоть у кого-то из нас она не забита этим.Если так задуматься, то я понимаю, что наши отношения с Чимином по какой-то причине затронули буквально всех, кроме разве что Хосока. Но пусть он и не понимал, что происходит, он всё равно был частью семьи и не мог не чувствовать этого ужасного давления. Молчание Чимина затягивается и это становится своеобразной мукой для всех нас. Я вообще не представляю, что мы все будем делать, если Чимин и Чонгук сейчас рассорятся. Мы же буквально на финишной прямой, их ад почти закончился и каждый из них заслуживает быть счастливым. Они вместе почти всю свою жизнь и не могут вот так нелепо расстаться. Я конечно же могу поговорить с Чимином и даже наверняка как-то повлиять на него, но тогда это будут мои решения, а не его. Если Чимин не действительно не доверяет Чонгуку, то притворство тут не поможет и их прежнее общение не вернётся. Так что, как бы горько мне не было это признавать, здесь я абсолютно бессильна. — Чонгк~и и давно ты стал таким серьёзным? — неожиданно для всех, Чимин улыбается и сгребает своего младшенького в объятия. — Ты мой младший брат, Чонгук. Я доверяю тебе свою жизнь, девушку, детей и собаку. Очень надеюсь на то, что и ты доверяешь мне ничуть не меньше.       Пока Чонгук с Чимином стоят в объятиях друг друга, а Хосок и Тэхён облегчённо выдыхают, наконец-то имея возможность расслабится и не бояться, что их друзья «перегрызутся», мы с Гуком пересекаемся взглядами и моё сердце падает куда-то вниз. В его глазах я вижу прощание, сожаление и боль. Одними своими глазами Чонгук как будто признаётся мне в чувствах и одновременно с этим заявляет, что этому не бывать. Я не могу объяснить даже самой себе, почему ощущаю себя настолько преданной в этот момент, но наверное всё дело в том, что он сделал это снова. Он не спросил меня, чего я хочу. Он вновь всё решил самостоятельно и наверняка думает, что поступает правильно. Эдакий великий мученик, который жертвует собой ради других. В моей душе вновь поднимается неконтролируемая агрессия в сторону Чонгука и мне не хочется её останавливать. Прошло чертовых пять лет, но он совсем не изменился. Столько времени прошло, а больно также, как и в первый раз. По-моему, мне уже давно пора уяснить, что Чон ЧонГук — является главной опасностью для моего сердца и впредь я должна сделать всё для того, чтобы никогда больше не впускать его в закоулки моей души.

***

      Время в доме Аризу пролетает быстро. Каждый день мы усиленно тренируемся и едва ли кто-то из нас замечает, как пролетает почти месяц. Уже конец июля и сезон дождей наконец-то закончился, но что самое потрясающее в сегодняшнем дне, так это то, что сегодня ВЫХОДНОЙ!       Я до сих пор не могу поверить в то, что Аризу позволила нам отдохнуть и поэтому сейчас я с наслаждением нежилась в утренних объятиях своего парня и лениво отвечала на поцелуи. Чимин привил мне привычку спать голой рядом с ним и если сначала я очень сопротивлялась и возмущалась по этому поводу, то сейчас же наоборот, оценила все прелести такого сна. Я даже словами не могу объяснить насколько это приятно, чувствовать как наша голая кожа соприкасается и как от каждого такого прикосновения толпы мурашек начинали прогулку по моему телу. — Милая? — мы с Чимином лежим лицом друг к другу и ему не составляет труда опустить голову чуть ниже и прикусить мне мочку ушка. — Как тебе такой план: сейчас мы занимаемся горячим утренним сексом, потом я добываю нам твои любимые слоеные булочки, а после я уговорю Аризу отпустить нас на пляж и мы устроим романтический завтрак у моря. Как тебе? — Мм, звучит просто отлично, — я как бы невзначай потираюсь низом живота о возбуждение парня, чем вызываю его судорожный вдох и чувствую усилившуюся хватку на своей талии и бёдрах. — Но у меня скоро эти дни, так что могу предложить тебе качественный минет, взамен жаркого секса. Равносильный обмен? — Как он может быть равносильным, если только ты будешь доставлять мне удовольствие? — чуть удивлённо спрашивает парень и я таю, когда он начинает ласково поглаживать меня по пояснице. — Живот уже болит? — Немного тянет, но пока что терпимо, — мне хочется расцеловать Чимина за то, какой он замечательный и заботливый, но всё-таки я решаю, что минет гораздо лучше покажет степень моей признательности.       