От ненависти до любви

***

       Гирлянды, переливающиеся разными цветами, украшенная ёлка и запах выпечки… Что может быть лучше, чем волшебная атмосфера Нового года? Диппер не был ребёнком, не верил в магию, но даже его завораживал этот праздник.        Руки грела кружка какао, мягкий свитер, связанный сестрой, дарил ощущение тепла и уюта. По телевизору шла новогодняя передача, за окном ярко светило солнце. Рядом слышался смех Мэйбл, играющей с Пухлей, с кухни доносился шум готовки, и Диппер прикрыл глаза в очередных попытках расслабиться.        Но нередко мысли возвращались к их с начальником разговору. Чего он хотел добиться, шантажируя мальчишку? Единственный ответ, возникающий в голове, — чтобы воспользоваться его телом. Но почему именно им? В бар заходило немало омег, готовых на это, но Билл всё равно не отставал от парня. И в том, что мужчина был готов на многое, лишь бы получить желаемое, Диппер был уверен.        По спине пробежался холодок, стоило только подумать о предстоящем рабочем дне. А вдруг начальник нарушит обещание? Ему определённо нельзя доверять. И Диппер ни капли не верил ему. До сих пор корил себя за то, что из-за паники не выдвинул никаких условий в ответ. Биллу нет абсолютно никакого дела до мальчишки, и он в любой момент мог объявить о том, что тот — омега. А нахальные альфы, наверняка, не упустят шанса повеселиться, и тогда…        — Хей, бро, ты в порядке?        Диппер вскрикнул, когда на плечо легла ладонь. Резко подскочил, развернулся назад, испуганными глазами глядя на сестру. Кружка выпала из рук, со звоном по линолеуму разлетелись осколки.        Мальчишка затаил дыхание, перевёл растерянный взгляд на растекающееся какао. Сердце отбивало бешеный ритм, ужасные мысли сменяли друг друга, становясь ещё хуже. Дрожащими руками Диппер вцепился в полы свитера, чувствуя, как в глазах понемногу скапливалась влага.        Картины, промелькнувшие в его голове, вызывали липкое, ужасное чувство страха и нагоняли панику. Эти мерзкие смешки, ухмылки, руки, блуждающие по его телу…        — Бро?        Насмешливые взгляды, наблюдающие за безрезультатными попытками мальчишки спастись, и полная безысходность…        Мэйбл не обратила внимания на убежавшего в испуге поросёнка, на разбитую кружку — подскочила к Дипперу, развернула его к себе, взволнованно вглядываясь в бледное лицо.        — Ты чего? — спросила она, хмуря брови. Парень смотрел на неё широко распахнутыми глазами, будто видел свой самый страшный кошмар. Но янтарный глаз постепенно сменялся родными карими, пшеничные волосы превращались в каштановые локоны, лицо обретало мягкие черты.        Мэйбл…        Диппер почти отчаянно вцепился в плечи сестры, сжимая мягкий свитер. Зажмурился, уткнувшись ей в плечо, едва двигая дрожащими губами, повторял: «Его здесь нет. Его здесь нет…»        Приторно-сладкий аромат духов, аккуратно поглаживающие волосы руки успокаивали и приводили в чувства.        — Дипп, успокойся, — тихо проговорила сестра. Сбитое дыхание приходило в норму, унималась дрожь в руках, и только благодаря объятьям Мэйбл ужасные картины исчезали из головы. — Что случилось?        — Н-ничего, просто… — растерянно пробормотал он, не переставая жмуриться. В голове была каша, и он вряд ли сможет придумать отговорку, но за одну он всё же успел зацепиться: — П-просто вспомнил один кошмар…        — Диппер, не думай о плохом! В Новый год ты должен радоваться! — воскликнула сестра, отпрянув от него. Укоризненно посмотрела на мальчишку, и тот опустил взгляд, вдруг осознав: он не сможет рассказать о своих проблемах семье. Будет вынужден терпеть всё это, жить в страхе лишний раз встретить Билла. И это пугало ещё больше. Кто он без поддержки родных?        — Пожалуй, ты права…

***

       О любви Мэйбл ко всему мягкому и пушистому знали многие и считали это довольно милым. Но в некоторых случаях это очень раздражало Диппера. Именно сейчас такая ситуация и происходила.        — Дип, ну, пожалуйста! — Мэйбл носилась за братом, держа в руках белый костюм барашка. Точно такой же, в котором мальчишка много лет назад выступал на конкурсе. Он категорически не хотел надевать его. Это же нелепо! Он, взрослый парень, в таком детском костюме… Сестра скорчила грустное лицо, приунылым голосом добавила: — Ну я же старалась, не один день на него потратила!        Да уж, актёрским мастерством Мэйбл владела неплохо. Да и противиться её просьбе после последней фразы стало тяжелее…        — Ладно. Но только сегодня. — Нехотя вздохнул он, беря в руки костюм. Всё не так уж и плохо, верно? Дома ведь все свои, а значит, смеяться не будут.        Мэйбл широко улыбнулась, что-то быстро пропищала, прежде чем выскочить из комнаты, захватив с собой висящее на вешалке платье.

