От ненависти до любви

***

       К важным событиям Диппер подготавливался особенно тщательно. Он привык к тому, чтобы всё проходило безупречно, и старался не допускать ни единой ошибки. Прокручивал в голове все варианты возможных исходов, желая избежать наихудшего.        Вот и теперь парень в который раз перечитывал свой доклад. Если ещё пару дней назад ему казалось, что он точно готов, то сейчас мальчишка напряжённо вчитывался в строки, то и дело изменяя текст. Диппер понимал, что в этом не было особого смысла, но желал достичь лучшего.        Порой даже Форд удивлялся такому стремлению Пайнса к совершенству. А мальчишка, между прочим, и равнялся на него. Именно прадядя стал его идеалом, которого парень с самого детства старался всеми силами достичь.        — Ну, я готов. — Диппер вздохнул, отложив ноутбук в сторону. Он взглянул на часы, подмечая, что до выхода осталось всего полчаса, и, вставив флешку в разъём, перекачал доклад на неё.        Идя по улице, парень увидел девушку, сидящую на скамейке. Она часто всхлипывала, вытирала выступающие слёзы, и мальчишка невольно подслушал то, о чём незнакомка говорила по телефону:        — …Понимаешь? Я для него и готовлю, и убираю, а он… Почему он такой дурак? Я стараюсь, а он водит в дом левых омег…        Пайнсу внезапно захотелось подойти к девушке и сказать ей о том, что она не обязана жить с таким мудаком, но он вовремя одёрнул себя. Это не его дело. Он никогда не понимал людей, которые, несмотря на наплевательское отношение к себе, продолжали жить в такой семье. Мальчишку не удивляли подобного рода истории, ведь альфы — мудаки, и ничего хорошего от них нельзя было ожидать. И его приводили в недоумение рассказы омег о том, что альфы обращались с ними как с вещью, и при этом они ни слова не могли сказать им в ответ: всё терпели, боясь и пискнуть. «Слабые», — с отвращением думал Диппер, глядя на них.