Мне очень повезло с парнем, потому что практически всё его тело — это одна сплошная эрогенная зона. Я как и всегда прокладываю путь своими губами, начиная от шеи и не забывая обязательно прикусить область возле кадыка, зная, что этот укус обязательно сорвёт с губ Чимина задушенный выдох. После, я переворачиваю парня на спину и седлаю его бёдра. Не могу сказать, что я вообще не смущаюсь своей наготы и не думаю о том, как выглядит моё обнажённое тело в утренних лучах солнца, что пробивались в мою спальню через окна. Поэтому, чтобы отвлечься и не думать о таких глупостях, я решила полностью сосредоточится на удовольствии Чимина. Обычно у меня не было времени задумываться о том, как я выгляжу из-за того, что Пак доводил меня до такого блаженства, что я едва ли имя могла своё вспомнить.       Сейчас я с особым удовольствием спускалась поцелуями от его груди к паху, по пути облизывая каждый участок кожи до которого могла дотянуться. Кожа Чимина была чуть солёной на вкус и напоминала попкорн, поэтому я была готова начать облизываться как голодная кошка, которая наконец-то получила своё лакомство. Чимин ласково поглаживал меня по волосам и это совсем не вязалось с тихим порыкиванием, которое то и дело срывалось с его губ, но от этого контраста меня вело ещё сильнее. К тому моменту, как я дошла до боковых мышц пресса парня, меня потряхивало уже сильнее, чем его. — Детка, ты меня съесть решила или всё-таки отсосать? — хрипло спрашивает Чимин и я усмехаюсь. Иногда я думаю, что его грязный язык вполне может меня в могилу согнать, но я совру если скажу, что мне это не нравится. — Не мешай мне наслаждаться, ты же знаешь, что перед этими днями я всегда начинаю есть больше чем обычно. — Я и не думал жаловаться, принцесса.       Все шуточки и замечания прекращаются сразу же, стоит мне только обхватить губами солёную от естественной смазки головку и начать посасывать её так, будто это самый вкусный леденец в моей жизни. Я действительно любила член своего парня и больше всего любила именно облизывать его и играться с головкой. Чимин каждый раз сходил с ума, как только я начала кончиком языка обводить контур головки снизу. У него там было какое-то супер чувствительное место и стоило только моему языку оказаться там, как рука парня сразу же оказывалась в моих волосах и уже через мгновение грубо насаживал меня на свой член. Чимин каждый раз был уверен в том, что именно он ведущий в этой игре и я с радостью позволяла ему так считать, изображая искреннее недоумение и нехватку воздуха. Пак кайфовал от полученной надо мной власти, а я была рада дарить ему её. Я заглатывала так глубоко, насколько позволяла моя глотка и по факту почти при каждом толчке утыкалась носом в мужской лобок. Радовало то, что у меня никогда не было рвотного рефлекса и такой быстрый, долбящий темп, я могла выдерживать достаточно долго. А ещё прекраснее было наконец-то дать волю себе и показать Паку свою власть. В очередной раз, когда парень толкнулся глубоко в мою глотку, я не дала за волосы потянуть себя обратно и положила свои ладони поверх его, которые он держал меня на макушке, тем самым надавливая ещё сильнее. Я стала чуть сжимать глотку и насколько это возможно, языком обводить венки на члене, этого было достаточно для того, чтобы Чимин откинул голову назад и протяжно простонав, начал кончать мне глубоко в горло. Тут я уже не выдержала и убрав свои руки начала приподниматься от члена, потому что горячие струи спермы надо было как-то проглотить, а сделать это с членом застрявшим глубоко в глотке — просто невозможно.       Когда мне всё-таки удаётся проглотить сперму и даже не скривится от чужой горькости и терпкости, Чимин резко садится на кровати и обхватив меня за талию, валит на кровать, нависая надо мной. — Ты хоть представляешь, насколько ты красива? — как-то слишком восхищенно спрашивает парень и нежно гладит меня по щеке, а после наклоняется и целует. Я от этого поцелуя расплавится готова и растечься маслом прямо по кровати, но когда его рука ползет вверх по моему бедру, мне приходится разорвать поцелуй и крепло цвепится в его руку. — Не надо, малыш. Я в порядке, — я дарю ему ответную нежную улыбку и начинаю смеяться, когда он щекочет мои рёбра. — Ну что ты делаешь, я так сейчас та ещё «красотка», со взъерошенными волосами и возможно с остатками спермы на губах, а теперь ещё и красная вся как рак. — Ты для меня самая лучшая, — легкий поцелуй в нос. — Но я подумал, что это немного не честно, что ты мне доставила удовольствие, а сама осталась неудовлетворенной. — Поверь мне, для меня нет картины лучше той, когда ты кончаешь с членом у меня во рту. У меня действительно побаливает живот и тянет поясница, так что я не настроена на получение удовольствия для своего тела. А вот своим любимым булочкам я буду бесконечно счастлива. — Желание моей женщины, закон для меня, — Пак оставляет ещё один мимолётный поцелуй на моих губах и вскакивает с постели, позволяя мне любоваться его потрясающим голым задом.