***

       — Все за стол!        Мэйбл быстро вскочила со своего места и, не дав Дипперу оставить закладку в книге, схватила его за руку. Мальчишка едва не спотыкался и не падал со ступенек, стараясь успеть за сестрой.        Он уже чувствовал приятный аромат, исходящий с кухни. Живот заурчал, и к щекам прилила краска, когда родители обратили на это внимание.        Присев за стол, Диппер поёжился от насмешливого взгляда отца, осматривающего его костюм. Ну почему Мэйбл не могла дать ему самую обычную рубашку и брюки? В следующий раз он точно не поддастся её просьбам.        — Сколько тут сладостей, — протянула Мэйбл, не сводя восхищённого взгляда с вазочек, полных конфет и пирожных. — Я точно наемся на неделю!        Послышался смех родителей, затем отец переключил телевизор на новогоднее шоу.        — Жаль, Форд не смог приехать из-за работы. — Вздохнул он. Затем, взглянув на часы, добавил: — До Нового года осталось всего десять минут. — И разлил в бокалы шампанское.        Диппер протянул руку к тарелке с мандаринами, взял один. Он очень любил их, но аллергия не позволяла есть много цитрусовых. Поэтому мальчишка, почистив фрукт, разделил его на дольки и не спеша закидывал по одной в рот, желая продлить удовольствие.        Губы невольно растягивались в улыбке, стоило Дипперу посмотреть на Мэйбл, подпевающую новогодним песням, Пухлю в забавном наряде, родителей, с улыбкой болтающих о чём-то своём. Нет, он просто не мог думать о плохом. Ведь, действительно, праздники нужны, чтобы радоваться. И Диппер всё чаще поглядывал на время, с детским восторгом ожидая полуночи.        И наконец послышался бой курантов, стрелка на экране телевизора с каждым ударом близилась к отметке «двенадцать».        — С Новым годом! — произнесли все в голос, чокаясь бокалами. Диппер улыбнулся, чувствуя, как внутри разливалось двоякое чувство — радость от того, что предыдущий год завершился, и едва заметная грусть от осознания, что в этом году его могут настигнуть проблемы, куда хуже.        Но сейчас думать о плохом не хотелось. Даже если его и будут поджидать самые неожиданные трудности, то мальчишка был уверен — он их преодолеет.        — Пора рассказать легенду! — воскликнула Мэйбл, едва только они закончили говорить тосты.        — Мэй, ты эту легенду рассказываешь каждый год. — Вымученно улыбнулся мальчишка, накладывая в тарелку салат.        — Легенд много не бывает! — ответила сестра и взяла на руки Пухлю, начиная рассказывать…        Легенда гласила, что очень давно, — может, пару тысяч лет назад, — когда Землю населяли зверолюди, одному пророку приснилось, что в ночь, когда звёзды покинут свои места, к ним спустится бог со своими последователями. Эта новость быстро разнеслась по городам, затем и странам. Многие верили, что бог поможет им развиться и стать сильнее, другие думали, что от этого будет много бед, третьи считали это бредом.        Шли дни, месяца. Многие ждали той заветной ночи, и наконец она наступила. Небо светилось от падающих звёзд, и, когда они соприкоснулись с землёй, разнеслась вспышка, из которой стали показываться силуэты. Бог со своими посланниками не были похожи на зверолюдей — ни шерсти, ни хвостов, ни торчащих ушей. Были и те, кто завидев их, испугались и убежали, некоторые настроились агрессивно, не понимая, откуда взялись чужаки. Но вожаки успокоили свои племена, убеждая их, что всё в порядке.        Посланники, которых было не так уж и мало, поселились вместе со зверолюдьми. Бог вернулся назад, на небо, обещая приглядывать за порядком на земле.        Этот день решили объявить Новым годом — годом, когда две расы объединились, чтобы создать новую жизнь.        Шло время, и однажды вожак одного племени решил выбрать себе в пару посланника. Раньше такого, конечно, не делал никто, но отнеслись к этому спокойно. За исключением того меньшинства, которое позже всё же смирилось с этим.        У той пары вскоре родился сын. Рос он крепким и здоровым, был больше похож на человека — волосы покрывали лишь голову, светлая кожа, острые клыки и самые обычные ногти.        