А давайте перепишем историю

- Какое... кхэм... прелестное... создание! Прелестное создание на самом деле представляло из себя груду снега. К ней была присобачена непонятной формы голова, из которой торчали палки в разные стороны, имитируя, видимо, волосы. А улыбка, сделанная из очистков, была похожа, скорее, на крик о помощи бедного существа, которому не посчастливилось родиться на свет от детских рук. - Это что? – Участливо спросил заклинатель Тао. Лань Сичэнь хихикнул, Лань Ванцзи же посмотрел на него взглядом, который можно было трактовать либо никак, либо не иначе как: «Ты что, дед, совсем из ума выжил? Неужели не ясно, что это...» - Это бабуля! – гордо заявил Вэй Усянь, радостно посмотрев на двух своих одухотворённых помощников, для которых сегодня открылся новый мир. Они узнали, что снег не только лежит на земле или падает с неба, но и что его вполне можно использовать для реализации своих творческих потуг. Собственно, одухотворённым выглядел только Сичэнь. Ванцзи, как всегда, создавал впечатление, что ему мёрзлой рыбой дали по голове, при этом повредив что-то, что отвечает за эмоции. Лань Тао прошиб холодный пот. Если две бабули встретятся в этой жизни, целым до Облачных Глубин не доберётся никто! И пока дети убежали звать бабулю, Старейшина потоком духовной энергии снёс беднягу к чёртовой матери. С того момента, как они встретили Вэй Усяня в том захудалом городе в Илине, прошло уже две недели. Спустя пару дней после инцидента с собаками они предложили мальчику отправится с ними. Конечно же, ему объяснили, что место, где они живут, полно правил. Что если он решит пойти с ними, ему надо будет очень постараться, чтобы стать достойным человеком. Он всё никак не соглашался, боялся, что дети, которым он на улице помогал, не смогут выжить без него. Так что брату с сестрой ничего не оставалось, кроме как отправиться на их поиски, а потом пристроить их в приют, оплатив первые пару лет существования. - Почему мы взяли одного ребенка по цене троих? – ворчала Лань Нин. Но глядя на этих маленьких уличных детей, она понимала, что это самое малое, что она может для них сделать. Вэй Усяня-таки отскоблили окончательно от грязи, расчесали патлы, обрядили в одежды, и на выходе получился очень симпатичный ребенок, хоть и выглядящий крайне худым. Брат с сестрой опасались, что уличный мальчик не сможет найти общий язык с благородными маленькими господами дома Лань. Эта былая крайне напрасная трата эмоций с их стороны. Это стихийное бедствие доставало своим вниманием всех настолько, что даже от природы индифферентный Лань Ванцзи участвовал почти во всех его авантюрах. Фантазия этого ребёнка была поистине неисчерпаема! Они лепили бабуль везде, где лежал снег, строили катапульты, разыгрывали какие-то сценки, в которых Лань Сичэнь обычно был страждущим монахом (дамой в беде он быть отказался), а Лань Ванцзи изображал какой-нибудь предмет интерьера. Сам же Вэй Усянь скакал вокруг как угорелый и в роли злодея, и в роли героя, причём непременно в конце жертвуя собой трагически помирал во благо мира. Было забавно наблюдать, как во время таких «смертей», никогда не видевший театра и не понимающий его сути, Лань Ванцзи первое время кидался спасать недогероя, а потом ходил разобиженный и демонстративно на Вэй Усяня не реагировал в назидание. В общем, этот ребёнок был везде. Хорошо хоть, к ним в кровати он ночью не забирался. С этим он лез к братьям Лань, так что остаток их путешествия дети спали вместе, с Вэй Усянем поперек кровати. Лань Нин и Лань Тао он называл исключительно бабулей с дедулей, сетуя на свою плохую память на их длинные титулы. Однако, чем ближе они подбирались к Облачным Глубинам, тем сильнее мальчик нервничал. Его предупредили, что смогут оставить в ордене, только при условии, что он будет вести себя достойно и усердно трудиться. Не сложно представить, какое впечатление на него производили слова Сичэня о том, что нельзя делать у них дома и сколько там существует правил. В итоге, на подходе к Цайи мальчика просто трясло. Существо, которое совсем не затыкалось всю их дорогу, вызывая головную боль количеством вопросов обо всём на свете, теперь стало вторым Лань Ванцзи. Лань Сичэнь, на правах старшего брата, ободряюще держал мальчика за руку всю дорогу к воротам ордена. Даже степенный Лань Ванцзи, последовав примеру брата, ухватился за другую ладошку Вэй Усяня и подбадривал многозначительным молчанием и взглядами. Только у последнего от вида стены послушания нервы сдали окончательно, и он начал тихо всхлипывать, пока в горе не уткнулся в объятья Лань Сичэня. Новоиспеченные бабуля с дедулей растерялись окончательно. Пришлось клятвенно заверять, что его никуда не выкинут и не выгонят, и что следовать правилам совсем не сложно. Помогло это не сильно, ибо впереди их ожидал разговор с Лань Цижэнем.

