С кем падаешь в небо

      «Давай уже, сука, не мучай…» — успела проскочить в голове Дианы мысль, прежде чем почувствовала сильный толчок в спину. Не удержавшись на коленях, она, падая, зацепилась виском об угол двери и сознание померкло.       Арбенина уже не видела, как следом за ней, по-прежнему сжимая ее горло, начал терять равновесие террорист; как от резкого удара ноги Светы из его руки вылетел пистолет; как серо-полосатая молния громогласно рыча, вылетела из сумки и вцепилась в лицо мужчины. Тот заорал от боли, пытаясь оторвать от себя Мишку, но когти кота только ещё острее вцеплялись в него, разрывая кожу. Кроме того, к ним добавились ещё и острые клыки…       Светлана подняла пистолет, растерянно повертела его в трясущихся руках, и перешагнув через бьющегося с котом террориста шагнула в салон.       Услышав вопли своего подельника, бандит, оставшийся в салоне, заметался между рядами кресел, не зная что делать: бежать за третьим, на помощь главарю, или пытаться угомонить пассажиров — когда из хвоста салона навстречу ему шагнула хрупкая девушка. Террорист замер, потому что прямо в лицо ему уставилось дуло пистолета.       Громко грохнула, закрываясь входная дверь — двое пассажиров с ближайших кресел не долго думая отрезали его от его подельника, который все ещё вел переговоры с трапа.       — Ты, писюха, брось пушку! — прорычал мужчина. — Это тебе не кукла!       — Вот именно! — Прошипела Света побелевшими губами и закрыв глаза нажала на курок. Грянул выстрел!       Мужчина пошатнулся, растерянно оглядел черное отверстие на своей груди, тронул его — ярко-алая кровь хлынула из раны — и в предсмертной агонии цепляясь за спинки кресел, рухнул на пол и замер.       Девушке казалось что все это длилось вечно, хотя заняло считаные секунды. Прижав к губам пальцы, с зажатым в них пистолетом, она с ужасом в округлившихся глазах смотрела на распростертое на ковровой дорожке безжизненное тело.       — Мамочки… — прошептала она. — Я же убила его. — Девушку затрясло словно в лихорадке. Ближайшие к ней пассажиры поймали ее, оседающую в беспамятстве…

