Home is where you are

Завихрения зимы за окном, домашнее тепло пледа и котацу, тихое бормотание телевизора со старым фильмом про Рождество, едва видные цветные блики гирлянды на подоконнике и многие другие вещи — все это возвращало в прошлое. Кагеяма любил эти мгновения перед зимним праздником; на душе становилось спокойнее и так тянуло улыбаться. Но ещё больше возвращал в детство запах мандаринов. Этот кисло-сладкий аромат витал в воздухе, смешиваясь с праздничной обстановкой. Кажется, будто без этого цитруса ни один зимний праздник не может пройти. Кагеяма расслабленным, ожидающим взглядом смотрел, как часто небрежные пальцы Хинаты сейчас аккуратно очищали один оранжевый шарик и ломали на дольки. Это тоже навевало отдельные моменты из их тогда ещё дружбы. Когда-то, ещё на первом году старшей школы, Кагеяма сравнивал Хинату с мандарином. Глупо, наверное, но этот парень действительно был очень похож на него! Эти рыжие волосы, которые окружали его голову лохматыми прядями, словно создавали круг. Иногда карие глаза казались янтарными, но тогда Тобио посчитал это просто игрой света. А ещё мандарины часто ассоциировались у Кагеямы с радостью, позитивом, каким и был Шоё. Когда Хината вернулся из Бразилии с потемневшей от загара кожей, Кагеяма мысленно назвал его "загорелым мандарином". За такие мысли, сравнения друга с фруктом Кагеяме было неловко, но он молчал об этой своей странности. Сейчас у Хинаты сошел загар и он снова стал обыкновенным "мандарином". Кагеяма, разумеется, частенько забывает об этой придуманной для Хинаты кличке, вспоминая лишь тогда, когда мандарины попадают в его поле зрения. Но было ещё кое-что, что очень влияло на создание его мнения, что Хината похож на мандарин. Кагеяма уткнулся носом в плечо Шоё, тихонько вздыхая. Да, вот он, здесь. Хината будто бы пропитался запахом мандаринов или это просто такой гель для душа. Хотя, насколько помнил Кагеяма, из них двоих только он пользовался гелем, а вот его парень больше предпочитал простое мыло. Факт оставался фактом: Хината пах чем-то цитрусовым почти всегда. Возможно, это его естественный запах тела? Или Кагеяма просто транслирует свои желания на него... — На, — протянул ему дольку Шоё. Кагеяма съел прямо с его руки, потому что слишком тяжело вытаскивать руки из-под пледа. Гораздо проще обнимать Хинату за торс, укрытый под белой толстовкой. — Ещё? — Тобио все также молча кивнул, ловя мандаринку ртом со слегка шероховатых пальцев. И все-таки Хината мандарин. Пахнет так же, выглядит приблизительно и тоже пышет радостью, энергичностью. Хоть сейчас Шоё и выглядел полусонным, разморенным после душа, в тепле, но обычно его состояние — сплошь улыбка и активность сверх меры. Кагеяма, перемешивая в кучу все свои воспоминания, связанные с Шоё, улыбается и, неожиданно для Хинаты, трется носом о его плечо. Карие глаза, которые почти что закрывались мгновением ранее, теперь внимательно рассматривали его необычно умиротворенное лицо. — Кагеяма-кун? — Мой мандарин, — пробормотал как можно неразборчивее Тобио, но Хината всегда умел различать странные звуки. Поэтому он сейчас и усмехнулся на его фразу. — Ты чего это? Расчувствовался? — рука, впитавшая в себя нотки цитруса, слегка потрепала Кагеяму по голове, лохматя волосы. — Вовсе нет, — сдул мешавшие короткие пряди со лба Кагеяма. Ну или попытался сдуть, но только больше разочаровался в своей причёске и услышал (или почувствовал? Его подбородок до сих пор на плече Хинаты) смех. В тот же миг та же рука, беспощадно потревожившая его волосы, аккуратно помогла ему справиться с появившейся чёлкой. — Тогда с чего ты назвал меня мандарином? Ещё хочешь? — Хината протянул ему ещё одну дольку и Кагеяма послушно раскрыл рот. Шоё снова хохотнул, отдавая ему мандаринку. — Ты просто выглядишь как он, — тепло забежало и на его щеки, но, к счастью, не переходило в яркий румянец. А то Хината бы ещё подумал что-то не то... Хотя он может подумать не то, даже если и крупицы смущения совсем не было бы. — Да? Хмм, интересно, — с улыбкой наклонил голову Шоё, беря следующий шарик из плетёной тарелки. — Может, тебе кажется? Я не пользуюсь гелем и мыло у меня не ароматизированное. — Вероятно, это твой природный запах. И ты его не почувствуешь, потому что живёшь с ним, — пожал плечами Кагеяма. На самом деле ему уже хотелось спать. Под конец этой мысли он даже зевнул, как в подтверждение. — Как знать, — неопределённо ответил Шоё, быстро работая пальцами — приноровился. Тобио прикрыл глаза, потеревшись щекой о белую ткань. Такой уют, ощущение дома заставляли его чувствовать себя на своём месте. Пазлы памяти снова дали о себе знать, выдавая фрагменты, где он везде с Хинатой. А ведь он действительно пробыл большую часть жизни с Хинатой. И почти всегда ему было хорошо проводить с ним время. Что бы то ни было: игра, споры, просмотр фильма или аниме — все это входило в их жизнь, и Кагеяме очень нравилось то время. Он был рад, что оказался здесь, рядом со своим личным мандарином. — Ты бормочешь во сне, Тобио, — услышал он улыбчивый шёпот. Сознание медленно погружалось в сон и, если бы Шоё не заговорил, он бы так и уснул. — Пойдём спать? — Мм, угу, — кивнул (или это было очень похожее на кивок действие) Кагеяма, и мужчины встали вместе с пледом, уходя в спальню. Свет везде погас, оставляя светиться только гирлянды. Тишина обволакивала квартиру, замолчал телевизор. За окном все также шёл мелкий снег, а атмосфера праздника все ещё наполнялась сладковатым запахом цитрусов, оставленных на столе...