***

- Это не девочка, - проморгался заместитель Главы Ордена, глядя на ребенка, которого его племянники держали за руки. Последние в ответ активно замотали головами, мол «нет, не девочка, мы проверили». - Да что ты говоришь! А то мы сами не заметили! – театрально развела руками Лань Нин. - А-Сянь, познакомься, этот недалекий человек - мой племянник, а по совместительству дядя Сичэня и Ванцзи, Лань Цижэнь. Он тебя будет всюду доставать и капать на нервы своим занудством. Но не переживай! Если что, твоя бабуля придет и хорошенько его поколотит. Так как ты теперь наш внук, то можешь звать его «дядя». Если на слове «бабуля» у Лань Цижэня отвисла, мягко говоря, челюсть, то на слове «дядя» она ушла приветствовать пол. Самое обидное, что возникать-то он особо и не мог. - И я-я рад тебя видеть, тётя, - придя в себя от словесного и визуального потрясения, Лань Цижэнь вышел вперед, чтобы обнять своих мальчиков, которых впервые так давно не видел. - Тётя, Вэнь Жохань на совете кланов посвятил восхвалению ваших способностей целых два часа времени. Это просто небывалый результат. Больше Верховный Заклинатель хвалил только сам себя! Ему настолько понравилась та ваша последняя микстура от бессонницы, что он заказал ещё партию для всех старейшин клана Вэнь. Кажется, мы неплохо так заработаем! Способности Целительницы Нин были воистину невероятны. Её снадобья и микстуры славились на всю Поднебесную. А нестандартные решения в работе и оригинальные идеи сделали ей хорошую клиентскую базу. Да чего уж там скромничать, добрая треть всех доходов ордена Гусу Лань была нынче её заслугой. Вот и задавайся вопросом, то ли больных на голову стало больше, то ли нечисти меньше… Тем не менее, благодаря её скромным усилиям, Орден Гусу Лань был теперь вторым по достатку среди великих орденов. - Как там дела с моей реформой? - Как раз хотел вас порадовать! Мы уже сменили повара и закупили собственные стада скота, которые будут пастись в горах за территорией Облачных Глубин. Так как ребёнок совсем стушевался и не отлипал от своих Хуаня-гэгэ и Лань Чжаня, целительница Нин решила, что хватит с них потрясений, и позвала всю троицу к себе в домик, на отдых, пока её брат с племянником будут разъяснять все нюансы сложившейся ситуации и решать, как им следует дальше поступить. Ясное дело, сперва ребёнка надо было принять в клан. Они с сестрой уже обсудили, что её мечты о прекрасной ученице-целительнице могут катиться к чёртовой бабушке. Если этот ребёнок будет целителем, то он просто взорвет дом! Оставался путь меча. Они с Лань Ванцзи были на вид примерно одного возраста (доподлинно возраст Вэй Усяня выяснить так и не удалось, ибо мальчик не знал дня своего рождения). Поэтому, пораскинув мозгами, взрослые пришли к решению, что детям проще и полезней будет заниматься вместе. Однако, возникала проблема. Вэй Усянь абсолютно не умел ни читать, ни писать, так же, как и не знал правил Гусу Лань. Все это надо было в срочном порядке навёрстывать, как только мальчик полностью отойдёт от бездомной жизни. На том и порешили. Вэй Усяню дадут две недели оклематься и привыкнуть к жизни в горах, и параллельно начнут учить грамоте. Как только ребёнок будет способен читать, Лань Цижэнь сам возьмётся за его обучение.

