Вернись ко мне

Реджина вздохнула, когда не смогла дозвониться до Робина и решила оставить сообщение на автоответчике: «Привет, это я. Здесь все немного усложнилось, но беспокоиться не о чем. Я разберусь с этим. Я обещаю. В любом случае, перезвони мне, как только сможешь. Я люблю тебя.» Она обернулась на легкий смех отца и быстро повесила трубку. - Она ведь не подписала, правда? - спросил Генри, его ухмылка была очень заметна, так как он знал, что заставить блондинку подписать будет невыполнимой задачей. Реджина бросила на отца свирепый взгляд, - Она кажется еще более упрямой, чем я ее помню, - воспоминание о поведении Эммы заставило ее сжать челюсти, - я не понимаю ее. Прошло уже десять лет, и можно подумать, что она не хочет развестись. - Ты должна понять ее, Реджина. Я имею в виду, что ты вернулась в жизнь этой женщины только для того, чтобы сказать ей, что ты влюблена и выходишь замуж за кого-то другого. Как она должна реагировать на подобное? - Эмма просто... Эмма. Она любит быть трудной со мной, так было всегда,- ответила Реджина. Генри усмехнулся, покачал головой и вошел в кухню. - Что? - спросила она, и запах еды ударил ей в ноздри, когда она последовала за пожилым мужчиной на кухню. Ее глаза остановились на лице отца, одетого в прихватки для духовки. Генри открыл дверцу духовки, вытащил свежеприготовленное блюдо с лазаньей и поставил его на центр столешницы. - Теперь ты готовишь? - Реджина усмехнулась, наблюдая за ним. - Моя дорогая девочка, ты, должно быть, действительно слепа к правде, которая смотрит тебе в лицо, - Генри посмотрел на дочь, приподняв бровь и положив руку на бедра. Реджина быстро передразнила его позу и выражение лица: - Прости, я знаю, что должна приезжать к тебе почаще. Меня просто удивило, что ты научился готовить, я никогда раньше не видела тебя на кухне. - Я говорю не о своих кулинарных способностях, дорогая. Я говорю о твоей жене. - Бывшая жена, - поправила его Реджина. - Ну, твоя бывшая жена, хочешь верь, хочешь нет, но даже через десять лет она все еще очень любит тебя. - Я также не считала тебя романтиком, - усмехнулась Реджина. Она потянулась за тарелками, все еще слишком хорошо помня особняк с детства, а затем за лопаткой и ножом, чтобы разрезать их обед. - И я очень сомневаюсь в этом, папа. Эмма, похоже, тоже перегорела. - Она пыталась, не стану отрицать, - кивнул Генри, протягивая свою тарелку, когда Реджина положила на нее идеально нарезанный кусок, - но никто и близко с тобой не сравнится. Реджина не смогла сдержать улыбки, услышав комплимент отца. - Конечно, ты же не мог сказать иначе. - Это не мои собственные слова, дорогая. Брови брюнетки нахмурились, когда она увидела, как ее отец достал пластиковый контейнер, разрезал на три части лазанью, положил их внутрь и закрыл крышку. - Что это? - спросила брюнетка, когда отец уже стоял перед ней с пластиковым контейнером. - Я всегда беру с собой немного лазаньи, чтобы поделиться ею с Мэри Маргарет. - Мэри Маргарет все еще здесь? Генри кивнул: - Все, кого ты знаешь, все еще здесь. А теперь будь добра, отнеси ей это, ладно? Она будет рада тебя видеть. Она и Дэвид. Ты можешь взять мою машину. ____________ - Реджина?! - Мэри Маргарет взвизгнула от восторга, крепко обняв брюнетку. Реджина хихикнула, отвечая на объятия маленькой женщины, радуясь тому, что брюнетка с волосами феи все еще была такой же бодрой, какой она ее помнила. - Когда ты приехала? - спросила М. М., изучая изящные черты лица