***

      Чимин не ограничивал мне во времени и сказал, что я могу потратить на сборы столько времени, сколько мне понадобится. Поэтому я с чистой совестью пролежала в ванной почти час и когда уже стояла возле зеркала в лёгком белом платье с вырезом на бедре, всего на секунду ощутила себя невестой. Я думала о том, какой могла была бы быть наша свадьба и какова вероятность того, что этот день всё же настанет? Мои размышления прервал лёгкий стук в дверь и открыв её, я обнаружила за ней своего лучшего друга, который слегка присвистнул увидев меня. — Шикарно выглядишь, — друг прислонился к косяку двери и смотрел на меня с улыбкой, сложив руки на груди. — Вы с Чимином что-то скрываете от нас и сегодня решили поженится? — Не поверишь, но я тоже думала о свадьбе, — я совершенно легко подхожу к другу и позволяю ему обхватить меня за талию и немного приподняв, покружить в воздухе. — Очень даже поверю, мы всегда одинаково думали, — говорит друг после того, как опускает меня на пол. — Чёрт, селфи что-ли с тобой сделать, наверное это моя единственная возможность сделать совместное фото, где ты в свадебном платье рядом со мной. — О чём ты говоришь? Ты обязательно будешь приглашён на мою свадьбу и не важно кто будет женихом. — Да я не об этом… — друг замолкает на мгновение, а потом трясёт головой так, как будто пытается вытряхнуть оттуда лишние мысли и возвращает на лицо лёгкую улыбку. — Тебя там Чонгук в саду ждёт. — Чего? — сначала я уверена в том, что мне послышалось, потому что мы с Чоном едва ли проговорили больше двух минут за прошедший месяц и зачем бы ему звать меня в сад? — Он хочет вручить тебе подарок на день рождение. — Моё день рождение было почти месяц назад и он был на нём, — я закатываю глаза и стараюсь не вспоминать тот безумный день.       Несмотря на все мои мольбы и даже угрозы, Тэхён и Хосок всё равно умудрились разбудить меня ни свет ни заря и завалить всю мою кровать конфетти, от которых я отплевывалась ещё кажется несколько дней и доставала их из таких частей тела, что даже вспоминать было стыдно. Зато меня целый день радовал Сокджин, который приготовил кучу вкусной еды и был самым галантным из этой шайки. Тэхён и Хосок подарили мне то самое платье, которое я и надела сегодня. В общем-то у этих двоих был самый лучший вкус в одежде и даже до того, как я примерила платье на себя, я уже была уверенна в том, что оно идеально на мне сядет. К счастью, я оказалась права. Джин подарил мне часы и на мои вопросы ребятам, где они умудрились всё это купить, они пожали плечами и сказали, что выбирали всё через интернет и люди Аризу ездили за всем этим в магазины. Чимин подарил мне утренний куннилингус и всё. Ну точнее, не совсем всё. Он подарил нам с ним отпуск. Этот сумасшедший купил два билета на какие-то жаркие острова с открытой датой, билеты действительны в течении года и когда он дарил мне, то сказал, что это наша с ним надежда на то, что совсем скоро мы станем свободными. Я честно старалась сдержать слёзы, но не смогла и я до сих пор в шоке от того, каким же романтичным оказался Пак Чимин. Юнги подарил мне дорогущий виски и весь вечер катался по полу от смеха, наблюдая за тем, как Чимин уговаривал меня открыть эту бутылку, но я была непреклонна и сказала, что мы откроем эту бутылку в тот день, когда станем свободны. И только Чонгук ничего мне не подарил и если отсутствие подарка не сильно меня расстроило, то отсутствие даже банальных слов «С днём рождения» — обидело меня до глубины души и я просто стала игнорировать Чона. — Он хотел подарить тебе этот подарок в твой день рождение, но боялся, что ты расстроишься и что он испортит твой день. Я всё это время уламывал его на то, чтобы он всё-таки собрал свои яйца в кулак и отдал тебе твой подарок. — Если этот подарок может меня расстроить, то может мне и не стоит идти и получать его. — Стоит, доверься мне, ладно? — друг подходит ко мне и положив ладони на плечи, оставляет лёгкий поцелуй на лбу, а потом наклоняется к уху и шепчет. — Он открывается, обязательно открой его.       