***

      Пришла в себя Света уже в машине «Скорой помощи» от неприятного, резкого запаха нашатыря. Вокруг гудели голоса, раздавался шум моторов — видимо аэродромной техники и спецавтотранспорта. Воя сирен уже не было слышно. Видимо, всех нуждающихся уже увезли.       «Ну что, Сурганова, съездила отдохнуть?» — печально подумала она, заходясь в чихе и открывая глаза. Над ней склонилась миловидная женщина в белом халате.       — Как вы себя чувствуете? — осторожно поинтересовалась она.       — Как будто убила человека. — девушка приподнялась на носилках. Теплые руки поддержали ее, помогая сесть.       Глаза фельдшера озабоченно сощурились.       — Вам нужна помощь психиатра?       — Нет. — отрицательно мотнула она головой. — Он хотел убить меня — я убила его. — Жёстким голосом произнесла Сурганова. — Там, в туалете, ещё девушка была и Мишка… Кот мой… Они… — ее голос дрогнул, — …они живы?       И вздрогнула, когда откуда- то извне фургона прогудел мужской голос.       — Живы, конечно! Можно?       — Да… — отозвалась фельдшер.       В дверях нарисовался огромный мужик в камуфляже, весь обвешанный оружием. При виде кобуры с пистолетом Света вздрогнула. Женщина, нахмурив брови внимательно посмотрела ей в лицо. Спецназовец сдвинул на макушку скрученную балаклаву и протянул девушке широкую ладонь.       — Героини вы со своей подругой! Спасибо от всех пассажиров. Я лично буду хлопотать за вас о предоставлению к награде.       Сурганова осторожно пожала пальцы мужчины.       — Не надо ничего… А где Диана? И Миша? — Ваша подруга в соседней машине. Ничего страшного. По касательной прошла пуля. До свадьбы заживёт… Ее в больницу хотели, но она сказала, что пока в себя не придёте — никаких больниц. А вот с котом Вашим проблемы… Он там, в самолёте…       Света соскочила с носилок, споткнулась о собственные ноги, и едва не вылетела рыбкой на улицу. Мужчина вовремя ее поймал, поставил на асфальт, бормоча:       — Что же так переживать?       Сурганова растерянно огляделась, не зная куда бежать в первую очередь: на поиски Дианы, или к Мише. Увидев вторую карету " Скорой», она рванулась к ней.       Ещё издали Света увидела сидящую на носилках девушку — та, смешно морща длинный нос и лучезарно улыбаясь, что-то рассказывала молоденькой медичке, бинтующей ей предплечье. Ноги почему-то сразу отказались двигаться, по сердцу резануло ревностью, хотя ничего предосудительного вроде не было.       — Вам нехорошо? — Озабоченная морда мужчины наклонилась к ней.— Сестричка, может ей укольчик какой, а? — обратился он к фельдшеру.       — Ничего мне не надо… — Мотнула головой Света и спотыкаясь об края бетонных плит, которыми было выложена полоса рядом со взлетной, медленно, едва передвигая ноги, поплелась к самолёту.       — Не, так дело не пойдет… — Прогудел спецназовец и легко подхватил ее на руки. — Да не прыгай, — рыкнул он, когда девушка закрутилась, пытаясь выскользнуть из его объятий. — У нас снаряжение больше весит, чем ты… — И широкими решительными шагами направился к «Тушке». — Меня, кстати, тоже Миша зовут. — попытался познакомиться он, но Света только вымученно улыбнулась.       Она не могла понять причину своего состояния. То что Диана сейчас улыбается какой-то девушке, или это просто все ещё отходняки от происшедшего. Да и при чем здесь ревность — они никто друг другу. Даже не подруги — так, товарищи по несчастью. А тот короткий поцелуй это просто… До Сургановой неожиданно дошла совершенно странная мысль — неужели Диана лесбиянка. Среди ее знакомых встречались девушки с такой ориентацией, даже пытались с ней заигрывать, но она их жёстко отметала. Не то что бы для нее была неприемлема эта сторона сексуальной жизни — просто они ей не нравились. Почему же ее так заинтересовала эта хмурая, неприветливая девушка?       Решить для себя она ничего так и не успела, потому что её новый знакомый уже осторожно опускал на ноги у трапа самолёта, окружённого такими же камуфляжами с автоматами наизготовку. В сторонке лежал черный пластиковый мешок. Светлана нервно сглотнула — из него выглядывали мужские ботинки.       Из цепи послышался ехидный смешок:       — Что, Мишаня, невесту себе приглядел? Не дура у тебя губа-то!       Ее спутник смущённо побагровел до самой бритой макушки, показал огромный кулак весельчаку и столь же осторожно, как и нес, повел девушку по трапу.       Перед самым входом Сурганова даже вздрогнула. Воспоминания нахлынули буквально волной цунами, но она, преодолев ее, решительно шагнула внутрь, перед глазами мелькали картинки. Самой ужасающей была одна: лицо человека — пусть даже бандита, которого она, не раздумывая, хладнокровно застрелила. Стараясь не смотреть по сторонам, она буквально пробежала через салон. Сзади неслышно, словно огромный кот, крался Михаил.       При их приближении маящийся около туалета спецназовец, вытянулся по струнке.       — Объект ещё живой! — доложился он.       Закусив губу, Сурганова заглянула в санузел — террорист лежал ничком, лицом вниз, уткнувшись им в ладони и тихонько подвывал. На его спине, свернувшись огромным полосатым шаром, устроился Мишка. При малейшем движении он не поднимая головы тут же выпускал когти, впиваясь в спину мужчины, из пушистых недр доносился утробный рык. Девушка злорадно хмыкнула при виде лужи крови, но тут же вздрогнула — часть ее принадлежит Диане.       — Героический кот! — громким шепотом прогудел ее сопровождающий. — Медаль ему надо, самую большую. Из колбасы…       — Он не ест колбасу. — отозвалась Светлана. — Миша! Мишенька… — тихо позвала она кота, протягивая руки. Тот, услышав голос хозяйки, встрепенулся и одним прыжком оказался у нее в объятиях.       — Мишенька… Хороший мой… — уткнулась она лицом в его шерсть. Мишка громко мурлыча, тёрся пушистой щекой о ее лицо. — Мишенька, спаситель наш… — Всхлипнула Светлана, слезы градом хлынули из глаз — испытания для организма не прошли бесследно.       Она громко, истерично рыдала, привалившись плечом к двери, пока спецназовцы утаскивали то, что осталось от террориста.       Когда слезы иссякли, Света отпустив Мишу на пол, торопливо умылась — ей крайне неудобно было за устроенную истерику, и уткнулась пустым взглядом в металлическое нутро раковины. Кот, не отходя от нее ни шаг, нарезал круги, тёрся о ноги пушистым боком.       — Ну вот и хорошо. — Света даже вздрогнула от голоса Михаила, обернулась, торопливо потирая лицо ладонями. — Это правильно, нельзя такое в себе держать. Пойдемте, Света, там соответствующие органы набежали. Хотят с Вами и Дианой поговорить.       — Увидев испуганно округлившиеся глаза девушки, он успокаивающе прогудел. — Просто расскажете и все. Пассажиров уже опросили. — Он взял ее маленькую холодную ладошку в свою огромную лапу и уважительно поцеловал.       Света сначала сжалась, вспомнив взгляд террориста, понимающего, что он умирает, но тут же оттолкнула от себя жалость.       — Я защищала себя… — твердым, спокойным голосом ответила девушка. — … Себя и… — «Диану» едва не произнесла она. — И пассажиров…       Спецназовец ещё с бОльшим уважением поцеловал ее руку…       «Больше никогда никаких самолётов… Лучше на поезде, на худой конец — на автобусе…» — подумала Сурганова, выходя из дюралюминевого нутра «Тушки» на трап, в сопровождении обоих Михаилов — четвероногого и двуногого. И зажмурилась от бьющих в лицо лучей заходящего солнца. То ли к месту, то ли наоборот, вспомнилась фраза из одного фильма: «Жить, как говориться, хорошо!»