***

Пережив первый шок и поняв, что его пока никто никуда не выгоняет, Вэй Усянь, наконец, обратил внимание на место, которое теперь будет называться его домом. По сравнению с грязными улицами города, Облачные Глубины были просто резиденцией небожителей. Такой красоты мальчик не видел никогда. Горы, утопающие в зелени и тумане, казалось, парили в воздухе, а проглядывающие сквозь пелену облаков пагоды создавали впечатление сказки. Его окружали красивые здания и не менее красивые люди. Однако, их абсолютно белые одежды и неземная одухотворенность и безмятежность места только укоренили в сознании мальчика мысль, что он точно умер и бабка-таки утащила его в загробный мир! К превеликому сожалению Вэй Усяня, оказалось, что Лань Ванцзи и Лань Сичэнь теперь не могут проводить с ним все свое время. Дети учились с утра до вечера, а после пяти бежали со всех ног (что означает, что они чинно-благородно ползли в сторону места назначения, по дороге вежливо кивая головами прохожим) к дому, где теперь обитал Вэй Усянь. Резиденция брата и сестры находилась в удалённом уголке Облачных Глубин, так как старушка обычно работала допоздна и после девяти вечера демонстративно попивала чай на своей открытой террасе. Аккурат за домом протекал ручей, который и стал основным местом для игр молодого поколения. Отдалённость здания и какой-никакой шум ручейка позволяли Вэй Усяню носиться вокруг и голосить, не будучи наказанным. Мальчик креп на глазах, и уже через неделю его переодели в клановые одежды и повязали ленту на лоб, объяснив, как могли, её сакральное значение, и радостно сообщили, что он теперь не просто адепт, а еще и часть клана. И это, воистину, был самый растрёпанный адепт Гусу Лань, когда-либо ходивший по земле. С его волосами абсолютно невозможно было сотворить что-то безукоризненно благородное, а одежды нет-нет съезжали куда-то набок. Так что, подумав, все решили, что пора ему уже садиться за обучение. И тут-то обнаружилась самая большая проблема. Мальчик абсолютно не обладал усидчивостью. Максимум, на что его хватало, это провести от силы час времени сидя. Потом Вэй Усянь начинал кататься по полу, дёргать ногами и совершенно не мог сосредоточиться, несмотря на всё свое желание. К нему даже подсадили Лань Ванцзи, чтобы ребёнок брал с него пример, так как второй молодой господин Лань являл поистине недюжие способности сидеть на пятой точке и не отвлекаться. Только вот привело это к тому, что Вэй Усянь разревелся перед Лань Цижэнем, так как у него абсолютно не получалось походить на своего друга. Он никак не мог объяснить, что сидеть больше часа просто выше его сил. Что это не от него зависит. Лань Цижэнь смотрел на всё это, как на жалкие попытки оправдаться и нежелание соблюдать правила и манеры, что привело к неконтролируемому слезоразливу со стороны ребёнка. Отправив мальчика утирать слёзы домой, ибо детские слёзы для Учителя Лань были зрелищем невыносимым, он со вздохом уселся возле своего младшего племянника. - Дядя. - Мм? После недолгого молчания Лань Ванцзи продолжил: - Не сердись на Вэй Ина, пожалуйста. - Хм. Он просто должен научиться вести себя. Это ему не улица. Ответа не последовало и Лань Цижэнь посмотрел на своего племянника. Мальчик сидел, нахмурившись и сосредоточенно о чём-то думал. - Скажи, Ванцзи, - начал он осторожно, - тебе ведь нравится этот Вэй Усянь? В ответ он получил кивок. - Ты считаешь его другом? Ещё один кивок. Сложно было не заметить, как обычно не разговаривающий ни с кем и не интересующийся ничем ребёнок каждый день с момента приезда этого мальчика в Облачные Глубины старался поскорее закончить все свои уроки и побыстрее убежать к своему первому другу. Спустя пару минут молчания, он услышал: - Было одиноко. - Что? – удивился Лань Цижэнь. - До него было одиноко, – тихо сказал его племянник, смотря куда-то в пол. - Ох, подумал удивленный откровенностью ребёнка дядя и притянул к себе мальчика в объятия.