женщины. - Только сегодня утром. Ты выглядишь великолепно, - ее глаза расширились, как и улыбка при виде большого живота маленькой женщины, - я вижу, ты беременна. Мэри Маргарет просияла, медленно поглаживая руками свой беременный живот. - Дэвид уверен, что это мальчик. Но, входи, пожалуйста, - она отступила в сторону от двери, когда вошла Реджина, и вскоре закрыла за собой дверь. - Это прислал твой отец? - спросила она, сгорая от нетерпения попробовать уже принесенную лазанью. - О, да, - Реджина передала ей контейнер, который Мэри Маргарет взяла с восхитительным жужжанием. Ее карие глаза изучали каждую часть их лофта. - А где Дэвид? - На дежурстве. Он работает с Грэмом в участке, - Мэри Маргарет положила два ломтика на две отдельные тарелки и улыбнулась брюнетке. - Я слышала о твоей помолвке. Он очень красивый. - Мэри Маргарет, ты не видела мои... Улыбка, появившаяся на губах Реджины, вскоре погасла, когда она услышала слишком знакомый голос и в комнату вошла слишком знакомая блондинка. Спускаясь по винтовой лестнице, глаза Эммы широко распахнулись, а на ее губах появилась едва заметная саркастическая улыбка. Теперь Реджина поняла, почему три ломтика лазаньи не были лишними для Мэри Маргарет. Это было ради Эммы. Она собиралась убить своего отца. - Не притворяйся такой удивленной, Джина. Это маленький городок, - сказала Эмма, и ее улыбка стала более заметной по отношению к брюнетке. - Конечно, живя в большом городе и все такое, ты, должно быть, забыла. - Эмма, будь умницей, - из кухни донесся голос Мэри Маргарет. - Я всегда умница, - Эмма с любовью улыбнулась брюнетке с волосами феи, забирая контейнер из ее рук, когда Мэри Маргарет упаковала свой кусок лазаньи в другой. - Спасибо. А теперь, ты видела мои.. Мэри Маргарет протянула ключи блондинке, и Эмма с улыбкой взяла их у нее из рук. - Спасибо, - она повернулась, чтобы еще раз взглянуть на Реджину, - хорошего вам дня, мэм. Реджина закатила глаза, почувствовав, как плечо Эммы слегка коснулось ее плеча, когда блондинка направилась к двери. Она медленно покачала головой. - Она ведь ничуть не изменилась, правда? - спросила Мэри Маргарет у раздраженной брюнетки. Реджина усмехнулась: - Боюсь, развод будет для нее слишком сложной задачей. Она всегда ненавидела перемены. Мэри Маргарет усмехнулась, жестом приглашая Реджину сесть рядом с ней у кухонного стола. - Она была опустошена, когда ты ушла, это точно. Реджина посмотрела на лестницу, вспомнив, что Эмма спускалась с нее: - Она живет здесь с тобой и Дэвидом? Мэри Маргарет кивнула, счастливо улыбаясь: - У нее был дом, построенный до того, как ты порвала с ней, но, - она продолжила, игнорируя удивленный взгляд брюнетки, - Дэвид и я предложили ей жить с нами после этого. Это очень помогает ей, так как это дешевле, чем жить одной в большом доме. Сторибрук, - она усмехнулась, - здесь все ей помогает. Мне нравится, что она живёт с нами. - Ага, - усмехнулась Реджина. - Дайте ей время. Она тут же вспомнила, что у Эммы был построен для них обеих. Почему она никогда ничего не говорила? Как же она до сих пор не догадалась об этом? ____________ - Папа? - крикнула Реджина, входя в дом отца. - Сюда, сюда! - ответил Генри и улыбнулся, когда брюнетка вошла в гостиную. - Как все прошло? Мэри Маргарет была рада тебя видеть? - Да, и она была не единственной, - сказала брюнетка, кладя сумочку на диван и садясь рядом с отцом. Генри усмехнулся, делая глоток пива, когда по телевизору показывали бейсбольный матч. - В