Я не успеваю задать вопрос о чём он собственно говорит, потому что друг просто разворачивается и уходит, а мне остаётся только выйти следом за ним и направится в сад. Этот сад я давно заприметила, он был оформлен как и любой другой японский, но меня всегда безумно влекло сюда, в каждую свободную минуту. Мне очень нравилось сидеть на лавочке под ветками сакуры и читать. В такие моменты я всегда вспоминала Намджуна и позволяла печали затопить моё сердце, поэтому я совсем не удивляюсь тому, что нахожу Чона сидящим именно на этой лавочке. Увидев меня он вскакивает и я моментально обращаю внимание на то, что он что-то держит в своём сжатом кулаке. — Ты хотел меня видеть? — как можно более холодно спрашиваю я, но не могу не покраснеть, когда вижу восхищённый взгляд Чонгука, которым он проходится от моего лица и по всему телу. — Я хотел поздравить тебя, — я молча киваю и таким образом намекаю на то, чтобы он продолжал. Парень неловко мнётся на месте, а потом глубоко вздыхает и подходит ко мне, беря за руку и смотря в глаза. — Я не буду говорить классических слов и лишь скажу, что ты заслуживаешь того, чтобы быть счастливой. Эта вещь, которую я хочу подарить тебе, она уже принадлежала тебе и все пять лет она была у меня, потому что ты выкинула её в тот день, когда думала, что я уже уехал. Я подобрал её на пляже и пообещал себе, что однажды верну её тебе. Боюсь, что этот подарок может причинить тебе боль, поэтому пойму, если ты не станешь носить его. А теперь закрой пожалуйста глаза.       Сначала я стою в шоке пару минут и пытаюсь осмыслить слова Чона, но под его умоляющим взглядом всё-таки сдаюсь и закрываю глаза. Когда он вытягивает мою правую руку и я чувствую, как что-то защелкивается у меня на запястье, страшная догадка пронзает мою голову и я держусь из-за всех сил, чтобы не распахнуть глаза, но делаю я это лишь после того, как Чонгук наклоняется к моему уху, шепчет «С днём рождения» и кажется уходит. Ещё какое-то время я боюсь пошевелиться и открыть глаза, но я должна это сделать.       Когда я вижу на своём запястье уже знакомый браслет, то еле сдерживаю слёзы. Я уже носила его однажды. Чонгук подарил мне его на моё семнадцатилетие, за несколько недель до того, как уехал. Он сказал, что подобрал его на пляже и всё так и есть. Я выбросила его на пляже в тот день, когда узнала о его отъезде. Получается, тогда он ещё не уехал. Это была простая и очень изящная цепочка из белого золота, на которой висел медальон с выгравированной надписью «Я никогда не оставлю тебя». Сейчас мне было до ужаса горько от этой фразы, как и в тот день пять лет назад, когда я выбросила его. Тогда мне казалось, что Чонгук таким образом насмехается надо мной, ведь его поступок был полной противоположностью того, что было написано на медальоне, но сейчас я вспоминаю слова Юнги и обхватив двумя пальцами медальон, начинаю внимательно рассматривать его под солнцем. Сначала я ничего не могу найти, а потом я замечаю еле заметную маленькую кнопочку, которая была не на самом медальоне, а на застежке цепочки. Я нажимаю на кнопку и медальон раскрывается. Почему Чонгук никогда не рассказывал мне о том, что его можно открыть? Я пальцами открываю медальон шире и все вопросы исчезают из моей головы.       Меня накрывает такой болью, что я не могу устоять на ногах и просто оседаю на ещё не успевшую прогреться утренними лучами солнца, землю. Он никогда не бросал меня, никогда не оставлял и всё, что мне следовало сделать — это внимательнее рассмотреть чёртов медальон. Я же помню с каким трепетом Чон надевал мне его на запястье в первый раз, я тогда ещё удивилась тому, как сильно он волнуется. Как будто предложение мне делать собрался. А сейчас всё встало на свои места, вот только в моей голове теперь полная разруха и сердце так кровоточит, что я не думаю, что смогу его залатать в этот раз. Внутри медальона тоже есть гравировка, всего с одной короткой фразой.       Я собираюсь с силами и ещё раз читаю, сначала надпись на наружной стороне медальона, а потом ту надпись, что спрятана внутри. «Я никогда не оставлю тебя» «По своей воле»