В этот день у них появился праздник — Рождество. День, когда родилось первое дитя в браке человека и зверочеловека.        С того момента зверолюди осмелились заводить пары с людьми, рождались дети, которые впоследствии стали омегами, альфами и бетами…        Легенда, конечно, казалась очень сомнительной. В детстве Диппер верил в привидений, духов и монстров, хотел даже создать собственное шоу, где будет посещать заброшенные особняки, чтобы ловить потусторонних существ. Но с возрастом он всё чаще старался объяснить всё с точки зрения науки, однако удавалось это не всегда.        И мальчишка считал, что они произошли от зверолюдей, которые со временем и изменением условий эволюционировали в альф, бет и омег. Ведь это весьма логичнее и правдоподобнее.        Послышался взрыв, затем ещё один, и все взглянули в окно — небо окрашивалось в разноцветные искры от салюта, постепенно исчезающих в мраке ночи. Мэйбл подскочила с места, выбежала на балкон и, вцепившись в ограждение, наблюдала за взрывами фейерверков. Диппер улыбнулся, подошёл к ней, вдыхая морозный воздух. Лёгкий ветер колыхал волосы, опускал на них снежинки.        — Что бы ты хотел получить в этом году? — спросила Мэйбл, переведя любопытный взгляд на брата.        — Получить? — задумчиво переспросил мальчишка, наблюдая за снежинкой, тающей на его носу. Чего ему хотелось? Богатства? Точно нет, зачем это ему? Любви? Это вообще ерунда, как думал Диппер, считая, что никогда в жизни не влюбится и посвятит всего себя науке, как Форд. Однако было то, о чём парень мечтал больше всего, но, увы, при нынешних условиях это было невозможно. — Мне бы хотелось перестать быть омегой. Ну, знаешь, сделать операцию, удалить омежьи органы и стать бетой. Но, к сожалению, такая операция стоит безумно дорого…        Мэйбл хотела ответить ему что-то — мальчишка заметил это по её дрогнувшим губам, но голос отца, оповестивший о получении подарков, заставил их вернуться в комнату.        Эта часть праздника нравилась Дипперу особенно. Он редко просил на Новый год что-либо конкретное, предпочитая думать о подарке как о сюрпризе.        Вот и теперь под ёлкой лежало несколько разноцветных коробок и пакетов. Там же были подарки Диппера для родителей, Мэйбл, даже Пухле мальчишка прикупил игрушки.        Родители улыбнулись, взяли в руки по небольшой коробочке и протянули близнецам. Мэйбл быстро расправилась с упаковкой, достала оттуда небольшой розовый конвертик и блестящий блокнот. В подарке Диппера находилось то же самое — разве что конверт был синим, а блокнот не сиял от кучи блёсток.        — Мы решили, что вы уже достаточно взрослые, чтобы самим решать, что покупать себе. — Улыбнулся папа, прислоняясь к груди мужа. Тот прижал супруга ближе к себе, уместил подбородок на его макушке и расслабленно прикрыл глаза.        — Большое спасибо! — пискнула сестра, достав из конверта несколько пятидесятидолларовых купюр. — Давно хотела купить мяч размером с человека!        Внезапно раздался звонок домашнего телефона. Папа нехотя оторвался от мужа, ответил на вызов, затем обращаясь к Мэйбл:        — Дорогая, тебе звонит какой-то Гидеон!        — Гидеон? — приподняв бровь, Диппер перевёл взгляд на сестру. Отец слегка нахмурился, явно недовольный неожиданным звонком, прервавшим идиллию. — Очередной парень, в которого ты втюрилась?        — Он очень милый! — беззаботно кинула сестра, прежде чем ответить на звонок.        Диппер вздохнул, переводя взгляд в окно. Когда Мэйбл повзрослеет и поймёт, что нельзя влюбляться и флиртовать с каждым встречным красавчиком? Мальчишка был бы очень рад, если бы у неё появилась любящая пара, но он не раз убеждался: за красивой внешностью нередко скрывался ужасный характер. И сколько бы они с родителями ни пытались объяснить это Мэйбл, она переводила их слова в шутку, оставаясь всё такой же наивной.        И сейчас, глядя на счастливых родственников, Диппер чувствовал, как внутри разливалось приятное тепло. Отступили страхи, волнения, а внутри теплилось счастье, прогоняющее все плохие мысли. Он счастлив, ведь у него есть такая замечательная семья, готовая в любой момент помочь ему. Не это ли настоящее счастье?