этом городе ты всегда будешь сталкиваться с Эммой. - Да, но одно дело, когда мы случайно встречаемся, а не потому, что мой отец так решительно настроен подстроить нам встречу. Генри приподнял бровь и посмотрел на дочь: - Подстроить? Зачем мне это делать, когда ты собираешься выходить замуж? - В самом деле, почему? - на этот раз Реджина приподняла бровь. - Не отрицай этого. Эмма всегда была твоей любимицей. Генри некоторое время молчал, поднося пиво к губам, и ответил: - Я не буду ни подтверждать, ни отрицать этот факт. Реджина ухмыльнулась над детским поведением отца. Она понимала, почему они с Эммой всегда ладили. И когда мужчина посмотрел в её сторону, она продолжила: - Что бы ты ни думал, ничего не изменится между Эммой и мной. Я скоро стану замужней женщиной. Генри усмехнулся: - Скоро, моя дорогая. И это только в том случае, если ты заставишь свою жену подписать бумаги о разводе. - О, я заставлю ее подписать. Их разговор прервался, когда в сумочке у брюнетки зазвонил мобильник. Пока Реджина рылась в своей сумочке, Генри заговорил: - Ставлю двадцать баксов, что это твоя мать звонит спросить, что ты до сих пор делаешь в Сторибруке. Глаза брюнетки расширились, когда она посмотрела на своего ухмыляющегося отца. - Как же ты догадался? - Ты удивлена? - Генри приподнял бровь. - Правда? Мы говорим о твоей матери. У меня есть особая головная боль, названная в ее честь, которая активизируется каждый раз, когда она каким-то образом проявляет себя. Реджина издала тихий смешок, проведя пальцем по экрану, который должен был ответить на ее звонок. - Алло? - произнесла она в устройство. - Что ты до сих пор делаешь в Сторибруке? Генри усмехнулся и покачал головой, услышав голос Коры. Это было ясным, как день, он сделал еще один глоток пива. - Я понимаю, что ты хочешь покончить с этим разводом, но, Боже мой, Реджина. Сторибрук? - Все не так плохо, как ты говоришь, мама, - Сказала Регина, закатывая глаза и глядя на отца. Кора всегда умела все драматизировать. - Где ты сейчас? Ты сейчас с отцом? Робин знает, что ты ходила к Эмме? - Да, - вздохнула Реджина. - И его это вполне устраивает, мама. Я тебя заверяю. И я с папой, - она посмотрела на своего отца, который нежно улыбнулся ей. - Он хочет, чтобы я провела с ним несколько дней. - Что?!- ее голос был таким громким, что Реджина убрала телефон от уха. - Абсолютно нет! - Мама! - Реджина, ты не можешь остаться. Эмма там, и я знаю тебя, Реджина. Ты не можешь ясно мыслить, когда находишься рядом с этой женщиной. Если Робин узнает… - Робину не о чем расспрашивать. Это же просто Рождество, мама. Я не собираюсь переезжать сюда. И Эмма не имеет никакого отношения к тому, что я остаюсь, - она махнула рукой в сторону отца, который трясся в кресле от тихого смеха. Даже Реджина сама себе не поверила, когда сказала матери, что пребывание в Сторибруке не имеет никакого отношения к Эмме. - Ради тебя, лучше не надо. Честное слово, дорогая. Рядом с тобой великий человек. Ты поступила правильно, покинув этот ужасный город, - она сделала паузу. - Ты хочешь провести в Сторибруке некоторое время, это зависит от тебя. Я понимаю, что в Нью-Йорке тебе будет одиноко, учитывая, что Робину приходится много работать, когда приближается Новый год, но просто будь осторожна? Пусть эта женщина подпишет бумаги о разводе и возвращайся домой. - Таков мой план, - сказала Регина. - Ладно, желаю удачи, дорогая. Я люблю тебя. - Скоро поговорим, - Реджина повесила трубку и со вздохом плюхнулась