***

       Вызвался выступить с докладом парень первым.        — Итак, Мэйсон Пайнс. — Ректор улыбнулся, словно убеждая Диппера расслабиться. — О чём же ты сегодня расскажешь нам?        — Мой доклад будет посвящён следующей теме: «Почему материи больше, чем антиматерии». — Мальчишка облизал пересохшие от волнения губы, поправил очки и взглянул в зал. На него сразу устремились десятки заинтересованных взглядов. Конечно, многих волновал подобный вопрос, и поэтому слушателей быстро охватила тишина, перебиваемая лишь редкими шепотками. Пайнс вздохнул и начал рассказывать.        Он говорил медленно, чётко выговаривал каждое слово, боясь ошибиться. Ощущал, как на него были направлены десятки увлечённых глаз. Значит, ему удалось заинтересовать зрителей, что несказанно радовало. В листок, который парень взволнованно сжимал в руках, он практически не заглядывал. Диппер смотрел на стену, и постепенно его речь становилась более уверенной, однако напряжение не спешило уходить.        Парень не хотел признавать, но он боялся выступать на публику. Боялся ошибиться, стать объектом насмешек. Как бы он ни пытался бороться со страхом сцены, он не пропадал — лишь частично исчезал. И всё это началось с того дня, когда мальчишка в начальной школе вызвался участвовать в спектакле. Тогда он внезапно запнулся и в растерянности, вместо нужных слов, сказал совершенно иные, отчего некоторые из зрителей засмеялись. С того самого момента он и решил, что больше никогда не допустит подобного.        Его выступление, благо, прошло хорошо. Мальчишка слышал, как учёные, да и студенты, сидевшие в зале, переговаривались, обсуждая тему его доклада. И Диппер чувствовал себя до невозможности гордым.        Впрочем, и доклады остальных студентов оказались довольно занимательными. Парень внимательно слушал каждый из них. Некоторые вещи он знал, а остальные — старался запомнить. Особенно его заинтересовал доклад однокурсницы о тёмной материи. Он не раз искал информацию о ней, внимательно изучал и делал пометки. Ведь тёмная материя — одна из загадок физики. А загадки всегда манили мальчишку. Он любил то сладостное чувство неизведанного и был готов проводить бессонные ночи в поисках ответа. И если все думали, что со временем эта страсть погаснет, то вышло всё совсем наоборот. С возрастом парень узнавал больше вещей, больше неразгаданных тайн и мог с головой погрузиться в них, чтобы найти решение.        Уже ближе к вечеру, когда конференция закончилась, и все принялись собираться, к мальчишке вдруг подошёл учёный.        — ФиддлФорд МакГакет, — представился он, и его имя почему-то показалась парню смутно знакомым. — Хотел познакомиться с тобой. Меня довольно впечатлил твой доклад, и мне хотелось бы помогать тебе с развитием твоей научной деятельности. В тебе есть огромный потенциал, и если ты продолжишь работать так же усердно, то точно станешь великим учёным.        Мальчишка ещё раз перекрутил в голове слова учёного, а затем его глаза широко распахнулись от радости, на губы легла счастливая улыбка. Наконец, он стал ещё на шаг ближе к своей мечте! Казалось, будто парень был готов взлететь на радуге далеко в небеса, прямо как в мультиках. Он не смог сдержать того сладостного чувства эйфории и воскликнул:        — О боже, спасибо большое!        Мужчина улыбнулся и окинул парня странным взглядом. И мальчишке лишь на мгновение померещилось, что в нём отражалась грусть. Отогнав подобные мысли, Пайнс покраснел, вдруг осознав, как по-детски он отреагировал на слова учёного.        — И-извините, я просто… — Диппер потупил взгляд, не зная, что и сказать. Ну почему он не мог держать эмоции при себе? Почему всякий раз вёл себя, как ребёнок? Внезапно мальчишка услышал тихий смех и стыдливо закусил губу. Однако, когда учёный ободряюще похлопал его по плечу, мальчишка нерешительно поднял на него глаза. И следующие слова мужчины затмили недавние мысли:        — Ничего страшного, понимаю, как ты рад. Кстати, давай я дам тебе свой номер, свяжемся вечером. Не против, если я стану твоим наставником? Я смогу дать тебе больше знаний, чем университет.        И Диппер был готов вновь чуть ли не пищать от радости. Он кивнул и поспешно достал телефон, чтобы записать туда номер учёного.        Уже когда мальчишка выходил из университета, он понял, насколько был уставшим. Время показывало пять вечера, и Диппер внезапно вспомнил о работе. Однако так же быстро промелькнула мысль том, что у него сегодня выходной, и он мог спокойно выспаться. Только вот оставалось позвонить начальнику и предупредить о том, что ещё пару дней он будет отсутствовать на работе из-за конференции. Делать этого совершенно не хотелось. Не хотелось лишний раз вспоминать о начальнике, слышать и видеть его.        Вместе с мыслями о мужчине мальчишка вспомнил о метке. Он уже представлял то, как начальник увидит псевдометку и отстанет. Парень предвкушал тот момент, ему хотелось увидеть растерянное лицо мужчины, когда тот поймёт, что Пайнс обзавелся меткой и больше к нему нельзя будет приставать. На работу он сможет вернуться только через пару дней, и внезапно его посетила мысль, которая ввела его в лёгкое замешательство. А вдруг начальник, спустя несколько дней после того, как увидит укус, решит вновь проверить её? Конечно, это вряд-ли, но… Что тогда скажет ему парень? Просто так метка не могла исчезнуть, а значит, время от времени придётся обновлять её. Только одно воспоминание о жуткой боли при укусе заставляло Диппера неприятно морщиться и чувствовать странное покалывание в районе шеи.        Так, пора прекратить думать об этом        Мальчишка не спеша направлялся домой, стараясь думать о чём-то более приятном. Погрузившись в мысли, Пайнс пару раз врезался в проходящих мимо людей, и на все их гневные упрёки с улыбкой извинялся. А прохожие, не понимая, почему парень улыбался в такой холодный день, лишь хмурились и продолжали свой путь. Проходя мимо супермаркета, неосознанно Диппер «встретился» с внезапной мыслью о том, что в холодильнике еды практически не оставалось, и поэтому, убедившись, что кошелёк был при нём, мальчишка вошёл в магазин.        В помещении было довольно тепло. Тепло до такой степени, что хотелось подольше походить здесь, лишь бы не возвращаться на холодный, морозный воздух.        Особо с едой Диппер не заморачивался. Он по привычке заполнил корзину макаронами, хлебом, яйцами и молоком. Большего ему и не требовалось — парень привык есть немного и просто. Уже стоя на кассе, мальчишка вдруг заметил блондинистую макушку и невольно напрягся. Неужели начальник? Но разве он не должен сейчас находиться в баре?..        — Не стой столбом. — Внезапно парень почувствовал толчок в спину. От испуга он дёрнулся, быстро обернулся и наткнулся на раздражённый взгляд женщины, стоящей позади. — Что за молодежь пошла? Ни о ком не думают…        Щёки мальчишки вспыхнули от стыда, и он, промямлив тихое «извините», подошёл ближе к кассе. И его страхи быстро развеялись, когда человек с блондинистыми волосами оказался не Биллом-чёртовым-Сайфером.        Всю дорогу домой Диппер обдумывал сегодняшнюю конференцию, разговор с учёным и его предложение. Он всё ещё не мог поверить в своё везение. Конечно, мальчишка понимал, что на него обратили бы внимание — нет, они были обязаны были обратить на него внимание! Ведь он так старался, расставлял всё по полочкам и даже выдвинул пару гипотез. И его труд заметили, предложили помощь. Этот день был определенно самым лучшим. Как бы сказала Мэйбл: «Супер-пупер радужный!».        Точно, Мэйбл.        Нужно было позвонить ей и родителям, чтобы поделиться успехами. Ведь он на выходных им все уши прожужжал, рассказывая о предстоящей конференции и о том, как он хотел привлечь внимание ученых. Поэтому как только мальчишка вошёл в квартиру, он, не разуваясь и не снимая куртку, взял телефон и набрал номер сестры.        — Мэй, представляешь, у меня получилось!..