на диван рядом с отцом, который посмотрел на нее с новым смешком. - И это, моя дорогая, головная боль Коры Миллс, - он допил остатки пива и продолжил. - Я очень надеюсь, что этот Робин знает, во что ввязывается с твоей матерью. - Они ужинают каждую субботу, - усмехнулась Реджина. - Я думаю, он в восторге от этого. Генри просто кивнул, быстро меняя тему разговора, и легонько подтолкнул дочь локтем. - Почему бы нам не пойти и не поужинать у бабушки? Реджина покачала головой: - Я не знаю, папа. Я изрядно устала, это был утомительный день. - Да ладно тебе, - Генри снова толкнул ее локтем, - это в нескольких кварталах отсюда, помнишь? Это не Нью-Йорк, - он снова подтолкнул ее локтем, и она засмеялась. - Пойдем, поужинаем вместе. Бабушка может приготовить нам яблочные блинчики, которые ты так любила. Реджина улыбнулась при воспоминании о тех блинах. Они всегда были ее любимым завтраком, который она ела каждое утро. За завтраком они с отцом говорили, о ее мечтах стать самым крупным дизайнером в городе. А потом она встречалась с Эммой и снова говорили о планах на будущее. И вот однажды после такого завтрака они решили сбежать и пожениться, чтобы потом вернуться и огорошить своих родителей такой новостью. __________ - Ну, смотрите, кто решил вернуться домой! - бабушка радостно улыбнулась, увидев брюнетку и ее отца. Генри с улыбкой посмотрел на брюнетку, когда они подошли к прилавку. - Боюсь, она просто приехала в гости. Но на этот раз она останется на Рождество. - Какая жалость. А я-то подумала, что ты возвращаешься к своим корням. Реджина улыбнулась: - Я бы с удовольствием, но моя жизнь - это Нью-Йорк, вместе с моим женихом. Брови бабушки удивленно взлетели вверх, она посмотрела на Генри, а затем на кольцо, которое красовалось на руке брюнетки. Она схватила брюнетку за руку, внимательно изучая кольцо, вернее, бриллиант на нем. - Это правда? Реджина усмехнулась: - Это всё взаправду. Руби, стоявшая за спиной бабушки Лукас, наклонилась, чтобы получше рассмотреть ее. - А разве вы с Эммой всё еще не женаты? - спросила она. - Руби, - бабушка сердито посмотрела на внучку, а Руби просто пожала плечами. - Мы решили развестись, - ответила брюнетка, а бабушка хихикнула. - Послушай ее и эти странные слова, - она указала на нее большим пальцем, ее глаза смотрели на Генри так же, как и на Реджину. – Сладкая, сначала тебе придется убедить Эмму. Реджина посмотрела на пожилую женщину, удивляясь, почему она действительно скучала по ней, потому что прямо сейчас это становилось сомнительным. За дверью закусочной раздался сигнал клаксона, который заставил всех повернуться к двери, а Руби расплылась в улыбке, увидев свой красный кабриолет, полностью отремонтированный. - Тьфу, наконец-то! - Руби выбежала из-за прилавка, мимо Реджины и Генри. Она широко улыбнулась, когда Эмма протянула ей ключи. Она взяла ключи из рук блондинки только для того, чтобы крепко обнять ее. Объятие, которое заметила Реджина, было слишком дружеским. - Только будь с ним поосторожнее, ладно? Шон сказал, что в следующий раз, когда ты его разобьешь, это будет стоить тебе жизни, - Эмма предупреждала ее. - Спасибо, - Руби поцеловала блондинку в щеку, оставив на ее коже намек на красную помаду. - Знаешь, я отплачу тебе позже, - она ухмыльнулась, кокетливо подмигнув. Эмма усмехнулась, она смотрела прямо на Генри, когда ее рука похлопала его по спине: - Генри! Я рада тебя видеть. - Я тоже рад всегда тебя видеть, Эмма, - мужчина улыбнулся, - чертовски холодный фронт у нас на подходе, не так ли? - И будет только холоднее, - она подмигнула Руби, когда официантка поставила уже приготовленный горячий шоколад прямо на стойку, чтобы та могла его выпить. Что она и сделала. Все ее тело уже благодарило ее за тепло, которое давал шоколад. Реджина моргнула. С каких это пор у них с Руби что-то есть? Что еще важнее, неужели Эмма действительно играет в эту детскую игру и игнорирует ее? Даже в присутствии отца. - Ну, наверное, я стала невидимкой, - прокомментировала она сарказмом, привлекая к себе внимание блондинки. - О, ты все еще здесь? Я думала, ты уже вернулась в Нью-Йорк, - саркастически спросила она брюнетку. - И зачем мне это делать? - спросила Реджина. - Знаешь, я уже десять лет задаю себе один и тот же вопрос. Зачем тебе вообще сюда возвращаться? Полагаю, твой жених не из тех, кто живет в маленьком городке, а? Он, наверное, даже не знает, откуда ты на самом деле. Реджина смотрела на Эмму все это время. Свон смотрела на неё в ответ слишком спокойно, заставляя внутренности брюнетки скручиваться. - Он прекрасно знает, откуда я, спасибо. И Робин не новичок в маленьких городках. Его родители были из маленького городка. Эмма потягивала горячий шоколад, снова спокойно, поглядывая в сторону Генри при словах брюнетки. - Кроме того, у нас с тобой есть кое-какие незаконченные дела, - снова напомнила ей Реджина. Эмма подняла брови, ее тон все еще был полон сарказма: - О, я бы с удовольствием, но сейчас действительно не время и не место, - глаза Реджины расширились от того, что Эмма заговорила их закодированными фразами из прошлого, когда хотели пошалить наедине. Она разозлилась на ухмылку Эммы, особенно на ее ответ, - но я свободна после пяти. Может быть, тогда, если ты согласна, мы сможем провести какое-то время вместе. - О, повзрослей, Свон. Я не говорю о сексе. Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. Эмма пожала плечами, ведя себя небрежно по отношению ко всему, что произнесла Реджина: - Хорошо, я думаю, что это означает "нет" сексу с тобой, - она улыбнулась Руби, - как насчет тебя, Руби, ты свободна после пяти? - Всегда, - Руби ухмыльнулась, поглаживая блондинку по спине, когда проходила мимо них. Эмма допила остатки горячего шоколада и встала, не обращая никакого внимания на разгневанную брюнетку. Она вытащила бумажник из кармана джинсов, достала немного денег и бросила их на стойку перед Генри. Ее рука мягко похлопала мужчину по спине: - Генри, закажи себе что-нибудь за мой счет. К сожалению, мне хватает денег только на одного и мой горячий шоколад, так что она должна заплатить за свой собственный. Даже Генри не мог удержаться от смеха над поведением блондинки по отношению к его дочери, а Реджина покраснела, глядя на блондинку с широко открытым ртом, когда та выходила за дверь, предварительно помахав рукой на прощание Руби. Реджина встретилась глазами с отцом, который все еще дрожал от смеха. Затем они столкнулись с ухмыляющейся бабулей, которая усадила их обоих за уже знакомые места за столиком. - До сих пор приходишь в себя? - спросила она сердитую брюнетку, у которой челюсть сжалась только от злости. Боже, как же она иногда ненавидела Эмму Свон. Она просто знала, что в один прекрасный день ее ждет смерть. Но у нее теперь своя жизнь и жених в Нью-Йорке, и никто, даже Эмма Свон, не сможет разрушить ее или препятствовать этому. Она заставит ее подписать бумаги о разводе, даже если это будет последнее, что она сделает.